YourLib.net
Твоя библиотека
Главная arrow Геополитика (А.В. Маринченко) arrow 7.3. Геополитика и страны Латинской Америки
7.3. Геополитика и страны Латинской Америки

7.3. Геополитика и страны Латинской Америки

   История наложила характерный отпечаток на геополитику стран Латинской Америки. Анализируя геополитические процессы, протекающие на этом континенте, важно не упускать из виду время Великих географических открытий, многовековую историю колонизации и ее последствия, в частности искусственно созданные границы после «ухода» колонизаторов, страшную нищету, безграмотность и другие социальные болезни, оставленные цивилизованными поработителями.
   Нельзя забывать также, что колонизаторы, уходя, в некотором роде оставались, привязывая к метрополиям население бывших колоний и доминионов не силой оружия, а пуповиной финансового, политического, технологического и информационного закабаления.

7.3.1. Латинская Америка: история и современность

   Исторически Латинская Америка по мере укрепления экономической, военной, финансовой мощи и политического веса США попадала под их влияние, постепенно втягивалась в их геополитическое поле. Поэтому и сейчас США занимают в большинстве стран этого континента гегемонистское положение. «Прибирать к рукам» латиноамериканцев США начали еще в первой четверти ХІХ в.В конце 1823 г. президент Соединенных Штатов Дж. Монро обратился к конгрессу со специальным посланием, которое явилось результатом обобщения и развития теории и практики внешней политики США и получило название доктрины Монро. Эта доктрина была разработана на заседаниях американского правительства в связи со слухами об угрозе интервенции со стороны Священного союза (Россия, Австрия, Пруссия) в Латинскую Америку с целью восстановления былого господства Испании в ее американских колониях. Вот такой надуманный предлог был использован США для утверждения своей гегемонии в Южном полушарии. В § 7 доктрины выдвигался и развивался следующий принцип: «Американские континенты ввиду свободного и независимого положения, которого они добились и которое они сохранили, не должны рассматриваться впредь в качестве объекта для будущей колонизации любой европейской державой». А в § 48 и 49 обосновывался принцип разделения мира на европейскую и американскую системы. В доктрине подчеркивалось, что любая попытка со стороны Священного союза «распространить их систему на любую часть нашего полушария является опасной для нашего спокойствия и безопасности».
   В данном документе в дипломатически завуалированной форме были заложены интересы плантаторов-рабовладельцев Юга и крупной буржуазии Севера в экспансии, создании благоприятных условий для расширения территории США и выдвижения лозунгов, теоретически оправдывающих «преимущественные права» США на Американском континенте. «Преимущественные права» северного соседа сводились к простой геополитической идее: рост могущества и благосостояния страны связывался с расширением территории американских штатов. В доктрине утверждалось: «Эта экспансия нашего населения и присоединение новых штатов оказали счастливейшее влияние на все высшие интересы Союза. Это в огромной мере увеличило наши ресурсы и прибавило нам силу и достоинство державы, признанной всеми. Совершенно очевидно, что, расширяя базис нашей системы и увеличивая число штатов, сама эта система сильно укреплялась в обеих своих частях».
   «Преимущественные права» США, провозглашенные в доктрине Монро, реализовались в 1824—1826 гг. против Кубы и Пуэрто-Рико, когда силами Колумбии и Мексики американцы подчинили себе кубинцев и пуэрториканцев, а в 1840-х гг. у Мексики в знак «признательности» за ее усилия по закабалению Кубы американцы отторгли Техас, Орегон и Калифорнию.
   Спустя более чем 150 лет США, действуя точно так же, сперва организуют «независимое государство», будь то в Латинской Америке, Африке, на Балканах, в Восточной Европе или в другой геополитической точке планеты, а затем вводят туда свои «миротворческие» войска, реализуя так называемую гуманитарную интервенцию. О решении осуществлять функции «международной полицейской силы» (сначала применительно к странам Латинской Америки) США объявили еще в 1895 г. (доктрина госсекретаря Р. Олни), подтвердили в 1904 г., когда президент Т. Рузвельт прямо заявил, что в Западном полушарии приверженность Соединенных Штатов доктрине Монро может заставить их в случае внутренних беспорядков и бессилия в латиноамериканских странах осуществлять функции «международной политической силы».
   Реализуя эту функцию, США в начале ХХ в. организуют многочисленные интервенции на Кубу, в Мексику, на Гаити, в середине века — в Доминиканскую республику, Никарагуа, в конце — в Гренаду, Панаму и другие страны. Начиная с 1950-х гг. и до конца второго тысячелетия вмешательство США в жизнь упомянутых, а также других стран континента практически не прекращалось: растущее национально-освободительное движение в Латинской Америке в первую очередь было направлено против бесцеремонного северного соседа и его ставленников. «Сомоса — сукин сын, но наш сукин сын», — так сказал однажды президент США Ф.Д. Рузвельт (А. Сомоса — это бывший диктатор Никарагуа; он и его сын фактически правили страной с 1936-го по 1979 г. при поддержке США).
