YourLib.net
Твоя библиотека
Главная arrow История средних веков. Том I (Под ред. С.Д. Сказкина) arrow § 2. Германия в XIV-XV вв.
§ 2. Германия в XIV-XV вв.

§ 2. Германия в XIV-XV вв.

   Особенности экономического и социально-политического развития Германии в XIV в.
   Начавшийся еще в XIII в. распад Священной Римской империи продолжался и в XIV в. Границы империи, простиравшиеся от Северного и Балтийского морей до Средиземного моря и oт Бургундии до славянских земель, были в значительной степени номинальными. В пределах их находились фактически самостоятельные государства Северной Италии, Чехия и образовавшийся в конце XIII в. Швейцарский союз.
   Германская империя, основанная Оттоном I в X в. и называвшаяся тогда Римской империей, с конца XII в. стала именоваться Священной Римской империей.
   Уже в середине XIII в. “лесные земли”, расположенные в альпийских долинах у Сен-Готардского прохода — кантоны Швиц, Ури и Унтервальден, объединились для борьбы с Габсбургами, которые стремились овладеть Сен-Готардом — воротами на торговой дороге между Германией и Италией. В 1291 г. эти три кантона заключили между собой “вечный союз” для борьбы за свободу. Первую решающую победу швейцарцы одержали в 1315 г. в битве при Моргартене (южнее Цюрихского озера), где войска Габсбургов были разгромлены крестьянской пехотой. Так возник и утвердился Швейцадский союз, который в течение последующих двух веков продолжал отстаивать свою свободу и политическую независимость.
   Для Германии XIV—XV вв. характерен был подъем городской жизни, дальнейший рост ремесла и торговли, особенно международной. Страны, расположенные по берегам Балтийского и Северного морей, и крупнейшие торговые центры на Средиземном море — Венеция я Генуя, ведшие оживленную транзитную торговлю между Западной Европой и странами Востока, — связывались между собой путем, который проходил через Альпийские проходы и по Рейну через Германию. Благодаря выгодному положению на путях мировой торговли северогерманские, южногерманские и рейнские города в XIV в. стали принимать все более активное участие в торговле Европы с Востоком, между севером и югом Европы, а также между этими городами и странами северной части континента. При этом расположенные по “Большой рейнской дороге” Кёльн, Майнц, Страсбург, Ульм, Шпейер, Вормс были не только центрами посреднической торговли, но и значительными центрами производства шерстяных и льняных тканей и обработки металлов. Однако, как и в предшествующий период, особенностью экономической жизни Германии оставалась слабая связь между ее городами. Рост ремесла и торговли и в XIV в. не привел к возникновению общегерманских рыночных связей и единого экономического центра.
   В XIV—XV вв. в городах стали учащаться социальные конфликты, развернулась ожесточенная борьба между патрицианской аристократией и цехами. Во многих городах результатом этой борьбы был захват власти цехами, а это, в свою очередь, вело к новым конфликтам между привилегированной цеховой верхушкой и демократическими слоями городского населения. Города вынуждены были вести борьбу и с князьями, стремившимися наложить на них свою руку, и с рыцарством, особенно “имперским рыцарством” Юго-Западной Германии. Рыцари, непосредственные вассалы императора, с ослаблением императорской власти оказывались предоставленными самим себе. Значение их как военного сословия было потеряно после того, как войны стали вестись при помощи наемников. Они отчасти пытались повысить свои доходы путем усиления нажима на крестьян, однако основная масса рыцарей превращается в этот период в мелких хищников и разбойников, ищущих источник пропитания и обогащения в феодальных усобицах, нанимаясь то к одному, то к другому князю, либо просто занимаясь грабежами на больших дорогах.
   Слабеющая императорская власть не могла оградить города от произвола князей и грабежей рыцарей и защитить интересы немецких купцов в их внешней торговле. В этих условиях города вынуждены были сами взять на себя защиту своих интересов как внутри, так и вне Германии. С этой целью они стали объединяться в союзы.
