YourLib.net
Твоя библиотека
Главная arrow Всемирная история новейшего времени: Ч.1 - 1917 - 1945 годы (Отв. ред. Л.А. Колоцей) arrow § 1. Общественно-политическая жизнь
§ 1. Общественно-политическая жизнь

§ 1. Общественно-политическая жизнь

   После победы социалистической революции Советская страна приступила к строительству нового общественного строя. Невиданный размах и организованность приобрело движение масс. Почти ежегодно проходили съезды Советов, партии, профсоюзов и др. Это явилось подтверждением того, что социализм рождается не только как результат революционного порыва народных масс, но и может развиваться как демократическое общество.
   В связи с окончанием восстановительного периода в центре дискуссий, касающихся теоретических и практических проблем, встал вопрос о перспективах и путях построения социализма в СССР. В это время партия имела на вооружении ленинскую концепцию построения социализма в одной, отдельно взятой стране. В.И.Ленин оставил ценнейшие указания о путях построения социализма, но не успел разработать все проблемы. Поэтому поиск конкретных путей и способов социально-экономических преобразований был закономерен и необходим. Ни одна из участвующих в идейной борьбе групп не обладала готовыми ответами на вопрос, как строить социализм. Особенно острые разногласия существовали в партии по вопросам индустриализации, коллективизации и культурного строительства.
   Идейная борьба по вопросам построения социализма осложнялась борьбой за личное лидерство в партии. Наиболее влиятельными после смерти В.И.Ленина были Бухарин, Троцкий, Зиновьев и Каменев. В.И.Ленин в “Письме к съезду” дал характеристику личных качеств шести лидеров партии (Н.И.Бухарина, Г.Б.Зиновьева, Л.Б.Каменева, Г.Л.Пятакова, И.В.Сталина, Л.Д.Троцкого), среди которых не видел никого, кто мог бы заменить его на посту руководителя государства и партии. Ленин считал, что на первые роли следует выдвигать деятелей, способных принимать компетентные решения, сплачивая для их выработки талантливых специалистов, а на второй план -людей, способных к администрированию.
   В.И.Ленин очень опасался трансформации демократического централизма в бюрократический, т.к. практика демократии в нашей стране была еще небогата. В последние годы жизни он искал способ предотвращения этого, предлагал осуществить ряд перемен в политическом строе. В течение 20-х годов произошло снижение уровня политической культуры руководства партии и страны. Сталин и его окружение не могли решать усложнившиеся задачи социалистического строительства по-ленински.
   С конца 20-х годов начался процесс становления культа личности Сталина, отхода от ленинизма. В общественном, политическом и государственном развитии появились антисоциалистические тенденции. В политической сфере стало быстро происходить сращивание партийного и государственного аппаратов, ВКП(б) превращалась в своеобразный идеологизированный орден. В социально-экономической сфере возникла коллективная бюрократия, которая постепенно переросла в тотальную. В духовной сфере традиционный догматизм большевиков привел к “обмелению” марксизма, формированию слоя элементарно мыслящих людей.
   Административно-командная система, сформировавшаяся в 30-е годы, зародилась в рамках нэповской экономики. Действовавшие при нэпе экономические отношения были ограничены системой норм, тарифов и расценок. Нэп улучшила материальное благосостояние рабочих, но не проникла вглубь, на производство. И когда в 1927 г. обострились социальные проблемы, когда в 1928 г. была введена карточная система снабжения продуктами, рабочего к “традиционной” нэп уже ничего не притягивало. Административное вмешательство освобождало рабочих от неизбежного в условиях хозрасчета хозяйственного риска. Поэтому рабочий класс требовал гарантировать его интересы административным путем. Да и крестьянство не было абсолютно привязанной к нэпу силой.
   Бухарин неоднократно говорил об опасности прорастания из нэпа бюрократической системы. Чтобы избежать этого, нужны были новаторские действия, но ни одна из сторон их не предложила.