   Большинство латиноамериканцев резко отрицательно относятся к доктрине Монро. По словам бывшего президента Гондураса П. Бонилья, даже «упоминание об этой... доктрине... считается в странах Латинской Америки оскорблением их достоинства и их суверенитета и в то же время угрозой их независимости».
   Конец ХХ в., конечно, внес изменения в геополитическую систему силовых полей континента. Возникли и активизируются новые процессы в политике, экономике, которые во многом обусловлены ускорением научно-технического прогресса, формированием транснациональных компаний, т.е. глобализацией всех сфер общественной жизни планеты. Важной особенностью этих перемен является то, что в их орбиту втягиваются все страны мира. И Латинская Америка в полной мере испытывает на себе позитивное, а также и негативное воздействие новой обстановки. Страны континента, несмотря на противодействие США, ищут пути интеграции в мировую экономику. Это вызвано:
   • внутренними причинами — застой в экономике стран Латинской Америки (он характерен для большинства из них), некон- курентоспособность их продукции на мировом рынке, неустойчивое хозяйственное развитие, рост безработицы, инфляции, социальной напряженности и др.;
   • важнейшей внешней причиной, в качестве которой можно назвать глобализацию мировой экономики как одного из ключевых мирохозяйственных процессов современности. По мнению экономистов и политологов, сейчас происходит качественная трансформация мировой экономики. Так, глобализация выступает как одна из движущих сил научно-технического прогресса, обновления производства и ускорения темпов роста производительных сил, усиления взаимодействия всех форм международного экономического обмена (мировой торговли, вывоза капитала, научно-технического сотрудничества и т.д.), что положительно сказывается на экономическом развитии Латинской Америки. Но она же несет резкое обострение конкуренции во всех субрегионах континента, усиление экономической неустойчивости: учащение колебаний хозяйственной конъюнктуры, увеличение безработицы, рост банкротств, снижение оплаты труда рабочих и служащих.
   Политика интеграции в мировую экономику принесла народам Латинской Америки и определенные выгоды: позволила снизить инфляцию и возобновить экономический рост, обеспечить сравнительно высокие темпы роста торговли (за 10 лет экспорт вырос примерно в 3 раза, а импорт — в 4 раза); приток иностранного капитала за этот период составил почти 330 млрд долл. Однако за фасадом видимого благополучия скрывалось много негативных явлений и тенденций: импорт по темпам роста опережал экспорт (отсюда пассивных сальдо в торговле больше). Особенно значительным оказался дефицит внешней торговли у Бразилии, Колумбии, Перу, Доминиканской Республики. Развитие экспорта не стало мотором, двигающим внутренний экономический прогресс. Страны региона не смогли занять прочные позиции на мировом рынке. Темпы роста ВВП оказались значительно ниже, чем в 1950-70-х гг., когда экономика регулировалась государством, — тогда рост ВВП составлял 4,8—5,3%, а в 1990-х — 2,7%. Удельный вес стран региона в мировом товарообороте к середине 1990-х гг. снизился против уровня конца 1970-х гг. на 0,5%.
   Резкое увеличение импорта осложнило положение национальных производителей, вызвало волну банкротств, рост безработицы и социальных конфликтов. Особенно сильно это ударило по обрабатывающей и легкой промышленности (производство обуви, одежды, мебели, инструментов). Половина предприятий данной сферы обанкротилась. Начался процесс деиндустриализации и структурной перестройки экономики, т.е. продолжение политики превращения стран Латинской Америки в сырьевой придаток США, Канады, Европы.
   Под воздействием мирового рынка страны континента, за некоторым исключением, все больше ориентируются на добычу и первичную переработку минерального сырья и сельскохозяйственной продукции. Металлообработка, машиностроение, электротехника и другие сферы передового промышленного производства в большинстве стран переходят от замкнутого производственного цикла к монтажу и сборке продукции из импортных деталей и узлов. В государства Латинской Америки США переводят некоторые свои предприятия не только по экономическим, но и по экологическим причинам: это вредные производства, отходы которых отравляют окружающую среду.

7.3.2. Россия и Латинская Америка: специфика взаимоотношений

   К концу ХХ в. Россия усилила внимание к Латинской Америке. Но смотреть на этот континент приходится не как на единый центр силы, а, подобно Африке, как на конгломерат разнородных стран, но с учетом их стремления к интеграции и сложившихся многосторонних организаций. Многосторонние формы взаимодействия должны подкрепляться двусторонними связями. Отношения между Россией и конкретными странами обладают своей спецификой. В основе всех связей, безусловно, должны лежать совпадающие геополитические, геостратегические интересы, включающие в себя всю гамму их составляющих.
   Определяющим в их отношениях является тот факт, что Россия и большинство стран Латинской Америки находятся в сходной фазе развития и решают похожие задачи — общественной модернизации, перекройки мирохозяйственных связей. По своему экономическому весу РФ и такие региональные державы, как Бразилия, Аргентина, Мексика, оказались почти в равном положении: их голоса ведущие западные страны слушают, но в расчет почти не принимают.
