YourLib.net
Твоя библиотека
Главная arrow Геополитика (А.В. Маринченко) arrow 7.2. Традиции и геополитика Африки
7.2. Традиции и геополитика Африки

7.2. Традиции и геополитика Африки

   Африканский континент принято считать «забытой Богом» частью света, где под палящими лучами солнца население изнемогает не только от жары, но и от беспросветной нужды. Но это только одна сторона жизни многих африканцев, национальные элиты которых начинают избавляться от комплекса неполноценности, сформированного веками колониальной зависимости.

7.2.1. Африка как два субконтинента

   Африка с большой натяжкой может быть названа единым геополитическим континентом. Африканскую цивилизацию даже С. Хантингтон называет как возможную.
   Север и Восток Африки, как и Юг Европы (в частности, Испания, Португалия, юг Франции) в VIII—ХIV вв. входили в мощный арабский халифат, который по своим размерам превосходил Римскую империю. Поэтому огромная территория африканского континента относится к исламскому миру. В годы расцвета СССР Египет, Алжир, Ливия практически находились в зоне его геополитического влияния. В войнах с Англией, Францией, Израилем правительства этих стран получали всестороннюю помощь и поддержку Москвы. Особенно это касалось вооружений и военной техники. Войны Египта с Англией и США за Суэцкий канал (после его национализации), война с Израилем в 1967 г., безусловно, были бы проиграны Египтом, если бы у его берегов, а также у берегов Израиля не курсировал мощный средиземноморский флот СССР, а в Ливии и Египте не функционировали советские военно-воздушные базы, где совершали посадки стратегические бомбардировщики, каждый с тремя водородными бомбами на борту. Безусловно, эти африканские страны представляли большой интерес (в геостратегическом плане) для США и НАТО. И в этом регионе в 1970-х гг. началась сложная дипломатическая игра, которой советское руководство не придало большого значения, а в годы «перестройки», «реформ», ельцинской политики «без галстуков», по сути, сдали американцам безо всяких условий огромный регион, богатый природными ресурсами, вывели из мест базирования, а затем разрушили средиземноморский флот. Западные страны во главе с США быстро прибрали к рукам североафриканские страны, и сейчас Ливия, Алжир и Египет, по сути, находятся под большим влиянием США. Налаживание отношений с ними на прагматической основе, что сделал В.В. Путин весной 2006 г. в Алжире, является первой попыткой возвращения России в регион.
   Москва, как и 40 лет назад, начала наводить экономические мосты со странами Северной Африки. В частности, нефтяная компания «Русснефть» предложила вложить свои средства (первоначально 1 млрд долл.), опыт работы и мастерство своих специалистов в добычу нефти в Алжире. Власти этой страны открыли для иностранного капитала нефтедобывающую отрасль. Планируется также вложение инвестиций в экономику Мавритании. Российские фирмы укрепляют торговые связи с алжирскими фирмами. Для российских компаний кроме нефте- и газодобычи перспективны такие отрасли, как жилищное строительство и туризм.
   Следует отметить, что подспудно в мусульманских странах Севера Африки идут процессы формирования течения, имеющего антиамериканский и антиглобалистский характер. На конференции представителей 46 мусульманских государств, прошедшей в мае 2006 г. в египетском городе Шарм-эль-Шейх, в адрес президента США Буша прозвучала жесткая критика даже со стороны президента Египта Х. Мубарака. В понимании основных принципов демократии правительства мусульманских стран решительно разошлись с Вашингтоном.
   Американские политики оказывают всестороннее давление на страны Северо-Восточной Африки: финансовое, экономическое, информационно-технологическое. Вашингтон занимается обучением исламских группировок фундаменталистского толка. Эти группировки, прошедшие террористические курсы в США, встали на путь откровенного экстремизма, объявив «священную войну» против светских государств — Египта, Алжира, Судана. Вот почему часто гремят взрывы в курортных городах Египта, в Алжире и Судане.

7.2.2. Африка — «кипящий континент»

   Говоря об Африке в этом плане, мы имеем в виду прежде всего ее центральную часть, так как Север Африки имеет отличающуюся культуру, исторический вектор развития, а также политическую и экономическую системы. Хотя ставить между ними «китайскую стену» не надо. Африка является важной составной частью мирового сообщества. Перед этим «просыпающимся континентом» стоит гамма сложных геополитических проблем, одни из которых имеют давнюю, многовековую историю, например колониализм, работорговля и т.д., другие зародились или обострились недавно, охватывают сравнительно небольшой период, поскольку с разрушением СССР изменился баланс мировых геополитических сил, что, безусловно, сказалось на социально-экономических, политических, духовных сферах жизни этого континента. Народы Африки сравнительно недавно получили политическую независимость, но в экономическом и социальном плане многие из них по-прежнему не испытали на себе реальных позитивных перемен.
