YourLib.net
Твоя библиотека
Главная arrow История средних веков. Том I (Под ред. С.Д. Сказкина) arrow Глава 22. Зарождение буржуазной идеологии. Раннее Возрождение и гуманизм в Италии (XIV-XV вв.)
Глава 22. Зарождение буржуазной идеологии. Раннее Возрождение и гуманизм в Италии (XIV-XV вв.)

Глава 22. Зарождение буржуазной идеологии. Раннее Возрождение и гуманизм в Италии (XIV-XV вв.)

   Предпосылки зарождения раннебуржуазной идеологии и культуры
   Со второй половины XIV в. в культурной жизни средневековой Западной Европы происходит важный перелом, связанный с возникновением новой реннебуржуазной идеологии и культуры. Поскольку ранние капиталистические отношения, в частности мануфактурное производство с широким применением наемного труда, прежде всего зародились и стали развиваться в Италии, в этой стране впервые начала формироваться и раннебуржуазная культура, получившая название “Возрождение”. Полного расцвета она достигла в конце XV и XVI в. В период XIV—XV вв. можно говорить лишь о раннем итальянском Возрождении.
   В эпоху Возрождения, которая относится ко времени господства феодального строя, классы будущего капиталистического общества — буржуазия и пролетариат — далеко еще не сформировались и были со всех сторон окружены феодальной стихией, даже в наиболее развитых городах Италии. Ранняя буржуазия, только складывавшаяся из наиболее экономически передовых элементов средневекового бюргерства, по своему составу и месту в окружающей общественной среде значительно отличалась от победившей буржуазии более позднего времени. Это и определило специфику ранней буржуазной культуры по сравнению с культурой развитого буржуазного общества.
   Характерной чертой ранней буржуазии в Италии XIV—XV вв. были широта и многообразие ее экономической базы. Ее представители занимались торговлей и банковскими операциями, имели мануфактуры и, кроме того, были, как правило, земельными собственниками, владельцами имений в округе. Сферой наибольшего накопление капитала были торговля, связывавшая Италию со всеми известными в то время странами, и ростовщичество (банковское дело), приносившее итальянским городам огромные доходы. Они поступали как от операций в самой Италии, так и от ссуд королям, князьям, прелатам многих западноевропейских стран, от финансовых сделок с папской курией. Поэтому богатая верхушка — купцы, банкиры, промышленники, располагавшие огрв иными по тому времени средствами, — включала в свой состав самые разнообразные элементы общества. В XIV в. в результате длительной борьбы пополанов с феодальными силами в предшествующий период в ведущих городах-государствах Северной и Средней Италии политическая власть уже перешла в руки этой верхушки торгово-промышленных и банковских кругов. Но в среде самой этой верхушки шла борьба за влияние и власть между отдельными группами и партиями, возглавляемыми богатейшими фамилиями. Все это проходило на фоне ожесточенной борьбы городских низов, нередко выливавшейся в восстания. Переворот следовал за переворотом, и стоявшие у власти богачи нередко превращались в изгнанников.
   Неустойчивость проявлялась и в экономической сфере. Крупные торговые обороты, ростовщические операции собирали в руках купцов и банкиров огромные по тогдашним меркам состояния. Но нередко за этим следовало разорение в результате неудач с торговыми экспедициями, захвата торговых судов пиратами, политических осложнений, отказа могущественных должников от уплаты долгов.
   Неуверенность в завтрашнем дне, вообще характерная для этой переходной эпохи, активизировала предприимчивость и энергию этих людей и в то же время вызывала жажду ко всем “благам жизни”, доступным в то время, желание пользоваться настоящей минутой. Богачи соперничали друг с другом в роскоши. Это было время красивых дворцов, роскошной домашней обстановки, дорогих и изысканных костюмов. Народ эксплуатировали, презирали и старались держать в узде, но в то же время его боялись, стремились отвлечь от борьбы за свои права, устраивая пышные празднества.
   Роскошь городских богачей, тиранов, пап предъявляла все растущий спрос на архитекторов, художников, скульпторов, ювелиров, музыкантов, певцов и поэтов, которые своими произведениями должны были услаждать жизнь “избранных”. В то же время правители итальянских государств нуждались в секретарях, искусных дипломатах для ведения сложных политических дел как в пределах Италии, так и вне ее, в юристах, публицистах и писателях, которые защищали бы их интересы, оправдывали захваты, прославляли их правление, чернили врагов. Нарождающаяся буржуазия нуждалась в деловых людях, которые могли бы вести ее торговые и кредитные дела за границей, в искусных счетоводах, которые могли бы учитывать огромные и разнообразные доходы, в большом штате служащих торговых, промышленных и банковских предприятий. Городам требовались врачи, нотариусы, учителя. Так вместе с буржуазией зарождается многочисленная обслуживающая ее интеллигенция, принимавшая самое активное участие в создании новой культуры Возрождения. В основе своей эта культура была культурой зарождавшейся буржуазии, эксплуатировавшей и презиравшей народные массы. Однако одним из глубинных ее источников были традиции народной культуры, отражавшие влияние разных, в том числе трудящихся, слоев населения (городских ремесленников и крестьянства).
    
