YourLib.net
Твоя библиотека
Главная arrow Государство и право Нового времени (XVII—XIX вв.) (В.В. Кучма) arrow I. ГЕРМАНИЯ В КОНЦЕ XVIII - ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX в. ПОИСКИ ФОРМ ОБЪЕДИНЕНИЯ
I. ГЕРМАНИЯ В КОНЦЕ XVIII - ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX в. ПОИСКИ ФОРМ ОБЪЕДИНЕНИЯ

I. ГЕРМАНИЯ В КОНЦЕ XVIII - ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX в. ПОИСКИ ФОРМ ОБЪЕДИНЕНИЯ

   “Княжеский абсолютизм” в Германии. К концу XVIII столетия Германия представляла собою пестрый конгломерат множества государственных образований, общее число которых доходило до 300 (отдельные статистики считают возможным увеличить это число в 5—6 раз). Каждое из этих государств имело свое законодательство, свою таможенную службу, зачастую — собственную систему мер и весов. Правительства этих государств были озабочены решением только собственных, узко корыстных интересов; проблемы общегерманского масштаба в большинстве случаев даже не принимались в расчет. Единство германских государств в рамках т. н. “Священной Римской империи германской нации”, основанной императором Отгоном I еще во второй половине X в. (962 г.) и формально существовавшей до 1806 г., уже со второй половины XIII в. являлось достаточно призрачным. “Золотая булла Карла IV” (1356 г.) юридически закрепила принцип выборности императора коллегией князей-избирателей (курфюрстов). Общеимперское сословно-представительное учреждение (рейхстаг) не сыграло свою историческую роль, которая выпала на долю французских Генеральных штатов или английского Парламента. Попытки имперских реформ конца XV — начала XVI вв., направленных на усиление централизации, окончились неудачей. После Тридцатилетней войны (1648 г.) власть императора была окончательно низведена до уровня номинальной. Территориальная раздробленность Германии усилилась ее конфессиональным расколом на католический юг и протестантский север.
   Преобладающей формой правления в отдельных германских государствах была абсолютная монархия в форме т. н. княжеского абсолютизма, который в отличие от централизованных национальных государств Европы установился не в масштабах всей страны, а в пределах отдельных территориальных владений. Опорой княжеского абсолютизма являлось среднее и мелкое дворянство, а также торгово-промышленные элементы городского населения (бюргерства); основным противником территориальных абсолютистских режимов выступала местная феодальная аристократия. Таким образом, социальная база германского абсолютизма не имела принципиальных качественных отклонений от других европейских аналогов, — речь может идти только о количественных отличиях, зависевших от масштабов пространственной реализации этой государственной формы.
   Естественно, что главные направления развития политической системы империи определялись теми процессами, которые протекали в наиболее крупных и влиятельных германских государствах. К числу последних относилось Бранденбургское курфюршество, правитель которого в 1701 г. получил от императора королевский титул и короновался в городе Кенигсберге под именем короля Фридриха I; начиная с этого времени было установлено новое официальное наименование государства — Королевство Пруссия. Вновь образованное государство стало серьезным фактором политической и военной истории не только в масштабе Германии, но и всего европейского континента.Прусский абсолютизм окончательно оформился при короле Фридрихе II Великом (1740—1786 гг.). Крупный военный деятель и полководец, философ и литератор, он поставил целью своего царствования приобретение Пруссией ранга великой державы. По инициативе короля был проведен ряд реформ, имевших целью упорядочение финансов и судопроизводства. Улучшилось положение крепостного крестьянства; за лично свободными крестьянами было закреплено право на наследственное владение земельными участками. Для всех подданных королевства было введено всеобщее начальное образование (1763 г.). Проводились меры по унификации права: в 1781 г. был введен в действие Гражданский процессуальный кодекс, в 1793 г. — Судебный устав, в 1794 г. — Всеобщее земское уложение.
   В результате внешней экспансии территория Прусского королевства возросла почти в два раза. Занимая 10-е место в Европе по площади (около 200 тыс. кв. км) и 13-е по населению (5, 4 млн чел.), Пруссия стала располагать третьей по величине армией (200 тыс. чел.). На содержание армии тратилось до 85 % государственного бюджета. Вся экономика страны, подвергнутая жесткому государственному регулированию, приобрела ярко выраженный милитаризованный характер. Военная профессия, являвшаяся привилегией дворянства, считалась самой престижной и намного превосходила достоинства и льготы штатской службы. Система высших и местных государственных органов, наделенных сильными военно-полицейскими полномочиями, была жестко централизована. Весь чиновничье-бюрократический аппарат строился на принципах воинской субординации и дисциплины; государственные служащие обязаны были проходить периодическую аттестацию, сдавать квалификационные экзамены. Общественная и частная жизнь подданных была строго регламентирована соответствующими полицейскими установлениями, — последнее обстоятельство не только не исключало, а, наоборот, предполагало неограниченный произвол властей и полное отсутствие прав личности. Отмеченные специфические черты организационного устройства и политического режима Пруссии дают основания характеризовать установившийся здесь вариант децентрализованной германской государственности как военно-полицейский абсолютизм.