   После освобождения африканских стран от колониального ига в большинстве из них не нашла поддержки концепция вестернизации, т.е. ориентации их на социальные институты, эталоны права Запада, в частности США. Но в то же время не получила широкого развития и идея геополитического тяготения Африки («острова») к Евразии, в частности к Советскому Союзу.
   За Африкой достаточно прочно утвердилась репутация наиболее конфликтной геополитической сферы планеты, особенно в последнюю четверть ХХ в. На континенте за минувшие 10 лет зафиксировано 35 крупных вооруженных конфликтов, в которых погибло более 10 млн человек, 90% из них — гражданское население. На континенте насчитывается почти половина общемирового количества беженцев (по разным оценкам — от 7 до 10 млн человек) и 60% перемещенных лиц (почти 20 млн человек). На континенте самая высокая детская смертность в мире — около 8 млн человек в год.
   Это обусловлено сложным переплетением различных конфликтогенных факторов: этническим и клановым противостоянием, конфессиональной рознью, противоречиями социально-экономического и политического характера и т.д. Есть немало работ, особенно на Западе, которые значительно упрощают эту проблему, порой сводя конвульсивное развитие Африки к банальной схеме. Так, одним из первых трудов, положивших начало теории развития, стала книга С. Хантингтона «О новом политическом порядке в трансформирующихся обществах», где он, в частности, говорит: «Вторжение масс в политику порождает напряженность, что может создать угрозу для политической стабильности и, как следствие, для самого развития».
   Каких-либо глубоких работ с анализом геополитического положения Африки в научной литературе СССР, России, западных стран, самой Африки практически нет. Есть попытки осмыслить отдельные направления геополитики и политологии:
   • изучение проблем выбора пути социально-политического развития африканских стран в конце ХХ в.;
   • роль диктаторских режимов и армии в жизни континента;
   • конфликты и их типология;
   • роль религиозного фактора в нравственно-политической жизни;
   • культура и общество — синтез традиционного и современного;
   • перспективы геополитического развития Африки в XXI в.
   В начале 1990-х гг. в Намибии прошла конференция «30 лет независимости Африки: итоги и перспективы», где в качестве обобщающего вывода было сказано, что 30 лет независимости не принесли континенту ни демократии, ни процветания, но еще более углубили экономический и политический кризис, т.е. геополитически этот «остров» так и остался прикованным к странам Западной Европы и США. Новая геополитическая ситуация, сложившаяся после ликвидации СССР и стран социалистического лагеря, наложила дополнительный негативный отпечаток на геополитический расклад в мировом балансе сил.
   Современные африканские государства имеют различную социально-политическую и социально-экономическую направленность. Вместе с тем вне зависимости от социальной ориентации и степени общественного развития общей характерной чертой африканских стран является борьба за ликвидацию вековой отсталости, упрочение своего социального суверенитета, экономической независимости, социального прогресса, за право распоряжаться богатством своих недр, своими людскими и финансовыми ресурсами.
   Африка на продолжении столетий раздирается этническими противоречиями, которые выливаются в гражданские войны и военные конфликты.
   Самое кровопролитное из них началось в 1994 г. в Руанде и длилось почти два года. Находившееся у власти правительство из радикально настроенных представителей народности хуту решило навсегда «закрыть» национальный вопрос, организовав массовое уничтожение «враждебной» народности тутси, и вырезали более 1 млн человек. Это можно сравнить только с геноцидом армян в Турции в 1915 г., с действиями расистов времен фашистской Германии или «красных кхмеров» в Камбодже. С середины июля 2003 г. в западноафриканской стране Либерии, богатой алмазами, железной рудой, каучуком, началась гражданская война, ежедневно уносящая жизни сотен человек. Столкновения между повстанцами и президентскими войсками происходят в столице страны — Монровии. Не утихают локальные конфликты в Анголе, Эфиопии, Судане, Конго, Нигерии, Зимбабве, Сомали, Мозамбике, Сьерра-Леоне, Чаде.
   Гражданская война в республике Чад тянется с короткими перерывами с 1960-х гг., как и в соседнем Судане. Мятежники свободно перемещаются из одной страны в другую. Многим повстанцам в обеих странах безразлично, в какой стране воевать. Для них это территория родственных племен. Им нужны деньги, вода, пища, пастбища для скота, земля, пригодная для выращивания сельхозкультур. Кроме того, в южных районах Чада и в Судане обнаружена нефть. Этот единственный источник валютных поступлений в страну стал в последнее время дополнительным фактором напряженности.
