YourLib.net
Твоя библиотека
Главная arrow Экономическая история России (Н. Воеводина, А. Дусенбаев) arrow 15. Русская колонизация волжско-окских земель
15. Русская колонизация волжско-окских земель

15. Русская колонизация волжско-окских земель

   В IX–X вв. Волжско-Окское междуречье населяли финно-угорские племена (весь, мурома, мещёра, меря) и голядь балтийского происхождения. Постепенно эта местность стала заселяться славянскими переселенцами. В поисках лучших земледельческих угодий славянский народ двинулся сюда с разных сторон (с северо-запада – новгородские славяне, с запада – смоленские кривичи, с юга – вятичи). Вятичей относят к более позднему потоку переселенцев, миграция которых была вызвана натиском кочевого народа половцев. В IX в. образуются районы постоянных компактных поселений на волжско-окской земле. Так возникают города Ростов, Суздаль, Муром, Белоозеро и Рязань. Славяне намного превосходят финские народности по степени общественного развития и материальной культуре. Путем ассимиляции (смешения) южнорусских переселенцев с финскими народами возникло одно племя – великорусское, во главе которого стали князья из Суздальской земли.
   Заселение Волжско-Окского междуречья напрямую связано с распространением феодальных усобиц по территории Руси и постепенным включением этой местности в состав политической и экономической структуры древнерусского государства (в 988 г. учреждается Ростовское княжество для сыновей Владимира). Во второй половине XIII в. Волжско-Окское междуречье уже считается территорией Северо-Восточной Руси и важнейшей частью всего русского государства. Если до XIII–XIV вв. под “Русской землей” понималась территория прежде всего Киевской и Черниговской земли, то позже это понятие относилось к северо-восточному региону.
   Еще самим Владимиром Мономахом и его сыном Юрием Долгоруким территория Северо-Восточной Руси активно укреплялась и застраивалась, защищая тем самым Владимиро-Суздальское ополье, которое являлось основой земледельческого хозяйства. С возникновением новых городов увеличивалось количество торгово-ремесленного населения. Развивающаяся торговля способствовала благоприятным условиям для установления новых экономических и культурных отношений как внутри региона, так и в целом для русского государства. Волжско-окские земли начинают представлять ценность для князей. В XII в. здесь уже насчитывалось 224 города, рост которых со временем увеличивался, даже несмотря на нашествие монголов.
   Начавшийся распад Руси на отдельные враждующие между собой феодальные княжества привел к существенным изменениям этнополитической, демографической ситуации края, а также к росту его экономической независимости от Киевского княжества. Если раньше хозяевами этой земли считались киевские князья, получающие с нее дань, то теперь данная зависимость закончилась и князь Юрий Долгорукий становится самостоятельным правителем Ростово-Суздальской земли. Политическим центром Руси становится теперь Владимир, власть которого распространяется на северо-восток. В XII в. основываются новые города Устюг, Кострома, Нерехта, Городец и др.
   Во время монголо-татарского ига усугубляется феодальная раздробленность между южнорусскими княжествами и северо-восточными, а Новгород и Псков и вовсе обособились (XIII–XIV вв.). Северо-восточная Русь претерпела серьезные изменения. Из разоренных монголами городов Владимира, Суздаля, Ростова, Переяславля, Юрьева население уходит в более безопасный лесной район реки Москвы и верхнее течение реки Волги. Московское и Тверское княжества от этого только выиграли. Переселенцев в Волжско-Окское междуречье охотно принимали крупные землевладельцы – местное боярство, князья и духовенство.
   В период правления на Руси Золотой Орды происходит большое развитие монастырей в междуречье Волги и Оки. Нашествие монголов людям казалось наказанием Божьим за грехи, поэтому многие уходили в обители или уединенные места для покаяния, т. е. “уходили из мира”. Сначала монастыри были бедные, затем у них стали появляться богатства и собственные земли, для обработки которых требовались работники. Иго заставило людей искать спасения и помощи в монастырях, так как ордынцы их не притесняли (духовенство у них почиталось), а князья освобождали от подати людей, переселившихся на церковные земли. Поэтому вынужденные переселенцы охотно шли в монастыри, образовывая близ них села и слободы. Ими прокладывались дороги и заводились новые торговые отношения. У монастырских стен в определенное время собирались ярмарки, куда съезжалось множество народа даже с отдаленных областей. Большую известность получила Макарьевская ярмарка, начинавшаяся у Макарьевского Желтоводского монастыря.
   Монастыри в то время играли важную роль, оказывая помощь поселенцам и активную деятельность в хозяйственной жизни страны. Они служили так же оплотом веры на Руси (особенно в тяжелые для страны периоды), так как за их укрепленными стенами русские неоднократно отбивались от неприятеля.
   В XIII–XVI вв. было выстроено 235 новых монастырей. Самые известные из них – построенный в 1377 г. Троице-Сергиев монастырь, а также Ипатьевский, Саввино-Сторожевский, Кирилло-Белозерский, Ферапонтов. В Москве создаются Спасо-Андрониев, Данилов, Симонов, Новоспасский монастыри.
   Наряду с волжско-окскими землями активной колонизации подверглось и Заволжье. Так возник город Пронск, превратившийся в центр самостоятельного княжества.
   Переселение людей в преимущественно лесные области междуречья Волги и Оки привело к изменению земледельческой системы. Перестройка сельского хозяйства в XIII–XV вв. и внедрение пашенного земледелия после расчистки лесных участков под поля, плюс рост большого количества деревень привели к новому способу обработки земли – трехполью. Это качественно повышало степень эффективности использования пахотных земель, а соответственно и прокорм населения.
   Благодаря новой системе полеводства, продолжающейся внутренней колонизации Северо-Восточной Руси выходцами из разных регионов, а также выгодному геополитическому и экономическому положению Твери, Нижнего Новгорода и Москвы продолжался процесс формирования русского государства с постепенной сменой его политического центра.

 
< Пред.   След. >