YourLib.net
Твоя библиотека
Главная arrow Политическая глобалистика (И.А. Василенко) arrow 1.2. Определение предмета и метода политической глобалистики
1.2. Определение предмета и метода политической глобалистики

1.2. Определение предмета и метода политической глобалистики

Время течет, наша жизнь проходит,
а мы никак не можем преодолеть в себе ненасытное стремление
приобрести как можно больше из того,
чем располагает мир.
Шанкара

   При определении предметного поля глобалистики мнение научного сообщества с самого начала разделилось. Достаточно четко обозначились границы двух основных подходов — узкого и широкого: одни ученые увидели предмет исследований в изучении актуальных глобальных проблем, другие — в исследовании становящейся целостности бытия человечества.
   Эксперты Римского клуба пошли по первому пути, определив глобальную проблематику как “сочетание множества взаимопереплетающихся и взаимосвязанных трудностей и проблем, сформировавших в итоге ту непростую ситуацию, в которой сегодня находится человечество”. Соответственно была введена в научный аппарат и категория “глобальные решения”, под которой стали понимать согласованные, всеобъемлющие и одновременные попытки решить как можно больше глобальных проблем или, по крайней мере, наметить пути их решения и более эффективную стратегию.
   Общая методология политической глобалистики первого направления была построена на трех взаимосвязанных принципах:
   • применении глобальных подходов к масштабным, комплексным мировым проблемам, отражающим постоянно растущую взаимозависимость всех стран в рамках единой планетарной системы;
   • первоочередном рассмотрении долгосрочных последствии всех проблем, политических решений и практических мер, что не всегда могут себе позволить правительства, реагирующие на сиюминутные нужды плохо информированных избирателей;
   • проникновении в суть всего комплекса современных проблем: политических, экономических, социальных, культурных, психологических, технических и природоохранных, которые и определяются термином “глобальная проблематика”.
   В течение последних 30 лет глобальные проблемы интенсивно изучались учеными разных стран, в том числе и российскими исследователями г. В целом большинство ученых признает, что накануне XXI века несколько взаимосвязанных групп проблем будут определять основные направления исследований в политической глобалистике. К ним относятся:
   • переориентация военной экономики на решение задач в интересах всего общества;
   • содействие социально-экономическому развитию отсталых государств;
   • решение экологических проблем качественно новой сложности — снижение содержания в окружающей среде токсичных веществ, ослабление “парникового эффекта”, угрозы истончения озонового слоя, угрозы кислотных дождей;
   • развитие энергетики с учетом тенденции к потеплению климата;
   • несбалансированный экономический рост;
   • кризис управления и способности управлять;
   • обеспеченность населения Земли продовольствием и наличие водных ресурсов;
   • рост численности населения и миграционные потоки;
   • сдвиги в мировой геополитической ситуации.
   Во втором направлении глобалистики, где предметное поле исследований сформулировано более широко — как изучение становящейся целостности миробытия — гораздо меньше единства позиций и подходов среди современных ученых. Прежде всего, по-разному трактуется само понятие мироцельности (глобальности).
   И.Уоллерстайн предлагает миросистемный подход, в рамках которого глобальный мир — это историческая система, основанная на экспансии капитализма и структурно расчлененная на центр, периферию и полупериферию. В рамках этого подхода были сделаны попытки определить такие понятия, как “глобальный способ производства”, “глобальный процесс образования классов”. Критики этого подхода справедливо упрекают автора в экономикоцентризме, утилитаризме, редукционизме, недостаточном внимании к культурному многообразию человечества.
   М.Чешков пытается обосновать интегральный антропосоциогенетический подход, при котором ядро глобальной общности образуют три необходимо соотнесенных начала — социальное, природное и деятельное. В его научном анализе человечество есть “базовое понятие”, “основной предмет теоретической рефлексии”. На мой взгляд, этот подход страдает априорным конструктивизмом, поскольку даже сам процесс формирования единого человечества, к сожалению, до сих пор представляет собой открытую проблему. Об этом очень ярко и образно сказал французский социолог А.Турен: “Чтобы перекинуть мостик между все более удаляющимися друг от друга континентами, мы не можем больше обращаться к интегральному образу Субъекта, до такой степени теперь, после века тоталитаризма и авторитаризма, люди не доверяют больше теоретическим конструкциям и политическим призывам”.
   Проблема в том, что глобализация в “стохастической Вселенной” представляет собой весьма разнонаправленный и нелинейный процесс, будущее которого не предопределено. Поэтому сегодня особенно важно исследовать историческую динамику глобальных процессов, попытаться определить их возможные пути и долговременные перспективы. Именно так к исследованию глобального мира подходят сторонники цивилизационного, или культурологического подхода, рассматривающие процесс глобализации как возможный (желательный) результат творческого диалога цивилизаций. Политическая глобалистика ориентируется на новый универсализм — такое видение мира и человечества, где особенное и частичное обладают собственной логикой, а не представляются эманацией всеобщего и целого, где “глобальность — плюральна”. При этом в задачу политической глобалистики входят выработка предостерегающего знания и прояснение имеющихся в распоряжении человечества приемлемых альтернатив будущего.
   Многие современные ученые считают, что это направление в политической глобалистике является наиболее перспективным, поскольку оно пытается решать реальные проблемы, обусловленные процессом глобализации современного мира, а не конструировать желательные возможности (как в первых двух случаях). В рамках цивилизационного подхода предметом политической глобалистики является исследование процесса глобализации в его исторической динамике—как становление единого взаимосвязанного мира через творческий диалог цивилизаций.
