YourLib.net
Твоя библиотека
Главная arrow Банковское право (Под ред. проф. А.А. Травкина) arrow 5. Банковская гарантия
5. Банковская гарантия

5. Банковская гарантия

   Банковская гарантия представляет собой новый, ранее неизвестный отечественному законодательству способ обеспечения исполнения гражданско-правовых обязательств.
   До введения в действие с 1 января 1995 года нового ГК РФ банковская гарантия являлась исключительно институтом международного частного права. Этот ранее неизвестный в России способ обеспечения обязательств целиком заимствован из международного частного права, при этом, думается, законодатель, посвятив данному институту целый параграф, состоящий из 12 статей, преследовал главным образом цель сближения внутреннего и международного законодательства.
   Прототипом для разработки норм ГК РФ, посвященных банковской гарантии, послужили Унифицированные правила для гарантий по требованию, разработанные Международной торговой палатой и применяемые в случае прямого указания на них сторонами в договоре.
   Так, в зарубежной банковской практике известны различные виды гарантий: например, гарантия исполнения контракта (гарантийная сумма выплачивается принципалом контракта); тендерная гарантия (гарантийная сумма выплачивается бенефициару, если принципал, выигравший тендер, откажется от заключения договора подряда); гарантия по возврату платежей (гарантийная сумма выплачивается бенефициару, осуществившему предоплату принципалу, если последний не выполнит своих договорных обязательств по поставке продукции, выполнению работ, оказанию услуг); “резервный аккредитив” (гарантийная сумма выплачивается бенефициару, если принципал по каким либо причинам не выставит аккредитив, а бенефициар представит все документы, необходимые для получения денег) и т. п.
   Институт банковской гарантии появился в новом Гражданском кодексе не без известного влияния международной банковской практики, где существует два вида банковских гарантий. По механизму платежа гарантии подразделяются на условные гарантии и гарантии по первому требованию. Условная банковская гарантия предполагает, что требования бенефициара к гаранту подлежат удовлетворению только в том случае, если бенефициар наряду с требованием платежа представит судебное решение, вынесенное против принципала. Это и есть условие платежа по гарантии. Гарантия по первому требованию, напротив, обязывает гаранта произвести платеж против простого требования бенефициара без необходимости представления последним судебного решения или иного доказательства ненадлежащего выполнения принципалом своих договорных обязательств. В новом Гражданском кодексе воспроизведен институт гарантии по первому требованию.
   Этот вид гарантии имеет свои достоинства и недостатки. Достоинства заключаются в том, что возможно более быстрое, по сравнению с условной гарантией, удовлетворение требований бенефициара. Для этого нет необходимости предъявлять судебное решение, что делает процедуру более быстрой и экономичной. Недостатком же является то, что бенефициар не должен предъявлять доказательства ненадлежащего исполнения принципалом своих договорных обязательств.
   Однако такой недостаток, на наш взгляд, легко устраним путем внесения в действующий ГК изменений, касающихся взаимосвязи между основным обязательством и банковской гарантией. Банковская гарантия, как и другие способы обеспечения, должна зависеть от основного обязательства, должна носить акцессорный характер, чего в ГК РФ нет.
   Термин “банковская гарантия” использован в ГК условно, так как это обязательство может выдаваться как банками, так и страховыми организациями и иными кредитными учреждениями.
   По ст. Зб8 ГКРФ “в силу банковской гарантии банк, иное кредитное учреждение или страховая организация (гарант) дают по просьбе другого лица (принципала) письменное обязательство уплатить кредитору принципала (бенефициару) в соответствии с условиями даваемого гарантом обязательства денежную сумму по представлении бенефициаром письменного требования о ее уплате”.
   Таким образом, для банковской гарантии характерен особый субъектный состав участников отношений, связанных с данным способом обеспечения.
   В качестве гаранта могут выступать только банки, иные кредитные учреждения, созданные и действующие в соответствии с Законом о банках, то есть имеющие банковскую лицензию на совершение банковских операций или страховые организации, созданные и действующие в соответствии с Законом РФ “О страховании” и прошедшие соответствующее лицензирование.
