YourLib.net
Твоя библиотека
Главная arrow История средних веков. Том I (Под ред. С.Д. Сказкина) arrow § 1. Германия в XII-XIII вв.
§ 1. Германия в XII-XIII вв.

§ 1. Германия в XII-XIII вв.

   Развитие производительных сил в сельском хозяйстве
   На протяжении XII—XIII вв. производительные силы Германии шагнули значительно вперед. Одним из показателей этого являлась широкая внутренняя колонизация. В результате упорного труда десятков и сотен тысяч крестьян изменился сам облик страны. Место дремучих лесов и топких болот заняли деревни и пашни. Успешно шло освоение горных массивов на юге и наступление на море на севере. В XIII в. внутренняя колонизация в Германии была в основном завершена. Благодаря увеличению площади обрабатываемых земель выросла масса производимой в стране сельскохозяйственной продукции.
   Наряду с этим шел процесс интенсификации сельского хозяйства. Внедрялись более ценные зерновые культуры (это, в частности, нашло свое выражение в преобладании ржи над ячменем), все дальше на восток и север продвигалось виноградарство и садоводство, повсеместно распространялись технические культуры (лен, конопля, вайда), развивалось овцеводство. Совершенствовались земледельческие орудия — на место серпа пришла коса, на смену молотильной палке — цеп. Землю стали лучше и чаще пахать, тщательнее удобрять мергелем и навозом. Важное значение имел переход к использованию в сельском хозяйстве тягловой силы лошади, что стало возможным с введением в практику ковки лошадей. Все это сказалось на повышении урожайности (до сам-4, сам-5).
    
   Возникновение и рост городов
   Важнейшим результатом подьема сельского хозяйства в Германии, как и в других странах Западной Европы, явилось отделение ремесла от сельского хозяйства и развитие средневекового города. Раньше всего города возникают в бассейне Рейна (Кёльн, Кобленц, Майнц, Вормс, Шпейер, Страсбург, Бонн), Дуная (Ульм, Регенсбург, Донауверт и др.). Процесс отделения города от деревни в Германии К. Маркс датирует IX—XII вв.1 В XII в. в стране насчитывалось около 50 городов, а в течение XIII в. их число возросло до 500. Правда, в подавляющем большинстве это были мелкие города, насчитывающие подчас несколько сот жителей и сохранившие тесную связь с сельским хозяйством.
   Но наряду с ними уже в XII—XIII вв. выделялись города, не только являвшиеся ремесленно-торговыми центрами ближайшей округи, но и ведшие широкую внешнюю торговлю. К их числу принадлежал, например, Кёльн — самый большой город средневековой Германии. Кёльн был центром развитого металлообрабатывающего и шерстяного производства, изделия которого находили сбыт далеко за пределами Германии. Экономическое значение Кёльна было связано с его выгодным географическим положением. Он лежал на скрещении важ-лейшей водной артерии средневековой Европы — Рейна — с сухопутным торговым путем, шедшим из Брюгге через Вестфалию и Бра-ушпвейг на Гамбург и Любек. Город являлся крупным перевалочным пунктом для товаров, поступающих из Северной Италии, Фландрии л Балтийского побережья. Важными ремесленно-торговыми центрами в этот период выступали также Аугсбург, Нюрнберг, Ульм, Любек и др.
   К числу наиболее развитых отраслей ремесла в этот период от-лосятся металлообработка, текстильное производство, а также строительное дело. В XII в. в Германии осуществляется переход к сооружению каменных зданий, что сопровождалось крупными техническими нововведениями. В XII—XIII вв. значительных успехов достигло горное дело. Возникают новые центры добычи железной руды (Фрейбург в Шварцвальде), олова (в Рудных горах), меди (Мансфельд), золота (Гольдбург в Силезии), серебра (в Саксонии). Усложняется и совершенствуется сам процесс добычи металлов.
   В немецком городе рано появилась и достигла большого расцвета цеховая организация ремесла. Древнейшими цехами являются цехи майнцских ткачей (1099), вормских торговцев рыбой (1106—1107) и вюрцбургских сапожников (1128). Существовали даже женские цехи — ткачих шелковых изделий, прядильщиц, шляпниц.