   В Африке основные очаги сепаратизма совпадают с районами, где имеются разведанные запасы нефти. Богатая этим энергоносителем Эритрея откололась от Эфиопии. В устье Нигера местные племена атакуют нефтяные платформы и требуют контроля над доходами от добычи «черного золота».
   Перечисленные и другие социальные «болячки» обостряют гонку вооружений, военные конфликты. Например, ежегодная иностранная помощь странам континента составляет 11 млрд долл., а расходы на вооружение и содержание военных превышают 12 млрд. По сути, на грани национальной катастрофы стоят Эфиопия, Ангола, Заир, где практически не затихают военные столкновения и даже войны. Так, противостоят друг другу Эфиопия и Эритрея, в Анголе военная группировка УНИТА контролирует значительную часть территории, включая водное и воздушное пространство. Военные столкновения происходят в Мозамбике, Судане, Сомали и в некоторых других странах. Одной из основных причин столкновений является слабость национальных экономик. Как полагает профессор Жорж Нзонгола Нталажа (Заир), виновниками краха заирской экономики являются США, Франция и Бельгия. По его мнению, эти державы действовали в стране «исключительно в интересах правящей марионеточной клики, которая больше заботилась о личном обогащении, чем об интересах народа». Свой «вклад» в разжигание гражданских войн вносят «миротворческие» силы западных стран. Например, в Чаде находится «около 1,5 тыс. французских солдат, главным образом из иностранного легиона, с боевой техникой, вертолетами, самолетами, которые дают по восставшим предупредительные залпы».
   В силу этих и других причин многие африканские лидеры встретили враждебно визит бывшего французского министра внутренних дел Н. Саркози в Сенегал, Мали и другие страны. В Мали депутаты парламента потребовали «аннулировать визит», расценив его как «провокацию чистой воды». Президент Сенегала Абдулай Вад выступил с резкой критикой «африканской политики Франции».
   Самая характерная черта развития стран континента — незавершенность формационным процессов в связи с относительно коротким периодом после завоевания ими политической независимости. На континенте сложно, а порой причудливо переплелись различные типы экономических отношений — от общинно-патриархальных до капиталистических и социалистических. Слаба социальноклассовая дифференциация общества, социальная структура включает остатки общинно-племенных и даже родовых отношений. В политической системе господствуют различные виды власти: авторитарно-военно-диктаторские, однопартийные, многопартийные, демократические и монархические, тайные ритуальные, криминальные.
   В сфере духовной идеологической жизни характерен широкий спектр различных воззрений: от традиционных африканских культур и верований до мусульманской и христианской религий, буржуазных и социалистических идей. Тайные ритуальные общества поддерживают пожар войны этнических конфликтов в Либерии, Руанде. Они создают ритуальную власть, которая уходит в «темную часть суток и теневую экономику, хотя их психологическое влияние на население все еще остается важным политическим фактором в Африке, не считаться с которыми неразумно».
   В Мали «Союз детей леса» представляет собой ассоциацию с единой системой этнических представителей, ритуальных и обрядовых действий, а также эзотерической, недоступной для непосвященных информацией. Это тайное объединение имеет право распоряжаться чужой жизнью, а руководство страны «осуществляло регулярные неофициальные контакты с лидерами союза».
   В полумиллионном нигерийском университетском городке Иле-Ифе верхушка тайного общества обладает реальной административной и экономической властью: «Она дирижирует деятельностью мэрии и других городских институтов, поддерживая свое предпринимательство, регулируя мистическими средствами ценообразование, вводя запрет и разрешения на определенные виды хозяйственных работ».
   Пожалуй, как никакой другой континент, Африка сохраняет политическую и экономическую зависимость от внешнего мира, особенно от стран Западной Европы и США, транснациональных корпораций, международных финансовых центров. Эта зависимость постоянно стимулируется глобальными социальными проблемами: голодом, нищетой, болезнями, неграмотностью, низкой политической и общей культурой народа, острыми экономическими и политическими кризисами, обострением межэтнических, религиозных противоречий. Используя эти факторы, США стремится еще более «привязать» богатейший в ресурсном отношении континент. Президент США добился от конгресса выделения 15 млрд долл. (для контраста — 300 млн долл. при президенте Клинтоне) на программу борьбы со СПИДом, от которого быстро вымирает Африка.
   Страны в современной Африке в политическом плане представляют собой в основном авторитарные режимы (к концу ХХ в. они господствовали в 38 из 45 государств тропической Африки). Тому есть внутренние и внешние причины. К числу первых относятся: экономическая отсталость; слабая социально-классовая дифференциация общества; наследие колониальной системы (диктаторы — вожди племен, народностей — ставленники колониальной администрации); отсутствие элементов гражданского общества и правового государства; низкая политическая культура населения; межэтнические противоречия; архаичная инфраструктура — плохие дороги,связь и др.
