YourLib.net
Твоя библиотека
Главная arrow Арбитражный процесс (Под ред. В.В. Яркова) arrow § 2. Принципы третейского разбирательства
§ 2. Принципы третейского разбирательства

§ 2. Принципы третейского разбирательства

   Включение в Федеральный закон "О третейских судах в Российской Федерации" ст. 18 "Принципы третейского разбирательства", законодательное закрепление перечня таких принципов и их состав являются уникальными характеристиками этого российского закона. Попытка аналогии с одноименными принципами судопроизводства в государственных судах дала отчасти положительный, а отчасти не вполне удовлетворительный результат.
   В Законе РФ "О международном коммерческом арбитраже" термин "принципы" не используется. При этом общепризнанными принципами третейского (арбитражного) разбирательства полагаются следующие положения этого закона, первые 2 из которых относятся к фундаментальным гарантиям справедливого арбитражного разбирательства:
   - обеспечение равного отношения к сторонам и предоставление каждой из них равных возможностей (ст. 18 "Равное отношение к сторонам") ("представить свои объяснения", "право быть выслушанным");
   - независимость и беспристрастность арбитров (п. 1 ст. 12 "Отвод арбитров");
   - принципы "компетенции-компетенции" и автономности арбитражной оговорки (ст. 16 "Право третейского суда на вынесение постановления о своей компетенции");
   - принцип окончательности и обязательности арбитражного решения (ст. 34 "Ходатайство об отмене как исключительное средство оспаривания арбитражного решения"; ст. 35 "Признание и исполнение арбитражного решения" и ст. 36 "Основания для отказа в признании или приведении в исполнение арбитражного решения"). Принципы третейского разбирательства в международном коммерческом арбитраже, место которого находится на территории иностранного государства, следует определять на основе национальных законов страны - "места арбитража".
   Принимая во внимание чрезвычайную важность соответствующего природе третейского разбирательства определения перечисленных в Федеральном законе "О третейских судах в Российской Федерации" принципов, именно содержание этих принципов раскрывается далее.
   В ст. 18 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации" впервые в отечественном законодательстве закреплены именно как принципы третейского разбирательства следующие основные положения:
   - законности;
   - конфиденциальности;
   - независимости и беспристрастности третейских судей, диспозитивности;
   - состязательности и равноправия сторон.
   Определения принципов в указанном законе не даются. При толковании и определении практического значения принципов третейского разбирательства следует принять во внимание два важных исходных положения.
   Во-первых, название и содержание ст. 18 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации" указывают на то, что перечисленные в этой статье принципы являются принципами именно третейского разбирательства.
   Во-вторых, принципы имеют общее значение для третейского разбирательства в целом, а не для отдельных его стадий.
   В-третьих, как уже отмечалось, принцип независимости и беспристрастности третейских судей, относится согласно современной доктрине доступности правосудия к числу фундаментальных. Несмотря на то, что формула второго из этих фундаментальных принципов - "право представить свои объяснения" - в ст. 18 закона не воспроизведена, систематическое толкование содержания всех указанных в этой статье принципов третейского разбирательства, в числе которых принцип равноправия сторон, а также иные положения этого федерального закона, дает основание для вывода об учете этого фундаментального положения в составе принципа равноправия сторон.
   Особенности проявления принципа законности в третейском разбирательстве обусловлены частной, негосударственной природой третейского суда.
   Третейское разбирательство - деятельность третейских (негосударственных) судей, замещающая судебное рассмотрение и разрешение правовых споров государственными судами. В основе третейского разбирательства - договор о передаче его сторонами гражданско-правового спора на разрешение третейского суда (третейское соглашение).
   Главное значение принципа законности третейского разбирательства - это его дозволение государством в соответствующем Конституции РФ федеральном законе.
   Следующая особенность принципа законности применительно к третейскому разбирательству объясняется его юрисдикционным характером.
   Реализация принципа законности процесса в третейском разбирательстве означает:
   - рассмотрение дел в соответствии с нормами материального права (ст. 6 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации"), а не ex aequo et bono;
   - осуществление третейского разбирательства по правилам, определенным в соответствии со ст. 19 "Правила третейского разбирательства" Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации", должно осуществляться при соблюдении принципа беспристрастности третейских судей, а также "права сторон представить свои объяснения (the right to be heard)", понимаемого в качестве своеобразного знаменателя для установления минимального стандарта процессуальной справедливости;
   - исчерпывающий перечень нарушений Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации", при доказанности которых заинтересованной стороной компетентный суд вправе вынести определение об отмене (отказе) в исполнении решения третейского суда (ч. 2 ст. 233 и ч. 2 ст. 239 АПК РФ; ч. 2 ст. 422 и ч. 1 ст. 426 ГПК РФ);
   - нарушение решением третейского суда основополагающих принципов российского права, в том числе вынесение решения по спору, который не может быть предметом третейского разбирательства в соответствии с федеральным законом, как основание для отмены (отказа в исполнении) решения третейского суда компетентным судом ех officio (абз. 1 и 2 п. 2 ст. 42 и абз. 1 и 2 п. 2 ст. 46 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации"; п. 1 и 2 ч. 3 ст. 233, п. 1 и 2 ч. 3 ст. 239 АПК РФ; п. 1 и 2 ч. 4 ст. 421 и п. 1 и 2 ч. 2 ст. 426 ГПК РФ).