   Крупнейшим из таких союзов была северогерманская Ганза. Ее история началась с соглашений между отдельными городами и группами городов. К середине XIV в. Ганза охватила уже почти все германские города, расположенные на берегах Северного и Балтийского морей, и ряд других, связанных речными путями с побережьем. Ядром союза стали Штральзунд, Росток, Висмар, Любек, Гамбург и Бремен. Они стремились сосредоточить в своих руках всю посредническую торговлю в бассейне Балтийского и Северного морей, а также с Россией. С этой целью Ганзейский союз основал свои торговые конторы в Новгороде, Каунасе, Бергене, Стокгольме, Брюгге, Лондоне и других городах.
   В условиях царившей в Германии политической раздробленности Ганзейский союз выступал как самостоятельная политическая сила. Со второй половины XIV в. происходили регулярные съезды представителей входивших в союз городов. Решения этих съездов были обязательными для всех членов Ганзы. Ганза в XIV в. вела самостоятельную внешнюю политику, объединяясь с одними государствами и воюя с другими. В 1367 г. Ганза в союзе со Швецией и герцогом Мекленбургским начала войну с Данией. В результате ее по Штральзунд-скому миру 1370 г. Ганзейский союз получил ряд крепостей на юге Скандинавского полуострова и приобрел большой политический вес. Однако при всем своем могуществе Ганзейский союз не мог стать ни экономическим, ни политическим ядром Германии. Каждый город, состоявший членом Ганзы, вел свои дела самостоятельно. У союза не было ни общего управления, ни общих финансов, ни общего флота. Цель его заключалась главным образом в том, чтобы совместными усилиями добиваться для своих членов привилегий в районах ганзейской торговли. Ганзейский союз также поддерживал в своих городах реакционный олигархический строй, не допуская захвата власти цехами.
   Во второй половине XIV в. города Западной и Юго-Западной Германии также стали объединяться в союзы. В 70-е годы XIV в. возникли Швабский союз городов и Союз рейнских городов, затем объединившиеся в 1381 г. Не без поддержки князей стали возникать и рыцарские союзы. Борьба, начавшаяся между этими городскими и рыцарскими союзами, была на руку князьям, так как она ослабляла обе борющиеся стороны. Князьям, вмешивавшимся на стороне рыцарей в борьбу, протекавшую с переменным успехом, в конечном счете в 1388 г. удалось разгромить объединенный союз городов.
    
   Новые явления в промышленном развитии в XV в.
   Выгодное положение Германии на путях мировой торговли имело большое значение для развития ремесла. К XV в. выделка шерстяных тканей стала в Германии, как и в других странах Европы, главной отраслью производства, работавшего на отдаленные рынки. Развитие овцеводства в северогерманских землях и наличие местных красящих веществ создавали благоприятные условия для его роста. Значительные успехи были достигнуты в производстве хлопчатобумажных тканей и полотна, которые вывозились в Италию, Испанию и другие страны. Совершенствовалась и обработка металлов; в этом специализировался крупнейший тогда в Германии город Нюрнберг.
   Необходимость приобретения сырья, доставляемого из разных стран, и условия сбыта продукции на отдаленных рынках приводили в ряде случаев уже в конце XV в. к подчинению разрозненных и небогатых ремесленников купцу-предпринимателю, хорошо знакомому с усложнившимися условиями закупок сырья и сбыта товаров. Для производства некоторых видов товаров требовалось более сложное оборудование, приобрести которое тоже было не под силу отдельному ремесленнику. Поэтому обладавший капиталом купец часто становился организатором и руководителем всего процесса производства. При этом он нередко расчленял его на ряд отдельных стадий, каждая из которых составляла функцию особых ремесленников-специалистов, и объединял все эти стадии в общую систему. Такой купец-предприниматель, выделявшийся иногда и из среды разбогатевших ремесленных мастеров, превращал непосредственных производителей в фактически зависимых от него наемных рабочих, несмотря на то что они продолжали работать у себя на дому. Так стали зарождаться элементы раннекапиталистического производства в форме рассеянной мануфактуры.
   Эта форма организации производства ранее всего появилась в некоторых отраслях текстильной промышленности, преимущественно в сельских районах, где не было цехов с их регламентацией. Элементы капиталистических отношений стали особенно интенсивно развиваться также в новой отрасли производства — книгопечатании. В горном деле, в котором Германия занимала первое место в Европе, с самого начала также сложились благоприятные условия для зарождения элементов капиталистических отношений.