   Но помимо внутренних причин формированию авторитарных режимов способствовало и противоборство двух мировых систем — капитализма и социализма — в борьбе за сферы влияния на континенте. На протяжении 30 лет Африка была полем различных видов соперничества двух систем. Эти системы удерживали у власти и кормили различных диктаторов, которые проводили их интересы. Народ, как правило, беспрекословно подчинялся диктаторам, каким бы образом они ни приходили к власти. Население, за исключением национальной элиты, было объектом, а не субъектом политики и геополитических отношений. Отсюда и нестабильность во всех сферах жизни Африки: после 1960 г. в независимых государствах континента произошло более 100 военных переворотов. Порой их совершали сержанты и лейтенанты, если им была обеспечена поддержка из-за рубежа.
   Специфическим феноменом большинства африканских стран остается особая роль армии и политической оппозиции в виде сепаратистских движений. В глазах народа армия — гарант и символ государственной независимости, организация, способная установить и поддерживать хоть какой-то порядок внутри страны и добиться более или менее равноправных отношений с внешним миром. Армия является опорой и рычагом власти практически во всех странах Африки — в крупных, как Нигерия, Заир, Судан, Эфиопия, Чад, Сомали, и меньших размеров.
   В геополитическом, региональном раскладе сил в Африке, естественно, большую роль играют страны, располагающие более мощной (многочисленной, обученной, вооруженной и т.д.) армией и значительным людским потенциалом. В конце ХХ в. на этом континенте под ружьем находилось приблизительно около 2 млн человек. Наиболее крупные армии: Египта — 448 тыс. (при населении более 61 млн человек); Марокко — около 196 тыс. (более 28 млн); Алжира — около 122 тыс. (более 28 млн); Эфиопии — 120 тыс. (50 млн); Анголы — 82 тыс. (более 11 млн); ЮАР — 79 тыс. (40 млн).
   В североафриканских странах, исповедующих, как правило, ислам, усиливается течение, стремящееся создать «исламскую государственность». Исламские группировки фундаменталистского толка с начала 1990-х гг. откровенно встали на путь экстремистских действий, «священной войны» не только против светских форм государственности (Алжир, Египет, Судан), но и против других религий и народов.
   Следующим специфическим фактором «Черного континента», оказывающим большое влияние на его геополитическое положение, являются межэтнические отношения. Этнический состав Африки — пестрейшая мозаика наций, народностей, племен. На континенте живет примерно 50 наций и народностей, 3 тыс. племен, говорящих на тысяче языков. В результате колониального размежевания территории Африки государственные границы не имеют ничего общего с естественно-географическими и историческими границами проживания населения. 44% границ проведено по меридианам и параллелям, еще 30% — по прямым и дугообразным линиям. Такой дележ территории был миной замедленного действия, основой межэтнических конфликтов и войн, а подогревали их противостояние между Востоком и Западом, проблема выбора пути социального развития, геополитических ориентаций. Все это способствовало возникновению не только локальных межэтнических конфликтов, но и кровопролитных войн, о чем выше уже говорилось.
   С начала 1990-х гг. в общественном сознании на континенте стали укореняться идеи межрегионального, межконтинентального сотрудничества. В столице Танзании Дар-эс-Саламе создан Африканский центр по урегулированию конфликтов, чтобы побудить африканцев самостоятельно решать собственные проблемы, вместо того чтобы полагаться на иностранное посредничество, однако избежать этого, к сожалению, до сих пор не удается.
   Многие представители мондиализма полагают, что влияние его идей будет настолько велико, что втянет в свою орбиту население африканского континента. Но С. Хантингтон, о работах которого говорилось в предыдущих главах, по этому поводу пишет: «Было бы явной глупостью полагать, что из-за краха советского коммунизма Запад завоевал навечно весь мир». По его мнению, мировую геополитику будет определять конфронтация различных цивилизаций, где решающую роль станут играть западная и незападная цивилизации. К числу последних он относил, как мы знаем, конфуцианскую, славяно-православную, латиноамериканскую и африканскую.
   На распределение, взаимодействие силовых полей на субрегиональном, континентальном и межконтинентальном уровнях действуют многие факторы. Но решающее значение, полагает С. Хантингтон, имеет то, что народы разных цивилизаций имеют различные представления о взаимоотношениях между Богом и человеком, индивидом и группой, гражданином и государством, о соотношении прав и обязанностей, свободы и власти, равенства и иерархии. Эти различия порождены многовековой историей. Они более глубоки, чем различия политических идеологий и режимов.