   Конфиденциальность принято относить к важным преимуществам третейского разбирательства. Законодательное закрепление этого преимущества в качестве одного из принципов третейского разбирательства имеет большое практическое значение, заключающееся в установлении законных оснований для отнесения сведений о третейском разбирательстве к специально охраняемой законом тайне.
   Принцип конфиденциальности третейского разбирательства:
   - распространяется также на лиц, избранных или назначенных для рассмотрения спора в третейском суде, но утративших полномочия третейских судей по основаниям, перечисленным в ст. 13 и 38 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации", в том числе по соглашению сторон; после принятия решения по существу спора или определения о прекращении третейского разбирательства и т.д.;
   - обеспечивается правилами производства по делам об отмене (исполнении) решения третейского суда в компетентном суде. В соответствии с ч. 2 ст. 232 и ч. 2 ст. 238 АПК РФ, ч. 2 ст. 420 и ч. 2 ст. 425 ГПК РФ при подготовке таких дел к судебному разбирательству судья компетентного суда может истребовать из третейского суда материалы дела только по ходатайству обеих сторон третейского разбирательства (лиц, участвующих в деле).
   В п. 1 ст. 22 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации" определены пределы применения принципа конфиденциальности в отношении сведений, которые становятся известными третейскому суду и третейским судьям в ходе третейского разбирательства.
   Не все сведения, которые становятся предметом третейского разбирательства, могут иметь характер конфиденциальной информации.
   Во-первых, законодательством Российской Федерации устанавливается перечень сведений, которые не могут являться конфиденциальными.
   Во-вторых, сами стороны могут не рассматривать какие-то сведения как конфиденциальные.
   Важнейшей гарантией соблюдения принципа конфиденциальности третейского разбирательства является законодательное закрепление "свидетельского иммунитета" третейских судей. Согласно п. 2 ст. 22 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации" третейские судьи отнесены к лицам, которые освобождаются от обязанности давать свидетельские показания об обстоятельствах, которые стали им известны "в ходе третейского разбирательства".
   Конституционной основой приведенного законоположения является ст. 51 Конституции РФ. В ч. 1 ст. 51 Конституции РФ закреплено неотъемлемое право любого человека не свидетельствовать против самого себя, своего супруга и близких родственников, круг которых определяется федеральным законом, а в ч. 2 - право законодательных органов власти устанавливать в федеральном законе иные случаи освобождения от обязанности давать свидетельские показания.
   Круг лиц, освобожденных от обязанности давать свидетельские показания, определяется в федеральных законах об осуществлении правосудия в порядке конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства (ст. 55 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации"; ст. 34, 46, 52, 54-55, 72 УПК РФ; ст. 25.6 КоАП РФ; ч. 3 и 4 ст. 69 ГПК РФ; ст. 56 АПК РФ).
   Пункт 2 ст. 22 указанного федерального закона подлежит применению и в отсутствие корреспондирующих положений в процессуальных кодексах.
   Указание на то, что "третейский судья не может быть допрошен в качестве свидетеля", предполагает как собственно запрет допрашивать третейского судью в качестве свидетеля, так и право лица отказаться от дачи показаний об обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с выполнением функций третейского судьи.
   Беспристрастность третейских судей - общепризнанный принцип третейского разбирательства, закрепленный в большинстве национальных законов, в международных договорах и в правилах третейского разбирательства.
   Согласно современной доктрине "доступности правосудия" и ее применению в практике Европейского суда по правам человека, этот принцип, наряду с "правом представить свои объяснения", относится к античным по происхождению, "базовым" правилам процедуры любого юрисдикционного (несудебного) органа, в том числе в случае возложения на такой орган судебных функций.
   Третейский судья при разрешении спора рассматривает спор вместо государственного судьи и в этом своем качестве должен удовлетворять требованиям, обеспечивающим реализацию права граждан и их объединений (организаций) на "справедливое разбирательство дела" "независимым и беспристрастным судом" (п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод).
   Поскольку требования независимости и беспристрастности третейского судьи производны от одноименных требований к судьям государственных судов, то совпадают подходы к основополагающим гарантиям их функциональной деятельности. Никто - ни органы государственной власти, ни учредители постоянно действующих третейских судов, ни их должностные лица или сотрудники - не вправе оказывать влияние на деятельность третейских судей по рассмотрению спора в силу ст. 18 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации".
