YourLib.net
Твоя библиотека
Главная arrow Политология: Политическая теория, политические технологии (А.И. Соловьев) arrow Сущность и особенности авторитарной политической системы
Сущность и особенности авторитарной политической системы

Сущность и особенности авторитарной политической системы

   В настоящее время в большинстве современных стран мира установились авторитарные политические порядки. Причем немало ученых как в прошлом, так и в настоящем весьма позитивно оценивали и оценивают данный тип организации власти. Так, еще в XVIII в. французские мыслители Ж. де Местор и Л. де Бональд, рассматривая авторитет как стержень государственного порядка, видели в нем альтернативу хаосу, способ установления равновесия между борющимися в обществе группами. Испанец Д. Кортес видел в авторитарном политическом порядке, обеспечивающем святость повиновения, условие сплоченности нации, государства и общества. О. Шпенглер также считал, что, в отличие от либерализма, порождающего анархию, авторитаризм воспитывает дисциплину и устанавливает в обществе необходимую иерархию. Многие ученые и политики рассматривают данный тип властвования (как, например, И. Ильин, в виде “авторитарно-воспитывающей диктатуры”) в качестве наиболее оптимальной формы политического обеспечения перехода отсталых стран к современной демократии.
   Богатство и разнообразие авторитарных политических систем, по сути являющихся промежуточным типом между демократией и тоталитаризмом, обусловили и ряд универсальных, принципиальных отличительных черт этих политических порядков.
   В самом общем виде за авторитаризмом закрепился облик системы жесткого политического правления, постоянно использующей принудительные и силовые методы для регулирования основных социальных процессов. В силу этого важнейшими политическими институтами в обществе являются дисциплинарные структуры государства: его силовые органы (армия, полиция, спецслужбы), а равно и соответствующие им средства обеспечения политической стабильности (тюрьмы, концентрационные лагеря, превентивные задержания, групповые и массовые репрессии, механизмы жесткого контроля за поведением граждан). При таком стиле властвования оппозиция исключается не только из сферы принятия решений, но и из политической жизни в целом. Выборы или другие процедуры, направленные на выявление общественного мнения, чаяний и запросов граждан, либо отсутствуют, либо используются сугубо формально.
   Блокируя связи с массами, авторитаризм (за исключением своих харизматических форм правления) утрачивает возможность использования поддержки населения для укрепления правящего режима. Однако власть, не опирающаяся на понимание запросов широких социальных кругов, как правило, оказывается неспособной создавать политические порядки, которые выражали бы общественные запросы. Ориентируясь при проведении государственной политики только на узкие интересы правящего слоя, авторитаризм использует в отношениях с населением методы патронирования и контроля над его инициативами. Поэтому авторитарная власть способна обеспечить лишь принудительную легитимность. Но столь ограниченная в своих возможностях общественная поддержка сужает для режима возможности политического маневра, гибкого и оперативного управления в условиях сложных политических кризисов и конфликтов.
   Устойчивое игнорирование общественного мнения, формирование государственной политики без привлечения общественности в большинстве случаев делают авторитарную власть неспособной создать какие-либо серьезные стимулы для социальной инициативы населения. Правда, за счет принудительной мобилизации отдельные режимы (например, Пиночет в Чили в 70-х гг.) могут в короткие исторические периоды могут вызывать к жизни высокую гражданскую активность населения. Однако в большинстве случаев авторитаризм уничтожает инициативу общественности как источник экономического роста и неизбежно ведет к падению эффективности правления, низкой хозяйственной результативности власти.
   Узость социальной опоры власти, делающей ставку на принуждение и изоляцию общественного мнения от центров власти, проявляется и в практическом бездействии идеологических инструментов. Вместо систематического использования идеологических доктрин, способных стимулировать общественное мнение, обеспечивать заинтересованное участие граждан в политической и социальной жизни, авторитарно правящие элиты в основном используют механизмы, направленные на концентрацию своих полномочий и внутриэлитарное согласование интересов при принятии решений. В силу этого главными способами согласования интересов при выработке государственной политики становятся закулисные сделки, подкуп, келейный сговор и другие технологии теневого правления.
   Дополнительным источником сохранения такого типа правления является использование властями определенных особенностей массового сознания, менталитета граждан, религиозных и культурно-региональных традиций, которые в целом свидетельствуют о достаточно устойчивой гражданской пассивности населения. Именно массовая гражданская пассивность служит источником и предпосылкой терпимости большинства населения к правящей группировке, условием сохранения ее политической устойчивости.
   Однако систематическое применение жестких методов политического управления, опора властей на массовую пассивность не исключают определенной активности граждан и сохранения их объединениям некоторой свободы социальных действий. Свои (пусть скромные) прерогативы и возможности влияния на власть и проявления активности имеют семья, церковь, определенные социальные и этнические группы, а также некоторые общественные движения (профсоюзы). Но и эти социальные источники политической системы, действующие под жестким контролем властей, не способны породить сколько-нибудь мощные партийные движения, вызвать массовый политический протест. В подобных системах правления существует скорее потенциальная, чем реальная оппозиция государственному строю. Деятельность оппозиционных групп и объединений больше ограничивает власть в установлении ею полного и абсолютного контроля за обществом, нежели пытается реально корректировать цели и задачи политического курса правительства.
   Авторитарные режимы формируются, как правило, в результате государственных переворотов или “ползучей” концентрации власти в руках лидеров или отдельных внутриэлитарных группировок. Складывающийся таким образом тип формирования и отправления власти показывает, что реально правящими силами в обществе являются небольшие элитарные группировки, которые осуществляют власть либо в форме коллективного господства (например, в виде власти отдельной партии, военной хунты), либо в форме режима единовластия того или иного, в том числе харизматического, лидера. Причем персонализация правящего режима в облике того или иного правила выступает наиболее часто встречающейся формой организации авторитарных порядков.
   Но в любом случае главной социальной опорой авторитарного режима, как правило, являются группы военных (“силовиков”) и госбюрократия. Однако, эффективно действуя в целях усиления и монополизации власти, они плохо приспособлены для обеспечения функций интеграции государства и общества, обеспечения связи населения с властью. Образующаяся в результате дистанция между режимом и рядовыми гражданами имеет тенденцию к увеличению.
   В настоящее время наиболее существенные предпосылки для возникновения авторитарных режимов сохраняют переходные общества. Как отмечает А. Пшеворский, “авторитарные соблазны” в обществах этого типа практически неискоренимы. Осознание повседневных трудностей вызывает искушение у многих политических сил “сделать все прямолинейно, одним броском, прекратить перебранку, заменить политику администрированием, анархию – дисциплиной, делать все рационально”. Например, в современном российском обществе склонность к авторитарным методам правления постоянно подпитывается потерей управляемости общественными преобразованиями, фрагментарностью реформ, наличием резкой поляризации сил на политическом рынке, распространением радикальных форм протеста, являющихся угрозой целостности обществу, а также не сложившимся национальным единством, распространенными консервативными представлениями, массовым желанием быстрого достижения социальной эффективности.

 
< Пред.   След. >