   Принципал — лицо, которое обращается к гаранту с просьбой о выдаче банковской гарантии, это должник в основном обязательстве, исполнение которого обеспечивается банковской гарантией. Им могут быть юридические и физические лица. Бенефициар — лицо, наделенное правом предъявлять требования к гаранту, является, соответственно, кредитором в основном обязательстве.
   Банковская гарантия, в отличие от традиционных способов обеспечения исполнения обязательств, не зависит от основного обязательства, в обеспечение которого она выдана (ст. 370 ГК) и сохраняет свою силу даже после прекращения основного обязательства или признания его недействительным.
   Данная норма, по нашему мнению, противоречит самой сущности, понятию “способ обеспечения исполнения обязательств”, не отвечает такому существенному признаку способа обеспечения, как дополнительный (акцессорный) характер обеспечительного обязательства, зависимость которого от основного обязательства проявляется в том, что, во-первых, при недействительности основного обязательства дополнительное обязательство не сохраняет силу, и, во-вторых, с истечением срока исковой давности по основному требованию истекает срок исковой давности по дополнительному требованию. В данном случае истечение срока по основному обязательству, обеспеченному банковской гарантией, не влечет истечения срока действия обязательства, вытекающего из банковской гарантии, а также гарант обязан по требованию кредитора выплатить ему соответствующую денежную сумму и тогда, когда обязательство должника признано недействительным.
   Таким образом, банковская гарантия, по мысли законодателя, является совершенно абстрактным обязательством, оторванным от основного, в обеспечение которого она выдана, что дает основание сомневаться в оправданности, правильности отнесения указанного института к категории гражданско-правовых способов обеспечения исполнения обязательств.
   Кроме того, вышеуказанные правила, по нашему мнению, создают дополнительный риск для гаранта, поскольку он вынужден будет уплатить кредитору значительную сумму (так как, думается, банковская гарантия предусматривает обеспечение крупных денежных обязательств должника) даже в том случае, если обязательство должника признано недействительным: в соответствии со ст. 376 ГК РФ гарант может отказать кредитору в удовлетворении его требований лишь в том случае, если требования последнего или приложенные к нему документы не соответствуют условиям гарантии либо представлены по окончании срока гарантии.
   Статьей 376 ГК РФ установлено также, что в случае, если гаранту до удовлетворения требований кредитора стало известно, что основное обязательство, обеспеченное банковской гарантией, полностью или в соответствующей части уже исполнено, прекратилось по иным основаниям, либо недействительно, он должен немедленно сообщить об этом кредитору и должнику. Полученное гарантом после такого уведомления повторное требование кредитора подл ежит удовлетворению гарантом, что выглядит крайне нелогичным.
   Думается, в современных экономических условиях коммерческие банки, ориентированные на прибыль, или иные кредитные учреждения, страховые организации, в силу специфики их деятельности, вряд ли будут принимать с готовностью предложения с просьбой выдать подобную банковскую гарантию, то есть возникают сомнения в жизнеспособности данного института, его широком применении, использовании, в частности, в практике банковского кредитования.
   Специфика банковской гарантии дополняется правилом о презюмированной безотзывности банковской гарантии (п. 2 ст. 369 ГК РФ).
   Для возможности отзыва гарантии необходимо предусмотреть данное условие в самом тексте банковской гарантии. В этом случае могут возникнуть определенные сложности с бенефициаром, который, боясь, что его обязательство останется без обеспечения, откажется принимать от принципала такой способ обеспечения и заключать с ним основной договор.
   В свою очередь думается, что при безотзывном характере банковской гарантии, в силу значительного риска для гаранта, вознаграждение за выдачу гарантии будет достаточно высоким. По нашему мнению, вышеуказанные признаки банковской гарантии делают ее малопривлекательной именно для банков, кредитных учреждений, страховых организаций, которые могут выступать в качестве гаранта.