   Понятие “Возрождение”
   Термин “Возрождение” (часто употребляемый во французской форме — “Ренессанс”) не получил в буржуазной науке устойчивого значения. Одни буржуазные историки — Ж. Мишле, Я. Буркгардт, М. С. Корелин — видели в культуре этой эпохи возрождение интереса к человеческой личности, “открытие мира и человека” в противоположность богословскому и аскетическому мировоззрению средневековья, другие же — возрождение культуры античной древности, надолго забытой после падения античного мира (Фойгт). Многие буржуазные историки конца XIX и особенно XX в. подчеркивали и сейчас подчеркивают тесную преемственную связь культуры Возрождения со средневековьем, стараясь найти ее религиозные и мистические корни. Но все эти определения дают лишь поверхностное и одностороннее описание некоторых внешних сторон культуры Возрождения, не объясняя ее социальной сущности, искажая и затемняя ее историческое значение.
   Советская наука видит в культуре Возрождения раннебуржуазную культуру, возникшую на почве зарождения в недрах феодальной формации нового, капиталистического способа производства. Это, однако, не означает, что культуру Возрождения надо оценивать как детище одной лишь буржуазии. В ее создании принимали участие и представители бюргерства, еще не превратившегося в буржуазию, тесно связанные с прогрессивными традициями более ранней городской, а отчасти и широкой народной культуры; и представители дворянства, по заказу которых в ту пору нередко создавались произведения литературы и искусства; и упомянутая выше городская “интеллигенция”, пополнявшаяся выходцами из того же бюргерства, а иногда и из простого народа (особенно художники и скульпторы). Не меняя общего раннебуржуазного характера культуры Возрождения, все эти разнородные социальные элементы накладывали на нее свой отпечаток, придавали ей иногда противоречивый характер, но вместе с тем делали ее широкой, далекой от узкоклассовой ограниченности буржуазной культуры капиталистического общества. При оценке исторического значения Возрождения надо учитывать и то, что в эту эпоху буржуазия была еще передовым общественным классом. Поэтому в своей борьбе с феодальным мировоззрением ее идеологи выступали в качестве представителей “всего остального общества... не какого-либо отдельного класса, а всего страждущего человечества”. Поэтому же ее представители “были всем чем угодно, но только не людьми буржуазно-ограниченными”.
    