   Недра земли, являвшиеся вначале собственностью общины, постепенно превратились в княжеские и императорские регалии, сдававшиеся отдельным лицам или группам рудокопов. На шахтах в связи с характером производства применялся свободный труд. Поэтому беглые крестьяне, если они работали на горных промыслах, не могли быть затребованы феодалами. Рудокопы вначале составляли трудовые товарищества (gewerkschaften), участники которых сами работали в шахтах, добывали и плавили руду. В течение же XIV и XV вв. эти товарищества стали постепенно терять первоначальный трудовой характер. Рост добычи руды, особенно благородных металлов, требовал все большего углубления шахт, установки водоотводных и воздухоочистительных сооружений. Для этого были необходимы большие денежные затраты. Поэтому уже в последние десятилетия XV в. членами товариществ по обработке рудных участков могли быть только лица, обладающие необходимыми денежными средствами. Большие доходы пайщиков горных предприятий привлекали внимание многих состоятельных горожан. Вместе с тем князья и императоры, постоянно нуждаясь в деньгах, брали займы у крупных торгово-ростовщических фирм и закладывали им горные богатства своих территорий. В XV в. владельцы крупнейшей из таких фирм — Фуггеры — и другие фирмы Южной Германии сдавали Принадлежавшие им горные промыслы предпринимателям, а нередко и сами участвовали в эксплуатации рудников, в их снабжении новым оборудованием и организации производства с применением наемного труда.
   В горных промыслах Германии в XV в. было занято значительное число наемных рабочих, подвергавшихся эксплуатации уже капиталистического типа. Во второй половине XV в. нередки были волнения горнорабочих, требовавших повышения оплаты и улучшения условий труда. Но эти движения направлялись не столько против предпринимателей, сколько против регальной администрации, которая во многих районах фактически управляла горными предприятиями.
   Общий экономический подъем немецких городов и зарождение в отдельных отраслях ремесла новых форм производства наталкивались на существенные препятствия. Одним из них являлась неравномерность экономического развития страны: экономический подъем одних городов и земель сочетался в Германии с отставанием других. Не меньшее значение имела слабость экономических связей между отдельными областями, препятствовавшая образованию единого внутреннего рынка, а также политическая раздробленность. В этих условиях даже первые зачаточные элементы капиталистического производства встречали непреодолимое препятствие в феодальном строе, который оставался господствующим и в деревне, и в городе. Среди факторов, тормозивших экономическое развитие и обострявших социальные противоречия в стране, не последнее место занимал нараставший нажим на крестьянство, в частности усилившиеся явления сеньориальной реакции в деревне.
    
   Состояние сельского хозяйства в положение крестьян
   Со второй половины XIV в. после некоторого облегчения положения крестьян в XII—XIII вв. в Германии обнаружилось стремление феодалов к укреплению и распространению крепостничества и к увеличению лежавших на крестьянах повинностей. Этот процесс усиления эксплуатации крестьянства проходил по-разному в отдельных частях страны и имел разные результаты. В связи с начавшимся вывозом хлеба из Северо-Восточной Европы за границу, главным образом во Фландрию и Северные Нидерланды, в восточных землях Германии уже в XV в. наметился подъем хозяйственной активности дворянства. Наряду с польским городом Гданьском центрами хлебного вывоза стали немецкие города Ганзейского союза - Любек, Росток, Висмар, Штральзупд. Цены на хлеб в самой северо-Босточной Германии повысились, что породило у дворянства стремление к расширению своих хозяйств за счет крестьянских наделов. Однако стремление к сгону крестьян с земли и к переводу их на барщину не могло в широких размерах осуществиться в XV в. лавным образом из-за сопротивления свободных и достаточно обеспеченных землей немецких поселенцев — бывших колонистов. Ос-вная тяжесть гнета немецких феодалов в захваченных областях в этот период легла на еще сохранившихся там славянских и литовских крестьян.
   В районах Северо-Западной Германии первостепенную роль сыграло развитие местного рынка, т. е. спрос на продукты земледелия со стороны близлежащих и быстро развивавшихся городов. Рост производства шерстяных тканей в городах Вестфалии и Саксонии усилил спрос на шерсть, стимулировал развитие овцеводства и также вызвал стремление феодалов к расширению собственного хозяйства. Однако здесь уже к XV в. сложилась сильная прослойка зажиточных крестьян, владевших своими держаниями на наследственном праве и хорошо приспособившихся к условиям местного рынка. Крестьяне успешно сопротивлялись домогательствам феодалов, используя противоречия между князьями и рыцарством. Поэтому феодалы, продолжая тенденции, наметившиеся еще в XIII в., часто вынуждены были ликвидировать собственную запашку и сдавать землю в аренду зажиточным крестьянам.
