YourLib.net
Твоя библиотека
Главная arrow Геополитика (А.В. Маринченко) arrow 4.4. Сотрудничество есть, доверия — нет
4.4. Сотрудничество есть, доверия — нет

4.4. Сотрудничество есть, доверия — нет

   Североатлантический альянс все плотнее и плотнее сближается с границами Российской Федерации. Вслед за прибалтийскими государствами, уже являющимися членами НАТО, подобное желание высказывают Украина и Грузия. В свой план действий по присоединению к НАТО Брюссель активно вовлекает и ряд других государств постсоветского пространства, декларирующих в настоящее время внеблоковую политику, но оставляющих за собой право на раздумье...
   Подобное положение дел не может не вызывать закономерной обеспокоенности у России. Как, впрочем, и нежелание альянса вести конструктивный диалог (7 декабря 2007 г. в Брюсселе отказались согласовывать программу дальнейшей деятельности Совета «Россия — НАТО») также настораживает Москву. Складывающаяся ситуация и ее возможные последствия ставят перед РФ ряд существенных вопросов: каковы цели расширения альянса и причины его приближения к границам России; каким образом должно строиться двустороннее сотрудничество; нужны ли все-таки Москва и Брюссель друг другу?
   В мае 1997 г. Ельцин подписал в Мадриде «Основополагающий Акт Россия — НАТО».
   Что ж, в актив взаимодействия России и НАТО за прошедшие 10 лет можно записать многое. В этом плане прежде всего следует отметить создание структуры рабочих органов и механизма консультаций, которые позволяют оперативно обсуждать возникающие проблемы, принимать конкретные решения и осуществлять совместные действия по довольно широкому спектру направлений сотрудничества. Важнейшее из них — борьба против международного терроризма и с другими вызовами современности. Россия не только на словах поддержала проведение антитеррористической операции в Афганистане, но и открыла свое воздушное пространство для переброски сил международной коалиции в эту страну, предоставила им разведывательную информацию. Российские корабли принимают участие в натовской операции «Активные усилия», которая проводится в Средиземном море и в ходе которой решаются антитеррористические задачи. Особое значение в России придают подготовке и проведению в 2010 г. комплексного учения по проведению операций кризисного реагирования на территории одной из стран Североатлантического альянса.
   Говоря далее о позитиве российско-натовского сотрудничества, надо отметить и большую работу в области повышения уровня оперативной совместимости между вооруженными силами России и стран альянса. Основная цель здесь — создание таких условий, когда при наличии разных стандартов достигается возможность эффективных совместных действий. Уровень сотрудничества также растет в таких областях, как управление воздушным движением и воздушное наблюдение, тыловое обеспечение, планирование применения гражданских служб в чрезвычайных ситуациях, научное сотрудничество и экологическая безопасность. Уже длительное время успешно работает Информационно-консультационный и учебный центр «Россия — НАТО» по переподготовке военнослужащих, уволенных в запас из Вооруженных Сил Российской Федерации.
   Вместе с тем, анализируя характер взаимодействия России и НАТО, нельзя не заметить, что оно имеет успех чаще всего там, где наша страна по каким-то причинам идет навстречу пожеланиям Североатлантического альянса. Если же Москва не соглашается на уступки, то дело стопорится. Причем ее тут же обвиняют в неких злых намерениях. Взять ту же антитеррористическую операцию в Афганистане. Выше уже шла речь о ее поддержке Россией, но когда был поднят вопрос о том, что странам НАТО следует определиться со сроками пребывания их военных баз в Центральной Азии, как тут же в Вашингтоне и Брюсселе заговорили о том, что Москва вставляет палки в колеса в борьбу с «Талибаном» и «Аль-Каидой».