   Светский характер культуры Возрождения
   Идейное содержание культуры Возрождения, выразившееся в научных, литературных, художественных, философских, педагогических взглядах, обычно обозначается термином “гуманизм”, который происходит от слова humanus — человеческий. Термин “гуманисты” возник в XVI в. Но уже в XV в. деятели Возрождения употребляли для обозначения своей культуры слово humanitas, означавшее образованность, и притом светскую. Светские науки (studia humana) противопоставлялись церковной науке (studia divina).
   Основным признаком культуры Возрождения в противоположность церковно-феодальной культуре, господствовавшей в предшествующий период, является ее светский характер. Светский характер, присущий городской культуре и раньше, получает теперь, в эпоху Возрождения, дальнейшее развитие. Представителям ранней буржуазии, занятым “мирскими” делами, были глубоко чужды идеалы церковно-феодальной культуры (идея “греховности” человека, его тела, его страстей и стремлений). Идеал гуманистической культуры — всесторонне развитая человеческая личность, способная наслаждаться природой, любовью, искусством, достижениями человеческой мысли, общением с друзьями. Человек, а не божество стоит в центре мировоззрения гуманистов. “О, дивное и возвышенное назначение человека, — восклицал итальянский гуманист Пико делла Ми-рандола, — которому дано достигнуть того, к чему он стремится и быть тем, чем он хочет!” “Бог создал человека, — писал он, — чтобы он познавал законы Вселенной, любил ее красоту, поражался ее величием... Человек может расти и совершенствоваться по свободной воле. В нем лежат зачатки самой разнообразной жизни”.
   Люди Возрождения подвергали критике систему феодального мировоззрения. Они высмеивали аскетизм и теорию воздержания католической церкви и утверждали право человека на наслаждения; требовали научного исследования и издевались над схоластикой. Предшествующий период средневековья был объявлен временем суеверия, невежества и варварства.
   Идеологи нового класса — гуманисты — насмешливо относились к предрассудкам феодального общества, к высокомерию феодалов, гордившихся происхождением, древностью рода. Итальянский гуманист Поджо Браччолини (1380—1459) в трактате “О благородстве” писал: “Слава и благородство измеряются не чужими, а собственными заслугами и такими деяниями, которые являются результатом нашей собственной воли”. Он утверждал, что “благородство человека не в его происхождении, а в его собственных заслугах. Какое отношение имеет к нам то, что совершено за много веков до нас, без всякого нашего, участия!”. Воззрения гуманистов подрывали основы феодально-церковной идеологии, утверждавшей сословный строй феодального общества.
    
   Индивидуализм буржуазного миросозерцания эпохи Возрождения
   Другой особенностью гуманистического мировоззрения был индивидуализм. Не происхождение, утверждали гуманисты, а личные качества человека, его ум, талант, предприимчивость должны обеспечить ему успех, богатство, могущество, влияние. Поэтому индивидуализм, лежащий в основе всего их мировоззрения, находился в прямой противоположности к феодальному корпоративному мировоззрению, согласно которому человек утверждал свое существование тем, что он был членом какой-нибудь корпорации — общины в деревне, пеха и гильдии в городе — или принадлежал к феодальной иерархии.
   Идеализированным выражением этого индивидуализма, особенно характерным для раннего Возрождения в XIV — начале XV в., было утверждение гуманистами ценности человеческой личности вообще и всего того, что с ней связано. Поскольку сословно-корпоративная организация общества в этот период уже тормозила его развитие, индивидуализм гуманистов имел несомненное прогрессивное антифеодальное звучание. Вместе с тем это мировоззрение с самого начала скрывало в себе склонность к такому утверждению личности, которое рассматривало удовлетворение потребностей индивидуума как самоцель и открывало дорогу к жадной погоне за наслаждениями без каких-либо ограничений, к восхвалению личного успеха, какими бы средствами этот успех ни достигался. Эта склонность отражала тот факт, что в конкурентной борьбе друг с другом предприниматели буржуазного типа уже тогда руководствовались принципом “каждый сам за себя и для себя”. Кроме того, выдвигавшийся гуманистами идеал развития человеческой личности имел в виду лишь немногих избранных и не распространялся на широкие массы. Многие из деятелей Возрождения свысока относились к простому народу, считая его непросвещенной “чернью”, что придавало их идеалу человека несколько односторонний характер. Однако эти крайние проявления индивидуализма стали особенно очевидными 'в период позднего Возрождения XVI — начала XVII в. В период же раннего гуманизма на первый план выступали прогрессивные стороны индивидуализма.
   Это проявилось, в частности, и в том, что идеал личности раннего гуманизма включал в себя и гражданские добродетели, предполагал, что эта личность должна служить пользе общества и государства. Для многих гуманистов того времени это выражалось в горячем патриотизме но отношению к родному городу-государству, в стремлении его Прославить и защитить от посягательства врагов, служить ему, участвуя в его управлении. В частности, во Флоренции многие известные гуманисты, например Коллуччо Салютати (1331—1406) или историк Леонардо Бруни (1370—1444), выступали как убежденные республиканцы, поборники величия своего города. В разное время оба они аанимали должность канцлера Флорентийской республики.
    