   Причины стагнации всех сфер общественной жизни Латинской Америки можно правильно осмыслить, хотя бы бегло проанализировав развитие Чили, Бразилии, Перу, Аргентины, Венесуэлы, Боливии и других стран за последние 30 лет.
   В 1973 г. в Чили пришел к власти диктатор Пиночет. При С. Альенде государство контролировало до 90% экспорта и 2/3 всего импорта. После переворота «военные взяли на себя лишь функцию установления политической стабильности, а в экономике позволили, как и у нас при Ельцине, резвиться... мальчикам из чикагской школы». В Чили по рекомендации Международного валютного фонда начала действовать «шоковая терапия». Главным ее элементом была приватизация. Произошло разорение, сокращение производства и доли в ВВП предприятий обрабатывающей промышленности — ее продукция в 1982 г. составила 74% уровня 1973 г. Издержки такого экономического курса оказались сокрушительными для всех сфер жизни страны. Внешний долг с 3,3 млрд долл. в 1973 г. вырос к середине 1990-х гг. до 21 млрд. Далее — высокая инфляция, подрыв национальной промышленности, падение средней реальной зарплаты ниже уровня 1970 г., маргинализация и обнищание населения. 60,4% всех доходов приходилось на долю 4,2% наиболее обеспеченных слоев. В середине 1990-х гг. государство снова вмешалось в управление банками и поставило под свой контроль 70% капиталов финансовой системы страны, сохраняя главенство в стратегических отраслях и ВПК. После этого чилийская экономика стала выползать из кризиса, а шаги, предпринимаемые в настоящее время правительством Чили, которое возглавляет М. Бачилет — первая женщина-президент, позволят стране нарастить экономическую, финансовую и политическую мощь.
   Крупнейшая страна Латинской Америки — Бразилия — имеет огромную территорию и богатые природные ресурсы, а по численности населения она значительно перегнала Россию.
   Интересна история налаживания контактов России и Бразилии. Русские открыли для себя Бразилию в 1804 г. в ходе первой российской кругосветной экспедиции. Прибывший с экспедицией натуралист и географ Григорий Иванович Лангсдорф девять лет спустя вернулся туда снова, уже генеральным консулом, и организовал экспедицию внутрь страны, которая увенчалась появлением первого в Европе трактата о географии Бразилии и прибытием в Россию большого количества ящиков с образцами горных пород, флоры и фауны. Первый посол — обрусевший француз Борел — наладил коммерческое сообщение между двумя странами. За два года в российские порты пришло 49 кораблей с сахаром, кофе и редкими породами древесины для отделки дворцов в Петербурге. Россия экспортировала в Бразилию сталь.
   Первых российских эмигрантов в католическую Бразилию привела... православная вера. В 1906 г. несколько групп крестьян-ста- роверов решили увезти веру предков от греха подальше и сохранить ее в неприкосновенности среди пальм. Староверы обособили себя от коренного населения. Создали сельскохозяйственные общины, своего рода колхозы, где можно и сейчас услышать русскую речь.
   Роль современной Бразилии в мировой экономике и политике практически нулевая. Согласно оценкам специалистов, Бразилия, занимающая по территории почти половину Латинской Америки, могла бы прокормить от 900 млн до 1,2 млрд человек. Но 1 апреля 1964 г. в Бразилии произошел военный переворот, и страна стала сползать в жесточайшую нищету. Социально-экономические процессы, происходящие в этой стране, описаны в прекрасных романах Ж. Амаду «Капитаны песков», «Габриела», «Пот», «Мертвое море» и др. Он, в частности, писал: «У нас в Бразилии огромная масса неграмотных, поставленных за рамки... культуры, не имеющих материальных возможностей учиться...»
   Жоржи Амаду, ныне покойный, потрясающе правдиво описывает жуткую нищету нижних ступенек социальной лестницы Бра- зилии конца ХХ в., страны, где совмещены сферы власти, права и экономики. Государству должны подчиняться все — экономика, наука и образование, право, индивидуальные свободы и т.д. Главное — это «стабильность». Но лекарством против нарушителей «стабильности» являются репрессии. Однако такая защита «стабильности» и «супербезопасности» несла в себе «мощный разрушительный заряд, исключающий в принципе любое подлинное развитие, осуществляющееся через противоречия, конфликты и борьбу альтернативных мнений». Итак, в Бразилии к концу ХХ в. сложился симбиоз военно-бюрократической верхушки с крупными предпринимателями, поглощающий бюджетные средства и средства внешнего финансирования на покрытие всевозрастающих непроизводительных расходов.
   О том, что у России и Бразилии есть совместные интересы в сфере геоэкономики, финансов, высоких технологий, подтвердил визит премьер-министра РФ М. Фрадкова в апреле 2006 г. Интересы двух стран затрагивают нефтегазовую, космическую сферы, информационные технологии, а также область военно-технического сотрудничества.