   Другим влиятельным германским государством являлась Австрия. Окончательное оформление и расцвет австрийского абсолютизма пришелся на вторую половину XVIII в. — на годы правления императрицы Марии-Терезии (1740—1780 гг.) и ее сына Иосифа II (1780—1790 гг.). Период максимального укрепления абсолютистских порядков в Австрии характеризовался проведением ряда государственных преобразований, которые в своей совокупности именуются политикой “просвещенного абсолютизма”. Суть этой политики состояла в том, чтобы, сохраняя неизменными наиболее глубинные, сущностные свойства абсолютистской системы, осуществить сверху, по инициативе и под контролем самого монарха, реформирование некоторых сфер экономической, социально-политической, правовой, культурной жизни, очистив их от самых устаревших, обветшалых, окончательно изживших себя институтов феодализма, вызывавших наибольшее общественное недовольство. Будучи не всегда последовательными, “просвещенные” реформы австрийских Габсбургов не обладали к тому же четкой социальной ориентацией, проводились без учета исторических традиций многонациональных народов империи. В тех случаях, когда они ущемляли интересы феодальных кругов, они встречали со стороны последних активное противодействие и фактически не проводились в жизнь. В целом провал реформ, которые кроме Австрии проводились еще в целом ряде германских государств, продемонстрировал несовместимость принципов Просвещения с идеологией и практикой абсолютистских режимов. Грозные события Французской буржуазной революции вынудили германских монархов решительно отказаться от либеральных экспериментов в духе просветительского реформаторства и вернуть свои страны в русло традиционной феодально-деспотической политики.
   Германские государства в годы Французской буржуазной революции и наполеоновских войн. Революционные события во Франции встретили неоднозначный отклик в различных слоях германского общества. Имели место случаи открытых крестьянских выступлений против феодального гнета, особенно в тех государствах, которые граничили с Францией; эти выступления, впервые произошедшие летом 1789 г., продолжались вплоть до окончания Французской революции (1794 г.). Восторженный отклик события во Франции нашли у многих видных представителей германского Просвещения — И. Канта, Ф. Шиллера, И. Фихте, Ф. Клопштока, Л. Бетховена и др., посвятивших этим событиям свои научные, поэтические и музыкальные произведения.
   Правящие же круги многих германских государств, стремившиеся не допустить распространения “французской заразы” на другие страны Европы, объединили свои усилия в поисках самых различных мер борьбы с грозной опасностью. Именно германские государства стали главным прибежищем реакционной французской эмиграции, а в городе Кобленце, расположенном во владениях Трирского архиепископа, стали формироваться боевые отряды дворян-эмигрантов, возглавляемые принцем Конде и вдохновляемые двумя братьями Людовика XVI — графом Прованским (впоследствии, после падения Наполеона, ставшим королем Франции Людовиком XVIII) и графом д'Артуа (который сменил Людовика XVIII на престоле под именем Карла X). В августе 1792 г. эта “армия принцев” в составе 40-тысячной австро-прусской группировки под командованием герцога К. Брауншвейгского участвовала в военной интервенции против революционной Франции. В битве при селении Вальми (французский департамент Марна) 20 сентября 1792 г. интервенты потерпели поражение.
   Перейдя в наступление, французская армия в начале октября 1792 г. вступила в прирейнские земли Германии. Майнц, главный город одноименного курфюршества, был присоединен к Франции. Здесь в соответствии с декретом французского Конвента в конце февраля 1793 г. прошли первые на немецкой земле демократические выборы в Рейнско-немецкий национальный конвент. По результатам этих выборов была провозглашена Май-нцская республика, названная “свободным, независимым, неделимым государством, основанном на законах свободы и равенства”. На территории республики были отменены феодальные права и повинности, был провозглашен суверенитет народа. Однако после отступления французских войск здесь была вновь восстановлена власть курфюрста-архиепископа и реставрированы старые феодальные порядки.
   Огромное влияние на судьбы германского народа на протяжении двух последующих десятилетий оказали наполеоновские войны, в ходе которых над большинством германских государств была установлена французская гегемония. Перекраивая по своему произволу политическую карту Европы, Наполеон I объективно содействовал укрупнению карликовых германских государств, в частности, за счет присоединения к более крупным владениям тех земель, которые “освобождались” вследствие ликвидации власти духовных князей и лишения многих имперских городов статуса “вольных городов” (так, число последних сократилось с 51 до 6; ими остались Аугсбург, Бремен, Гамбург, Любек, Нюрнберг, Франкфурт).Победы наполеоновских войск явились одной из важнейших причин прекращения официального существования Священной Римской империи германской нации. Во время работавшей с 12 по 25 июля 1806 г. в Париже конференции был подписан Договор о создании под протекторатом Наполеона Рейнского союза (нем. Rheinbund, франц. Confederation du Rhin), первоначально объединившего 16 государств западной и южной Германии (Бавария, Вюртемберг, Баден и др.), к которым в течение последующих пяти лет присоединились еще свыше 20-ти государств Западной, Средней и Северной Германии. В 1811 г. территория Рейнского союза составляла 283 тыс. кв. км, а население исчислялось 13,3 млн чел. Центром Рейнского союза являлся Франкфурт; во главе Союза был поставлен К. Дальберг, бывший помощник майнцского архиепископа, получивший титул герцога и провозглашенный князем-примасом Союза. Правители всех государств, вошедших в состав Союза, заявили о своем выходе из Священной Римской империи германской нации. В августе 1806 г. прошли заседания последнего сейма Священной империи, на котором Франц II Габсбург отказался от общеимперской короны. Сохранив за собой австрийскую императорскую корону, Франц II одновременно заявил о невхождении Австрии в состав Рейнского союза.