   Аналогичные мотивы зазвучали и после того, как Россия высказала свое негативное отношение к распространению на Черное море натовской операции «Активные усилия», заявив, что собственных возможностей прибрежных государств, в том числе военных, вполне достаточно, для того чтобы справляться с существующими здесь проблемами, угрозами террористических атак, распространением оружия массового уничтожения. Или в Брюсселе любят в качестве примера практического военного сотрудничества приводить российско-натовское взаимодействие в Боснии и Герцеговине и в Косово. Однако, когда Россия сегодня выступает против предоставления Косово независимости без согласия на то сербов, в странах НАТО заявляют, что Москва использует проблему края, чтобы подорвать авторитет Запада и заполучить тактическое преимущество в борьбе за возвращение себе места на международной арене...Почему так происходит, почему существующие большие возможности российско-натовского сотрудничества используются далеко не в полной мере? Ответ, как думается, очевиден: нет взаимного доверия — ни у России к НАТО, ни у НАТО к России. При этом недоверие друг к другу, к сожалению получившее в последнее время тенденцию нарастания, мотивировано разными причинами. Совершенно очевидно, что главной причиной отсутствия у Североатлантического альянса доверия к России является сохранение у него стереотипов прошлого. Руководствуясь ими, в НАТО, что бы там ни говорили официальные представители блока, не хотят иметь дело с сильной и авторитетной Россией. Отсюда и выстраивается вся политика НАТО в отношении России, и нагнетается антироссийская риторика. Чтобы понять, что это так, достаточно взглянуть на заголовки ведущих западных СМИ: «Кремлевская ностальгия по “холодной войне” (Тhе Есоnоmist, Великобритания), «Как вырваться из рук Москвы» (Project Sуndiсаtе, США), «Матушка-Россия разминает мускулы», «Возрождение “империи зла” (Los Angeles Times, США) и т.п. Авторы этих и других публикаций, словно по команде, заявляют о возрастании агрессивности Москвы, исходящей от нее угрозы Западу и призывают проявлять твердость в отношении Москвы. Каких-либо серьезных аргументов на этот счет они не приводят. В основном все строится вокруг убийства Анны Политковской и Александра Литвиненко, отказа от экстрадиции Андрея Лугового, заявлений об использовании Москвой энергетического оружия или о восстановлении (!!!) в правах прежнего советского гимна, возможных ответных, подчеркнем это особо, мер России на размещение в Европе объектов американской ПРО. И тем не менее дело делается — в странах НАТО оживает, казалось бы, почивший навсегда после окончания «холодной войны» образ «русского медведя, готового наброситься на Запад.
   Подобной риторики в отношении НАТО в российских СМИ, которые, как опять-таки утверждается на Западе, оказались под «кремлевской пятой», нет. Однако у россиян сохраняется достаточно прочное чувство недоверия к Североатлантическому альянсу. И это не какая-нибудь их зашоренность или последствия советской пропаганды — молодые россияне, которые так относятся к НАТО, уже не знают, что это такое. Причина — в трезвой оценке того, как поступает Североатлантический альянс по отношению к нашей стране. Так, много слов уже сказано о крайне негативном восприятии в России процесса расширения НАТО на Восток. Тем не менее этот военный блок продолжает поглощать все новые государства, распространяя на них гарантии безопасности. Вот уже и Украину решили в США принять в альянс. «Для обеспечения ее безопасности», как сказано в резолюции конгресса. Позволительно спросить: а кто угрожает сегодня или может угрожать в будущем Украине? От кого НАТО намерено защищать Украину? Ответа на эти вопросы у альянса нет. Зато есть другое — территория новых членов подвергается интенсивному военно-инфраструктурному освоению, вводится воздушное патрулирование, модернизируются аэродромы, создаются иностранные базы. Это в военном плане, а в политическом — нельзя не видеть, как лидеры принятых в НАТО стран и даже не принятых, а лишь собирающихся вступить в альянс, тут же съезжают на антироссийские рельсы. Это проявляется в предъявлении территориальных претензий к России, объявлении основной массы русскоязычного населения «негражданами» и в других формах ущемления его прав, в поношении советских воинов-освободителей от гитлеровского фашизма и героизации СС, нацистов и их местных коллаборационистов, в пересмотре итогов Второй мировой войны и т. п.
   «И как тут не зареветь русскому медведю», — пишет в этой связи известный аналитик в области обороны и внешней политики Тед Карпентер. Он прав: Россия никогда не согласится с расширением НАТО и своим фактическим окружением натовскими базами. А раз так, то и не будет доверия к Североатлантическому альянсу. С расширением НАТО связана еще одна проблема: сложившаяся ситуация вокруг Договора об обычных вооружениях в Европе (ДОВСЕ), ранее называемого «краеугольным камнем европейской безопасности». Наша страна не только безоговорочно выполняла все взятые по нему обязательства, ратифицировала адаптированный договор, но и длительное время терпеливо ждала, когда это сделают ее натовские партнеры. Однако вместо этого они начали ставить перед Россией надуманные условия, затягивать процесс ратификации адаптированного договора, принимать в свои ряды страны, которые вообще не являются его участниками, а главное — продолжать в нарушение всех договоренностей накапливать силы у российских границ. И когда в НАТО говорят, что заявленные в ДОВСЕ уровни вооруженных сил альянсом соблюдаются, так как размещение войск на территории новых членов союза носит временный характер, или что американские базы в Румынии и Болгарии будут существовать лишь теоретически, то в это никак не хочется верить.