   В XI—XIII вв. наиболее развитые города, прежде всего рейнские, вели борьбу против сеньориального гнета, особенно тяжелого в епископских городах. Однако лишь немногим городам удалось освободиться из-под власти территориальных князей; это так называемые свободные имперские города (Кёльн, Вормс, Шпейер, Регенсбург, Майнц и др.). Подавляющее большинство городов оставалось под княжеским суверенитетом. Однако многие ремесленно-торговые центры, как правило, пользовались довольно широкой автономией. Внутренними делами таких городов ведал выборный городской совет, которому принадлежало исключительное право налогообложения, организации обороны города, обеспечения его продовольствием.
   Власть в городах принадлежала патрициату, главным образом богатым купцам. Цехи, игравшие большую роль в экономической жизни города, были бесправны в политическом отношении. С XIII в. начинается борьба цехов за участие в политической жизни города. В ряде городов (Фрейбург, Гослар, Ульм) цехи добились участия в городском совете, но в большинстве случаев цеховые движения в XIII в. заканчивались неудачей.
    
   Эволюция аграрных отношений
   Подъем городского ремесла оказал большое влияние на развитие аграрных отношений. С появлением городов в товарно-денежные связи стало втягиваться крестьянское хозяйство и хозяйство феодалов. Устанавливались более или менее регулярные рыночные связи между городом и деревней, город становился экономическим центром прилегающей сельской округи.
   Втягивание деревни в товарно-денежные отношения вело к существенным изменениям в характере аграрного строя, в формах и методах феодальной эксплуатации крестьянства. Во многих районах Германии в XII—XIII столетиях происходит разложение старой вотчинной системы, основанной на использовании барщинного труда крепостных и зависимых крестьян. Повышение спроса на сельскохозяйственную продукцию, вызванное увеличением городского населения, побуждало феодалов отказываться от малопроизводительного барщинного труда, толкало к поискам более выгодных форм поместной организации. Чтобы увеличить доходность своих владений, феодал готов был отказаться от наиболее тяжелых форм крестьянской зависимости и барщины, если это давало более широкие возможности повысить другие крестьянские повинности (денежные платежи и т. п.). На смену основанной на барщинном труде вотчине в XIII в. пришла так называемая чистая сеньория, характерным признаком которой является полное или почти полное отсутствие самостоятельного господского хозяйства. Бывшая барская запашка делилась на сравнительно большие участки, которые сдавались в аренду мейерам (вотчинным управляющим из числа зажиточных крестьян). Но в отличие от Франции и Англии, где и при ликвидации домениального хозяйства крестьяне, как правило, сохраняли наследственные права на свой надел, в Германии значительная часть крестьян из наследственных держателей превратились в краткосрочных арендаторов. Однако это были феодальные арендаторы, уплачивающие владельцу земли не арендную плату, а феодальную ренту.
   Распространение арендных отношений подобного типа отнюдь не меняло феодальной природы эксплуатации крестьян (со временем их тоже стали называть мейерами). Господствующей формой феодальной ренты становится теперь натуральный оброк продуктами, обычно от четверти до половины урожая, дополняемый часто денежными платежами. “Чистая сеньория” получила широкое распространение в Нижней Саксонии, Вестфалии, Баварии, а также на Швабско-Бавар-ском плоскогорье. В остальных районах Юго-Западной и Средней Германии (Алемания, Франкония, Прирейнская область) происходит процесс так называемого окаменения вотчины. Здесь сохраняется старая вотчинная организация, но в рамках ее совершается частичный переход к денежной ренте, что влечет за собой появление значительного количества лично свободных крестьян, уплачивающих феодалу денежный оброк — чинш. В отличие от районов распространения “чистой сеньории” крестьяне здесь сохранили свои наследственные держания и даже в известной степени укрепили свои владельческие права на них.