   Отношение гуманизма к религии и церкви
   Гуманисты ушли далеко вперед от философских и моральных воззрений феодально-церковной культуры предшествующего периода, хотя они не порывали окончательно с религией и католической церковью. В основу мироздания они ставили человека, объективно провозглашая антропоцентрический принцип, но существу отрицающий теологическую картину мира. В условиях того времени эта позиция гуманистов была прогрессивной, так как наносила удары по феодально-церковному мировоззрению. Не случайно церковь подвергала преследованием наиболее решительных представителей светской гуманистической идеологии.
   Однако отношение гуманистов к религии было противоречивым. Некоторые из них считали религию необходимой уздой для простого, “непросвещенного” народа и остерегались открыто выступать против церкви. Кроме того, они нередко сами были связаны со многими представителями церковной иерархии в даже состояли у них на службе.
    
   Развитие знаний о природе в связи с развитием техники
   Маркс и Энгельс писали: “Буржуазия не может существовать, не вызывая постоянно переворотов в орудиях производства, не революционизируя, следовательно, производственных отношений, а стало быть, и всей совокупности общественных отношений”. Хотя в Италии XIV—XV вв. буржуазия еще только зарождалась и ранняя форма капиталистического производства — мануфактура — еще не вызвала переворота в орудиях производства, все же уже в эту эпоху наблюдаются известные успехи в развитии техники производства. Совершенствуется обработка металлов, вводятся домны, появляются некоторые усовершенствования в прядильном и ткацком деле (самопрялка и педальный ткацкий станок). Заметные шаги делают кораблестроение и кораблевождение. Употребление компаса, географических карт, приборов для определения широты места делает возможным продолжительные плавания в открытом море и подготовляет географические открытия, сделанные в конце XV и начале XVI в. В городах Италии появляются башенные часы, совершенствуются красильное дело, оптика (производство увеличительных стекол). Значительно совершенствуется строительная техника. В XIV— XV вв. применение точных расчетов, а также технических усовершенствований в виде комбинаций блоков, рычагов и наклонных плоскостей ускорило сроки строительства и позволило разрешать архитектурные задачи, недоступные мастерам предшествующих веков (например, сооружение купола собора во Флоренции по проекту знаменитого архитектора Брунеллески)). Появление артиллерии вызвало крупные перемены в военном: Деле, также потребовавшие применения точных методов и расчетов. Военным инженерам (по большей части это были те же архитекторы) приходилось принимать в расчет дальность полета ядра, его траекторию, соотношение веса ядра и заряда пороха, силу сопротивления крепостных стен удару ядра. Совершенствуется техника строительства укреплений, плотин, каналов, гаваней. Без точного учета было бы невозможно вести крупные торговые, банковские и промышленные предприятия. С 60-х годов XIV в. во Флоренции возникает более совершенный способ счетоводства, позволяющий всегда легко учитывать доходы, расходы и прибыли предприятия, — “двойная бухгалтерия” с параллельной записью дебета и кредита. Принцип расчета применяется в XV в. и в области живописи, которая стала строиться на математически точных законах перспективы. Основным принципом красоты стала считаться строгая соразмерность частей целого, основанная на числовых отношениях. Делаются первые попытки подвести математический фундамент и под теорию музыки.
   Потребности как производства и торговли, так и искусства вызывают более внимательное изучение природы и ее явлений, хотя оно все еще тормозится господством религиозно-схоластического мировоззрения. Уточняются и расширяются географические знания. Делает успехи астрономия, в особенности в областях, связанных с практическими потребностями мореплавания, совершенствуются планетные таблицы (таблицы Региомонтана), по которым заранее можно было определять положение планет. Врачи и художники внимательно изучают человеческое тело, несмотря на препятствия, чинимые церковью, запрещавшей анатомирование трупов как “греховное” занятие. Внимание людей Возрождения к природе видно из той роли, которую начинает играть в живописи пейзаж. В это же время появляются первые ботанические и зоологические сады.
   Выдающийся ученый XV в. Николай Кузанский (1401—1464), хотя он, будучи епископом, во многом находился в плену религиозных доктрин, призывал изучать природу не путем схоластических рассуждений, а посредством опыта. Он пытался подвести под естествознание математические основы, утверждая, что “всякое познание есть измерение”, усомнился в неподвижности Земли, в том, что она представляет центр Вселенной. Математик Лука Паччоли (1445— 1514) видел в математике “всеобщую закономерность, применимую ко всем вещам”. Его книга посвящена практическому применению арифметики, алгебры и геометрии (в том числе и коммерческой арифметики). Но наряду с этим Паччоли много места отводит схоластическим толкованиям таинственных свойств чисел. Огромное значение для развития науки и литературы имело изобретение книгопечатания Иоганном Гуттенбергом в Германии (ок. 1445). Книгопечатание быстро распространяется по всей Европе, в том числе и в Италии, и становится могущественным орудием популяризации новой культуры. Уже первые книги были не только духовного, но и светского содержания. К тому же производство книг значительно удешевилось, и они стали доступны не только богачам, но и широким слоям населения, особенно городского.
   Эпоха раннего Возрождения в Италии подготовила подъем буржуазной культуры, начавшийся с конца XV в., к которому относятся слова Энгельса: “Это был величайший прогрессивный переворот из всех пережитых до того времени человечеством, эпоха, которая нуждалась в титанах и которая породила титанов по силе мысли, страсти и характеру, по многосторонности и учености”.
    