   Ведь при нынешней технологии военных действий терминология не имеет особого значения. Главное — узаконивается возможность размещения иностранных боевых сил и соответствующих военных объектов на территориях всех новых членов НАТО — непосредственных соседей России. А кроме того, сами натовские аналитики дают почву для сомнений в искренности их заявлений. Можно сослаться на доклад аналитико-исследовательского центра «Ргоjесt Air Fоrсе» (входящего в состав международной консалтинговой фирмы «РЭНД», работающей с министерством обороны США) по поводу предназначения американских военных баз вблизи границ России. Там весьма откровенно сказано: «В случае ухудшения российско-американских отношений аналитики ВВС должны рассматривать использование территорий сопредельных государств в качестве мест передового базирования при разрешении кризисных ситуаций». В результате ДОВСЕ сегодня превратился в инструмент не созидания безопасной, стабильной Европы, а воспроизводства блоковых подходов к европейским делам. К сожалению, предложенный Москвой выход из создавшегося положения и активизация переговоров по контролю над вооружениями и мер доверия в Европе не были поддержаны на чрезвычайной конференции государств — участников ДОВСЕ, которая недавно по инициативе России была созвана в Вене. В такой ситуации наша страна просто вынуждена принимать меры правового характера: сначала по приостановке своих обязательств по договору, а если и это не сдвинет процесс ратификации с мертвой точки, то и по полному отказу от них.
   Наконец, о каком доверии может идти речь, если США намерены разместить в Европе элементы американской стратегической ПРО, что, как убедительно доказывают российские военные эксперты, приведет к подрыву существующей системы безопасности, созданию новых разграничительных линий на европейском континенте. При этом все аргументы России относительно этих планов ее натовские партнеры игнорируют. В очередной раз это подтвердило заседание Североатлантического совета, состоявшееся летом 2007 г. Комментируя его решения, генеральный секретарь НАТО Яап де Хооп Схеффер заявил, что ни один из 26 министров обороны стран — членов альянса не выступил с критикой американского проекта. Не приходится сомневаться, что в очередной раз сработала пресловутая формула корпоративной солидарности, так как еще совсем недавно, например, министр обороны ФРГ Франц Йозеф Юнг выражал понимание обеспокоенности России и высказывал мнение о необходимости учета ее мнения в обсуждении американских противоракетных планов. Что касается российского предложения о совместном использовании Габалинской РЛС в интересах ПРО, то тот же Североатлантический совет вообще отказался его обсуждать, заявив, что оно касается лишь России и США. И это в то время, когда совместное использование Габалинской РЛС, по мнению Москвы, могло бы не только стать хорошей альтернативой планам США по размещению элементов ПРО в Европе, но и не допустить появления на континенте новых разделительных линий. Однако в НАТО, постоянно декларирующем о своей ответственности за европейскую безопасность, решили, похоже, занять в этом вопросе позицию некоего стороннего наблюдателя. Но тогда и не надо обвинять Россию, которая намерена соответствующим образом отреагировать на появление в Европе третьего позиционного района противоракетной обороны США, в некой агрессивности — не было бы американских противоракет на континенте, не было бы и российских ответных мер.