   В Южной и Юго-Западной Германии не сложилось условий для развития крупного барского сельского хозяйства, производящего хлеб на вывоз. Это обусловило особый характер нажима на крестьянские хозяйства. Усиление феодальной эксплуатации происходило здесь путем увеличения барщины на работах по выращиванию льна и других технических культур, расширения барского овцеводства за счет захватов общинных угодий, увеличения всякого рода поборов, усиления личной зависимости крестьян, превращения наследственных держаний в срочную и краткосрочную аренду.
    
   Императоры и территориальные князья
   Характерные особенности исторического развития Германии — слабые экономические связи между ее частями и то, что процесс централизации происходил здесь в масштабе отдельных провинций и территорий, — получили свое политическое выражение в дальнейшем усилении власти территориальных князей и ослаблении власти императора. Немецкие князья, являвшиеся настоящими государями своих территорий, признавали императорскую власть лишь постольку, поскольку ее можно было использовать для расширения своих владений и осуществления агрессивных планов против соседних народов. Этой же цели служили и созываемые время от времени императорами рейхстаги — общеимперские съезды представителей всех земель и территорий, входивших в империю. На них наряду с князьями в ряде случаев выступали и представители имперских городов. Но ни у императора, ни у рейхстага не было никакого исполнительного аппарата. Император обладал властью лишь постольку, поскольку он был одним из территориальных князей и опирался на силы своего княжества. В стране не было ни общего законодательства, ни общего суда, ни общих имперских финансов.
   В некоторых княжествах существовали ландтаги — собрания, состоявшие из представителей дворянства, духовенства и городов, которые напоминали сословные представительства других стран. Не ограничивая произвола князей, ландтаги фактически служили им орудием подчинения своим интересам всех сословных групп и выжимания из населения, особенно из крестьянства, нужных им средств.
   Императорский престол становился в известной мере средством для усиления влияния того княжеского дома, которому он принадлежал, и тех, кто его поддерживал. Наиболее сильных князей, имевших право выбирать императора, стали называть курфюрстами, т. е. князьями-избирателями. Курфюрсты стремились к тому, чтобы выбранный ими император не ограничивал их самостоятельности. Когда Габсбурги расширили свои владения, курфюрсты увидели в этом угрозу для своего суверенитета и избрали другого императора — из дома Люксембургов. Когда же император Генрих VII Люксембургский (1308—1313) в результате династического брака стал чешским королем, курфюрсты избрали после его смерти императора из дома баварских герцогов Виттельсбахов — Людвига Баварского (1314-1347).
   Заботясь об увеличении наследственных владений, Людвиг Баварский пытался вместе с тем в интересах других князей возобновить походы в Италию. Он вмешался в борьбу партий и стал на сторону римской городской аристократии против папы Иоанна XXII. Однако авантюристический характер итальянского похода Людвига Баварского разочаровал как его римских сторонников, так и те оппозиционные к папству бюргерские круги немецких городов, которые поддерживали императора. Поход Людвига окончился позорным провалом, а немецкие князья, не желавшие дальнейшего усиления рода Виттельсбахов, избрали еще при его жизни нового императора из рода Люксембургов — Карла IV, являвшегося одновременно королем Чехии под именем Карла I.
   При Карле IV (1347—1378) политическая раздробленность Германии была юридически закреплена в изданной императором в 1356 г. “Золотой булле” (грамоте с золотой висячей печатью), которую К. Маркс охарактеризовал как “основной закон немецкого многовластия”. За князьями был признан полный суверенитет в их княжествах: право суда, сбора таможенных пошлин, чеканки монеты, эксплуатации горных богатств. Были узаконены частные войны между феодалами (за исключением войны вассала против сеньора). Подтверждено было, что императоры должны избираться коллегией из семи курфюрстов (трех духовных князей — архиепископов Кельнского, Майнцского и Трирского, и четырех светских — короля Чешского, герцога Саксонского, маркграфа Бранденбургского и пфальцграфа Рейнского). Запретив союзы между городами, “Золотая булла” провозгласила, что империя является политической организацией суверенных князей, что города не могут независимо от князей претендовать на политическую роль. Феодальный классовый характер “Буллы” был впоследствии подчеркнут юристами, которые ссылались на этот документ как на основание для упразднения крестьянских прав наследственного держания земли и для захвата феодалами общинных угодий.