   Может быть, в дальнейшем появятся коммерческие организации, имеющие статус кредитных учреждений, которые будут специализироваться по выдаче банковских гарантий, учитывая возмездный характер данного института.
   Принадлежащее бенефициару по банковской гарантии право требования к гаранту не может быть передано другому лицу, если в гарантии не предусмотрено иное. Таким образом, уступка требования в этом случае возможна только с согласия должника (гаранта). Это правило является исключением из общих правил о замене кредитора, предусмотренных ст. 382 ГК РФ.
   Банковская гарантия вступает в силу с момента ее выдачи (если в самой гарантии не предусмотрено иное). Это означает, что, если в самой гарантии не изменен предусмотренный законодательством принцип ее вступления в силу, то бенефициару нет необходимости сообщать гаранту о принятии банковской гарантии или ссылаться на гарантию в договоре по основному обязательству.
   Следует отметить, что данной точки зрения придерживаются не все авторы.
   Так, например, Агеев А. считает, что, если в тексте кредитного соглашения нет ссылки на гарантию, то выдача гарантом гарантийного письма без его акцепта кредитором также не порождает гарантийных отношений. Однако данная точка зрения не подтверждается практикой.
   В обеспечение обязательства поставщика по поставке товаров банк выдал покупателю гарантийное письмо, которым принимал на себя обязательство выплатить определенную сумму покупателю-бенефициару при предъявлении им письменного требования в случае невыполнения поставщиком в обусловленный срок обязательств по поставке.
   В связи с неисполнением обеспечиваемого гарантией обязательства бенефициар предъявил гаранту письменное требование об уплате соответствующей суммы с приложением предусмотренных условиями гарантии документов. Гарант отказался произвести выплату, указав, что обязательство по гарантии не возникло.
   По мнению гаранта, не была соблюдена простая письменная форма сделки (ст. 161, 434 ГК), поскольку бенефициар не направил гаранту письменного извещения о принятии гарантийного письма. В основном договоре ссылка на выданную гарантию также отсутствовала. Исходя их этого гарант полагал, что гарантийная сделка является недействительной в соответствии с пунктом 2 статьи 162 ГК.
   Рассмотрев заявленные бенефициаром исковые требования к гаранту, арбитражный суд признал их обоснованными, поскольку статья Зб8 ГК, предусматривая необходимость письменного оформления обязательства гаранта перед кредитором, не требует заключения письменного соглашения между гарантом и бенефициаром. Кроме того, в соответствии со статьей 373 ГК банковская гарантия вступает в силу со дня ее выдачи, если в гарантии не предусмотрено иное.
   В гарантийном письме, адресованном бенефициару, гарант не поставил возникновение своих обязательств в зависимость от получения письменного ответа бенефициара о принятии гарантии. Следовательно, обязательства гаранта возникли в момент ее выдачи. Поэтому арбитражный суд, установив, что требование бенефициаром было предъявлено в установленный срок и с приложением всех необходимых документов, исковые требования бенефициара полностью удовлетворил, взыскав с гаранта обусловленную в его обязательстве сумму.
   Более того, даже отсутствие письменного соглашения между принципалом и гарантом не влечет недействительности гарантийного обязательства гаранта перед бенефициаром.
   Так, банк выдал банковскую гарантию организации-бенефициару При наступлении обусловленных в гарантийном обязательстве условий бенефициар обратился к гаранту с требованием о выплате соответствующей суммы. Гарант отказался от выполнения своих обязательств, поскольку письменное соглашение между ним и принципалом (должником по основному обязательству) не было заключено. Это обстоятельство, по мнению гаранта, свидетельствовало об отсутствии оснований возникновения гарантийного обязательства перед бенефициаром.
   Рассмотрев иск бенефициара к гаранту, арбитражный суд его удовлетворил, исходя из следующего.
   Гарантийное обязательство возникает между гарантом и бенефициаром на основании одностороннего письменного обязательства гаранта. Действительность этого обязательства не зависит от наличия письменного соглашения между гарантом и принципалом.