   Литература раннего Возрождения
   На грани между старым, церковно-феодальным, и новым, гуманистическим, мировоззрением стоит одинокая и величественная фигура крупнейшего из поэтов средневековья — Данте Алигьери (1265—1321), о котором Ф. Энгельс писал, что он “последний поэт средневековья и вместе с тем первый поэт нового времени”. “Божественная комедия” Данте написана на народном тосканском наречии, которое легло в основу литературного языка итальянского народа. Это энциклопедия знаний средневековья. Она во многом связана с мировоззрением католицизма и представляет собой картину “космоса” с точлш зрения правоверного католика. Однако, провозглашая в своей поэме свободу чувств, пытливость ума, стремление к познанию мира, Данте переступает рамки церковной морали, наносит удары средневековому католическому мировоззрению. Содержание “Божественной комедии” следующее: Данте, руководимый Вергилием, наиболее почитаемым в средние века римским поэтом, спускается в ад с его девятью кругами и здесь созерцает мучения грешников. В первом круге он встречается с великими философами и учеными древности. Они не были христианами, и поэтому доступ в рай им закрыт. Но в первом круге нет мучений, это только преддверие ада; великие люди древности не заслуживают наказания. Во втором круге терпят мучения все, кто изведал преступную любовь. В третьем — кипят в смоле купцы и ростовщики. В шестом — еретики и, наконец, в самом последнем — предатели. Здесь Иуда Искариот, по евангельскому рассказу, предавший Христа, Брут и Кассий — убийцы Цезаря. Из ада Данте попадает в чистилище, где в ожидании приговора томятся души умерших, а затем в рай. Перед входом в рай Вергилий покидает Данте, и его руководительницей становится первая любовь Данте — рано умершая прекрасная Беатриче. Данте поднимается от одного круга к другому, посещает планеты, где праведные вкушают вечное блаженство. Данте обладал исключительной силой воображения, и его поэма, особенно изображение ада, производит потрясающее впечатление.
   Несмотря на свое религиозно-фантастическое содержание, “Божественная комедия” дает замечательное по своей правдивости и глубине изображение человеческих стремлений, увлечений, страстей, горя, отчаяния, раскаяния. Реализм в изображении фантастических картин придает великому творению Данте поразительную силу, выразительность и человечность. “Божественная комедия” вошла в сокровищницу лучших творений человеческого гения.
   Первыми гуманистами в подлинном смысле этого слова были итальянские писатели Петрарка и Боккаччо.
   Франческо Петрарка (1304—1374) был родом из Флоренции, провел часть своей жизни при папской курии в Авиньоне и в конце жизни переселился в Италию. Вместе с Данте и Боккаччо он был одним из создателей итальянского литературного языка. Особенно замечательны сонеты Петрарки к его возлюбленной Лауре, в которых сказался гуманист, переживающий и заставляющий других переживать красоту своего индивидуального чувства, безмерного в своих скорбях и радостях. Вместе с тем в поэзии Петрарки уже проявляется индивидуализм, характерный для гуманистического мировоззрения в целом.
   Петрарка не удовлетворен схоластическим и аскетическим миросозерцанием средних веков, он создает свой взгляд на мир и вещи. Он яростно нападает на Рим — хранилище суеверия и невежества:
    