    
   Подъем оппозиционного движения в городах
   Оппозиционные настроения в немецком бюргерстве появляются уже в XIV в. Горожане были недовольны политическим хаосом и господством кулачного права, явившимся результатом произвола князей. Среди бюргерства росло недовольство и тяжелыми налогами. Идеологическое выражение бюргерская оппозиция в XIV в. нашла в религиозном движении так называемых мистиков, возглавленном кельнским теологом Эккартом и его учениками Иоганном Таулером и Генрихом Сеузе. Мистики выступали против господствовавшей в католической церкви чисто внешней религиозности, согласно которой сам человек не играет никакой роли в деле “спасения своей души”. Учение мистиков о решающем значении внутренней религиозной жизни человека, содержавшее в зародыше идеи будущей реформации, отражало пробудившийся в бюргерстве дух протеста против деспотизма духовных и светских князей, санкционированного католической церковью.
   Движение мистиков XIV в. не приобрело, однако, широкого характера. Оно призывало не к активной деятельности, а к пассивной религиозности и оставалось чуждым народным массам. Это движение протеста исходило из среды консервативно настроенного средневекового бюргерства. Несколько позже, в XV в., все громче стали раздаваться голоса тех немногочисленных передовых представителей немецкого бюргерства, которые были связаны с возникавшими в стране элементами капиталистических отношений. Из этих кругов исходили требования об усилении центральной власти и признании за Германией подобающего ей места среди других народов. Наиболее передовые представители этих кругов сочувствовали крестьянскому движению.
   В политическом памфлете 1439 г. “Реформация императора Сигизмунда” содержались требования, отражавшие интересы этого прогрессивного слоя бюргерства: превратить Германию в централизованное государство, прекратить бесконечные феодальные войны, подчинить местные власти общегосударственным законам, заменить феодальные привилегии системой государственных прав и обязанностей и создать единое судопроизводство, систему единых пошлин и единой монеты. В интересах улучшения условий ремесла и торговли памфлет требовал упразднения цеховых ограничений и ликвидации крупных торгово-ростовщических компаний. Инициатива указанных преобразований, по мнению анонимного автора, должна принадлежать городам — “хранителям государственного права” в империи. Вместе с тем он считал, что добиться преобразований нельзя будет без активной роли “малых” и “простых” людей. Поэтому он требовал возвращения общинам узурпированных феодалами угодий, упразднения ряда повинностей и особенно отмены крепостного состояния крестьян.
    
   Крестьянские движения в XV в.
   Уже в первой половине XV в., особенно со времени гуситских войн в Чехии, немецкие крестьяне, на которых, по словам Ф. Энгельса, “ложилась своей тяжестью вся общественная пирамида: князья, чиновники, дворянство, попы, патриции и бюргеры”, стали переходить к активным революционным действиям.
   После того как крестовые походы против гуситов (1420—1431), организованные германским императором и римским папой, закончились крахом и революционная чешская армия таборитов, основную силу которой составляли крестьянские массы, вышла за пределы Чехии и проникла в Баварию, Австрию, Силезию и Венгрию, начались революционные выступления крестьян в разных частях Германии. Так, в 1431 г. произошло крупное восстание крестьян в районе Бориса, направленное против феодалов и ростовщиков и вызвавшее большую тревогу у князей и городской аристократии. Участники происходившего тогда в Базеле церковного собора с большой тревогой указывали, что волнения немецких крестьян, готовых перейти на сторону чехов, составляют угрозу власти князей и самому существованию империи.
   В конце 30-х и в 40-х годах XV в. юго-западные земли Германии подверглись нашествию наемных вооруженных банд “арманьяков”, состоявших на службе французского короля. Желая присоединить к своим владениям юго-западные рейнские земли, король Карл VII направил их туда под предводительством дофина (будущего короля Людовика XI). Арманьяки разоряли немецкие земли, совершали грабежи, поджоги и убийства. Немецкие князья и феодалы, так же как и германский император, помогали им, надеясь таким путем подавить сопротивление крестьян и покончить с нарастанием оппозиции в городах.