   Будучи протектором Рейнского союза, Наполеон взял на себя обеспечение его безопасности, руководство вооруженными силами, определение главных направлений внешней политики. На земли Союза распространялось наполеоновское законодательство: отменялось крепостное право, уничтожались феодальные привилегии, ликвидировались ограничения еврейского населения, вводился в действие Гражданский кодекс Франции 1804 г. (“Кодекс Наполеона”). Однако эти прогрессивные мероприятия одновременно сопровождались усилением французского диктата над местным населением: налоговым гнетом и принудительными займами, массовыми реквизициями, рекрутскими наборами (так, по требованию Франции правители государств Рейнского союза должны были поставить 63 тыс. солдат).
   Пруссия и Австрия, оставшиеся за пределами Рейнского союза, пытались противодействовать наполеоновской политике. Так, Пруссия в сентябре 1806 г. вступила в 4-ю антифранцузскую коалицию (в которой главную роль играли Англия и Россия), но потерпела сокрушительное поражение от наполеоновских войск. 27 октября 1806 г. французская армия вошла в Берлин; в ближайшие недели была оккупирована большая часть Пруссии, за исключением небольшой территории Восточной Пруссии. Лишь благодаря срочному вмешательству российского императора Александра I Пруссия смогла сохранить свою государственность. По Тильзитскому миру 1807 г. она потеряла около 50 % своей территории (все земли к западу от Эльбы), должна была выплатить громадную контрибуцию (до ее выплаты в прусские крепости вводились французские гарнизоны) и примкнуть к континентальной блокаде против Англии. В случае необходимости Пруссия обязывалась поставлять во французскую армию военные контингенты.
   Оказавшись на грани национальной катастрофы, Пруссия была вынуждена провести ряд срочных реформ, имевших объективно буржуазное содержание. В 1807 г. была отменена личная зависимость крестьян при условии выкупа ими своих платежей и повинностей (условия выкупа были окончательно определены в 1811 г.). Разрешалась свободная купля-продажа земель. Дворянство получило право заниматься торгово-предпринимательской деятельностью; на него стали распространяться некоторые государственные налоговые повинности. Была осуществлена частичная секуляризация церковных земель. Производилась модернизация государственного аппарата (создавалась, в частности, система министерств). Было введено новое административно-территориальное деление страны на провинции; учреждались органы городского самоуправления. Вооруженные силы (в том числе офицерский корпус) стали строиться на общесословных принципах. Несколько позднее (в сентябре 1814 г.) Пруссия первой среди германских государств ввела всеобщую воинскую повинность. Численность ее армии была определена в 42 тыс. человек.
   В 1809 г. военное поражение от Франции потерпела и Австрия. По условиям мира, подписанного в Вене в октябре 1809 г., Австрия теряла значительную часть своих владений по Адриатическому побережью и лишалась выхода к морю. Кроме того, у нее были отняты и ее бывшие польские владения. Значительное улучшение французско-австрийских отношений произошло после апреля 1810 г., когда был оформлен брак Наполеона с дочерью австрийского императора Марией-Луизой.
   Людские ресурсы германских государств были использованы Наполеоном в период его кампании против России. В составе его 600-тысячной “Великой армии”, сосредоточенной у русской границы в июне 1812 г., почти одну треть (180 тыс. человек) насчитывали контингенты, составленные из немецких солдат.
   Падение Наполеона привело к освобождению германских государств от французского диктата (Рейнский союз прекратил свое существование в ноябре 1813 г.), но одновременно ознаменовалось восстановлением старых феодальных порядков.
   Актом Венского конгресса от 8 июня 1815 г. было постановлено учредить Германский союз (Deutscher Bund) в форме конфедерации, объединявшей в момент своего создания 38 государств (ко времени роспуска Союза в 1866 г. число членов конфедерации сократилось до 36). Германский союз объявлялся нерасторжимым: ни одно из государств, вошедших в состав Союза, не имело права выхода из него. В случае объявления войны Союзу ни один из его отдельных членов не мог вступать в переговоры с неприятелем. Целью Союза провозглашалось обеспечение “внутренней и внешней безопасности Германии, независимости и неприкосновенности вступивших в Союз государств”; цель политического и экономического объединения германской нации документами Союза не предусматривалась. Члены конфедерации, вошедшие в состав Германского союза, отличались исключительным разнообразием государственных форм и политических режимов: здесь была представлена 1 империя (Австрия), 5 королевств (Пруссия, Саксония, Бавария, Ганновер, Вюртем-берг), 4 “вольных города” с республиканской формой правления (Бремен, Гамбург, Любек, Франкфурт-на-Майне), а также свыше двух десятков германских герцогств и княжеств. Кроме того, в состав Союза вошли и главы некоторых иностранных государств, владевших германскими землями: король Великобритании как король Ганновера, король Дании как герцог Гольштей-на и Лауэнбурга, а также король Нидерландов как великий герцог Люксембурга. С другой стороны, некоторые территории Австрии и Пруссии (Венгерское королевство, Восточная Пруссия и др.) не были включены в состав Германского союза.