   Поток скорбей, обитель злобы дикой,
   Храм ереси и школа заблуждений,
   Источник слез, когда-то
   Рим великий
   Теперь лишь
   Вавилон всех прегрешений.
   Горнило всех обманов,
   мрачная тюрьма,
   Где гибнет благо,
   зло произрастает,
   Живым до смерти ад и тьма, —
   Ужель Господь тебя не покарает?
    
   В поэзии Петрарки ясно звучит скорбь о том, что его родина — политически раздробленная Италия — стала полем раздоров и подвергается насилиям со стороны многочисленных государей.
   Современник Петрарки—Джованни Боккаччо (1313—1375) особенно прославился своими новеллами, собранными в “Декамероне”, где он высмеял невежество и плутни католического духовенства и проповедуемый им аскетизм, которому Боккаччо противопоставил законное стремление человека к свободе чувств, всем радостям земной жизни. Его смех разил суеверие и невежество не меньше, чем негодование Петрарки.
   Новеллы Боккаччо — это занимательные рассказы, по большей части выхваченные из жизни и написанные с замечательной наблюдательностью, правдивостью и юмором. Они дают вполне реалистическое изображение картин современной действительности. Боккаччо создал также первый в европейской литературе психологический роман “Фьяметта”.
    
   Искусство раннего Возрождения
   В отличие от средневекового искусства более раннего времени, носившего в целом церковный характер, искусство Ренессанса было проникнуто светским духом. Даже религиозному искусству художники и архитекторы итальянского Возрождения умели придать светский характер. Храмы этой эпохи были непохожи на романские и готические церкви, рассчитанные на то, чтобы вызвать религиозные и мистические настроения. Это были роскошные светлые дворцы, предназначенные для живописных и красочных церемоний и празднеств. Они были не столько “домами молитвы”, сколько горделивыми памятниками богатства, могущества, великолепия городов и пап. Картины, написанные на религиозные темы, изображали живых людей, часто в современных костюмах, на фоне деревенских пейзажей или красивых зданий.
   Зачинателем итальянского Возрождения в живописи можно считать младшего современника Данте — Джотто (ок. 1266—1337). В своих картинах, написанных в основном на религиозные сюжеты, он с большой наблюдательностью изображал живых людей с их радостями и печалями, умело и естественно передавал их позы, жесты, выражение лица. Он смело пользовался светотенью для придания изображенным фигурам объемности. Располагая их в нескольких планах, Джотто достигал в своих картинах впечатления глубины и пространства. Все это придает его картинам реалистический характер.
   Дальнейшее развитие эти тенденции получили в творчестве Мазаччо (1401—1428). Евангельские сюжеты, на которые он писал картины, переносились им на улицы и площади итальянских городов; костюмы, здания, обстановка были современными и написаны вполне реалистически. В полотнах Мазаччо был создан образ нового человека — свободного, сильного, исполненного достоинства.
   Важнейшим шагом вперед, к реализму в живописи было открытие в XV в. законов перспективы, позволившее давать в картинах правильное построение трехмерного пространства.
   Силой, страстностью и реализмом проникнуты работы скульптора Донателло (1386—1488). Ему принадлежит ряд произведений портретного характера, созданных глубоко реалистически. Такова, например, его знаменитая статуя Давида, стоящего с мечом в руках над отрубленной головой Голиафа.
   Крупнейшим архитектором этого времени был Брунеллески (1377—1446). На основании точных расчетов он разрешил технически трудную задачу возведения купола на Флорентийском соборе. Умело сочетая элементы древнеримской архитектуры с искусно переработанной романской и готической традицией, Брунеллески создал вполне оригинальный и самостоятельный архитектурный стиль, характеризовавшийся строгой гармонией и соразмерностью частей. Он строил не только храмы, но и крепостные сооружения, в частности руководил работами по регулированию течения реки Арно, возведением плотин на реке По, составлял планы по укреплению гаваней.
   Отвечая требованиям своего времени, архитекторы и художники Возрождения строили не только храмы, но и красивые жилища; они интересовались самим человеком, его личностью, всеми подробностями его индивидуального существования. Изображая природу, в частности пейзажи, они любовались ее красотой; рисуя людей, стремились передать красоту человеческого тела, одухотворенность человеческого лица, его индивидуальные особенности. Этот реализм, шедший в немалой степени от народного творчества, был непосредственным выражением опытного познания природы.
    
