YourLib.net
Твоя библиотека
Главная arrow Политология: Политическая теория, политические технологии (А.И. Соловьев) arrow Постсистемные трактовки политики
Постсистемные трактовки политики

Постсистемные трактовки политики

   В современной политической науке насчитывается более двух десятков определений политической системы, которые понимают ее то как комплекс идей, то как совокупность разнообразных элементов, то как ряд взаимодействий политики с другими общественными сферами. Однако в 80-90-х гг. сложившиеся системные подходы к описанию макрополитических порядков начали утрачивать свою былую популярность. И хотя сегодня эти модели по-прежнему используются, особенно при сравнительных исследованиях, в научном пространстве стали возникать теории, которые либо используют системную методологию как всего лишь отдельный технологический прием исследования, либо предлагают заменяющие ее идеи.
   Так, на волне исследования современных процессов модернизации появились попытки описания системных свойств макрополитики в условиях не стабильных, а переходных обществ. Авторы этого в самом широком понимании “девелопменталистского” (от англ. development – развитие) подхода обращали внимание на важность для организации политической власти характера “зависимостей” политики (например, от динамики социально-экономического развития), ее структурной дифференциации (обеспечивающей автономность политической подсистемы общества), а также “способностей” системы, предполагавших готовность власти к “обновлению” (т.е. к обеспечению определенной степени адаптации государства к вызовам времени), “мобилизации” (привлечения властью людских и материальных ресурсов для оперативного решения задач), “самосохранению” (недопущению к власти крайних оппозиционеров) и обеспечению тенденции “к равенству” политических участников.
   Одновременно с такими интерпретациями системного метода стали возникать и принципиально новые идеи. Как уже отмечалось (см. гл. 1), Д. Марч, Д. Олсен и ряд других теоретиков выдвинули концепцию “нового институционализма”. Рассматривая государство в качестве основного, систематизирующего политику общества центра, они в то же время подчеркивали принципиальное значение не только организационных и процедурных, но и символических, неформальных аспектов его деятельности. С их точки зрения, взаимодействуя и дополняя друг друга, формальные и неформальные нормы и правила политической игры создают сложные, многоуровневые отношения, организующие и стабилизирующие политические порядки в обществе.
   Причем, придавая столь большое значение институтам власти, Ученые обращают внимание и на возможность возрастания организующей роли не только государственных, но и иных институтов власти – корпораций, клиентел, групп давления и т.д., чьи цели и нормы могут оказывать существенное влияние на всю организацию политической жизни. Такое положение, к примеру, характерно для нынешней пореформенной ситуации в России, где правила политической игры, а порой и приоритеты развития общества определяют приобретшие самостоятельное политическое значение отдельные административные структуры (Администрация Президента); органы, входящие в систему исполнительной власти (Министерство обороны и Генеральный штаб); Православная Церковь и особенно коррумпированные и криминальные структуры (по некоторым данным, контролирующие до половины объема российской экономики).
   Английский ученый А. Гидденс предложил идею “структурации”, заключающуюся в том, что упорядоченное воспроизводство макрополитики осуществляется при сочетании двух процессов: структурации (т.е. воспроизводство субъектами сложившихся норм и правил политического взаимодействия в четко ограниченных пространственно-временных границах) и институциализации (т.е. закрепление постоянно возникающих индивидуальных и групповых практик, в той или иной степени соотнесенных с действующими правилами отправления власти). Таким образом, в социальном пространстве субъекты и системные требования (нормы) взаимно конструируют здание власти, воспроизводя и обновляя политический порядок в обществе.
   Концепцию, в которой по сути дела отрицается главенствующая роль некой внутренне организующей политику структуры, выдвинул современный французский социолог П. Бурдье. По его мнению, политика, представляющая собой разновидность “социального поля”, состоит из множества практик отдельных субъектов (агентов), обладающих теми или иными “капиталами” (ресурсами), “позициями” (местом в политическом пространстве), когнитивными (познавательными) и мотивационными основаниями действий (“габитусом”). Таким образом, макрополитический порядок складывается в результате сложного динамического взаимодействия этих практик, постоянно изменяющих “капиталы”, “позиции” и другие присущие поведению авторов параметры.
   В этих и других теоретических моделях макрополитического устройства общества отражаются те изменения, усложнения в организации власти, которые происходят в современных обществах. Данные модели расширяют возможности более точного описания разнообразных источников и механизмов формирования политических порядков.

 
< Пред.   След. >