   Судьбы Африки исторически давно связаны с судьбами всего мира. Этот континент стал колыбелью человечества, дал мощнейшие цивилизации (Древний Египет, Арабский Халифат и др.), но колониальная эпоха, а главное — работорговля, когда Африка почти три века поставляла рабочую силу в Северную и Латинскую Америку, затормозили развитие его народов, изолировали их от влияния мира, значительно ослабили генофонд народов континента. Колонизаторы (страны Европы) прививали населению новый образ жизни, резко отличающийся от традиционных ценностей. После получения независимости каждая из стран Африки выбирала свой путь развития: капиталистический или социалистический.
   Но, как показала жизнь, западная и советская модели развития, не учитывающие реалии жизни континента, привели к еще большему углублению экономического кризиса, социальной и политической нестабильности, региональным и этническим (включая и военные) конфликтам, к усилению голода, нищеты, росту зависимости от стран-союзников. Например, в середине ХХ в. объем производства товаров и услуг стран тропической Африки равнялся объему производства маленькой европейской страны — Бельгии. По данным экономистов Института Африки РАН, уровень производимого ВВП на континенте на душу населения в конце ХХ в. был более чем в 20 раз ниже, чем в развитых капиталистических странах.
   В результате взаимодействия перечисленных и других факторов за 1990-е гг. ВВП на душу населения в Африке снизился на 25%, а в странах тропической Африки — на 30%, внутренние капиталовложения уменьшились на 75%, экспорт — на 30%, импорт — на 60%.
   Однако страны ООН, которые, преследуя самые гуманные цели, пытаются помочь африканским государствам, а также различные международные гуманитарные организации не в состоянии навести порядок на «кипящем континенте», а в Африке нет сильных государств, обладающих серьезным влиянием, чтобы мирить, оказывать давление на участников конфликтов. Во многих странах континента живут по известному принципу: добиться власти, получить от этого как можно больше, а после нас — хоть потоп.
   Поэтому ХХІ в. большинство африканских стран встретили в состоянии системного кризиса, следствием которого являются недоедание и даже голод, опаснейшие болезни, неграмотность, ужасающая детская смертность, эпидемии, уносящие десятки миллионов жизней. Плюс к этому катастрофически ухудшающаяся экология и почти полное отсутствие средств для охраны окружающей среды. Отсюда малая продолжительность жизни — в Замбии, например, она составляет 37 лет.Геополитическое положение Африки, ее позиция в системе международных отношений во многом зависят от коренного изменения международного экономического порядка в пользу формирования лучших (льготных) условий для этого континента. Пока же этот порядок объективно направлен против интересов народов Африки. Противостоять неоколонизации они могут только на базе объединения всех сфер общественной жизни большинства стран континента: экономической, социальной, политической, духовной. Но решить эту задачу в начале ХХІ в. представляется нереальным в силу ряда причин (о большинстве из них сказано). Итак, в геополитическом плане Африка больше тяготеет к Западу, хотя процесс этот сложен, динамичен и противоречив. Тем не менее Россия поддерживает контакты с лидерами многих государств Черного континента. В Анголе, Демократической Республике Конго, в Намибии и других странах работают наши специалисты — нефтяники, летчики, горняки.
   Политика России в отношении урегулирования африканских конфликтов пока еще остается пассивной. К России, как правило, не обращаются ни за помощью, ни с просьбами о посредничестве. Причин тому много, а самые главные — ее незначительный экономический и, соответственно, военный потенциал, а также пока еще низкий авторитет в глазах народов мира.

7.2.3. Евросоюз и Африканский Союз — экономическое партнерство?

   В последние годы ряд стран континента демонстрируют экономические успехи, а ведущие мировые центры силы вновь обращают взор на этот материк.
   Подтверждение тому — недавно состоявшийся в Лиссабоне второй саммит Евросоюз — Африканский Союз (8—9 декабря 2007 г.). На нем присутствовали представители 27 европейских и 53 африканских государств, которые поставили своей целью вывести отношения ЕС и АС на уровень оформления стратегического партнерства. Выбор самого места проведения встречи на высшем уровне не случаен: Португалия была колониальной державой и одной из последних, уже в 1970-е гг., предоставила независимость своим африканским владениям, в том числе Анголе и Мозамбику. Примечательно и другое. Евросоюз развил в последнее время заметную внешнеполитическую активность, стремясь позиционировать себя на мировой арене как самостоятельный центр силы. Ранее подобные встречи были проведены с Бразилией, Индией, Китаем, Россией и даже Украиной (переориентация политики Киева на Запад — одна из стратегических целей Брюсселя).