   Смена форм феодальной ренты обусловила существенные изменения в положении немецкого крестьянства. Исчезают наиболее тяжелые формы крепостной зависимости, многие крестьяне получают личную свободу. Можно говорить об определенном улучшении положения немецкого крестьянства в XII—XIII вв. Но это улучшение коснулось прежде всего правового, а не фактического положения крестьян. Освобождение от крепостной зависимости часто сопровождалось лишением их земель. Распространение краткосрочной аренды ухудшало владельческие права крестьян, вело к постоянному возрастанию крестьянских повинностей: при каждом очередном перезаключении арендного договора феодал имел возможность повышать арендную плату. В отдельных районах Германии (в частности, на северо-западе) светские и особенно духовные феодалы захватывали общинные земли и даже иногда сгоняли крестьян с их наделов. Источники XII—XIII вв. полны жалоб крестьян на притеснения и всевозможные злоупотребления со стороны должностных лиц вотчины. Бесконечные феодальные распри, не говоря уже о прямом грабеже со стороны феодалов, тяжелым бременем ложились на крестьянское хозяйство, часто приводили к его обнищанию и разорению.
   Перемены в аграрном строе содействовали значительной дифференциации крестьянства. Выделялись зажиточные крестьяне, соединявшие в своих руках по нескольку крестьянских наделов (гуф) или арендовавшие целые поместья, которые они обрабатывали руками своих обедневших односельчан. С другой стороны, множилось число малоземельных крестьян, владевших лишь частью нормального земельного чадела. Возникает слой безземельных крестьян. В деревне появляется новый социальный тип — поденщик, вынужденный помимо выполнения обычных сеньориальных обязанностей наниматься к феодалу или зажиточному крестьянину за особую плату.
    
   Классовая борьба в ненецкой деревне
   Крестьяне вели повседневную борьбу против феодальной эксплуатации. В районах распространения краткосрочной аренды они боролись за сохранение наследственного характера держаний. Повсеместно они выступали против насилий сеньоров, добивались уменьшения феодальных повинностей и поборов. Формы крестьянского сопротивления были различны. Здесь и отказ от выполнения повинностей, и преднамеренное небрежное выполнение их и причинение ущерба хозяйству феодала, и, наконец, убийство наиболее ненавистных господ и их должностных лиц.
   Особенно широкое распространение приобрело бегство крестьян, принявшее в этот период такой размах, что феодалы заключали между собой соглашения о выдаче беглых, добивались у городов обязательств не принимать в свои стены бежавших крестьян, требовали принятия законодательных мер.
   Классовая борьба немецкого крестьянства в XII—XIII столетиях носила еще локальный характер. Крестьянские выступления обычно не выходили за рамки отдельной деревни или поместья. Лишь в конце XIII в. происходят более широкие крестьянские восстания. Одно из них под предводительством Фридриха Деревянного Башмака в 1285 г., поддержанное горожанами, охватило большую территорию на севере Германии и было подавлено только соединенными усилиями императора и князей.
    
   Экономические предпосылки образования системы территориальных княжеств
   Подъем производительных сил и связанные е ним перемены в социальной структуре общества оказали большое влияние на политическое развитие страны. Однако социально-экономические сдвиги в Германии в отличие от Франции и Англии в конечном итоге пошли на пользу центробежным силам, использовавшим их для закрепления раздробленности страны.
   Экономический подъем в Германии в XII—XIII вв. не привел к образованию единого экономического центра, подобного Парижу или Лондону, к которому тяготели бы все области страны. Крупнейшие немецкие города экономически были более связаны с иностранными центрами, чем между собой. Города, расположенные по верхнему Рейну и Дунаю, вели оживленную торговлю с Венецией; Кёльн и другие города на среднем и нижнем течении Рейна тяготели по своим торговым связям к Шампани и Фландрии; города побережья Северного моря торговали с Англией, Скандинавскими странами, Прибалтикой. Для тесно связанного с транзитной внешней торговлей бюргерства этих городов объединение страны не являлось жизненной необходимостью.
   Немецкие города были естественными экономическими центрами для прилегающей округи. Причем чем значительнее был город как экономический центр, тем обширнее была и примыкающая к нему округа, включавшая в себя не только сельские поселения, но и более мелкие города. В пределах такой округи происходила известная экономическая централизация, устанавливались более или менее постоянные хозяйственные связи. Областная централизация, однако, не сопровождалась установлением прочных связей между различными районами. Тем самым центробежные силы в Германии получали мощную поддержку в самом характере экономического развития страны.