   В 2005 г. товарооборот России и Бразилии составил 3,5 млрд долл. Для двух стран, людской потенциал которых составляет почти 330 млн человек, — это капля в море. Поэтому М. Фрадков предложил к 2010 г. увеличить его втрое. Он особо подчеркнул, что геоэкономика оказывает большое влияние на геополитику, и если мы не сумеем расширить бизнес-контакты, то упустим политический момент.
   Во время поездки в Бразилию речь шла о строительстве транснационального газопровода Аргентина — Бразилия — Венесуэла. Проект оценивается в 17—20 млрд долл. Кроме того, бразильская энергетика требует значительной модернизации и опыт российских специалистов здесь будет востребован, как и инвестиции. Уровень развития энергетики в России и Бразилии позволяет говорить о перспективах реализации совместных проектов в третьих странах. Специалисты обеих стран в состоянии выполнять технологические проекты на уровне, претендующем на мировое лидерство.
   Фрадков отметил: «Здесь есть место для поставок турбин и генераторов для будущей ГЭС в Латинской Америке, имеются возможности для совместного строительства угольных электростанций, а также взаимодействия в области добычи угля в России».
   Подводя итоги визита в Бразилию, премьер-министр РФ подчеркнул, что между Россией и Бразилией формируется «технологический альянс», спектр тем которого начинается от энергетики, в том числе атомной, и уходит в космос, распространяется на авиастроение и даже на сельское хозяйство. Таким образом, уровень геополитического сотрудничества России со странами Латинской Америки зависит от успехов экономического сотрудничества.
   Солидный политический и экономический вес в Латинской Америке имеет Аргентина. В начале апреля 2006 г. туда приезжал Фрадков. Как писали аргентинские газеты, «это первый визит российского премьер-министра в Аргентину за всю историю наших взаимоотношений». Источник отметил, что товарооборот между нашими странами в 2005 г. составил всего 700 млн долл., при этом объем российского экспорта равен 72 млн долл., тогда как объем импорта из Аргентины — 620 млн долл.
   В ходе переговоров стороны пришли к выводу, что российские компании могут поставлять в Аргентину энергетическое оборудование для гидро- и теплоэлектростанций, автомобили ГАЗ и КамАЗ. Мы также готовы к кооперации с аргентинскими фирмами с целью создания сборочных производств российских автомобилей и дорожной техники. Кроме того, Россия готова поставлять в Аргентину сельскохозяйственную технику.
   Российский премьер не исключил, что вслед за бразильцем на международную космическую станцию может полететь аргентинский космонавт. Аргентинские специалисты и бизнесмены очень заинтересованы в развитии сотрудничества в высоких технологиях.
   Россия, в свою очередь, может позаимствовать опыт этой страны в управлении экономической сферой. Так, в 2001 г. Аргентина объявила дефолт и отложила выплаты Международному валютному фонду (читай: США), а уже в 2005 г. рост ВВП этой страны составил 9,1%. В 2005 г. Аргентина заняла третье место в мире по поставкам на мировой рынок мяса (вслед за Бразилией и Австралией). Объем поставок увеличился на 40% и оценивается в 1,4 млрд долл. По данным Российского института конъюнктуры аграрного рынка, в 2005 г. Аргентина поставила в Россию 183 тыс. т говядины, что составляет около У3 импорта в нашу страну.
   Укрепляются связи России с Венесуэлой. Начало им положило письмо от 22 марта 1856 г. президента Венесуэлы Хосе Тадео Мо- нагаса императору России Александру II, в котором высказывалось пожелание открыть взаимные торговые и дружественные отношения. Наиболее полными отношения наших стран были с 1975-го по 1991 г., когда действовало известное соглашение о сотрудничестве между СССР, Венесуэлой и Кубой о поставках нефти. В 1996 г. в Венесуэлу нанес визит министр иностранных дел России Е. Примаков. Он вывел двустороннее сотрудничество на качественно новый уровень. Подтверждение этому — возобновление деятельности нефтяного четырехугольника Россия — Венесуэла — Куба — Европа. Венесуэла вновь поставляет нефть на Кубу, а Россия — в Европу. Такая координация поставок нефти и газа в начале XXI в., когда усилилось противоборство стран «золотого миллиарда» и ОПЕК, имеет большое экономическое и геополитическое значение.

7.3.3. Начало новой эры

   На фоне событий, происходящих в Ираке, Афганистане, других странах Ближнего и Среднего Востока, а также нагнетания страстей вокруг иранской ядерной программы Латинская Америка может показаться относительно спокойным регионом планеты. Начиная с 1920-х гг. Латинская Америка была вассалом Вашингтона, беспрекословно поставляя могучему соседу энергоносители, концентраты различных руд, плоды своего рабского труда на плантациях. Высокомерный и надменный северный сосед почти два века называл, например, страны Центральной Америки «банановыми республиками». Но в конце XX в. многие ведущие латиноамериканские государства перешли к поиску новых путей развития. Вслед за Венесуэлой, народ которой в 1998 г. избрал полковника Уго Чавеса своим президентом, в Бразилии, Аргентине, Эквадоре, Уругвае в конце 1990-х гг., а Боливии и Чили в 2006 г. к власти пришли правительства, которые с разной степенью радикализма отстаивают свои национальные интересы. Они отказываются от американской представительной демократии, свободного рынка, неолиберальной модели экономики.