   Высшим органом конфедерации являлся Союзный сейм (бундестаг), заседавший во Франкфурте-на-Майне и состоявший из представителей, назначаемых правительствами отдельных государств; председательствовал на заседаниях сейма делегат от Австрии (первым председателем был австрийский канцлер К. Меттерних). Союзный сейм фактически не являлся полномочным парламентом, но представлял собою своеобразную дипломатическую конференцию, делегаты которой, прежде чем подать голос, должны были снестись со своими государями и получить их санкцию. Наиболее важные постановления сейма (касающиеся, в частности, изменений законов Союза, создания его новых органов, приема в Союз новых членов и т.п.) должны были приниматься единогласным решением всех членов Союза; для принятия простых постановлений требовалось квалифицированное большинство (в две трети голосов). Основные законы Союза могли быть изменены лишь решением пленарного заседания сейма, где каждое государство располагало одним или несколькими голосами (так, 6 крупных государств имели по 4 голоса). На обыкновенных собраниях, рассматривавших текущие вопросы, члены Союза были сгруппированы в 17 курий, каждая из которых имела по одному голосу.
   Однако даже столь трудно принимаемые решения этого сейма не были обязательными для исполнения всеми членами конфедерации, тем более что отсутствовал единый исполнительный орган, который проводил бы эти решения в жизнь. В рамках Союза каждое государство сохраняло право иметь свою армию (хотя и было предусмотрено создание объединенной армии — бундесвера, составленного из военных контингентов государств-членов Союза), судебную и денежную систему, собственную дипломатическую службу. Таким образом, в результате создания указанного Союза подлинное политическое единство германских государств достигнуто не было. Однако серьезный позитивный результат состоял в том, что Союз более чем на полвека обеспечил германским государствам прочный внутренний мир, благодаря которому их хозяйственное развитие пошло быстрыми темпами. Но когда впоследствии это развитие достигло высокого уровня, Германский союз себя окончательно исчерпал, превратившись из стимула в тормоз экономического и политико-правового прогресса.
   В так называемый предмартовский период, охватывавший 1815—1848 гг., правители 24 германских государств, выполняя решение Союзного акта 1815 г., даровали (октроировали) своим подданным первые конституции. Впервые конституционный строй был оформлен в герцогстве Нассау еще до оформления Германского союза (1814 г.). Затем волна конституционных преобразований затронула страны Южной Германии — Баварию (1818 г.), Баден (1818 г.), Вюртемберг (1819 г.), Гессен (1820 г.); названные конституции испытывали значительное воздействие Конституционной хартии Франции 1814 г. В 30-е годы XIX в. под явным влиянием французских революционных событий 1830 г. появились конституции в ряде восточных и северных германских государств — Брауншвейге (1830 г.), Саксонии (1831 г.), Шлез-виге-Гольштейне (1834 г.). Фактически сохраняя в неприкосновенности традиционные монархические режимы, эти конституции вместе с тем учреждали первые выборные представительные органы (ландтаги), однопалатные и двухпалатные, наделяемые законодательными функциями. Члены верхних палат, как правило, назначались монархами персонально и наследственно. Нижние палаты избирались на основе высокого имущественного ценза. В большинстве конституций закреплялось создание системы органов местного самоуправления, которым передавались некоторые государственные функции (образование, общественное призрение, низшая полиция и др.). В конституциях провозглашались ограниченные гражданские и политические права подданных (равенство всех перед законом, свобода совести, печати, собственности, профессиональных занятий и т. п.).
   В целом ряде земель предпринимались попытки проведения реформ по ликвидации личной зависимости крестьянства, разрушению цехового строя, выравниванию социальных прав, ликвидации сословных привилегий, упорядочению несения военной повинности и др. Однако конечный успех этих реформ мог быть обеспечен только в случае преодоления политической и экономической разобщенности германских земель, создания единой системы права, общей таможенной и финансовой системы.
   Эту важнейшую национальную задачу с наибольшим успехом были способны решить два германских государства — Австрия и Пруссия, в силу их экономического преобладания над остальными членами Германского союза, в силу завоеванного ими в течение многих предыдущих столетий политического и морального авторитета. В соперничестве этих двух государств первоначально перевес был на стороне Австрии — именно она играла главную роль в Германском союзе. Однако с 30-х годов XIX в. в качестве гегемона все более и более стала выдвигаться Пруссия.Именно по инициативе Пруссии был образован Германский таможенный союз (Deutscher Zollverein), в который вошли 18 государств с населением свыше 23 млн чел. Они подписали между собой трактат 1833 г., имевший целью экономическое сближение объединявшихся государств (предусматривалась, в частности, беспошлинная транспортировка товаров между членами Таможенного союза, создавалась общая таможенная касса, поступления в которую делились между государствами в соответствии с численностью их населения, вырабатывалась единая таможенная политика в отношении государств, не вошедших в Союз). Датой основания Союза считается 1 января 1834 г.; в апреле 1853 г. он был продлен еще на 12 лет. Прием в Союз новых членов продолжался до 1854 г. (всего было принято 8 новых государств, вследствие чего общее население всех государств-членов Союза превысило 35 млн человек).
