YourLib.net
Твоя библиотека
Главная arrow Государство и право Нового времени (XVII—XIX вв.) (В.В. Кучма) arrow ВВЕДЕНИЕ
ВВЕДЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

   По сравнению с эпохами Древнего мира и Средних веков эпоха Нового времени охватывает относительно непродолжительный период, исчисляемый приблизительно тремя столетиями. При этом в исторической литературе нет единства мнений относительно общепринятых хронологических рамок рассматриваемой эпохи, и это касается как ее начала, так и ее окончания.
   Самой ранней из всех предложенных исходных точек отсчета Нового времени является 1453 г. — дата завоевания Константинополя турками-османами. Было высказано также мнение, согласно которому подобный отсчет следует начинать с периода т. н. Великих географических открытий (в частности, с 1488 г. — года открытия португальским мореплавателем Васко да Гамой морского пути из Европы в Индию — или с 1492 г. — года открытия Христофором Колумбом нового континента в Западном полушарии). Предлагалось начинать историю Нового времени и с событий т. н. Реформации — широкого общественно-политического и идеологического движения XVI в., направленного против политического господства католической церкви и засилия религиозной идеологии в общественном сознании, на борьбу за свободу религиозной организации и отправления культа. Выдвигалась и идея считать началом рассматриваемого периода первую в европейской и всей мировой истории буржуазную революцию, произошедшую в Нидерландах в 1566—1609 гг. Представляется, однако, что наиболее обоснованной точкой отсчета Нового времени следует считать события Английской буржуазной революции середины XVII в.
   В социально-экономическом аспекте рассматриваемая эпоха характеризуется окончательным складыванием новых общественных отношений, базирующихся на принципах капиталистического производства. Феодальный способ хозяйствования, основанный на индивидуальных и групповых отношениях личной зависимости, на сословных привилегиях для одних субъектов и ограничениях для других, на жесткой государственной регламентации производственных отношений, к началу рассматриваемого периода оказался историческим анахронизмом. Экономика большинства стран характеризовалась все более интенсивным торговым обменом, тесной связью с рынком, высокой степенью частного предпринимательства, достижением гораздо более высокого уровня материально-технического развития большинства передовых стран, началом их будущего перехода от аграрного общества к индустриальному. Эта новая экономическая ситуация настоятельно требовала ликвидации сословного неравенства, уравнения членов общества в гражданско-правовом отношении, предоставления каждому из них равной возможности на проявление частнохозяйственной инициативы. Правовой основой новой экономической системы могли стать и действительно становились принципы частной собственности, заложенные в институтах римского права.
   Естественно, что столь радикальные перемены не могли произойти без жесточайшего сопротивления тех социальных сил, которые в предшествующую эпоху обладали реальной экономический и политической властью. На защите старьж порядков стояла вся государственная организация феодальной эпохи, располагавшая значительными материально-техническими ресурсами, сложившимися на протяжении предшествующих столетий. Ликвидация “старого режима” могла быть достигнута лишь в ходе напряженной общественно-политической борьбы, принимавшей формы буржуазных революций. Первым событием подобного рода, переросшим национальные масштабы и приобретшим всемирно-историческое значение, явилась Английская буржуазная революция середины XVII в. Еще более значительный международный резонанс получили революционные события конца XVIII в. во Франции, поскольку именно в этой стране классического феодализма ликвидация “старого режима” была произведена с наибольшим радикализмом и последовательностью. Исключительным своеобразием ознаменована революционно-освободительная борьба конца XVIII в. в Северной Америке, в ходе которой во вновь образованной республике — Соединенные Штаты Америки — сложилась наиболее демократическая государственная система Нового времени. Специфическими особенностями характеризовались более поздние общественно-политические движения в Западной Европе (в частности, в Германии). Уникальностью и неповторимостью с точки зрения реальных форм своего проявления отличались революционные события, развернувшиеся во второй половине XIX в. в Японии.
   В ходе массовых движений рассматриваемого периода мировая государственно-правовая мысль обогатилась новыми идеями. Получили теоретическое развитие и реальное воплощение на практике идеи современного конституционализма, оформленные в особую отрасль конституционного (или государственного) права — отрасль, регулирующую основы организации и механизмы функционирования учреждений государственной власти в центре и на местах, а также взаимоотношения этих учреждений между собою и всей их совокупности и граждан. Институты конституционного права стали базироваться на признании идеи народного суверенитета, на принципе разделения властей, предполагавшем, однако, преобладание законодательных органов над исполнительными и судебными. В свою очередь, законодательные органы основывались не на феодально-сословном, а на всенародном представительстве, предусматривавшем наличие некоего исходного уровня избирательных прав с перспективой их дальнейшего расширения, вплоть до достижения критериев всеобщности и равенства.
   Краеугольной основой конституционного права явилась выработанная идеологами Просвещения чисто светская по своей сущности доктрина всеобщих человеческих прав и свобод. Поскольку этим правам и свободам предписывалось естественно-правовое происхождение, они рассматривались в качестве категорий абсолютной ценности, превышающих потенциал государственно-правовых установлений. На этой исходной теоретической базе развернулась идеологическая борьба за конкретные, конституционно фиксированные принципы освобождения личности, а еще более напряженное общественно-политическое соперничество — за гарантии реального воплощения человеческих прав и свобод в повседневную действительность, за ограничение принудительньж возможностей государства в отношении личности.