   Письменное обязательство гаранта перед бенефициаром по форме и содержанию соответствовало требованиям статьи 386 ГК. Требование бенефициаром было заявлено в установленный срок и соответствовало условиям гарантийного обязательства. В связи с этим оснований для освобождения гаранта от ответственности не имелось.
   Статья 374 ГК РФ предусматривает, что требование бенефициара об уплате денежной суммы по банковской гарантии должно быть предъявлено гаранту в письменной форме с приложением указанных в гарантии документов. В требовании или в приложении к нему должно быть указано, в чем состоит нарушение принципалом основного обязательства, в обеспечение которого выдана гарантия. Требование должно быть представлено гаранту до окончания определенного в гарантии срока, на который она выдана.
   Законодатель не называет документы, которыми должна быть подтверждена банковская гарантия. Перечень этих документов должен быть определен в самой гарантии. При нарушении этого требования могут наступить нежелательные для бенефициара последствия: гарант на основании ст. 376 ГК может отказать бенефициару в удовлетворении его требований.
   Законодателем не урегулирован вопрос о том, в какой срок могут быть заявлены требования бенефициара, если в банковской гарантии такой срок не установлен.
   Практика в решении данного вопроса пошла по следующему пути.
   Кредитор предъявил в арбитражный суд иск к гаранту, принявшему на себя письменное обязательство выплатить 100 млн рублей при предъявлении ему документов, подтверждающих неисполнение третьим лицом договора поставки.
   Арбитражный суд, исследовав представленные кредитором документы, в том числе текст гарантийного обязательства гаранта, переписку между кредитором и гарантом по поводу условий гарантии, пришел к выводу о том, что гарантийное обязательство не возникло и оснований для удовлетворения требования кредитора не имеется.
   При этом арбитражный суд исходил из следующего. Ни в тексте гарантии, ни в других письменных документах, связанных с оформлением гарантийного обязательства, не содержалось условия о сроке, в течение которого требование может быть заявлено гаранту. Содержащееся в гарантии указание на выплату суммы после истечения срока поставки товара не может быть расценено в качестве условия о сроке действия гарантии.
   Как следует из пункта 2 статьи 374 и пункта 1 статьи 376 Кодекса, срок, на который выдана гарантия, является существенным условием гарантийного обязательства. При его отсутствии гарантийное обязательство в силу статьи 432 Кодекса следует считать невозникшим.
   На основании ст. 375 ГК по получении требования бенефициара гарант должен без промедления уведомить об этом принципала и передать ему копии требования со всеми относящимися к нему документами.
   Гарант должен рассмотреть требования бенефициара в разумный срок и проявить разумную заботливость, чтобы установить, соответствует ли это требование и приложенные к нему документы условиям гарантии.
   Возникает вопрос, что понимать под разумной заботливостью. На наш взгляд, это означает, что необходимо отнестись к требованиям бенефициара как к своим собственным, при этом необходимо соблюдать принцип надлежащего исполнения обязательства и сроки исполнения.
   В случае, если предъявленное гаранту требование, либо приложенные к нему документы не соответствуют условиям гарантии или нарушен срок, гарант может отказать бенефициару в удовлетворении его требования. Об этом гарант немедленно извещает бенефициара.
   Если гаранту до исполнения требования бенефициара стало известно о том, что основное обязательство, обеспеченное банковской гарантией, полностью или частично уже исполнено, прекратилось по иным основаниям или недействительно, он должен немедленно уведомить об этом бенефициара и принципала.
   Если же после такого уведомления гарант вновь повторно получит требование бенефициара, то это требование должно быть исполнено.
   Это положение вытекает из принципа независимости банковской гарантии от основного обязательства.
   Из этого положения следуют два вывода:
   1) Гарантия может быть выдана определенному кредитору принципала и в ее тексте этот кредитор будет указан, а может быть выдана любому кредитору принципала, то есть бенефициаром по этой гарантии может быть любой кредитор принципала в пределах суммы и срока, на который выдана гарантия, при наступлении о пределе иных условий. По этому пути идет и судебная практика.