   Последствия создания Таможенного союза оказались существенными в двух отношениях. Во-первых, это содействовало сближению экономических потребностей буржуазии в различных частях Германии, консолидации ее в единый общенациональный класс, который все более решительно начал заявлять о претензиях на политическое руководство страной. Во-вторых, самоустранение Австрии от участия в Таможенном союзе способствовало возвышению Пруссии среди других германских государств, являлось предвозвестником ее гегемонии в рамках будущей объединенной Германской империи. Осознав позднее негативные последствия своей изоляционистской политики, Австрия попыталась проникнуть в Таможенный союз и подчинить его своему влиянию. Однако подобные меры, равно как и попытки Австрии создать новый союз под своим главенством, были успешно парализованы Пруссией.
   Попытка объединения Германии в ходе революции 1848 г. К началу 1848 г. в германских государствах сложилась революционная ситуация. Общество находилось в напряженном ожидании коренных перемен. Дальнейший социально-экономический прогресс германского народа мог быть обеспечен лишь при условии ликвидации феодальных отношений, утверждения национального единства. Стремление к преодолению политической раздробленности своей родины, к созданию централизованного государства с конституционным строем, с системой гарантированных прав и свобод объединяло самые широкие слои германской нации: объединение Германии представлялось им главным условием свободы. Этому массовому общественному движению противостояли монархические правительства, опиравшиеся на дворянскую аристократию, бюрократические и милитаристские круги.
   Революция 1848 г., начавшаяся во Франции, но вскоре принявшая общеевропейские масштабы, всколыхнула в первую очередь пограничные с Францией прирейнские земли (в частности, Великое герцогство Баден), но вскоре распространилась по всей Германии. Особенно накалилась обстановка в Пруссии, в столице которой в первые недели марта 1848 г. состоялись многолюдные демонстрации, приведшие к столкновениям с правительственными войсками. На первых порах прусский король Фридрих-Вильгельм IV категорически отклонил ряд требований о введении в стране гражданских и политических свобод, хотя эти требования были сформулированы в самом верноподанническом духе. Лишь после того, как в Берлине произошли кровопролитные баррикадные бои, в ходе которых погибло до 400 человек, и восставшие (среди которых численно преобладали рабочие, ремесленники, революционно настроенное студенчество) овладели большей частью прусской столицы, король был вынужден даровать своим подданным некоторые демократические свободы. Было также обещано провести выборы в Учредительный ландтаг; в обязанности последнего вменялась разработка новой конституции. Буржуазия сразу же прекратила борьбу как в Пруссии, так и в других германских землях, считая, что победа достигнута. И только продолжавшаяся упорная борьба народных масс (в первую очередь пролетариата) вынудила правительства государств, входивших в Германский союз, сделать еще одну уступку. В апреле 1848 г. собрание около 600 представителей местных ландтагов (так называемый предпарламент) приняло решение созвать на основе всеобщих выборов Национальное учредительное собрание, имевшее своей задачей разработку общегерманской конституции.
   Национальное собрание, заседания которого открылись во Франкфурте-на-Майне 18 мая 1848 г., состояло в своем большинстве из буржуазных депутатов либерального толка, преимущественно образованного бюргерства (в частности, были избраны 49 университетских профессоров). Временным имперским правителем был избран австрийский эрцгерцог Иоганн; было сформировано и временное общеимперское правительство (из 6 министров). Основное внимание депутатов Национального собрания было привлечено к разработке проекта имперской конституции; непосредственно этой работой занимался особый комитет, избранный Национальным собранием в числе 30 депутатов. В комитете обсуждались два варианта будущего объединенного Германского государства — “великогерманского” (с участием Австрии) и “малогерманского” (без Австрии).
   28 марта 1849 г. Национальное собрание приняло проект конституции. Хотя проект разрабатывался в обстановке спада революционного движения, консолидации реакционных сил, он оказался, тем не менее, самым демократичным во всей истории германского конституционализма. Согласно этому проекту объединенная Германия по форме государственного устройства должна была стать федерацией, в которой сильная власть общеимперских органов органически сочеталась с широкой автономией земель; предлагаемая федеративная модель строилась на четком и детальном разграничении компетенции центральных государственных учреждений и органов субъектов федерации. Такими субъектами должны были стать отдельные германские государства и территории. Входя в состав Германского союза, они не должны были утрачивать свой государственный суверенитет (разумеется, за исключением тех его элементов, которые переходили в исключительное ведение “имперской власти”). Выражением государственного суверенитета субъектов федерации являлось предоставляемое им право иметь собственные конституции, собственную систему органов власти и управления.
   Основное внимание в конституционном проекте было уделено регламентации власти общефедеральных органов. Важнейшей прерогативой имперской власти являлось осуществление единой внешней политики, реализация которой вверялась общеимперской системе органов дипломатии. Однако субъектам федерации разрешалось вступать в договорные отношения между собою, но правом заключения международных договоров наделялись лишь федеральные органы. Только имперским властям принадлежало право объявления войны и заключения мира, руководства вооруженными силами объединенной Германии (в частности, и в особенности — военно-морским флотом). В случае войны должно было создаваться высшее имперское командование, которому вверялось исключительное право распоряжаться всеми общенациональными ресурсами, материальными и людскими. В проекте конституции предусматривалось создание общего экономического пространства, на котором должна была действовать единая таможенная и монетная система, неразделяемая система средств почтово-телеграфной связи, унифицированная система мер и веса. Предполагалось также, что финансирование имперских органов будет производиться из каналов, независимых от властей субъектов федерации, — это должно было обеспечить финансовую независимость имперских властей, гарантировать реальный успех их организационно-управленческой деятельности. Важные позитивные последствия должны были принести зафиксированные в конституции идеи создания единого общегерманского гражданства и формирования на этой основе единого общеимперского правового пространства. Основополагающим принципом последующего государственно-правового развития должен был стать провозглашенный в проекте конституции приоритет общеимперского права над правом отдельных субъектов федерации.