   Изучение античной культуры
   Термин “возрождение” часто употреблялся в Италии XIV—XV вв. в смысле возрождения античной культуры после долгого ее забвения. С этим связывается возвращение к классической латыни после тех искажений, которым она подверглась под пером церковных писателей предшествующего периода, изучение греческого языка и греческой культуры, преклонение перед античной литературой и античным искусством. Деятели Возрождения старались подражать стилю латинских писателей “золотого века” римской литературы, особенно Цицерону. Гуманисты разыскивали старинные рукописи античных писателей. Так, были найдены рукописи Цицерона, Тита Ливия и ряда других знаменитых писателей древности.
   В XV в. была собрана большая часть сохранившихся произведений римской литературы. Неустанным собирателем древних рукописей был Боккаччо. Гуманист Поджо Браччолини, сначала папский секретарь, а затем канцлер Флорентийской республики, переводил на латинский язык сочинения греческих писателей и философов.
   Греческие ученые, находившиеся в постоянных сношениях с Италией, знакомили итальянских гуманистов с греческим языком, дали им возможность читать в подлиннике Гомера, Платона. Из Византийской империи в Италию было вывезено огромное количество греческих рукописей. Петрарка считал одним из своих лучших сокровищ рукопись произведений Гомера на греческом языке. Боккаччо был первым итальянским гуманистом, который мог читать Гомера по-гречески. Итальянские гуманисты (Гуарино, Филельфо и др.) ездили в Константинополь учиться греческому языку, изучать древнегреческую литературу и философию. Знаменитый греческий ученый Гемист Плифон был одним из основателей Платоновской академии во Флоренции, средства на которую дал Козимо Медичи.
   Знание древних языков и особенно хороший латинский стиль высоко ценились. Латинский язык продолжал оставаться языком международных сношений, официальных актов, науки. Он продолжал также оставаться языком церкви, и гуманистически образованные итальянские прелаты старались очистить церковный язык от средневековой порчи. Писатели-гуманисты Италии оставили немало произведений, написанных на изысканном латинском языке.
   Античное искусство в Италии поднималось из самой почвы страны в виде бесчисленных развалин; обломки статуй нередко выкапывали при постройке домов, при возделывании садов и огородов. Древнеримские образцы оказали сильное влияние на искусство Возрождения. Но культура Возрождения не подчинялась рабски классическим образцам, а творчески усваивала и перерабатывала их.
   Все истинно великое, что создано раннебуржуазной культурой в Италии, было написано на народном итальянском языке. Раннебуржуазная культура в Италии, как и в других странах Западной Европы, вызвала небывалый расцвет литературы на народных языках. Уже на заре Возрождения, на грани XIII и XIV вв., на основе тосканского наречия создается общенародный литературный итальянский язык, живой, богатый, гибкий и понятный для всех классов населения, которым пользовались не только поэзия и художественная проза, но также (наряду с латинским) и наука. На итальянском языке появляются трактаты по математике, архитектуре, военной технике — предметам, близким к практической жизни.
   Итальянское изобразительное искусство, испытавшее сильное воздействие античного (преимущественно римского) искусства, в то же время было глубоко самостоятельно и самобытно, образуя особый стиль в истории мирового искусства — стиль Возрождения.
    