   Банк выдал принципалу гарантийное письмо, в котором не указывалось наименования бенефициара, перед которым банк принимает обязательство уплатить денежную сумму в случае невозврата долга принципалом.
   Принципал (должник по основному обязательству) передал гарантийное письмо кредитору, который выдал под данную гарантию кредит.
   При невозврате кредита основным должником кредитор обратился к банку с требованием об исполнении обязательств по банковской гарантии. Банк отказался удовлетворить указанное требование, сославшись на отсутствие гарантийного обязательства.
   Заявленный кредитором иск к банку был удовлетворен арбитражным судом по следующим основаниям.
   Из статьи 368 Кодекса не следует, что банковская гарантия должна содержать наименование конкретного бенефициара. При отсутствии такого указания обязательство по гарантии должно исполняться в пользу кредитора (бенефициара), предъявившего гаранту подлинник банковской гарантии.
   2) Гарантия не прекращается в случае недействительности основного долга (п. 2 ст. 376 ГК), так как по гарантии обязанное лицо гарантирует кредитора принципала от убытков при наступлении определенных условий (например, при неплатежеспособности должника).
   Как уже отмечалось, второй вывод о банковской гарантии не отвечает признакам, характерным для обеспечения обязательств.
   В связи с этим практика вынуждена была отступить от предписаний действующего законодательства.
   Бенефициар обратился с иском к организации-гаранту В гарантии предусматривалась обязанность гаранта выплатить 20 млн рублей при предъявлении бенефициаром требования с приложением письменного подтверждения факта отсутствия у принципала денежных средств для оплаты товаров в размере, определенном договором купли-продажи.
   В срок, установленный в гарантии, бенефициар предъявил гаранту требования о платеже с приложением заверенной принципалом справки, подтверждающей отсутствие средств на счете принципала на день, когда оплата товара должна была быть произведена. Гарант отказался от выплаты суммы по гарантии, указав, что по имеющимся у него данным оплата товаров бенефициару была произведена третьей организацией по просьбе принципала и, следовательно, обеспечиваемое обязательство исполнено.
   Бенефициар повторно потребовал оплаты от гаранта и после отказа последнего от платежа обратился с иском в арбитражный суд. Свои требования бенефициар основывал на положениях пункта 2 статьи 376 Кодекса, согласно которому, если гаранту до удовлетворения требования бенефициара стало известно, что основное обязательство, обеспеченное банковской гарантией, полностью или в соответствующей части уже исполнено, гарант должен немедленно сообщить об этом бенефициару и принципалу. Полученное гарантом после такого уведомления повторное требование бенефициара подлежит удовлетворению гарантом.
   Рассматривая спор, арбитражный суд установил, что бенефициар, являясь кредитором в основном обязательстве, уже получил оплату за поставленный принципалу товар. Это обстоятельство подтверждалось представленными гарантом доказательствами. Факт оплаты товара за счет средств банковского кредита не отрицал и должник по основному договору (принципал).
   При таких условиях арбитражный суд расценил действия бенефициара как злоупотребление правом и на основании статьи 10 Кодекса в иске отказал.
   На наш взгляд, для устранения различий в правоприменительной практике необходимо внести изменение в действующее законодательство и привести в соответствие нормы о банковской гарантии с положениями о способах обеспечения обязательств и с общими принципами гражданского права.
   Ответственность гаранта ограничена суммой, оговоренной в гарантии, независимо от реальной задолженности принципала по основному обязательству, в частности, кредитному договору, если иное не предусмотрено в гарантии (ст. 377 ГК РФ). В то же время ответственность гаранта за невыполнение или ненадлежащее выполнение обязательства по гарантии не ограничивается этой суммой, если в гарантии не предусмотрено иное. Гарант несет ответственность уже за собственные действия на общих основаниях.
   Коммерческий банк выдал банковскую гарантию, согласно которой гарант обязался уплатить бенефициару в случае невозвращения кредита принципалом сумму задолженности по кредиту и процентам.