   Интерес Западной Европы к своим бывшим колониям вполне объясним. Европейская экономика нуждается во все больших объемах энергоресурсов, а ими располагают в огромных количествах многие африканские страны. Поэтому европейские организаторы саммита вынуждены были даже проигнорировать позицию одной из ведущих держав Евросоюза — Великобритании, которая возражала против присутствия в Лиссабоне президента Зимбабве Роберта Мугабе. Британцы недовольны национализацией в Зимбабве части земель, принадлежавших потомкам колонизаторов, и упрекают тамошние власти в нарушении прав человека. Глава британского кабинета министров Гордон Браун в саммите участия демонстративно не принял.
   Активность на саммите проявила португальская дипломатия: может быть, этому способствовало то, что главой Евросоюза является португалец Жозе Мануэл Баррозу. На саммите он указал на растущее стратегическое значение Африки и важность для ЕС политического взаимодействия с ней. Для такой оценки есть все основания. В последние два года средний рост ВВП стран Африки превысил 5%, и этот рост носит устойчивый характер. «Мы представляем практически половину членов ООН, — сказал Баррозу. — Это может иметь огромное влияние на поиск путей решения глобальных проблем».
   Лидеры африканских стран также проявляют готовность к политическому диалогу, тем более что Евросоюз является крупнейшим торговым партнером Африки (товарооборот превышает 300 млрд долл.), но былые обиды на Старый Свет все же остаются. Президент Ганы Джон Куфуор, выполняющий функции председателя Африканского союза, сказал, обращаясь к европейцам, что отношения между Европой и Африкой «не были счастливыми», так как «они начались с золототорговли, перешли в работорговлю, а затем наступило время колониализма и апартеида. Лишь в 1950-е гг. благодаря освободительным движениям они нормализовались». По его словам, «все мы живем в глобальной деревне. Африка нуждается в Европе, а Европа — в Африке». Обстановка на саммите была напряженной. Разногласия возникли, в частности, по вопросу заключения новых соглашений об экономическом партнерстве между африканскими странами и Евросоюзом. Довольно уверенно говорить с Евросоюзом государствам Африки позволяет новая геополитическая ситуация в мире. Помимо США и Евросоюза серьезный вес в мировых делах приобрели Китай и Индия. Поэтому закономерно, что на саммите прозвучали позитивные оценки отношений Африки с Китаем и Индией. «Китайцы работают везде, они не тратят время на речи, — сказал, например, президент Сенегала. — Китай и Индия стали крупными партнерами Африки. Факт состоит в том, что индийские и китайские товары значительно дешевле европейских».
   Китай сегодня, действительно, весьма активен на Черном континенте. Поднебесная за пять лет увеличила торговый оборот с Африкой в 5 раз, и сегодня он составляет 50 млрд долл. Китайские компании прежде всего интересуют энергоресурсы. Почти треть нефти, потребляемой китайской экономикой, доставляется танкерами из африканских стран. В ноябре 2006 г. в Пекине прошел уже третий Форум китайско-африканского сотрудничества, на который прибыло большинство африканских лидеров. Для многих из них Китай является ныне идеальной моделью социально-экономического развития.
   Как отмечают западные СМИ, «сотни тысяч китайцев легально и нелегально едут в Африку работать в добывающей промышленности, строительстве и сфере производства». Своего рода плацдармом Пекина на Африканском континенте стал Судан, богатый нефтью. Китайские компании обосновались в этой стране в 1997 г., когда администрация США запретила работать там американским нефтяным компаниям. И теперь 5% китайского импорта нефти приходится на суданские месторождения, и за десять лет Китай инвестировал в Судан почти 3 млрд долл. Кроме того, правительству в Хартуме оказывается военно-техническая помощь, крайне необходимая ему для борьбы с повстанцами в западной провинции Дарфур, где с 2003 г. продолжается конфессионально-этнический конфликт. В западных СМИ можно нередко встретить упреки в адрес Пекина, который-де поддерживает суданские центральные власти, применяющие жесткие методы для подавления вооруженного сопротивления в Дарфуре. Появились даже сообщения, что США пригрозили Китаю бойкотировать олимпиаду в Пекине, если правительство КНР не прекратит поставки любых вооружений, боеприпасов и иного военного снаряжения правительству Судана, а также не свернет экономическое сотрудничество с правительством в Хартуме.