   Горизонты российско-натовского сотрудничества, как подчеркнул министр обороны РФ Анатолий Сердюков, выступая недавно на заседании Совета Россия — НАТО, могут быть расширены при одном условии: если эволюция альянса перестанет мотивироваться проектами из политического прошлого. Совершенно очевидно, что их реализация, а также неадекватный учет российских интересов объективно сужают поле взаимодействия, не способствуют росту доверия между Россией и НАТО. А без доверия не может быть будущего.О «миролюбии» НАТО говорится в докладе группы бывших высокопоставленных военных из пяти стран Североатлантического альянса. Они утверждают, что Североатлантический альянс должен быть готов нанести упреждающий ядерный удар для предотвращения применения оружия массового поражения его врагами. Они подчеркивают, сообщает «Дейли телеграф», что применение ядерного оружия для нанесения упреждающего удара является незаменимым инструментом. По мнению авторов доклада, распространение ядерных технологий говорит о том, что в данный момент «нет реалистичных перспектив мира без ядерного оружия» и «может возникнуть опасность ядерной войны, хотя и ограниченной по масштабам». А посему, делается вывод, необходимо быть готовыми к «первоочередному применению ядерного оружия». При этом, правда, подчеркивается, что данный шаг должен «оставаться в случае эскалации последним инструментом предотвращения применения оружия массового поражения». По большому счету, впервые в новой истории об этом зашла речь в обнародованном в 2002 г. «Обзоре ядерной политики США». Там прозвучала готовность Америки нанести превентивный ядерный удар и даже были названы страны, которые могли бы стать ядерными целями для Пентагона. Это Иран, Ирак, Сирия, Северная Корея. В марте 2005 г. Пентагоном была принята «Доктрина совместных ядерных операций», где эта идея приобрела уже характер четко продуманных действий.
   Как известно, в НАТО сейчас заняты переосмыслением роли альянса, поиском тех целей и задач, ради решения которых необходимо сохранить и даже расширить его. Те же США уже несколько лет проталкивают в этой связи идею о превращении альянса в глобальную организацию, которая сама поставит перед собой цель обеспечивать безопасность во всем мире. Другими словами, о создании «мирового жандарма», располагающего современными высокоэффективными вооруженными силами, готовыми по решению Совета НАТО быстро выдвигаться туда, где они нужны. И в этом плане предложение о том, чтобы НАТО было готово наносить ядерные удары, весьма, надо полагать, кстати. Правда, для этого необходимо реформировать сам альянс. Но и здесь, оказывается, авторы доклада все продумали.
   Для повышения оперативности они предлагают НАТО отказаться от привычного принятия решений консенсусом, чтобы «срочные меры могли утверждаться без угрозы наложения вето и протестов отдельных стран». Авторы документа считают также необходимым зафиксировать возможность НАТО проводить военные операции и без санкции ООН в тех случаях, когда «требуются срочные действия для защиты большого количества людей». Нельзя не заметить, что все эти предложения направлены на придание официального характера той практике, которая сложилась на сегодняшний день благодаря внешнеполитическим действиям США и НАТО. Очень созвучны они и с американской идеей о «мировом жандарме». Среди ключевых опасностей авторы доклада называют политический и религиозный фанатизм, перемены климата, которые могут вызвать волны миграции, организованную преступность, распространение оружия массового поражения, негативные последствия глобализации. То есть все то, что может помешать США установлению с помощью НАТО мировой гегемонии.
   Комментируя появление «документа пяти», некоторые аналитики отмечают, что несколько ранее о необходимости быть готовым первым применить ядерное оружие заговорили и в России. При этом они не хотят замечать или делают это специально, существенную разницу в подходах России и авторов документа к проблеме применения ядерного оружия. Если Москва допускает возможность нанесения превентивного ядерного удара «для защиты суверенитета и территориальной целостности РФ и ее союзников», то эксперты НАТО настаивают на этом ради противостояния военной и террористической угрозе и сохранения западного образа жизни и ценностей. Если такая военная организация, как Североатлантический альянс, станет размахивать «ядерной дубинкой», к чему призывают авторы документа, то международная система безопасности, которая и так находится в кризисе, подвергнется еще более серьезной опасности. Ведь тогда решения, касающиеся, по сути, всего мира, будут приниматься одной страной или небольшой группой людей, от которых в конечном итоге и будет зависеть судьба планеты. Тем не менее, несмотря на существующие проблемы, мы не можем отгораживаться от НАТО, не вести с ним диалог. Однако он должен быть построен с учетом того, что у НАТО есть свои собственные интересы, а у России — свои.
   В этой ситуации необходимо искать примеры конструктивного сотрудничества по всем направлениям возможного взаимодействия. Искать консенсус по всем тревожащим обе стороны проблемам, найти ту точку соприкосновения, которая позволит НАТО не только усилить компонент кооперации и стратегического сотрудничества с Россией, но и понять, что Москва — равноправный партнер, а не сторонний наблюдатель.

 
< Пред.   След. >