   Начиная с хлебозаготовительного кризиса (1927-1928 г.), партию и общество все больше и больше стала затягивать машина “чрезвычайщины”, возведенная в систему. После того, как была пропущена одна из фаз нэпа (кооперативная), когда страна стала на путь перекачки средств на индустриализацию из индивидуального крестьянского хозяйства, когда стала нарастать тенденция “огосударствления” кооперации, тогда уже партийное руководство заложило основу будущих трудностей. Если бы ленинские идеи кооперации были полностью реализованы, мы, может быть, получили бы искомый результат раньше.
   За допущенные ошибки велика ответственность Сталина, который всецело подчинил процесс выработки политических решений борьбе за власть. Именно она диктовала ему и политическую позицию, и выбор сторонников. Бухарин, например, считал, что чрезвычайные меры не могут быть системой, но члены ЦК поддержали Сталина, который в условиях “чрезвычайщины” получил гораздо большую свободу рук. И когда на Объединенном Пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б) (январь 1933 г.) Каганович сказал, что мы мало расстреливаем и что надо ужесточить репрессии, этот чудовищный призыв ни у кого из членов ЦК уже не вызывал открытых возражений. “Теория” обострения классовой борьбы по мере успехов социализма начинает завоевывать все больше и больше формальных сторонников ЦК, увеличивая тем самым поддержку Сталина. Но, тем не менее, в партии продолжалась борьба двух тенденций. Бухарин в “Известиях” (май 1934 г.) напечатал статью “Экономика страны Советов”, в которой содержалась мысль о создании социалистического рынка, о том, что в дело надо пустить материальные стимулы, которые должны действовать через механизм советской торговли. В этом Сталин увидел опасность, поэтому он обратился к членам Политбюро со специальными, но голословными толкованиями. Речь шла о том, удастся ли установить нормальные, стабильные отношения между городом и деревней или же неумение владеть ситуацией будет по-прежнему компенсироваться насилием. 1 декабря 1934 г. в Смольном был убит Киров. Большинство историков склонны считать, что Сталин не имел прямого отношения к организации убийства Кирова, совершенного Николаевым, по их мнению, по личным мотивам. Однако генсек использовал эту трагедию в своих целях. Реакция на убийство Кирова последовала мгновенно. Восстанавливается “чрезвычайщина”, происходит расправа с бывшими оппозиционерами, совершаются массовые аресты, репрессии захлестнули партию и страну. В день убийства Кирова было принято постановление Президиума ЦИК СССР о порядке ведения дел по подготовке или совершении террористических актов. На следствие отводилось не более 10 дней, дела рассматривались без прокурора и адвоката. Приговор к смертной казни приводился в исполнение немедленно. В марте 1935 г. принят закон о наказании семей изменников Родины, а в апреле указ ЦИК СССР разрешил привлекать к уголовной ответственности детей с 12 лет.
   Сталину удалось создать своеобразную командно-административную систему, которая распространилась на все сферы жизни общества и нашла поддержку у основной массы рабочего класса и большей части крестьян. Произошло сращивание партийных и государственных структур. Созданный таким образом партийно-государственный аппарат сконцентрировал в своих руках законодательную, исполнительную и судебную власть. Увеличился партийный и государственный аппарат. За вторую половину 30-х годов число наркоматов с 18 увеличилось до 41. Аппарат был главной опорой Сталина в руководстве страной.