   По форме правления объединенная Германия должна была являться конституционной монархией во главе с наследственным императором; императорскую корону было решено предложить прусскому королю Фридриху Вильгельму IV (таким образом, предпочтение было отдано “малогерманскому” варианту; за него проголосовали 290 депутатов из 586). Глава империи наделялся законодательной инициативой, обладал правом созыва и роспуска нижней палаты общегерманского парламента, публикации имперских законов, издания специальных распоряжений об исполнении этих законов. В целом объем прав главы государства был достаточно ограниченным.
   Законодательное собрание империи (рейхстаг) должно было иметь двухпалатную структуру. Нижняя палата рейхстага (“Палата народа” — фольксхаус) избиралась на 3 года на основе всеобщего, равного и прямого мужского избирательного права при тайной подаче голосов из расчета 1 депутат на 100 тыс. жителей; количество депутатов в нижней палате должно было быть пропорциональным численности населения отдельных земель. Верхняя палата рейхстага (“Палата государств” — штатенхаус) формировалась из неравного количества представителей правителей и ландтагов государств — членов федерации (так, Пруссия имела 40 депутатских мест, Австрия — 38, Бавария — 18, Саксония — 10, большинство герцогств и княжеств — по одному месту). Основные прерогативы рейхстага лежали в бюджетно-финансовой сфере (принятие бюджета, роспись расходов, контроль за ними и т.д.). Любой закон, принимаемый рейхстагом, должен был получить поддержку обеих палат и одобрение правительства. Несогласие правительства могло быть преодолено путем принятия рейхстагом трех соответствующих постановлений, вотированных в одной и той же редакции в ходе трех последующих парламентских сессий.
   Формирование общефедерального правительства вверялось императору. Поскольку министры должны были скреплять своими подписями императорские распоряжения (принцип контра-сигнатуры), возникала их ответственность перед рейхстагом. Впрочем, детали такой ответственности не были проработаны с требуемой четкостью — эту задачу должен был решить специальный имперский закон, который планировалось принять после вступления конституции в действие.
   Планировалось также создание специального Имперского суда, который должен был рассматривать разногласия, возникавшие между федеральными палатами, и споры между субъектами федерации.
   В конституцию предлагалось включить особый раздел из 60 статей под названием “Основные права немецкого народа”. В основу этого раздела были положены идеи “Декларации независимости” США 1776 г. и “Декларации прав человека и гражданина” Франции 1789 г. Широкий перечень основных демократических прав и свобод являлся самым детальным и демократичным для своего времени. Он включал в себя равенство всех граждан перед законом и судом, неприкосновенность их личности, собственности и жилища, свободу слова, печати (при уничтожении цензуры), совести, собраний, общественных объединений, петиций в органы власти и др. Заявлялось о ликвидации всех сословных привилегий, всех личных и поземельных платежей и повинностей феодального характера. Провозглашались свобода труда и занятий, отмена гражданских ограничений, свобода передвижений и эмиграции. Закреплялась всеобщая воинская обязанность. Декларировалось введение суда присяжных; гарантировалась несменяемость судей; учреждалось гласное судопроизводство; отменялась смертная казнь; объявлялись недопустимыми конфискации имущества. Государство брало на себя заботу о воспитании и образовании граждан, об организации социального вспомоществования.
   Опубликованный конституционный проект, отвечавший чаяниям либерально-демократических кругов германского общества, вызвал резкое недовольство реакционных правительств. 3 апреля 1849 г. прусский король Фридрих Вильгельм IV отклонил предложение принять императорскую корону, мотивировав свой отказ тем, что, по его мнению, конституция, будучи “незаконной” по своему происхождению, является к тому же излишне демократической и потому превращает будущего императора в “пленника революции”. Одним из подспудных мотивов отказа явилось и опасение вероятного военного конфликта с Австрией; сыграло свою роль и давление, оказанное российским императором Николаем I. Вслед за прусским королем конституционный проект Франкфуртского собрания был отвергнут правителями наиболее крупных германских государств (Баварии, Саксонии, Вюртемберга, Ганновера), тогда как 28 мелких германских государств признали его решения.
   Уязвленное демонстративным отказом прусского короля Национальное собрание 3 мая 1849 г. обратилось непосредственно к германскому народу с призывом привести в исполнение разработанную конституцию (в частности, созвать рейхстаг). В ряде мест страны (Саксония, Рейнская область, Пфальц, Баден) произошел новый мощный подъем революционных выступлений, которые, однако, не были скоординированы. Прусский король, подавив революцию в Берлине, двинул свои войска на Франкфурт. Наиболее стойкие депутаты Национального собрания, отказавшиеся снять свои полномочия (их насчитывалось около 100 чел.), попытались продолжить заседания в Штутгарте, но здесь были окончательно разогнаны правительственными войсками Вюртемберга (18 июня 1849 г.).