   В свою очередь, суданские официальные представители указывают на то, что в основе позиции США лежит стремление установить контроль над запасами нефти в этом районе. Такое мнение высказал не так давно посол Судана в России Шол Денг Алак. По его словам, «США пытаются найти если не замену Ближнему Востоку, то какую-то возможность компенсировать те потери, которые они несут в результате нестабильности в Ближневосточном регионе, и обращаются к странам Африки, в частности к Судану». Суданский дипломат согласился с мнением вице-президента Академии геополитических проблем Владимира Анохина, который утверждает, что США «специально раскачивают лодку в Судане для того, чтобы получить контроль над нефтью» (по данным этого эксперта, запасы нефти в Судане сопоставимы с запасами нефти в Саудовской Аравии). НАША СПРАВКА
   В августе 2007 г. Совет Безопасности ООН единогласно принял резолюцию № 1769 о направлении миротворческих сил в Дарфур. К миссии в Судане привлечены 20 тыс. военнослужащих и 6 тыс. полицейских, которые действуют на основе объединенного мандата ООН и Африканского союза.
   Нефтью богат в Африке не только Судан. Крупными месторождениями углеводородного сырья обладают, например, Ангола и Нигерия (соответственно второй и первый экспортеры «черного золота» на континенте). Ангола является одной из наиболее бурно развивающихся стран с точки зрения роста объемов добычи нефти. В 1993 г. она добывала в сутки 500 тыс. баррелей, а в 2006 г. — 1,4 млн, сегодня — 1,8 млн баррелей (около 90 млн т в год). В 2007 г. Луанда планировала выйти на рубеж 2 млн баррелей, но ОПЕК — организация нефтедобывающих стран — установила ей квоту в1, 9 млн баррелей нефти в сутки, хотя в Луанде рассчитывали на предельные квоты в размере 2—2,4 млн баррелей. В Нигерии добыча нефти составляет 2,15 млн баррелей в день, хотя возможно добывать и больше — до 2,6 млн баррелей. Трудности с развитием нефтедобычи существуют прежде всего из-за нестабильной ситуации в дельте Нигера. Так, в середине ноября 2007 г. боевики взорвали в Нигерии нефтепровод англо-голландской компании «Шелл», который соединял нефтяные месторождения с терминалом, откуда нефть закачивается для экспорта в океанские танкеры.
   Основные районы нефтедобычи в Нигерии — дельта реки Нигер и прибрежный шельф уже несколько лет являются зоной вооруженного конфликта. Повстанцы «Движения за освобождение дельты реки Нигер» угрожают всем нигерийцам и иностранцам, которые заняты в нефтяной отрасли страны, что будут продолжать убивать их, пока те не прекратят работать на объектах нефтедобычи. По утверждениям мятежников, действующих весьма жестоко (убийства иностранных специалистов, захват заложников), они представляют местный народ иджо, которому будто бы достается слишком малая часть доходов от экспорта «черного золота».
   Вооруженные выступления мятежников в нефтедобывающих районах Африки дают повод США обосновывать необходимость военного присутствия западных держав на континенте. Сами африканские страны настороженно относятся к подобным намерениям, понимая, что американцев в первую очередь волнует нефть (поставки из африканских стран составляют около четверти американского импорта). Правительство той же Нигерии неодобрительно относится к планам США создать военную базу в Гвинейском заливе под предлогом защиты региона от пиратов и террористов (богатый углеводородами залив омывает побережье Нигерии, Анголы, Чада, Экваториальной Гвинеи, Габона и маленького островного государства Сан-Томе и Принсипи).
   НАША СПРАВКА
   В настоящее время главным источником нефтяныхресурсов континента является Западная Африка, а также ряд арабских стран Северной Африки (в первую очередь Алжир и Ливия). Но результаты последних геолого-разведочныхработ позволяют предсказать, что в ближайшем будущем крупными производителями нефти-сырца и природного газа станут страны Восточной Африки (пока в основном нефть добывают в Судане). Геолого-разведочныеработы, проведенные на побережье Индийского океана от сомалийско-кенийской границы до ЮАР, свидетельствуют о возможности экспорта углеводородного сырья по наиболее удобному маршруту — в азиатские государства, в том числе такие страны, как Индия, Китай и Япония. Представители США пытаются рассеять предубеждения: например, в прошлом году адмирал Генри Ульрих заявил на симпозиуме по морским вооружениям в Нигерии: «Мы заботимся о Нигерии и хотим помочь ей защищать регион от морских преступников. Во всех частях мира США и любая другая добропорядочная нация желают обеспечить безопасность на побережье для тех стран, кто поставляет энергию, и именно поэтому мы там часто находимся. Так что Нигерии нечего бояться».