   Бенефициар предъявил требование к гаранту об исполнении гарантийного обязательства. Гарант отказал в выплате денежной суммы, предусмотренной в гарантии. Необоснованность отказа гаранта исполнить свои обязательства подтверждена решением арбитражного суда, которым иск бенефициара к гаранту был удовлетворен.
   В связи с задержкой исполнения обязательства по банковской гарантии на четыре месяца бенефициар предъявил иск о взыскании с гаранта дополнительно процентов по учетной ставке Центрального банка Российской Федерации на основании статьи 395 Кодекса.
   Арбитражный суд исковые требования удовлетворил исходя из того, что гарант является должником бенефициара по самостоятельному денежному обязательству по уплате оговоренной в гарантии денежной суммы.
   В соответствии с пунктом 2 статьи 377 Кодекса ответственность гаранта перед бенефициаром за невыполнение или ненадлежащее выполнение обязательства по гарантии не ограничивается суммой, на которую выдана гарантия, если в гарантии не предусмотрено иное.
   Поскольку гарант не выполнил своего обязательства и доустил просрочку выплаты денежных средств бенефициару, на основании статей 377, 395 Кодекса банк-гарант должен нести перед бенефициаром ответственность с момента получения его письменного требования.
   Иск бенефициара к гаранту, отказавшемуся удовлетворить своевременно предъявленное требование об уплате денежной суммы, может быть заявлен в пределах общего срока исковой давности.
   Бенефициар обратился в арбитражный суд с иском к гаранту— коммерческому банку о взыскании денежной суммы по банковской гарантии и процентов за пользование чужими денежными средствами.
   Арбитражный суд отказал в удовлетворении иска по мотиву предъявления его после прекращения действия гарантии.
   В порядке надзора решение отменено, и исковые требования удовлетворены по следующим основаниям.
   В обеспечение денежного обязательства принципала коммерческий банк выдал банковскую гарантию, в которой оговорены условия и порядок уплаты денежной суммы бенефициару, а также срок действия гарантии.
   Поскольку принципалом не было выполнено обязательство по оплате товара, бенефициар в соответствии со статьей 374 Кодекса до окончания определенного в гарантии срока, на который она выдана, предъявил к гаранту требование с представлением всех необходимых документов.
   Каких-либо возражений по поводу предъявленного требования и приложенных к нему документов гарант не заявлял, в связи с чем у него не было оснований для отказа в удовлетворении требований бенефициара на основании статьи 376 Кодекса.
   Поскольку гарант в разумный срок требование бенефициара не удовлетворил, последний вправе в пределах общего срока исковой давности обратиться в арбитражный суд с иском о принудительном взыскании денежной суммы по банковской гарантии, а также процентов, начисленных на основании статьи 395 Кодекса.
   В силу статьи 374 ГК РФ “требование бенефициара об уплате денежной суммы по банковской гарантии должно быть представлено гаранту в письменной форме с приложением указанных в гарантии документов.
   В требовании или в приложении к нему бенефициар должен указать, в чем состоит нарушение принципалом основного обязательства, в обеспечении которого выдана гарантия.
   Требование бенефициара должно быть представлено гаранту до окончания определенного в гарантии срока, на который она выдана”. В этой статье законодатель не указал те документы, которые должны быть представлены бенефициаром гаранту, а предлагает установить их перечень непосредственно в гарантии. Для выплаты суммы по гарантии должен быть определен четкий перечень таких документов, в противном случае, при неясности текста гарантии в этой части, для бенефициара могут наступить нежелательные последствия, а гарант может использовать свое право, предусмотренное ст. 376 ГК РФ, и отказать бенефициару в удовлетворении требований.
   Однако в этой связи следует отметить, что законодатель не связывает обязанность гаранта с невыполнением основного обязательства (ст. Зб8, ст. 370 ГКРФ). Правда, бенефициар должен указать, в чем состоит нарушение принципалом основного обязательства, в обеспечение которого выдана банковская гарантия (п. 1. ст. 374 ГК РФ).
   Бенефициар обратился к коммерческому банку, выдавшему банковскую гарантию, с иском о выплате денежной суммы по данному обязательству.