   Уровень компетенции руководителей средних звеньев аппарата был ниже, чем уровень окружения Сталина. Более 70% секретарей горкомов и райкомов партии к началу 40-х годов имели лишь начальное образование. Эти люди испытывали большие затруднения в работе и нуждались в подробных инструкциях сверху. Еще ниже был уровень общей и политической культуры у основания этой пирамиды. Даже в партии неграмотные составляли 3%. Причина прочности этой системы была в том, что строительство социализма вызвало огромный энтузиазм. Честно и много трудились советские люди, они не допускали мысли о преступности Сталина, которого пропаганда ставила на одну ступень с Лениным. Свои победы они считали результатом мудрой сталинской политики. И все же народ внушал этому руководству страх. Отсутствие гласности становилось для командно-административной системы как бы шапкой-невидимкой. Культ личности позволял скрывать преступления и сделать символом социализма Сталина. По утверждению Сталина, властвуют те, кто правит. Уже со второй половины 20-х годов происходят аресты квалифицированных специалистов, знатоков рыночной конъюнктуры. Репрессиям подвергались и крестьяне при проведении сплошной коллективизации. Масштабы устрашения, жестокость парализовали волю людей. Смена кадров, приобретавшая характер массовых репрессий, вела к тому, что многие руководители перестали думать и ориентировались только на верхи. Время от времени в жестокостях происходили “откаты”, в сознание людей вселялись иллюзии: волна репрессий кончена, все враги уничтожены и можно спокойно работать. Без этого Сталин и созданная им модель действовать не могли. Это был сознательный политический маневр. До начала 30-х годов репрессии развертывались главным образом под флагом борьбы с классово-враждебными элементами - кулаками, нэпманами, буржуазными специалистами. В 1934 г. ОГПУ вошло в состав НКВД (во главе его стояли Ягода, затем Ежов и, наконец, Берия), в котором сосредоточились органы госбезопасности, милиция, внутренние и пограничные войска, исправительно-трудовые лагеря и огромные стройки, рудники, лесоразработки, где трудились заключенные. В связи с реформированием НКВД в 1934 г. был образован ГУЛАГ - Главное управление исправительно-трудовых лагерей, трудовых поселений и мест заключения. По состоянию на 1 марта 1940 г. ГУЛАГ включал 53 лагеря, 425 исправительно-трудовых колоний и 50 колоний для несовершеннолетних. В местах заключения находились 1668200 человек. Удельный вес осужденных за контрреволюционные преступления (ст. 58 УК РСФСР) в 1940 г. составлял 33,1%. По данным КГБ, всего за период с 1930 по 1953 г. по статье 58 были осуждены 3778234 человека, из них расстреляны 786098 человек. Жестокость стала нормой общественной жизни.
   Репрессии нанесли серьезный ущерб делу социализма, авторитету партии. Большое число граждан были подвергнуты наказаниям, вплоть до расстрела, на основе решений неконституционных, чрезвычайных, закрытых органов. Подсудимого лишали права на защиту, на апелляцию. Иногда Сталин считал необходимым организовывать открытые процессы, особенно над людьми, известными всему миру. С одной стороны, подтверждалась “законность” их репрессирования, с другой, создавалась обстановка всеобщей подозрительности и страха. Начало было положено “Шахтинским делом” (1928 г.), процессами “Промпартии”, “Союзного бюро меньшевиков” (1930 - 1931 г.). Но наибольший общественный резонанс получили процессы 30-х годов.
   Первым из них был процесс (август 1936 г.) по делу так называемого троцкистско-зиновьевского террористического центра, по которому проходили Г.Зиновьев, Л.Каменев и другие - всего 16 человек. Они обвинялись в покушении на Кирова, в подготовке покушения на жизнь Сталина, а также в шпионаже, вредительстве, диверсиях и др. преступлениях. Этому предшествовал процесс так называемого “Московского центра” во главе с Г.Зиновьевым и Л.Каменевым (январь 1935 г.).
   В 1936 г. застрелился М.П.Томский, председатель ВЦСПС. В январе 1937 г. состоялся процесс по делу “Параллельного антисоветского троцкистского центра”, по делу проходят Г.Пятаков, К.Радек, Г.Сокольников и другие (17 человек, из них 13 приговорены к расстрелу, 4 - к тюремному заключению). В день окончания процесса были расстреляны все, кроме Радека и Сокольникова. Их уничтожили позже.