   Областная централизация в условиях углубляющейся хозяйственной раздробленности Германии явилась экономической основой развития системы так называемых территориальных княжеств, т. е. компактных территорий, в пределах которых их властители обладали относительно полной политической властью. Зачатки территориальных княжеств возникли в Германии, как мы видели, уже в конце XI — начале XII в., но их окончательное утверждение стало возможным на базе экономического подъема XII—XIII вв. Развитие городов явилось для князей орудием укрепления их самостоятельности, источником финансовых доходов, опорой политического влияния. Территориальные князья поощряли развитие городов в своих землях, основывали новые торгово-ремесленные центры. Показательно, что начиная с XIII в. почти все вновь основанные города возникают во владениях князей. Одновременно князья стали подчинять себе имперские города.
   Оборотной стороной превращения города в орудие территориальной политики феодальной знати явилось прогрессирующее ослабление его связи с центральной властью. В средневековой Германии в отличие от Франции и Англии не сложился союз королевской власти я городов, являвшийся в средние века необходимым условием преодоления политической раздробленности страны. На заре своей истории немецкие города в борьбе с сеньорами также пытались опереться на помощь королевской власти. Они видели в короле (императоре) своего естественного союзника и покровителя, оказывали ему поддержку в его столкновениях с феодальной знатью. Так, во время Саксонского восстания XI в., когда против Генриха IV выступила вся феодальная верхушка Германии, активную помощь королю оказали горожане Кёльна и Вормса. И в дальнейшем горожане оставались союзниками Генриха IV. Однако тогда немногочисленные немецкие города были и в экономическом, и в политическом, и в военном отношениях слишком слабы, чтобы служить действенной опорой короля, и эта ранняя попытка германских королей опереться в своей централизаторской политике на города окончилась неудачей. Что касается преемников Генриха IV, то они все дальше уходили от начинавшегося союза с городами, пока, наконец, в XIII в. их политика в отношении городов не стала откровенно враждебной.
    
   Немецкая агрессия на Востоке
   Укрепление могущества немецких территориальных князей в немалой степени было связано с агрессией немецких феодалов на Востоке против полабских славян и народов Восточной Прибалтики (так называемый Drang nach Osten). Своеобразие нового этапа немецкой агрессии против славян, начавшегося в XII в., заключается в том, что руководящую роль в ней стали играть не императоры, а князья, опиравшиеся на союз с католической церковью. Князья стремились создать обширные владения, которые служили бы основой их независимого положения в империи. Главную военную силу походов составляли мелкие феодалы-рыцари. Порабощение раздробленных славянских земель после неудач в Италии и в крестовых походах казалось им предприятием сравнительно выгодным и легким. В этом движении принимали участие и немецкие города, стремившиеся получить значительные торговые выгоды на Востоке.
   Наступление немецких феодалов против славянского племени ободритов, обитавших в нижнем течении Эльбы (Лабы), возглавил герцог Баварии и Саксонии Генрих Лев из рода Вельфов — крупнейший феодальный хищник XII в., соперничавший по своему могуществу с императором. Генрих Лев отличался необычайной даже для той поры жестокостью и коварством, он не останавливался перед самыми кровавыми средствами. После длительной и ожесточенной борьбы на захваченных немцами землях ободритов было создано зависимое от Генриха Льва герцогство Мекленбургское. Около того же времени было основано и маркграфство Бранденбургское (на землях племени лютичей) во главе с Альбрехтом Медведем. В XIII в. центром этого маркграфства стал Берлин (впервые упоминается в 1230 г.). Генрих Лев захватил славянское Поморье (между Одером и Вислой). Население захваченных славянских земель массами истреблялось, уцелевшие сгонялись в места, не пригодные для земледелия, а их земли переходили к немецким феодалам, приглашавшим для их обработки немецких колонистов.