   Прекращение деятельности Национального собрания означало конец революции. Однако опыт событий 1848—1849 гг. не прошел даром. Более чем в 10 германских монархиях были конституционно укреплены позиции выборных представительных органов; еще в ряде государств произошло обновление конституционного строя в направлении его либерализации. Но главные задачи революции остались нерешенными: буржуазия не овладела политической властью, Германия продолжала оставаться в состоянии экономической и политической разобщенности. В ряде германских земель проявились явные реакционные тенденции. Так, в Пруссии в 1851 г. был принят закон об осадном положении, наделявший короля правом устанавливать режим военного правления, если возникала угроза существовавшим в стране государственно-правовым порядкам. Проводником реакционной политики в масштабе всей Германии оставался Германский союз, реформированный в ноябре 1850 г. В соответствии с решениями его сейма отменялись прогрессивные законы, принятые в ходе революции в различных германских землях, ограничивались права и свободы граждан, вводилась цензура печатных изданий, усиливалось влияние церкви на решение светских дел. Все лица, так или иначе замешанные в недавних событиях, были взяты под строгий полицейский надзор. Главная цель реакционных сил заключалась в полном истреблении каких бы то ни было следов революционной бури 1848—1849 гг., в возвращении к традиционному “старому порядку”.
   Конституция Пруссии 1850 г. Учредительный рейхстаг Пруссии, избранный в 1849 г., представил Фридриху-Вильгельму IV проект конституции, который вызвал у короля резко негативную реакцию. Было решено созвать новое Учредительное собрание, избираемое по куриальной схеме, обеспечивающей преобладание в Собрании верноподданического большинства (из 350 депутатов 250 оказались чиновниками). Разработанный этим Собранием конституционный проект вызвал, наконец, одобрение прусского короля. В конце января 1850 г. он “даровал” своим подданным конституцию, которая устанавливала в Пруссии строй конституционной монархии с выборным народным представительством. Основополагающим государственным институтом страны оставалась сильная королевская власть, несшая на себе явственные отпечатки предшествующей абсолютистской традиции.Провозглашенные в титуле II конституции права подданных (равенство всех перед законом, уничтожение сословных привилегий и преимуществ, право всех подданных на занятие государственных должностей, неприкосновенность личности и жилища, неотчуждаемость собственности, свобода слова, печати, собраний, запрещение цензуры, гарантии прав личности перед следствием и судом и др.), отличавшиеся достаточно высокой степенью либерализма, фактически лишь декларировались, но не имели никаких правовых гарантий и потому на практике далеко не всегда могли быть реализованы. Конкретная и подробная разработка этих провозглашенных в конституции принципов должна была осуществляться текущим законодательством, однако такая работа так и не была проведена до конца. Кроме того, в случае войны или восстания допускалась временная приостановка действия статей о правах и свободах подданных, а правительство получало право использовать армию для восстановления порядка. Характерно также, что конституция предусматривала принесение присяги депутатов парламента и гражданских чиновников на верность королю и конституции, тогда как ни король, ни армия не присягали соблюдать конституцию и законы (ст. 108).
   Определенный либерализм конституции просматривался и в постановке проблем школьного образования. Преподавание в начальных школах было всеобщим и бесплатным — соответствующие финансовые расходы брало на себя государство. Разрешалось создание частных школ при условии соответствия их программ требованиям нравственности. Провозглашая свободу науки и образования, конституция вместе с тем предусматривала установление строгого государственного контроля над общей направленностью учебно-воспитательного процесса, исключающего какие-либо проявления нигилизма и вольнодумства.
   Центральные разделы конституции были посвящены организации системы высших государственных органов, их компетенции и соотношения между собою.
   Личность короля провозглашалась неприкосновенной (ст. 43); принцип священности королевской власти, характерный для предшествующих государственно-правовых установлений, в конституции 1850 г. был опущен. Прерогативы короля, очерченные в титуле III конституции, наделяли его широкими полномочиями во всех сферах государственной власти и управления. Король обладал законодательной инициативой, правом абсолютного вето на решения двухпалатного парламента (ландтага). Король мог досрочно распустить парламент; при этом устанавливалось, что новый состав парламента должен быть избран в течение 60 дней и обязан собраться на сессию не более чем через 90 дней после роспуска парламента предыдущего созыва. Король формировал систему исполнительных органов и возглавлял их деятельность, осуществлял верховное главнокомандование, обладал правом объявления войны, заключения мира и международных договоров, назначал на пожизненную должность судейских чиновников.В титуле V (“О палатах”) говорилось, что законодательная власть осуществлялась совместно королем и обеими палатами ландтага, так что для принятия каждого закона требовалось согласие всех трех названных государственных органов (ст. 62). Законопроект мог исходить как от короля, так и от каждой из палат. Но преимущество короны в данном отношении состояло в том, что в чрезвычайных случаях, не терпящих отлагательства, король мог издавать без согласия палат акты, имеющие силу закона. Принятые в период между заседаниями ландтага королевские акты подлежали утверждению на ближайшей сессии парламента, и если хотя бы одна из палат не соглашалась с ними, они теряли силу; однако то действие, которое они уже успели оказать, не могло быть изглажено.