   Однако чужеземные захватчики встретили энергичный отпор со стороны народных масс и прежде всего крестьянства. Призывая к общей борьбе с иноземными захватчиками и грабителями, крестьянские отряды выступали под своим знаменем, на котором рядом с изображением богородицы был нарисован крестьянский башмак с длинными шнурами. Знамя “Башмака”, поднятое впервые во время борьбы с арманьяками, стало затем символом, призывающим крестьян к борьбе против феодалов и князей.
   В 1460 г. под знаменем “Башмака” восстали крестьяне земли Гегау в Юго-Западной Германии. В 1493 г. в Эльзасе был раскрыт заговор, подготовленный тайным союзом, в который входили крестьяне и горожане. План участников заговора заключался в том, чтобы, захватив город Шлеттштадт, поднять знамя “Башмака”, которое, как они были уверены, привлечет в их ряды массы простого народа. После захвата власти члены союза намеревались внести ряд изменений в судопроизводство, упразднить часть княжеских налогов и поборов и ликвидировать ростовщичество.
    
   Германская империя во второй половине XV в.
   События внутригерманской жизни в XV в. знаменовали собой вступление Германии в период революционного подъема, предшествовавшего Реформации и Великой крестьянской войне начала XVI в. Особую тревогу княжеской олигархии вызывала угроза сочетания крестьянского движения внутри страны с освободительным движением народов, страдавших от засилья немецких феодалов. Все более и более определялось самостоятельное развитие Швейцарского союза и Чехии. Потерпела крах агрессивная политика Тевтонского ордена против Польши и Литвы. Захватив в 40-х годах XIV в. в союзе с маркграфами Бранденбургскими Поморье, Тевтонский орден отрезал Польшу от моря. Завоевав затем территорию литовского племени жмудь и объединив таким образом свои ливонские и прусские владения, орден оттеснил от моря также Литву, а затем начал наступление на польские земли по правому берегу Вислы. Однако уже в 1410 г. в битве при Грюнвальде объединенные силы поляков, литовцев, русских и чехов нанесли рыцарям ордена сокрушительное поражение. В продолжавшейся в XV в. борьбе разгром ордена был завершен. Навсегда были пресечены попытки немецких рыцарей продвинуться дальше в глубь Восточной Европы.
   Происшедшие в Германии важные экономические сдвиги еще больше подчеркивали политическую раздробленность страны. “К концу XV века, — писал Ф. Энгельс, — Германия становится все более раздробленной; центр ее — все более слабым, в то время как Франция и Англии уже более или менее централизованы и нации там уже складываются”. Усложнившаяся международная обстановка и нарастание народного движения внутри страны заставили немецких князей искать путей к имперской реформе. В конце 80-х годов XV в. в Юго-Западной Германии возникло крупное политическое и военное объединение — Швабский союз. Формально это было объединение рыцарей и имперских городов Юго-Западной Германии, к которому присоединились отдельные крупные князья. В действительности же союз находился целиком в руках этих князей, признавших своим руководителем архиепископа Майнцского.
   На рейхстагах 1495 и 1500 гг. стоявшие во главе Швабского союза князья провели свой проект “имперской реформы”. Было решено провозгласить в империи “земский мир”, т. е. запрещение внутренних войн, и создать общеимперское управление и имперский суд для улаживания споров между князьями. Однако из опасения поколебать суверенитет своих территорий князья не хотели, чтобы имперские учреждения обладали реальной военной и финансовой силой и своими исполнительными органами. Таким образом, “имперская реформа” означала не ликвидацию мелкодержания и политической раздробленности, а, наоборот, их закрепление. Но даже и эту “реформу” невозможно было реализовать из-за раздоров между княжескими кликами. Попытка Швабского союза и императора Максимилиана I Габсбурга (1493—1519) вновь подчинить Швейцарию окончилась провалом. Затеянная ими война в 1499 г. закончилась поражением и привела к фактическому разрыву всех связей Швейцарии с империей.

 
< Пред.   След. >