   В начале XIII в. немецкие феодалы приступили к завоеванию Восточной Прибалтики. С этой целью в 1202 г. при активном участии папы Иннокентия III был организован новый духовно-рыцарский Орден меченосцев, который к середине XIII в. захватил территорию современной Латвии, а затем южную часть современной Эстонии. В 1226 г. Тевтонскии орден, переведенный по распоряжению папы и” Палестины в Прибалтику, начал завоевание земель литовского племени пруссов, населявших Балтийское побережье между Вислой и Неманом. Пруссы оказали длительное и упорное сопротивление захватчикам, и в ходе завоевания, которое было завершено только к концу XIII в., они были подвергнуты беспощадному истреблению. В 1237 г. оба ордена слились в один — Тевтонский. Его владения охватывали почти все юго-восточное побережье Балтийского моря. Попытки немецких рыцарей продвинуться оттуда на Русь были пресечены разгромом их войска в битве на Чудском озере (1242) новгородским князем Александром Невским.
   Для укрепления своего господства в заэльбских землях феодалы широко использовали крестьян из Германии — колонистов, которых они привлекали льготными условиями поселения. Обычно феодал находил подрядчика (локатора), который вербовал переселенцев, а затем становился старостой деревни. Переселявшимся крестьянам предоставлялись двойные туфы на правах наследственного чиншевого держания. Повинности были фиксированы и взимались только с земли: сами крестьяне считались лично свободными, в частности за ними сохранялась свобода передвижения.
   Германская колонизация несколько способствовала экономическому подъему Заэльбья. Увеличилась площадь культивируемых земель, выросли новые города, усилились торговые связи по побережью Балтийского моря. Но этот подъем был достигнут ценой массового порабощения и насильственной германизации местного населения.
   Одновременно немецкая колонизация устремилась на юго-восток, в придунайские земли, также заселенные славянами. Здесь на Среднем Дунае еще в конце X в. была образована Восточная, или Австрийская, марка, в XIII в. она превратилась в герцогство. Затем австрийские герцоги захватили соседние славянские области — Штирию, Каринтию, Крайну. Немецкая колонизация, в которой принимали участие рыцарство, церковь (особенно монастыри) и торгово-ремес-ленные элементы, была направлена также и в Чехию.
    
   Крах итальянской политики германских императоров
   Одновременно с агрессивной политикой на Востоке немецкие феодалы не оставляли замыслов подчинения Италии и папства. Главными вдохновителями и организаторами захватнической политики на этом фронте явились германские императоры.
   Одним из наиболее агрессивных проводников этой, политики был Фридрих I Барбаросса (1152—1190) из династии Гогенштауфенов (1138—1254). Итальянская политика Барбароссы — это политика разнузданного грабежа и разбоя, в основе которой лежало стремление использовать богатые ресурсы Италии в династических целях. Вначале Фридрих I добился некоторых успехов. В 1154 г. он отправился в свой первый итальянский поход, целью которого было коронование в Риме императорской короной. Германские войска вошли в Рим, охваченный антипапским восстанием горожан во главе с Арнольдом Брешианским. Фридрих, однако, не только не поддержал борьбу горожан, но выступил против них. Благодарный папа короновал его в Риме. Так на почве борьбы с народным движением временяо объединились, казалось бы, непримиримые противники — империя и папство. Однако насилия немецких рыцарей вызвали всеобщее восстание в Риме, в результате которого Фридрих вынужден был оставить город
   В 1158 г. Фридрих I предпринял новый поход в Италию. В Ронкальской долине (близ Пьяченцы) он собрал представителей североитальянских городов. Используя их разобщенность и взаимную вражду, он провел на этом сейме решение о лишении городов^прав самоуправления и назначении в них наместников — подеста, которые должны были заменить выборных консулов. Фридрих присвоил себе право высшей судебной власти в городах северной Италии и обложил их налогами. По существу, это означало полное подчинение североитальянских городов императору. Фридрих жестоко расправился с миланцами, которые отказались признать власть германского императора ж не приняли назначенного им подеста. В 1162 г. после двухлетней осады Мичан был взят и разрушен, рыночная площадь была вспахана, а борозды посыпаны солью в знак того, что на месте города всегда будет пустошь. Жители непокорного города были расселены в деревнях, превращены в крепостных и обложены тяжелой барщиной в пользу императора.