   Сознание национального единства
   В Италии в то время стали намечаться некоторые элементы будущей нации: складывается общий язык, появляется определенная общность культуры, а вместе с этим зарождается сознание национального единства. Иноземные вторжения, политическая раздробленность страны, вражда между отдельными составлявшими ее государствами и порождаемый ими местный патриотизм заслоняли в XIV — начале XV в. для многих гуманистов проблему единства Италии. Но эта идея уже овладевает передовыми умами, которые только в политическом объединении видят путь к спасению страны от терзавших ее бедствий. Воспоминания о величии Италии в древности усиливали чувство протеста против ее теперешнего бессилия. Выходим казалось создание сильной централизованной власти в виде монархии, как в других больших странах Европы. Данте тщетно ждал объединения страны от императоров Священной римской империи, в частности от Генриха VII, который хотел возобновить прежние походы немцев на Италию. Мечтал об объединении страны и Петрарка. Но это были лишь иллюзии. В Италии не существовало сил, способных объединить страну. Стране еще предстоял ряд веков политической раздробленности.
    
   Гуманистическое просвещение и его центры
   Со времени Петрарки и Боккаччо гуманистическое просвещение стало быстро распространяться по всей Италии. Во Флоренции, Риме, Неаполе, Венеции. Милане появились кружки гуманистов. Особенно выделялась в этом отношении Флоренция. Стараясь привлечь на свою сторону сочувствие широких масс населения и завоевать популярность, правители Флоренции — Медичи тратили огромные средства на украшение города церквами и зданиями в новом вкусе, платили крупные суммы за редкие рукописи и собрали в своем дворце большую библиотеку. Наибольшим блеском и пышностью отличалось правление Лоренцо Медичи, прозванного Великолепным. Он привлекал к своему двору поэтов, писателей, художников, архитекторов, ученых, философов-гуманистов.
   Гуманисты сделались своего рода почетным сословием. Аристократические фамилии и мелкие государи Италии наперебой приглашали их к себе на службу в качестве канцлеров, секретарей, посланников и т. д. Одним из выдающихся дипломатов конца XIV в. был гуманист Колуччо Салютати. Остроумный и язвительный писатель, он мог сильно повредить своему политическому противнику. Миланский герцог говорил про Салютати, который преследовал его своими литературными нападками: “Салютати мне навредил больше, чем тысяча рыцарей”. Гуманистическая интеллигенция и сама понимала свое значение. По словам Боккаччо: “Не имена великих полководцев дают славу писателям, наоборот, имена королей переходят к потомству только благодаря писателям”.
    
   Историография в период раннего Возрождения
   Исторические произведения итальянских гуманистов представляют шаг вперед по сравнению с церковно-феодальной историографией. Историки-гуманисты, no-существу, исключили из объяснения истории “божественное вмешательство”, рассказы о чудесах, якобы совершавшихся богом и святыми. Вместе с тем гуманисты не доверяли слепо и историческим источникам, особенно церковным, старались установить степень их достоверности. Критика источников в этот период сделала значительные успехи. Гуманист Лоренцо Балла (1407—1457), пользуясь главным образом приемами филологической критики, доказал подложность “Константинова дара”, знаменитой фальшивки VIII в., на которую опирались папы в своих притязаниях на светскую власть.
   Историки-гуманисты впервые выдвинули новую периодизацию всемирной истории, легшую затем в основу деления на древнюю, средневековую и новую историю. У них появляется чуждое церковно-феодальной историографии представление о гибели Римской империи в конце античности и о средневековье как об особом периоде, характеризующемся упадком культуры после ее расцвета в античном мире.
   Свое время они считали эпохой нового культурного подъема. В такой периодизации всемирной истории сказалось отрицательное отношение нарождающейся буржуазии к феодальному периоду в целом.
   Ранняя буржуазная культура — культура Возрождения — впервые складывается в Италии, где раньше всего возникает новый, буржуазный уклад в недрах феодальной формации. Эта культура с начала XV в. оказывает влияние на культурную жизнь других стран Западной Европы, где развитие городов, накопление в руках городской верхушки (главным образом купечества) больших состояний подготовляют почву для возникновения в недалеком будущем раннебуржуазной культуры и гуманистического мировоззрения. Однако свое полное, независимое от итальянского влияния развитие эти новые тенденции получают в других странах Западной Европы лишь в XVI в., когда там также начинают складываться капиталистические отношения.

 
< Пред.