   Определенные гарантии независимости третейских судей от органов власти установлены в ч. 2 ст. 3 и в ч. 7 ст. 8 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации", в котором введены запреты:
   - на образование третейских судов при федеральных органах государственной власти, органах власти субъектов РФ и органах местного самоуправления;
   - на избрание (назначение) третейским судьей лица, которое не может выполнять такую деятельность в соответствии с его должностным статусом, определенным федеральным законом. Независимость третейских судов от учредителей постоянно действующих третейских судов также имеет место в отсутствие вмешательства их органов, должностных лиц и сотрудников в деятельность третейских судей по рассмотрению спора и принятие решения по делу. Само по себе включение лиц в список третейских судей (обязательного или рекомендательного характера) и выплата гонораров за рассмотрение спора не означают зависимости этих лиц от утвердившей такой список и выплачивающей гонорары организации - учредителя постоянно действующего третейского суда.
   Независимость третейских судей от сторон понимают как "отсутствие денежных и иных связей между ним и одной из сторон". Считается, что лицо не может быть избрано (назначено) и принять функции третейского судьи, "если оно имеет прочные деловые связи с одной из сторон либо материально заинтересовано в исходе дела, будучи, например, держателем акций компании, ее должностным лицом или сотрудником и т.п.".
   Беспристрастность - "отсутствие у третейского судьи предрасположенности по отношению к определенной стороне или к существу спора".
   Именно беспристрастность третейского судьи обеспечивается законодательным закреплением таких требований к третейскому судье, как способность "обеспечить беспристрастное разрешение спора", отсутствие "прямой или косвенной заинтересованности в исходе дела" (ч. 1 ст. 8 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации"). Этой же цели подчинены правила формирования состава третейских судей, устанавливающие основания для отвода (самоотвода) третейского судьи (ст. 8 и ст. 11 Федерального закона).
   "Назначение арбитров (третейских судей) сторонами - и поэтому близкие отношения между ними - не противоречит статье 6 Конвенции, если применяемая процедура назначения арбитров дает сторонам равные права и положение".
   Между независимостью и беспристрастностью существует функциональная взаимосвязь. Третейские судьи беспристрастны, пока не доказано обратное. Беспристрастность полагается условием независимости. Необходимо не только чтобы третейские судьи были независимы, отсутствие их независимости должно быть очевидным.
   В практике российских (государственных) арбитражных судов отсутствие независимости и беспристрастности третейских судей как основание для отмены (отказа) в принудительном исполнении решений третейских судов было установлено в следующих случаях:
   - судья, разрешавший спор о расторжении договора аренды, являлся единственным учредителем организации-истца;
   - в состав третейского суда входили директор одной и генеральный директор другой организаций-учредителей истца в третейском разбирательстве;
   - постоянно действующим третейским судом был рассмотрен спор с участием "фонда", являвшегося, по существу, подразделением организации-учредителя постоянно действующего третейского суда, президент которой "утверждал" третейских судей.
   При определении пределов применения принципов независимости и беспристрастности, состязательности и равноправия сторон под третейскими судьями следует понимать:
   - лиц, которые получают предложение о принятии назначения быть третейским судьей;
   - лиц уже избранных или назначенных для рассмотрения спора третейских судей, выполняющих функции третейского судьи по рассмотрению спора вплоть до составления и подписания текста окончательного решения третейского суда.
   Принцип диспозитивности третейского разбирательства является логическим продолжением одноименного принципа в материальных правоотношениях, свободы гражданско-правового договора.
   Автономия воли сторон договора проявляется в праве на заключение третейского соглашения как основы основ третейского разбирательства и в праве договариваться о правилах третейского разбирательства.
   Пределы применения принципа диспозитивности в третейском разбирательстве определены в абз. 1 п. 3 ст. 19 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации", в соответствии с которым согласованные сторонами правила третейского разбирательства не могут противоречить обязательным положениям этого федерального закона. Под "обязательными положениями" федерального закона понимаются такие, которые не предоставляют сторонам права договариваться по отдельным вопросам.
   Состязательность и равноправие сторон - два взаимосвязанных принципа процессуального права, имеющих в третейском разбирательстве существенную специфику.
   Равноправие сторон является условием состязательности.
   Однако само равноправие сторон в третейском разбирательстве обусловлено выполнением третейскими судьями возложенной на них обязанности по соблюдению принципа "независимости и беспристрастности" как условия "равного отношения к сторонам, предоставления им всех возможностей для изложения своей позиции".
   Нарушение арбитрами принципа равного отношения к сторонам может выражаться не только в том, что арбитр относился к одной из сторон предвзято, но и в том, что арбитр не действовал эффективно на основе принципа равноправия сторон.
   Несоблюдение правил формирования состава третейского суда и ведение третейского разбирательства с нарушением требований к третейским судьям; непредоставление стороне возможности "представить третейскому суду свои объяснения", в том числе и по причине неуведомления об избрании (назначении) третейских судей или о времени и месте заседания третейского суда, могут являться основаниями для отмены/отказа в принудительном исполнении решения третейского суда (при условии их доказанности заинтересованной стороной).
   Диспозитивность при определении правил третейского разбирательства обусловливает отсутствие строгой предписанной законом процессуальной формы третейского разбирательства. Гибкость большинства процессуальных правил третейского разбирательства, а также его конфиденциальный характер обусловливают вариативность меры состязательного начала в третейском суде при неизменности основного постулата состязательного процесса - возложения на стороны обязанности по представлению доказательств.

 
< Пред.   След. >