   В разных странах отказ от назойливых рекомендаций американских политиков и экономистов идет в различных формах, и этим подается пример Мексике и Перу. В понимании лидеров Венесуэлы и Боливии, рынок — это не идол, которому нужно постоянно приносить жертвы, а средство для повышения благосостояния наибольшего числа граждан страны. За последние пять лет ежегодный прирост ВВП в регионе составляет 5—6%, тем не менее в большинстве стран континента не могут решить накопившиеся социальные проблемы. Отсюда и настроение граждан региона: изучение общественного мнения показывает, что около 60% латиноамериканцев недовольны тем, как функционирует представительная демократия в их странах.За шесть лет третьего тысячелетия правительства многих стран региона сопротивлялись диктату США. Организованное сопротивление значительно расшатало основы «здания эксплуатации», возведенного здесь с 1823 г. США. Колумбия — единственная страна Латинской Америки, где и сегодня действуют вооруженные формирования леворадикального толка. Только в 1985—1999 гг. было зарегистрировано 14 тыс. столкновений между повстанцами и правительственными войсками. Если в конце прошлого столетия колумбийское противоборство эксперты отнесли к категории конфликтов малой интенсивности, то к началу ХХІ в. оно по количеству жертв (в 2002 г. — свыше 1000 человек) было включено в разряд крупных конфликтов. Первой решительный шаг влево сделала Венесуэла — отнюдь не самая бедная страна в регионе: пятый по ранжиру экспортер нефти в мире. Народ Венесуэлы предпочел видеть в кресле президента не проамерикански настроенного прагматика, а харизматического лидера — У Чавеса. Наступил период «индейского ренессанса», затронувший в 2004—2005 гг. государства так называемого Андского пояса, где индейцы составляют большой процент населения (Боливия — 63%, Эквадор — 65%, Перу — 60%).
   Такую резкую подвижку влево можно объяснять с разных позиций. Но можно предположить, что наиболее верный ответ дал президент Боливии Э. Моралес, первый президент-индеец (не имеющий даже высшего образования), который сказал, что раньше индейцы никогда не рассматривались как уважаемые люди и никогда не имели возможности участвовать в политической и экономической жизни страны как равноправные граждане. Харизматический лидер Э. Моралес смог поднять национальное самосознание народа и, используя минимальные финансовые ресурсы, победить в борьбе с такими кандидатами, как латифундист, банкир, владелец шахт и т.д. Моралес воплощает в жизнь данные народу обещания: национализированы природные ресурсы, прежде всего нефть и газ, земля отдана тем, кто ее обрабатывает.
   1 мая 2006 г. президент Боливии Э. Моралес предложил 30 иностранным компаниям, включая американские, английские, французские, испанские, вернуть народу Боливии его достояние — нефть и газ.Но наиболее активное противодействие (после Кубы) оказывает Вашингтону Венесуэла. Ее президент У. Чавес закупил в России штурмовые вертолеты, заявил о готовности приобрести новейшие самолеты СУ-35, а американские F-16 продать Ирану. Кроме того, следом за штурмовыми вертолетами «Венесуэла ждет из Москвы сотню тысяч “калашниковых”». Сдвиг Латинской Америки влево означает мощное общественное неприятие и вызов капиталистической неолиберальной политике. Все правительства левого фланга имеют одно общее основание: приход к власти в результате мощного подъема антинеолибе- ральных настроений, антиглобализма. Они победили, потому что шли на выборы под лозунгом социальной и экономической справедливости. И сейчас президенты стран Латинской Америки решают во многом схожую задачу — создать соответствующее общегосударственное политическое движение, которое бы объединило все фракции, сформировало революционную политическую партию.
   В Латинской Америке все чаше звучит призыв создания многополярного мира. Эту идею активно поддерживает Колумбия, которая пригласила Россию вступить в международную группу государств — «друзей Колумбии» (в нее уже входят Испания, Венесуэла, Мексика и Коста-Рика).
   Некоторые государства континента стоят перед опасностью маргинализации в формирующемся мире мегаблоков. Россия и юг Американского континента в геостратегическом плане оказываются вне трех полюсов экономического, политического и иного развития: североамериканского, западноевропейского и тихоокеанского (наиболее динамичного полюса).