   Роль ландтага, сводившаяся к обсуждению правительственных законопроектов, была наиболее значительной в финансовой сфере. Ландтаг ежегодно утверждал государственный бюджет, строго следил за соответствием налогов, займов, податей и других платежей существующему законодательству, контролировал все внебюджетные расходы правительства. По своей структуре ландтаг являлся двухпалатным. Его верхняя палата (палата господ), составляемая из совершеннолетних потомков князей, принцев крови, представителей городов, союзов крупных землевладельцев и университетов, назначалась королем наследственно или пожизненно. Избрание депутатов нижней палаты (палаты депутатов) осуществлялось на основе такой запутанной и такой искусственно построенной системы, которая не имела аналогий ни в каких других ранее существовавших конституциях.
   Согласно этой системе (ст. 71) избирателем являлся каждый самостоятельный пруссак, достигший 25-летнего возраста, не лишенный гражданских прав по судебному приговору и не получавший пособие по бедности; ценз оседлости для избирателей определялся в 6 месяцев. Вся эта масса избирателей разделялась на три курии в соответствии с размерами выплачиваемых налогов. В первую курию были включены наиболее богатые избиратели (крупные землевладельцы и капиталисты), выплачивавшие в совокупности одну треть общей суммы государственных налогов. Во вторую курию входили менее состоятельные собственники, также выплачивавшие в совокупности одну треть налоговых сумм. Наконец, третья курия объединяла всех мелких налогоплательщиков, налоги от которых составляли последнюю треть налоговых бюджетных поступлений. Вследствие этого количество избирателей, отнесенных к той или иной курии, оказывалось далеко не одинаковым: в первой курии состояло 4,43 % от общего количества всех избирателей, во второй — 15,76 %, в третьей — 79,81 %, и, таким образом, один голос избирателя первой курии приравнивался к 3 голосам второй курии и к 18 голосам третьей. Тем не менее каждая курия избирала равное количество выборщиков (по одной трети от их общей массы). Будучи избранными, выборщики одного округа собирались вместе и избирали депутата — им мог стать каждый пруссак, достигший возраста 30 лет, пользовавшийся полнотой гражданских прав и состоявший в прусском подданстве не менее 1 года. Выборы как выборщиков, так и депутатов производились публично, путем внесения голосов в протокол, вследствие чего каждый избиратель ставился под фактический контроль избирательного комиссара. Официально же устная и открытая баллотировка мотивировалась тем, что “свободный народ должен иметь мужество открыто высказывать свое мнение”.
   Данная избирательная система обеспечивала в нижней палате парламента подавляющее большинство депутатов, представляющих крупных землевладельцев и капиталистов. Но даже такая весьма консервативная по своему составу палата депутатов находилась под контролем еще более реакционной палаты господ, а королю, как уже было сказано ранее, принадлежало право вето на решения ландтага.
   Правительство, возглавляемое министром-президентом (канцлером), не было подотчетно ландтагу, а полностью контролировалось королем, имевшим право назначения и отзыва министров. Палаты могли только возбудить обвинение против министров в нарушении конституции, измене или подкупе — дела по таким обвинениям рассматривал Верховный суд. Следовательно, принцип парламентской ответственности министров фактически полностью отсутствовал.
   Значительное внимание в конституции было уделено вооруженным силам. Конституция закрепляла всеобщую воинскую повинность, не существовавшую тогда ни в одном другом германском государстве. Как уже было отмечено ранее, верховное командование вооруженными силами принадлежало королю. В случае войны король наделялся правом созыва народного ополчения. В случае серьезного нарушения общественного порядка армия могла быть использована для подавления антиобщественных проявлений. Основные права и свободы подданных, провозглашенные в конституции, распространялись на армию со значительными изъятиями. Многочисленные регламенты и установления, которые регламентировали армейскую жизнь до принятия конституции, продолжали действовать и после ее октроирования. Впоследствии, после объединения Германии, принципы организации вооруженных сил Пруссии были без каких-либо существенных корректировок распространены на армейскую систему всей империи.
   Таким образом, прусская конституция 1850 г. знаменовала собой фактическое сохранение в стране многих элементов абсолютистского режима, которые не смогла ликвидировать революция 1848 г. Вместе с тем анализируемый документ закладывал конституционные основы оформления парламентской оппозиции в лице политических партий, получавших возможность легальной конкуренции с исполнительной властью. Авторы конституции, фактически сохранив в неприкосновенности все прерогативы королевской власти, одновременно смогли удовлетворить некоторые требования тогдашнего германского либерализма. Прусская модель конституционного законодательства явилась образцом для других германских государств в период, последовавший за поражением революции 1848 г., до событий, приведших к объединению Германии. Теория и практика прусского конституционного строительства (в частности, идея сильной правительственной власти монарха, а также принцип подчиненного положения народного представительства) оказали самое непосредственное воздействие на позднейшее имперское законодательство. Что же касается самой Пруссии, то конституция 1850 г. продемонстрировала свою значительную стабильность: она действовала здесь (с незначительными поправками) вплоть до Ноябрьской революции 1918 г.

 
< Пред.   След. >