   В феврале 1937 г. ушел из жизни Г.Орджоникидзе, нарком тяжелой промышленности и член Политбюро ЦК. В июне 1937 г. застрелился Я.Гамарник, начальник Политуправления Красной Армии. К этим трем процессам примыкает и закрытый суд по делу восьми военных руководителей (Тухачевский, Якир, Уборевич и др.), обвиняемых в шпионаже и подрыве боевой мощи Красной Армии. В марте 1938 г. - процесс так называемого “Антисоветского правотроцкистского блока” (которого, как и предыдущих, вообще не было). По делу проходят Н.Бухарин, А.Рыков, Г.Ягода, Н.Крестинский и др. Главной действующей фигурой этих процессов был Вышинский, генеральный прокурор СССР. Он считал, что цель суда - не поиск истины, а установление “вероятности” виновности обвиняемого, которая субъективно определяется обвинением. Обвиняемые признавались в самых фантастических злодеяниях: шпионаже и заговорах с целью убийства Сталина и других членов правительства, вредительстве и т.д. С помощью пыток, морального террора, угроз в адрес семей подследственных добиться от них признаний не составляло труда.
   В таких судебных процессах все принципы демократического правосудия были нарушены. Они велись в духе предвзятости и имели целью еще раз подтвердить безусловную виновность подсудимых и великую правоту тех, кто давно уже разглядел в них заклятых врагов социализма. Логика борьбы за власть в государстве и партии, логика преступления вели Сталина к уничтожению под прикрытием политических процессов 30-х годов основных кадров партии и государства, всех неугодных ему деятелей науки, культуры, независимо от того, принимали они участие в оппозиции или нет.
   С утверждением сталинского диктата круто изменилось отношение и к интеллигенции. Стал создаваться образ внутреннего врага: им стала интеллигенция, выросшая в дореволюционные годы. Началось бесцеремонное вмешательство в творческую лабораторию деятелей культуры и науки, отрицание какой-либо независимости, самостоятельности суждений.
   Диктаторы всех времен и их ретивые прислужники начинали глумление над народом с “вырубки” интеллигенции. С нарастающей силой потянулись беспощадные “чистки”. Репрессий не избежал ни один из отрядов интеллигенции: ни инженерно-технические работники (дела о промышленном вредительстве), ни ученые (в заключении побывали С.Королев, А.Туполев, В.Петляков, репрессированы были крупные экономисты А.Чаянов, Н.Кондратьев, выдающиеся историки Е.Тарле, С.Платонов, М.Покровский, погиб Н.Вавилов и др.), ни военная интеллигенция (дело о военном заговоре), ни творческие работники (были репрессированы В.Мейерхольд, О.Мандельштам и др.). Одновременно формировался тип лжеученого (Т.Д.Лысенко). Неприязнь Сталина к представителям творческой интеллигенции носила закономерный оттенок: в силу универсальности своих знаний эта интеллигенция была связующим нервом (несмотря на все “чистки” и “ампутации”) между мыслящей Россией и мыслящей Европой. Сталинская стратегия на изоляционизм требовала уничтожения или рабской покорности этого “нерва”, низведения граждан до положения бесправных “винтиков”.
   Страшным преступлением сталинизма является попытка редактировать историю, уничтожить историческую память народа. Проводились кампании по переименованию городов и улиц. Осуществлялось закрытие церквей, изъятие церковного имущества.
   Но и в это суровое время продолжали существовать оазисы большого искусства, нередко в муках пробивая себе дорогу, несмотря на периодические “проработки” (творчество Д.Шостаковича, М.Шолохова, С.Эйзенштейна, С.Прокофьева, М.Булгакова, А.Ахматовой и многих др.). Никакие надругательства и репрессии не могли остановить процесс культурного развития. Интеллигенция пронесла через все испытания верность передовым гуманистическим идеалам, и даже в разгул сталинского террора рождалось немало шедевров, которые вошли в сокровищницу мировой цивилизации.