   Гарант, отказывая в удовлетворении требования бенефициара, ссылался на то, что невозврат в срок кредита заемщиком — принципалом — не является основанием для предъявления требований к гаранту, поскольку заемщик не отказывался от возврата кредита и подтверждал возможность исполнения основного обязательства через некоторое время.
   Арбитражный суд удовлетворил исковые требования, поскольку в соответствии со статьей 370 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотренное банковской гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от обеспечиваемого гарантией обязательства.
   Оснований, по которым гарант вправе отказать в удовлетворении требования бенефициара, предусмотренных пунктом 1 статьи 376 Кодекса, не имелось: требования бенефициаром были предъявлены до окончания определенного в гарантии срока и соответствовали условиям гарантии. В гарантийном обязательстве отсутствовали условия о необходимости представления документов, подтверждающих предварительное предъявление требования к принципалу либо отсутствие у последнего денежных средств.
   При таких обстоятельствах бенефициар вправе без предварительного обращения к заемщику предъявить требование гаранту об исполнении обязательств по банковской гарантии при наступлении предусмотренных в ней условий, то есть невозврате в определенный срок заемщиком задолженности по кредиту и процентам.
   Хотя банковская гарантия не связана с основным обязательством, в ряде случаев гаранту все-таки предоставлено право отказаться от удовлетворения требований бенефициара. Так, например, если банк заключил с заемщиком несколько кредитных договоров, а гарант выдал гарантию только по обеспечению данного конкретного кредита, то невозврат денежных средств по другим договорам не влечет ответственности гаранта.
   На основании статьи 375 ГК РФ по получении требования бенефициара гарант должен без промедления уведомить об этом принципала и передать ему копии требования со всеми относящимися к нему документами. Гарант должен рассмотреть требование бенефициара с приложенными к нему документами в разумный срок и проявить должую заботливость, чтобы установить, соответствует ли это требование и приложенные к нему документы условиям гарантии. В случае отказа удовлетворить требование бенефициара, гарант должен немедленно уведомить об этом.
   Обязательства гаранта перед бенефициаром по гарантии прекращаются в следующих случаях:
   1. В случае уплаты бенефициару суммы, на которую выдана гарантия.
   2. По окончанию определенного в гарантии срока, на который она выдана.
   3. Вследствие отказа бенефициара от своих прав по гарантии и возвращения ее гаранту.
   4. Вследствие отказа бенефициара от своих прав путем письменного заявления об освобождении гаранта от его обязательств.
   Гарант, которому стало известно о прекращении гарантии, должен без промедления уведомить об этом принципала.
   Поскольку банковская гарантия не зависит от основного обязательства, а вопрос о регрессе не урегулирован нормативно, то возможность предъявления гарантом регрессных требований принципалу должна определяться договором. В случае отсутствия такого соглашения ответственность принципала не наступает. При этом даже если такое соглашение будет иметь место, то гарант вправе требовать возмещения только тех сумм, которые он уплатил за принципала, а не по собственной вине.
   И, конечно, даже если в связи с этим в выдаваемой банковской гарантии будет предусмотрено, что к банку, исполнившему обязательство, перейдут права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором банк удовлетворил требования кредитора, реалии нашего времени таковы, что будет довольно затруднительно взыскать соответствующую сумму гаранту с должника (поскольку к этому времени у должника может не оказаться достаточно средств, имущества, а также является препятствием для своевременного удовлетворения требований гаранта длительная судебная процедура в арбитражных судах и т. д.).
   Анализ действующего законодательства о банковской гарантии позволяет сделать вывод о том, что в том виде, в котором она существует в настоящее время, это не способ обеспечения исполнения обязательств, так как она не имеет основных признаков, характерных для способов обеспечения исполнения обязательств.
   Кроме того, нормы ГК о банковской гарантии порождают больше вопросов, чем дают ответов о сущности данного института. Без устранения неясностей в обозначенных в данной главе проблемах, по нашему мнению, банковская гарантия не может получить достаточного распространения.

 
< Пред.   След. >