   Драконовскими мерами Фридрих I думал запугать североитальянские города и укрепить свое владычество в Италии. Но произошло обратное: потрясенные расправой с миланцами, города поднялись на борьбу с императором. В 1167 г. они создали Ломбардскую лигу, куда вошло 22 города Северной Италии во главе с Миланом, отстроившимся заново. Активную помощь Лиге оказал папа Александр III. Между тем Фридриху отказали в военной помощи многие немецкие князья, в том числе и самый могущественный из них — Генрих Лев. Решающая битва между войсками императора и Ломбардской лигой произошла в 1176 г. около Леньяно (северо-западнее Милана). Немецкие рыцари потерпели полное поражение, сам Фридрих едва спасся бегством.
   Зто была одна из первых битв, в которой рыцарское войско было побеждено ополчением городских ремесленников и купцов. В следующем году в Венеции Фридрих I капитулировал перед папой и заключил шестилетнее перемирие, условия которого были закреплены в 1183 г. миром в Констанце. Фактически этот мир означал восстановление самоуправления итальянских городов, укрепление их политической самостоятельности.
   Последнюю попытку утвердиться в Италии предпринял внук Барбароссы император Фридрих II (1220—1250) — одна из колоритнейших фигур, когда-либо занимавших королевский престол. Выросший в Сицилии (он был одновременно королем Сицилийского королевства, перешедшего к нему по наследству от отца, императора Генриха VI, женатого на наследнице сицилийского престола), он причудливым образом сочетал в себе черты воинственного рыцаря, искателя приключений и восточного деспота. Фридрих II окружил себя византийскими, арабскими и еврейскими учеными, основал университет в Неаполе; он читал в подлиннике греческих, римских и арабских авторов, занимался научными наблюдениями, писал трактаты, увлекался поэзией. Вместе с тем Фридрих II был крупным государственным деятелем своего времени, выдающимся дипломатом. В отличие от большинства современников, он был глубоко равнодушен к религиозным вопросам; однако, проявляя терпимость к иноверцам, жестоко преследовал народные еретические движения. Став императором, он сохранил в качестве своей базы Сицилийское королевство. Все силы этого относительно централизованного государства Фридрих II бросил на завоевание Северной и Центральной Италии, но здесь он, как и Фридрих I, натолкнулся на решительное сопротивление городов и папства. Тяжелая изнурительная борьба с итальянскими городами и папой продолжалась с перерывами 30 лет, истощила ресурсы Сицилии и Южной Италии и в конечном итоге завершилась крахом династии Гогенштауфенов. После смерти Фридриха II в Сицилии по призыву папы высадился брат французского короля Карл Анжуйский. Внук Фридриха II шестнадцатилетний Конрадин сделал отчаянную попытку изгнать французов, но был в 1268 г. разбит и сложил голову на плахе. Спустя несколько лет умер в заточении последний сын Фридриха. Так бесславно закончила свое существование династия Гогенштауфенов как в Германии, так и в Италии. Финал ее был закономерен, ибо цели, преследовавшиеся ими, были столь же утопичны, сколь и реакционны.
    
   Укрепление самостоятельности территориальных князей
   Объективным следствием великодержавной политики Гогенштауфенов были дальнейшее ослабление центральной власти в Германии ирост самостоятельности территориальных князей. Поглощенные итальянскими делами и связанными с ними честолюбивыми замыслами, германские императоры, чтобы развязать себе руки и обеспечить поддержку князей, были вынуждены делать им одну уступку за другой. В этом отношении показательна политика Фридриха II, для которого Германия всегда оставалась чужой страной. Он лишь трижды посетил Германию, прожив там в общей сложности менее 9 лет. О слабости центральной власти в Германии свидетельствует тот факт, что даже самые могущественные императоры так и не смогли добиться признания принципа наследственности королевской власти. Королевский титул нередко передавался от отца к сыну, но для этого требовалось согласие феодальной знати, и уже в XII в. избрание короля крупными светскими и духовными феодаламистало правилом.