   Другой фактор, который объективно сближает интересы РФ и государств Латинской Америки, — незаинтересованность в однополюсном миропорядке, потребность в механизмах сдерживания геге- монистскихустремлений в геополитике США. Лидеры стран континента накопили в этом отношении некоторый опыт и все чаще приходят к выводу о необходимости создания общего латиноамериканского фронта борьбы против северного соседа. Например, в мае 1996 г. «Группа Рио» (14 наиболее влиятельных государств континента) выступила с резким осуждением закона Хэлмса — Бертона от 12 марта 1996 г., ужесточающего торгово-экономическую блокаду Кубы. «Группа Рио» рекомендовала Межамериканскому юридическому комитету, а также Международному суду в Гааге дать этому закону правовую оценку. Со странами Латинской Америки Россию сближают следующие факторы:
   • сходная ситуация стран-должников;
   • усиливающаяся конкуренция на рынках товаров и услуг;
   • близость подходов к проблемам международной безопасности, укрепления режима нераспространения ядерного оружия, урегулирования региональных и межгосударственных конфликтов. Одной из форм диалога России со странами Латинской Америки стали контакты с Организацией американских государств (ОАГ). Эта организация постоянно усиливает свое влияние в процессах политической и экономической интеграции в западном полушарии. Поэтому статус постоянного наблюдателя в ней, который РФ приобрела в 1992 г., расширяет возможности российского сотрудничества с регионом на многосторонней основе, хотя Вашингтон делает все от него зависящее, чтобы эти возможности ограничить. Почти полувековой опыт работы ОАГ при наличии доброй воли лидеров РФ и ближнего зарубежья может вполне пригодиться для организации деятельности СНГ.
   Продуктивным может оказаться сотрудничество России с двумя такими крупными экономическими объединениями, как НАФТА и МЕРКОСУР.
   НАФТА — Североамериканская ассоциация свободной торговли, создана в 1992 г. В нее вошли США, Канада и Мексика. Предполагалось, что к 2005 г. в нее войдут все страны континента от Аляски до Огненной Земли, но слишком «разные весовые категории» оказались у стран — участниц проекта и создание самого большого общего рынка застопорилось. Об этом говорилось на встрече лидеров американского континента в начале XXI в. в Ванкувере. И все же можно полагать, что влияние НАФТА на расстановку сил в мировой геополитике (прежде всего через экономику) будет возрастать.
   МЕРКОСУР создана в 1991 г. Первоначально в нее вошли Бразилия, Аргентина, Парагвай и Уругвай. Присоединение к группе в 1996 г. Чили значительно изменило ее геополитический облик: она вышла в Тихоокеанский регион, возросли ее политические и экономические возможности, потенциал противостояния мегаблокам. В перспективе МЕРКОСУР и союз России, Белоруссии и Казахстана могут объединить усилия для совместного противостояния на севере континента и в Тихоокеанском бассейне.
   Пока Российская Федерация и латиноамериканские государства находятся вне интеграционных процессов в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Их стремление активно войти в АТР может стать хорошей основой для взаимной поддержки, совместных действий. Для этого предприняты некоторые ходы: Россия, Мексика, Чили и Перу являются членами Совета Тихоокеанского экономического сотрудничества. Совет объединяет представителей правительственных, научных и деловых кругов и может служить хорошим инструментом для разработки и реализации совместных проектов. Кроме того, Мексика и Чили как члены Ассоциации азиатско-тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС) заняли нейтральную позицию при вступлении России в эту организацию свободной торговли и инвестиций.
   Для России большая возможность сотрудничества открывается в сфере высоких технологий: в Латинской Америке есть немало покупателей российских технологий, и особенно из сферы ВПК, в частности вооружений. Можно полагать, что именно это встретит наибольшее сопротивление со стороны США. Но южноамериканцы хорошо подстраховали эту программу. Закупки военных технологий финансирует Межамериканский банк развития (МАБР) — второй по величине международный банк с уставным капиталом 34 млрд долл. Он спонсирует ассоциацию «Программа Боливар», занимающуюся покупкой тонких технологий.
   Военная техника — одна из немногих на сегодняшний день высококонкурентоспособных статей российского экспорта. Спрос на нее в регионе, особенно в Бразилии, Перу, Колумбии, Венесуэле, очень велик. Армии этих стран активно реформируются, технически переоснащаются. Значит, это начало цепной реакции, стимул для военных реформ в других странах континента. Так, карабин «Сайга-12С ЭХР-01» и автоматы Калашникова покупаются в Бразилии, Чили, Венесуэле, Доминиканской Республике. Карабин «Сайга» не имеет аналогов в мире. Приобрести его хотят не только эти страны, но и Франция, Швеция, Германия.
   Пока же объем торговли РФ со странами Латинской Америки сравнительно невелик — около 1% общего внешнеторгового оборота. Наибольший удельный вес приходится на торговлю с Кубой. В российско-кубинских отношениях сейчас преобладает прагматическое начало. Гавана больше учитывает геополитические интересы России, чем Москва кубинские. Тем не менее поддержка Россией Кубы в перспективе дает большой шанс приема Острова Свободы в НАФТА. Два других члена этой Ассоциации — Канада и Мексика — занимают первое и второе места по объему инвестиций в экономику Кубы. Таким образом, Куба может рассматриваться Россией как надежный торговый партнер с большими возможностями и как мост (ворота) на север и юг западного полушария.