   В настоящее время Родине возвращены имена многих честных советских людей, и работа по реабилитации безвинно пострадавших продолжается. Но нельзя представлять этих людей героями, борцами против тоталитаризма. Жертвы и палачи были людьми одной формации, одного мировоззрения. Погибшие были активными строителями того режима, который в конечном итоге был использован Сталиным для расправы над “старыми коммунистами”. Это было время палачей и жертв, причем они часто менялись местами.
   Сталинские репрессии не прекращались и после январского 1938 г. Пленума ЦК ВКП(б), принявшего постановление “Об ошибках парторганизаций при исключении коммунистов из партии, о формально-бюрократическом отношении к апелляциям исключенных из ВКП(б) и о мерах по устранению этих недостатков”. Теперь они перестали быть неконтролируемыми, “чрезвычайными”, приняли плановый характер. Виновными в “перегибах” стали местные власти и непосредственные исполнители - органы НКВД.
   Цели, поставленные Сталиным, были достигнуты. Общество было поставлено под контроль партии и карательных органов. Советы осуществляли лишь второстепенные хозяйственные и организаторские функции. Партия и другие институты политической системы превратились в послушные инструменты вождя. Этому утверждению как будто противоречит принятие Конституции 1936 г., в которой провозглашалось расширение демократических свобод. Однако конституционные нормы имели чисто номинальный характер, не оказывали влияния на повседневную жизнь.
   Конституция противоречила практике сталинщины и публично делала ее противозаконной. Конституция и жизнь резко разошлись. В самом деле, в Конституции провозглашалась неприкосновенность личности, тайна переписки, невозможность наказания без суда. А в жизни продолжались массовые аресты, произвол, внесудебные репрессии. В Конституции говорилось о равноправии классов, а колхозники не имели паспортов и были лишены права свободного передвижения. Формально новая Конституция СССР отвечала лучшим мировым образцам того времени, однако, она слабо соответствовала реальной общественно-политической ситуации в стране. Новая Конституция нужна была генсеку, так как он хотел видеть себя не только вождем партии, но и всей страны. Сталин, провозгласив в Конституции “нерушимое единство” рабочих и крестьян, трудовой интеллигенции, наций и народностей СССР, превращался в вождя многонационального советского народа, державы, раскинувшейся на просторах 1/6 части планеты. Конституция как бы подводила итог государственного строительства и была призвана показать миру, что, возглавив страну, лежащую в руинах гражданской войны, именно он, Сталин, привел ее к победе социализма.
   Таким образом, к середине 30-х годов в СССР завершилось формирование административно-командной системы. Ее важнейшими чертами были: централизация системы управления экономикой, усиление авторитарных начал в руководстве общественно-политической жизнью. Сужение демократических свобод и прав граждан и общественных институтов сопровождалось ростом и укреплением культа личности И.В.Сталина. Многие отечественные и зарубежные историки считают возможным говорить о том, что в 30-е годы в СССР сформировалось тоталитарное общество.
   И все-таки было бы не верно в исключительно мрачных тонах представлять общественную атмосферу 30-х годов. Страна добилась впечатляющих экономических результатов. Миллионы советских людей получили образование, значительно повысили свой социальный статус, приобщились к культуре; десятки тысяч, поднявшись с самых “низов”, заняли ключевые посты в хозяйственной, военной, политической сферах. Видимо, именно поэтому общественная атмосфера 30-х годов была пронизана пафосом свершений.
   Не следует забывать, что это были годы невиданного энтузиазма, подвижничества, массового трудового героизма советского народа, что не могло не вызывать симпатию и уважение миллионов людей различных стран мира.