   Но американцам так и не удалось подобрать места для штаб- квартиры своего нового африканского командования (АФРИКОМ). Поэтому ее разместили временно на территории Германии — в Штутгарте. Пока только Либерия, традиционно ориентирующаяся на США, готова пустить на свою землю американских военных. Официально продекларированные задачи АФРИКОМа обширны и, можно сказать, благородны: способствовать развитию стабильности и установлению гражданского общества в Африке; предотвращать распространение террористической сети; обучать африканских военнослужащих...
   На африканском континенте по мере улучшения экономического положения, прежде всего в странах, обладающих нефтедолларами, растет национальное самосознание, что подтвердила первая в истории конференция на уровне министров стран Африканского союза (АС) и стран, где есть африканская диаспора (прошла в ЮАР в ноябре 2007 г.). Африканская диаспора, кстати, весьма многочисленна и довольно влиятельна на Североамериканском континенте. По имеющимся данным, около 40 млн человек живет в США и Канаде, 112 млн — в Бразилии, Колумбии и Венесуэле, свыше 13 млн — в Карибском бассейне и 3,5 млн — в Великобритании, Франции и Испании. Африканский союз даже объявил африканскую диаспору «шестым регионом континента» после севера, востока, юга, запада и центра Африки.
   Интерес заслуживает выступление на форуме председателя комиссии АС Альфа Умара Конаре, который сообщил, что на 2008 г. намечены саммиты АС с Индией, Турцией, Ираном. «На очереди — Россия, — сказал он. — Консультации и переговоры на высшем уровне с таким нашим традиционным другом, как Россия, для нас крайне необходимы. Мы готовы к стратегическому партнерству».
   У России, судя по всему, есть неплохие шансы восстановить свои позиции на континенте. Этому, несомненно, способствовал прошлогодний визит Президента РФ Владимира Путина в Африку, а также поездка весной 2007 г. тогдашнего главы Правительства РФ в ЮАР, Анголу и Намибию. В деловом турне его сопровождали представители нескольких крупных российских компаний, включая нефтегазовый гигант «ЛУКОЙЛ».
   Известно, что российские нефтяники намерены активизироваться на Африканском континенте. «ЛУКОЙЛ» сообщил тогда о том, что договорился с ангольской государственной нефтегазовой компанией Sonangol о сотрудничестве в области разведки, разработки и добычи углеводородов в Анголе. В сфере интересов «ЛУКОЙЛа», кроме того, три проекта по геологоразведке в Западной Африке — в Гвинейском заливе. С ангольской Sonangol сотрудничает и «Газпром», в планах которого осуществление совместных нефтегазовых проектов, развитие газотранспортных проектов, участие в проектах по сжижению газа в Анголе и поставкам ангольского природного газа на мировой рынок. Но в целом российский бизнес представлен на Черном континенте пока скромно (на долю Африки приходится 1,5% всех российских инвестиций за рубежом). Инвестиции в основном идут в добывающую промышленность в Гвинее, Анголе и ЮАР, хотя возможности для успешного ведения бизнеса большие, принимая во внимание и доброе отношение к России со стороны многих представителей национальной элиты, получивших в свое время высшее образование в СССР.Возвращаясь к ноябрьской встрече в ЮАР, надо также отметить, что в планах африканской диаспоры — принять участие в будущих выборах всеафриканского правительства в рамках стремления к созданию Соединенных Штатов Африки. В Дакаре (Сенегал) планируется открыть штаб-квартиру панафриканского секретариата для управления делами диаспоры. Ряд лидеров африканских стран выступают за процесс постепенной экономической и политической интеграции и предлагают сформировать конфедерацию государств, которая получит название Соединенные Штаты Африки. Этот вопрос обсуждался в августе 2007 г. в столице Замбии Лусаке на заседании совета министров Сообщества развития Юга Африки (САДК). Единое государство так и должно называться — Соединенные Штаты Африки. Но это будет скорее африканский Евросоюз, чем Соединенные Штаты Америки.
   НАША СПРАВКА
   Население африканского континента к началу 2007г. составило 924млн человек (14,2% общей численности населения планеты). По данным комитета по делам народонаселения Африканского союза, если темпы прироста населения в Африке, в настоящее время достигающие 2,3%, сохранятся, то к 2050 г. на континенте будут жить 2 млрд человек, но при условии, что правительства африканских государств усилят борьбу с детский смертностью и болезнями. Половина жителей Африки — люди моложе 20 лет, что делает континент самым молодым на Земле.
   У идей панафриканизма, правда, много и противников. Сформировавшиеся национальные элиты африканских стран опасаются, что конфедерация ущемит суверенитет их государств. Большинство глав государств придерживаются мнения, что пока стоит поддержать экономическую интеграцию африканских государств, а для политического объединения Африка еще не созрела. Но сама тенденция к интеграции, несомненно, заслуживает внимания.

 
< Пред.   След. >