   Политическая глобалистика рассматривает диалоговый принцип как составную часть новой логики глобального мира, как способ гуманитарного глобального мышления, возможность сосуществования и взаимодействия в глобальном пространстве. В этом смысле одной из главных проблем политической глобалистики является разработка новой концепции диалога цивилизаций как адекватного ответа на глобальные вызовы времени — этноконфессиональные, геополитические, экологические, моральные и культурные.
   Решение этой проблемы определяет круг задач новой науки:
   • сравнительный анализ основных социокультурных ценностей мировых цивилизаций: становление нового универсализма через осознание “цветущей сложности” планетарного бытия;
   • сравнительный анализ стратегий межцивилизационных взаимодействий — обоснование гуманитарного миротворчества как достойного ответа на рецидивы “нового варварства” и бесчеловечности;
   • разработка идеи гуманистического глобализма как альтернативы униформизму и гегемонизму в глобальном мире;
   • обоснование новой концепции гуманитарного консенсуса как процесса согласования ценностей разных цивилизаций;
   • исследование новых проблем формирующегося глобального политического времени и пространства;
   • исследование возможных деформаций развития в процессе глобализации (обмен “антиценностями” массовой культуры, неэквивалентный характер информационного обмена и пр.);
   • сравнительный анализ возможных альтернативных путей глобализации с позиций постклассической концепции прогресса.
   Современные ученые разработали ряд методологических принципов, которые легли в основание новой науки.
   Первый из этих принципов связан с экологическими “пределами роста” — несомненной экологической перегрузкой планеты. Это требует смены самой парадигмы развития современной технической цивилизации и форм ее отношений с природой. В этом смысле политическая глобалистика направлена на разработку модели качественно иного будущего или будущего как иного. Важное методологическое значение при этом имеет обозначение современными учеными основных точек глобальных “пределов роста”:
   • в конце XX века объемы потребления человеком многих жизненно важных ресурсов и уровень заражения окружающей среды производственными отходами уже превысили физически допустимые нормы. Если не будут приняты меры по существенному сокращению потребления материальных ресурсов и энергии, в ближайшие десятилетия произойдет неконтролируемый спад производства продуктов питания, энергии и промышленных товаров на душу населения;
   • капитал, ресурсы и рабочая сила сегодня отвлекаются от производства готовых изделий на разработку более редких, удаленных, глубокозалегающих и все менее концентрированных ресурсов, а также на деятельность, которой раньше занималась сама природа (например, обезвреживание отходов, очистка воздуха, регулирование паводков, борьба с сельскохозяйственными вредителями и пр.);
   • темпы амортизации капитала начинают превышать темпы роста капиталовложений, основные фонды пополняются с запозданием, особенно в долговременных инфраструктурах;
   • инвестиции в образование, здравоохранение, жилищное строительство сокращаются с переключением средств на удовлетворение насущного потребительского спроса или выплату задолженностей;
   • процентное соотношение всех видов долга к ежегодному реальному объему производства растет;
   • обостряются конфликты вокруг источников инвестиций и способов уничтожения отходов. Социальная солидарность идет на убыль, процветает накопительство, усиливается имущественное расслоение и поляризация общества.
   Второй методологический принцип связан с новой научной картиной мира, где прежнему классическому детерминизму пришлось существенно потесниться. Можно согласиться с А.Панариным: классический детерминизм не столько открывал качественно иное будущее мира, сколько в будущем разглядывал черты настоящего (приняв сложившиеся тенденции и стартовые условия за точку отсчета). Словом, он протянул прямую нить из прошлого в будущее. Но новейшая постклассическая наука рвет эту нить с помощью таких концептов, как нелинейность, неопределенность, бифуркация, стохастичность, дискретность пространства-времени.
   Нелинейность — это порог, за которым поведение системы резко меняется. Наличие “порогов” усугубляет последствия запаздывания обратной связи в формирующейся глобальной системе “население—экономика—среда”, что делает глобальные процессы малоуправляемыми, неопределенными, стохастичными.
   Бифуркация— это раздвоение течения тех или иных процессов, достигших определенной критической величины, после которой однозначная зависимость между прошлым и будущим состояниями системы теряется.
   Принцип дискретности пространства-времени означает, что в точках бифуркации образуются предпосылки для качественно новых состояний, дающих качественно иное будущее. Это предполагает, что механические экстраполяции имеющихся тенденций некорректны и не могут служить основанием для долгосрочного прогноза. Как пишет академик Н.Моисеев, “вполне детерминированные процессы (алгоритмы) способны воспроизводить (порождать) процессы, обладающие всеми свойствами процессов вероятностной природы. Данное обстоятельство является уже эмпирическим обобщением. Оно имеет очень глубокий смысл и... может существенно расширить наше представление о сущности самого фундаментального понятия любого научного знания — принципа причинности”.
   Третьим методологическим принципом политической глобалистики являются отказ от инструментальной рациональности, ориентированной на жесткие преобразовательно-наступательные технологии, и развитие “мягких”, детализированных и тонких технологий интерпретации в глобальном диалоге культур. Речь идет о том, чтобы научиться глубоко понимать и тонко интерпретировать сложный полифонический контекст политического диалога, участники которого придерживаются разных культурных традиций. Так, в сфере политических мотиваций делается акцент на интерпретации интенции политического участия в противовес рационализации контроля, в сфере политической эпистемологии — на эмпатическом понимании, а не на эмпирическом осознании, в сфере политического мировоззрения — на уважении трансцендентного, а не материального, в политической практике — на осознании ее полноты, а не отчуждения.
   Новые методологические презумпции политической глобалистики потребовали разработки особого метода и стиля исследований глобальных процессов, который можно назвать политической герменевтикой.

 
< Пред.   След. >