   Характерной чертой развития Германии этого периода является возобладание в ее политической организации территориального принципа над племенным. Окончательное завершение в стране процесса феодализации привело к тому, что на месте старых племенных герцогств появилось около сотни княжеств, из которых свыше 80 были духовные. Территориальные князья заняли место племенных герцогов и в феодальной иерархии, образуя сословие имперских князей — непосредственных ленников короны. Впрочем, имперские князья могли держать лены и от иностранных государей; многие из них уже в XII в. оказались в вассальной зависимости от нескольких государей, что, естественно, ослабляло империю. Зато они ревниво следили за тем, чтобы не устанавливалась прямая вассальная связь между их собственными вассалами и императором. Тем самым центральная власть изолировалась от тех слоев господствующего класса — мелких и средних феодалов, — которые являлись ее естественными союзниками и объективно были заинтересованы в ее усилении.
   В конце XII в. центральная власть в Германии фактически теряет и другую свою опору — королевский министериалитет. Королевские министериалы нередко превращались в крупных феодалов, теряя непосредственную связь с короной, вступали в сложную систему вас-сально-ленных отношений. Примером может служить один из могущественнейших министериалов империи Вернер фон Боллэнд: он являлся вассалом 43 различных сеньоров, от которых держал в общей сложности более 500 ленов, в том числе 15 графств, и сам, в свою очередь, имел более 100 ленников. В то же время возвышаются министериалы церкви и светских господ, которые также входят в ряды господствующего класса, окончательно завершая тем самым процесс его конституирования. В XIII в. императоры постепенно утрачивают и поддержку городов, все более убеждавшихся во враждебности имперской политики их интересам.
   Не имея прочной социальной опоры, императоры вынуждены были лавировать между князьями и тем самым содействовать их дальнейшему усилению. В этом отношении показательна политика Фридриха I Барбароссы. Чтобы обеспечить себе поддержку Генриха Льва в итальянских походах, он передал ему вдобавок к Саксонскому герцогству еще Баварию и некоторые другие территории, а также право бесконтрольного хозяйничанья в захваченных славянских землях. Однако рост могущества Генриха Льва и его бесчинства вызвали недовольство других немецкий князей, многие из которых сами стали жертвой его агрессии. К ним присоединился и сам Фридрих, которому, несмотря на униженные просьбы, Генрих Лев не помог в битве при Леньяно. В результате объединенных действий императора и князей Генрих Лев был вынужден предстать перед имперским судом, который конфисковал его владения, а самого изгнал из империи. Но разгром самого могущественного князя отнюдь не привел к усилению позиций императора в Германии. Конфискованные у Генриха Льва владения были разделены между другими князьями, что в конечном итоге привело к росту могущества князей и укреплению территориальной системы в целом.
   Важным этапом в процессе окончательного оформления системы территориальных княжеств в Германии явилось правление Фридриха II. Если Фридрих I раздавал привилегии отдельным князьям, то Фридрих II сделал решающие уступки всем имперским князьям как особому сословию. Все права, присвоенные им раньше, получила теперь законодательное закрепление и дальнейшее развитие. Князья приобрели высшую юрисдикцию, право чеканить монету, взимать налоги и пошлины, основывать города и предоставлять им рыночные права. Под угрозой суровых наказаний городам запрещалось создавать союзы и выступать против феодальных сеньоров. Германия фактически распалась на множество мелких территориальных владений, которые лишь в очень ограниченной степени признавали верховную власть императора. Последовавший после краха Гогенштауфенов период междуцарствия (1254—1273) еще более закрепил политическую-раздробленность страны. Императоры, отказываясь от великодержавной политики своих предшественников, сами все более превращались, в территориальных князей. Свои усилия они направляют главным образом на расширение родовых владений. Начало этой политики положил Рудольф I (1273—1291) — представитель второстепенного дома Габсбургов, обладавшего сравнительно небольшими владениями в Эльзасе и Швейцарии. Рудольф I отнял у чешского короля Пшемысла II Австрию вместе со Штирией, Каринтией и Крайней, заложив таким образом основы могущества Габсбургов. Но именно поэтому после смерти Рудольфа князья не избрали на императорский престол: его сына — Габсбурги становились для них слишком опасными. С этого времени ла германском престоле одна династия сменяет другую. Императоры из домов Нассау, Люксембургов, Виттельсбахов и Габсбургов непрерывно следуют друг за другом. Это было результатом целенаправленной политики князей, стремившихся не допустить усиления императорской власти. Всевластие территориальных князей стало характерной чертой политической жизни Германии.

 
< Пред.   След. >