   Xорошие перспективы укрепления всесторонних связей имеются у России с Мексикой, особенно в области газовой и горнодобывающей промышленности, энергетики и транспорта, в аэрокосмической сфере. Таким образом, объем внешней торговли России с государствами Латинской Америки может составить 7—10% российского экспорта.
   Несмотря на противодействие США, авторитет и влияние России в Латинской Америке с конца XX в. постоянно растет. Подтверждением тому может служить Всемирный конгресс латиноаме- риканистов и карибологов (ФИЕАЛК), который впервые за последние 23 года прошел в Москве в конце июня 2001 г. На него приехало рекордное число участников — около 1,5 тыс. человек из 53 стран. В рамках конгресса прошел Деловой форум Россия — Латинская Америка, в котором приняли участие около 200 бизнесменов из России и примерно 100 — из Латинской Америки. На Деловом форуме констатировалось, что торговый потенциал у России и стран Латинской Америки есть.
   Поддерживает торговые отношения с эквадорскими и колумбийскими фирмами такое крупное российское объединение, как «Автоваз», Владимирский тракторный завод поставляет детали для сборки в Венесуэлу. Но для улучшения отношений необходимо наладить прямые контакты — через Тихий океан, а не через Атлантику, как это делается сейчас. Наиболее перспективными странами в налаживании прямых торгово-экономических связей являются: Бразилия, Чили, Перу, Венесуэла, Боливия, Аргентина и Мексика. Сейчас Чили — страна со стабильно развивающейся экономикой, имеющей такие ключевые отрасли, как горнорудная, сельскохозяйственная и рыболовная. Перу заинтересована в развитии судоходства, рыболовства и горнорудной промышленности. Крупнейшим партнером России в Тихоокеанском бассейне в перспективе может стать Мексика. Она готова к сотрудничеству в нефтяной, газовой промышленности и сельском хозяйстве.
   В последние годы набирает силу в странах Латинской Америки движение против военного присутствия США в регионе.
   Нетрудно догадаться, что первым в Латинской Америке, не считая Кубу, порвала все военные связи с США Венесуэла. Вначале венесуэльское правительство удалило из страны американскую военную миссию, затем Каракас покинули представители управления по борьбе с наркотиками США, которых венесуэльские власти обвинили, в частности, в шпионаже. А недавно по этой же причине была прекращена деятельность на территории Венесуэлы организации «Нуэвас Трибус» («Новые племена»), состоящей в основном из евангелических групп Соединенных Штатов. Под личиной миссионеров, заявил президент страны Уго Чавес, в «Нуэвас Трибус» действовали агенты ЦРУ, занимавшиеся сбором информации в зоне реки Ориноко, где находятся крупные залежи не только жидких углеводородов, но и урана. При этом, как выяснилось, самолеты, которые обеспечивали организацию, прилетали извне и не проходили никакого таможенного контроля.
   Убедительным подтверждением подрывной деятельности против руководства Венесуэлы со стороны ЦРУ, госдепартамента и других американских ведомств стала и книга «Кодекс Чавеса», презентация которой состоялась в Каракасе. Выступивший на ней вице-президент Венесуэлы Хосе Висенте Ранхель заявил, что проведенное автором книги американским адвокатом венесуэльского происхождения Эвой Голинджер расследование, в ходе которого она получила доступ к четырем тысячам документов, свидетельствует об участии Соединенных Штатов в попытке государственного переворота в апреле 2002 г., финансировании всеобщей политической забастовки и парализации нефтяной промышленности страны в декабре 2002-го — феврале 2003 г. «Книга Эвы Голинджер позволила нам выяснить все детали заговора против Венесуэлы, осуществляемого администрацией США в последние годы», — отметил вице-президент Ранхель. По его словам, внутренняя венесуэльская оппозиция не представляет собой никакой политической силы без финансовой и иной поддержки Соединенных Штатов, что было доказано во время попытки переворота, всеобщей забастовки, подготовки к референдуму по вопросу о пребывании у власти президента Чавеса. Однако не только Венесуэла очищает свою страну от американского военного присутствия. Сокращается оно и в Боливии. Особенно это стало заметно после прихода к власти в январе 2006 г. левого президента Эво Моралеса, ориентирующегося на сотрудничество, в том числе военное, с Венесуэлой. Судя по всему, с приходом к власти в Эквадоре в январе 2007 г. левоориентированного правительства президента Рафаэля Корреа похоронены надежды США сохранить свое военное присутствие на эквадорской базе Манта. Она используется американскими военными для электронного контроля над наркотрафиком. Соглашение же о действии базы прекращается в ноябре 2009 г.
   Решение о непродлении соглашения по эксплуатации военными США базы Манта было принято еще до прихода к власти правительства Рафаэля Корреа, оно лишь подтвердило его. И опять американцы вынуждены искать альтернативные варианты. Этим, в частности, занимался первый заместитель госсекретаря США Джон Негропонте, имеющий большой опыт не только дипломатической, но и разведывательной деятельности. Недавно он совершил поездку по ряду стран Латинской Америки. Судя по итогам визита Негропонте в Кито, эквадорские власти сохраняют твердость в отношении того, что после ноября 2009 г. ни один американский военнослужащий не останется на Манте. Ни с чем высокопоставленный американский представитель вынужден был покинуть Колумбию, Перу и Панаму. Эти страны также не намерены размещать на своих территориях подобные американские военные объекты.
