YourLib.net
Твоя библиотека
Главная arrow История Востока. Том I (Л.С. Васильев) arrow Период Чжаньго (“Борющиеся царства”, V-III вв. дон. э.)
Период Чжаньго (“Борющиеся царства”, V-III вв. дон. э.)

Период Чжаньго (“Борющиеся царства”, V-III вв. дон. э.)

   Чжаньго был периодом завершения трансформации чжоуского общества. Это было время серьезных сдвигов во всех сферах жизни Китая, от производительных сил до идейных споров, от ведения войн до заселения окраин. Именно в период Чжаньго окончательно отрабатывалась та модель общества и государства, которая более других претендовала на универсальность. На первых порах эта модель, как упоминалось, была легистской. Тому был ряд причин.
   Прежде всего, очень важно обратить внимание на то, что с V и особенно в IV–III вв. до н. э. Китай вступил в железный век. Широко распространилась проникшая в страну, может быть не без влияния извне, практика выделки железа и изготовления железных орудий труда, благодаря повсеместному применению которых резко возросла производительность труда и увеличились возможности человека. Железные орудия позволили обрабатывать новые земли, быстро возводить необходимые ирригационные сооружения, изготовлять многие ремесленные товары для рынка и, что весьма немаловажно в условиях почти постоянных войн, они буквально революционизировали армию. Боевые колесницы эпохи бронзы вместе с их аристократическими владельцами ушли в прошлое, роль их в сражениях резко уменьшилась. На смену колесницам пришла хорошо вооруженная пехота, а затем и конница. И хотя основные виды оружия продолжали изготовлять из бронзы, железо удешевило войну и превратило ее в дело многих. На смену войнам, в которых участвовали тысячи, редко десятки тысяч, в Чжаньго пришли сражения с участием многих десятков и сотен тысяч. К слову, это оказало воздействие не только на масштаб, но и на характер войны, сильно способствовало развитию военной стратегии и тактики, что нашло отражение в трактатах о военном искусстве, высоко чтимых профессионалами вплоть до наших дней.
   Совершенствование железоделания, наряду с общим и быстрым подъемом производства, освоением новых земель, увеличением производительного населения, развитием ремесла, торговли, товарно-денежных связей способствовало завершению процесса приватизации. Возрастали количество работающих на заказ и на рынок мастеров, объем пущенных в оборот денег, расцветала торговля, вслед за ней – операции по кредиту, ростовщичество. Проникновение всего этого в деревню способствовало дальнейшему разложению общины, в которой достаточно широко стали применяться аренда, наемный труд, даже кабальное долговое рабство, включая самопродажу или продажу членов семьи, прежде всего детей, за долги.
   Стало заметным развитие рабства. Если прежде рабы были немногочисленны и происходили в основном из числа порабощенных иноплеменников, то теперь наряду с ними появились рабы из числа самих чжоусцев, причем к их числу относились не только кабальные должники, но также и преступники типа каторжников, принадлежавшие государству и использовавшиеся на тяжелых работах. Хотя рабов всех категорий по сравнению с остальным населением было совсем немного, они, равно как и сфера применения рабского труда (рабов уже использовали в качестве рабочей силы в разбогатевших частных хозяйствах), стали заметным фактором древнекитайской жизни.
   Процветание частного сектора в условиях краха системы привилегий титулованной наследственной знати дефеодализованного чжоуского Китая, в условиях возрождения принципа меритократии, связанного с возвышением слоя ши, вело к тому, что простолюдины в ряде случаев начинали выбиваться наверх, играть важную роль в обществе. Они порой становились богаче и влиятельнее князей – этот феномен удивлял и беспокоил многих в Китае во второй половине I тысячелетия до н. э., как о том можно судить по данным разных источников. И беспокойство такого рода было достаточно обоснованным: на смену старой наследственной знати шли процветающие собственники, которые быстро и явно богатели в то самое время, когда казна воюющих друг с другом царств была пуста или почти пуста. Не говоря уже о непривычности ситуации, не соответствовавшей традиционной норме, создавалось явное противоречие между объективной тенденцией социально-экономического процесса (процветание частного собственника в богатеющей дефеодализованной структуре) и субъективными устремлениями правителей, нуждавшихся в строгом контроле над подданными во имя интересов казны. Нужны были срочные реформы, целью которых должно было стать усиление централизованной администрации в новых экономических условиях, с учетом всех изменений. Естественно, что наилучшим образом могли учесть все необходимые изменения именно реформаторы-легисты с их ставкой на строгие административные предписания, жесткий контроль, дисциплину и стремлением поставить разбогатевшего в неземледельческой сфере частного собственника на место.
   Период Чжаньго в политической истории Китая был временем сосуществования и междоусобной борьбы семи крупнейших царств – мелкие и ослабевшие уже не шли в счет. К этим семи, кроме трех новых царств (Вэй, Чжао и Хань, на которые распалось некогда крупнейшее царство Цзинь), относились также Цинь, Ци, Янь и Чу. В большинстве из них в период Чжаньго были проведены реформы легистского типа. Но наиболее полно и радикально такие реформы были осуществлены в Цинь в середине IV в. до н. э. знаменитым теоретиком легизма министром-реформатором Шан Яном.
   В окраинном и в недавнем прошлом полуварварском царстве Цинь позиции наследственной знати были слабее, чем где-либо. Но и традиций централизованной власти там практически не было. Нужно было все создавать заново. Вот почему, когда представитель легистов из числа странствующих ши, выходец из царства Вэй (где он не был признан и его заслугами не пожелали воспользоваться), некий Вэй Ян – в будущем Шан Ян – прибыл в Цинь, правитель этого царства Сяо-гун внимательно его выслушал и взял к себе на службу. Следуя своему основному тезису, согласно которому главное для процветания осударства – это успехи в земледелии и военном деле, новый министр начал свои реформы именно с этих сфер.