   Эпоха Нового времени знаменовалась существенными достижениями в демократизации всех известных ранее элементов государственных форм — форм правления, форм государственного устройства, форм политических режимов. Наиболее распространенным вариантом первого элемента остаются монархии в их модернизированных (конституционных) разновидностях; накапливается, однако, и опыт республиканского строительства, особенно во времена насильственной революционной ломки старых государственных установлений. Среди форм государственного устройства доминируют унитарные модели, хотя за океаном, в США, уже проходит успешную апробацию форма территориальной федерации, а из европейских стран аналогичные конституционные эксперименты оказываются особенно типичными для Германии. Что же касается политических режимов, то этот третий элемент государственной формы получил в рассматриваемую эпоху особенно значительное развитие: как было подтверждено мировым государственно-правовым опытом, конкретное сочетание в данной исторической ситуации двух основополагающих компонентов данной формы (либерализма и диктатуры) способно породить такое бесконечное множество вариантов и разновидностей, которое может гарантированно обеспечить интересы любой социальной группы, обладающей на данный момент реальной государственной властью. Мало того, политический режим со временем стал приобретать все большую степень относительной самостоятельности в комплексе элементов государственных форм — он фактически стал определяющим в составе этого комплекса, способным существенно корректировать два остальных его элемента.
   Прогресс, достигнутый в эпоху Нового времени в области государственного строительства, органически дополнялся совершенствованием правовых систем большинства ведущих стран. Наиболее показательным явлением в данном отношении явилась систематизация и последующая кодификация национального права, явившаяся, с одной стороны, следствием произошедших в этих странах революционных перемен, а с другой — непременным условием их дальнейшего реформирования на путях построения современного гражданского общества. Универсальным образцом при осуществлении кодификационных работ стала система римского права, которая оказалась способной предложить наилучший механизм правового регулирования хозяйственных коллизий, в основе которых лежат принципы частной собственности, всеобщей и равной правоспособности и деликтоспособности субъектов имущественных отношений.
   Рассматриваемая эпоха характеризовалась складыванием нового типа международных отношений. Проявившаяся еще в период Средневековья выраженная неравномерность экономического и политического развития отдельных регионов и стран приобрела со временем характер необратимой тенденции. Доминирующее положение в мировой политике заняли страны Западной Европы. Такое распределение сил на международной арене явилось условием и предпосылкой колониальной экспансии сравнительно небольшой группы наиболее сильных государств в отношении большинства слаборазвитых стран, главным образом Азиатского и Африканского континентов. Эпоха Нового времени характеризовалась формированием мощных колониальных империй, иногда в десятки раз превосходивших метрополии как по территории, так и по численности подневольного населения. Естественно, что возникавшее в ходе захвата колониальных владений разделение мира на сферы влияния не было и в принципе не могло быть стабильным: постоянная конкуренция между крупнейшими метрополиями за лидерство в мире и проникновение в ряды передовых держав все новьж и новых стран каждый раз заново ставило под вопрос сложившийся мировой порядок, грозило перерастанием мирного межгосударственного соперничества в вооруженные конфликты, способными иногда приобрести планетарные масштабы. Окончанием эпохи Нового времени и условным рубежом, отделяющим ее от периода Новейшего времени, можно считать именно событие отмеченного свойства — Первую мировую войну 1914— 1918 гг.
   Что касается внутренней периодизации эпохи Нового времени, то она достаточно четко подразделяется на два этапа. Первый из этапов завершается XVIII веком, второй — занимает весь XIX век. Существовавшая в марксистской историографии периодизация, согласно которой рубежом между указанными этапами являются события Франко-прусской войны и Парижской коммуны (1870—1871 гг.), а концом всей эпохи Нового времени признавалась Октябрьская революция 1917 г. в России, должна быть отвергнута как несостоятельная в методологическом отношении, поскольку все три указанных события не представляются столь исторически значимыми, чтобы сыграть роль рубежей всемирного масштаба. В целом же следует заметить, что установление жестких хронологических рамок исторического развития тех или иньж государственно-правовьж явлений оказывается весьма затруднительным даже в масштабах отдельной страны, не говоря уже о группах стран, а тем более о всей мировой системе в целом. В большинстве случаев с достаточной определенностью можно судить о хронологии лишь политических событий — особенно тех из них, которые носят насильственно-революционный, деструктивный характер и по этой причине как бы разрывают естественный ход общественно-политической эволюции. В условиях же нормального поступательного развития в конструктивном, созидательном направлении государственно-правовые институты и учреждения обладают максимально высокой степенью стабильности, преемственности и континуитета, что способствует размыванию их датирующих характеристик. В силу этого обстоятельства история государства и права Нового времени приобретает характер целостного хронологического комплекса в рамках единого пространства всемирной истории, истоки которого восходят к предыдущим этапам — периодам античности и Средневековья.

 
< Пред.   След. >