   Более того, в ходе последнего визита в панамскую столицу Негропонте признал, что между США и Панамой существуют разногласия относительно очистки полигонов, используемых Соединенными Штатами в течение 85 лет в этой стране и до сих пор не приведенных в порядок в плане обеззараживания. «Обе стороны согласны в том, что такие разногласия имеются, однако они могут быть разрешены в контексте существующих между ними дружественных отношений», — заявил Негропонте, отметив, что «ни в коей мере эти разногласия не могут подорвать наши двусторонние отношения». Как известно, на 10 военных базах в зоне Панамского канала США в течение десятилетий содержали свыше 15 тыс. военнослужащих. На многочисленных полигонах они устраивали стрельбища, следы которого до сих пор не уничтожены, что серьезно беспокоит панамскую общественность.
   В этой связи нельзя не обратить внимания на состоявшийся весной 2007 г. в Буэнос-Айресе Международный суд по этике, созданный по инициативе крупнейших правозащитных организаций Чили, Перу, Уругвая, Эквадора, Парагвая, Бразилии, Аргентины, Гаити и Никарагуа, США. Он рассматривал вопросы военного присутствия в странах Латинской Америки и Карибского бассейна. В ходе выступлений на суде отмечалось, что США хотели бы значительно увеличить свое военное присутствие в регионе. Об этом говорит тот факт, что к уже имеющимся здесь 15 военным базам Вашингтон планирует открыть дополнительно еще три. В частности, речь идет о создании крупных военных объектов на никарагуанском острове Грасиас а Дьос, эквадорском острове Балтра, а также пригороде бразильского города Манаос. Кроме того, рассматривается возможность строительства стратегической военной базы НАТО на Фолклендских (Мальвинских) островах. Особенно интенсивно в этом плане Пентагон стремится использовать Парагвай. Начиная с 2002 г. на территории этой южноамериканской страны прошли 46 совместных военных учений, в том числе на стыке трех границ: Парагвая, Аргентины и Бразилии. Вынашивает Пентагон и планы создания под предлогом борьбы с наркотрафиком так называемых Сил быстрого реагирования в составе союзников Вашингтона.
   «Проводимая США интервенционистская политика направлена на усиление военного присутствия в регионе и представляет угрозу для суверенитета латиноамериканских стран», — говорится в решении суда. И подчеркивается, что политика военной экспансии скрывается от ООН и мировой общественности и ведется при полном пренебрежении к суверенитету стран Латинской Америки и Карибского бассейна, в нарушение элементарных норм международного права и прав человека.
   Сотрудничество России со странами Латинской Америки может стать гораздо шире, вобрав в себя вопросы культуры, экологии, образования, науки и т.д. Проблема налаживания такого сотрудничества приобретает особую актуальность, что доказали встречи в рамках АТЭС в Мехико и Сантьяго. Кроме того, как говорилось ранее, многие страны континента повернули влево, выйдя из-под влияния США, поэтому укрепление связей с Россией для них — объективная необходимость.
   Итак, очевидно, что геополитические контакты России с южноамериканскими странами идут «вглубь», переходят на уровень регионов. Тем не менее большая роль в реализации проекта усиления связей с латиноамериканскими государствами принадлежит государственным органам, которые, исходя прежде всего из геостратегических интересов России, должны подготовить федеральную программу развития связей с этим континентом. Тогда нынешние ростки сотрудничества дадут в ХХІ в. весомые плоды: не позволят США и их сателлитам сохранить и укрепить нынешний монополярный мир.

Контрольные вопросы

   1. Охарактеризуйте геополитический порядок в регионе Ближнего и Среднего Востока, сложившийся к началу ХХІ в.
   2. Почему обострились противоречия между континентально-исламским Ираном, атлантистской Турцией, Саудовской Аравией с ее ваххабитским вариантом ислама и отличающимся этнической пестротой Афганистаном?
   3. Какова роль Пакистана и США в раскладе геополитических сил в регионе?
   4. Каково геополитическое будущее России в регионе?
   5. В чем выражается геостратегический интерес США и НАТО в Африке?
   6. Советское и российское сотрудничество со странами африканского континента.
   7. Какие глобальные экономические, политические и социальные проблемы характерны для африканских стран в XXI в.?
   8. Каковы взаимоотношения между Евросоюзом и Африканским союзом?
   9. Как США претворили в жизнь доктрину Монро в отношении стран Латинской Америки?
   10. Какие процессы характеризуют изменения в геополитическом положении стран Латинской Америки в начале ХХІ в.?
   11. Каковы взаимоотношения между Россией и странами Латинской Америки (Бразилией, Венесуэлой, Аргентиной)?
   12. Какие процессы характеризуют движение стран Латинской Америки против военного присутствия США в регионе?

 
< Пред.   След. >