   Суть первого тура реформ (356 г. до н. э.) сводилась прежде всего к строгой регламентации общинного землепользования. Под угрозой двойного налогообложения большие семьи должны были быть разделены на малые, каждой из которых следовало обзавестись собственным хозяйством. Для того чтобы эти семьи исправно вели свое хозяйство, Шан Ян создал систему круговой поруки: дворы были объединены в пятки и десятки, в рамках которых все жители Цинь были обязаны следить друг за другом и отвечать друг за друга. Кроме того, Шан Ян широко открыл двери для иммигрантов из других царств, где земли было мало, а людей много, предложив им на выгодных условиях осваивать годные для земледелия циньские территории с тем, чтобы за этот счет пополнить казенные амбары и без ущерба для казны высвободить часть циньцев для укрепления армии. Что касается военного дела, то Шан Ян резко повысил его престижность, предоставив награды и социальные ранги тем, кто имел воинские заслуги. И наоборот, тем из аристократов, кто таковых не имел, пригрозил исключением из числа знати. Отменив все прежние привилегии, связанные с происхождением и знатностью, реформатор ввел новую систему социальных рангов, которые присваивались любому за его заслуги, прежде всего военные, и получение которых, начиная с определенного уровня, влекло за собой льготы и привилегии, вплоть до права на должностное владение и доход с него.
   С особой суровостью Шан Ян обрушился на тех, кто не был занят в земледелии и не воевал, прежде всего на получавших выгоду из второстепенных занятий, к каковым причислялись ремесло и торговля. Речь не шла о ремесленном производстве либо торговом обмене как таковых – общество без этого обойтись уже не могло. Имелись в виду чрезмерно разбогатевшие собственники-стяжатели. Угрожая им наказанием, вплоть до порабощения, Шан Ян ставил целью запугать представителей частного сектора и поставить их под строгий контроль власти, для чего, в частности, им был применен своеобразный механизм экспроприации: запуганным богачам-стяжателям предоставлялась возможность несколько повысить статус и избежать неприятностей при условии приобретения ими социального ранга, который можно было купить за весьма немалый взнос.
   В 350 г. до н. э. начался второй тур реформ. Все царство было разделено на управляемые чиновниками уезды (они существовали и ранее, но теперь это была новая схема, с обязательным новым членением). Была унифицирована система мер и весов, закреплены за крестьянами их наделы. И хотя эта последняя реформа объективно создавала определенные условия для появления в деревне богатых и бедных и тем самым для укрепления позиций частных собственников, едва ли есть основания преувеличивать роль этого объективного процесса, протекавшего и до реформ. Гораздо важнее было то, что теперь все, включая и положение богача-частника, было под строгим контролем властей, бдительно следивших за тем, чтобы излишние накопления, не задерживаясь в амбарах богатых, посредством механизма экспроприации шли в казну.
   Реформы Шан Яна оказались оптимальным решением сложных проблем. При их посредстве царство Цинь, несмотря на трагичную судьбу самого реформатора (он был четвертован, как только власть перешла к ненавидевшему его наследнику), сумело быстрыми темпами достичь успеха как в сфере экономики и социальных отношений, так и в политике, особенно в войнах с соседями. Стоит заметить, что даже знаменитый конфуцианец III в. до н. э. Сюнь-цзы, в молодости побывавший в Цинь, не смог удержаться от того, чтобы отметить успехи реформ легиста Шан Яна. Видимо, это не в последнюю очередь определило взгляды и самого Сюнь-цзы, учение которого по ряду пунктов сблизилось с легизмом, а наиболее известные ученики которого – Хань Фэй-цзы и Ли Сы – оказались в конечном счете легистами.
   Политическая история периода Чжаньго протекала на фоне описанных выше сложных внутренних процессов и в прямой зависимости от них. Соперничавшие друг с другом царства вели между собой ожесточенные и порой весьма жестокие войны. Постепенно перекраивалась карта страны, на передний край выходили наиболее могущественные государства, одним из которых было реформированное Шан Яном царство Цинь.
   Обеспокоенные быстрым ростом мощи этого царства, остальные шесть попытались было создать коалицию против него. Вся вторая половина Чжаньго прошла под знаком искусной дипломатии, наивысший расцвет которой пришелся на годы активной деятельности двух известных дипломатов, Чжан И и Су Циня, выходцев из одной и той же школы (такого рода школ философской и политической мысли в Чжаньго, как о том уже говорилось в связи с конфуцианством, моизмом и даосизмом, было достаточно много: традиция повествует о “ста школах”, т. е. о многих соперничавших учениях, организациях, группах).
   Начало оживленной дипломатической деятельности положили поездки Су Циня к правителям ряда царств с целью создать вертикальную коалицию царств (с севера на юг) против западного их соседа Цинь. Однако реализации этого опасного для Цинь плана помешали искусные интриги циньцев, которые прибегли к помощи Чжан И, посланного в некоторые из царств с целью продемонстрировать несостоятельность планов Су Циня и попытаться создать иную, горизонтальную коалицию царств (с востока на запад) против южного Чу. Результатом деятельности обоих дипломатов была взаимная нейтрализация их планов, отчего выгадало царство Цинь. Присоединив одно за другим соседние царства, Цинь к середине III в. до н. э. оказалось лицом к лицу лишь с одним грозным соперником – с Чу. И здесь сыграла свою роль умелая политика правителя Цинь Ин Чжэна, будущего императора Цинь Ши-хуанди, который сумел довести до победного конца борьбу за гегемонию и в 221 г. до н. э. завершил объединение Китая под своей властью.

 
< Пред.   След. >