   Культурная революция, ее сущность. Трудящимся страны Советов от дореволюционного прошлого досталось своеобразное культурное наследство. С одной стороны, в нем было представлено несметное богатство художественных и научных ценностей, созданных народами многонациональной России. С другой стороны, крайняя отсталость народных масс, которым были недоступны завоевания науки и культуры, так как культура была отчуждена от народа, а народ - от культуры. Разрешить это противоречие должна была культурная революция. Под ней понималось “создание социалистической системы народного образования и просвещения, перевоспитание буржуазной и формирование социалистической интеллигенции, преодоление влияния старой идеологии и утверждение марксистско-ленинской идеологии, создание социалистической культуры, перестройка быта”.
   Перед культурной революцией стояли следующие задачи: ликвидация неграмотности и развитие системы народного просвещения; приобщение всех трудящихся к активной политической жизни, создание условий для их всестороннего культурного развития; формирование народной интеллигенции; преодоление буржуазных взглядов и нравов.
   Можно говорить о двух разных этапах в развитии культурной революции. Двадцатые годы - время появления разных направлений в искусстве и литературе, противоборство вкусов и убеждений. В это время шла борьба с происками тех буржуазных писателей, художников и профессоров, которые стремились превратить литературу и искусство в прикрытие контрреволюции, а кафедры учебных заведений - в трибуну неприкрытой буржуазной пропаганды. Хотя и в это время осуществлялся плюрализм вкусов, разные творческие течения открыто представляли свои взгляды (акмеизм, футуризм, символизм и др.). Издаются “Записки социал-демократа” меньшевика Ю.Мартова, работы Родзянко, Шульгина, Деникина и др. (в серии “Революция и гражданская война в описаниях белогвардейцев”). Налицо была демократия, необходимая для развития культуры.
   Но в конце 20-х годов ситуация изменилась. Стало проявляться все более нетерпимое отношение к инакомыслию. Литература и искусство все более идеологизируются в ущерб художественным достоинствам. Руководство их развитием осуществляется все в более жестких формах, через декретирование и администрирование. Это приводило многих деятелей культуры к творческому кризису, депрессии, отрицательно сказывалось на их деятельности. Что касается практического осуществления культурной революции, то исторически сложившаяся отсталость России предопределяла характер и темпы культурных преобразований.
   Начинать приходилось с ликвидации неграмотности. К 1917 г. 76% населения в возрасте от 9 лет и старше были неграмотными. В деревне неграмотные составляли 80,4% населения. В декабре 1919 г. вышел декрет о ликвидации неграмотности. В ведение Наркомпроса переходили все школы, в том числе и частные. Отменялась плата за обучение, упразднялось преподавание “закона божьего”, вводилось новое правописание (была отменена буква “ять”). На фабриках, заводах, в деревнях, армейских частях создавались школы и пункты ликвидации безграмотности (ликбезы). К середине 20-х годов существовали следующие виды школ: начальная 4-летняя школа (I ступень), 5-9 классы (II ступень), 7-летняя школа в городах, школа крестьянской молодежи. В систему профессионально-технического образования входили школы фабрично-заводского обучения (ФЗУ) на базе начальной школы. Появились в стране первые техникумы с трехлетним сроком обучения. Эта система в основном сохранилась и в последующие годы.
   Особенно трудной была ликвидация неграмотности в национальных окраинах. В Средней Азии и Казахстане грамотных было лишь от 0,5 до 2%, среди народов Закавказья - 10%. Даже на Украине грамоту не знали 4/5 населения. 48 национальностей не имели своей письменности, литературного языка.
   В результате огромных усилий государства, общественных организаций в течение первого десятилетия советской власти грамотность среди городского населения достигла 78,5%, сельского - 48,3%.
   Ликвидация неграмотности была лишь первым шагом. Вторым стало создание системы народного образования. В июне 1918 г. был принят декрет Совнаркома “Об организации дела народного образования”. В стране вводилось бесплатное общее и политехническое образование для всех детей до 17 лет. Центральной проблемой в формировании новой системы школьного образования являлся всеобуч - охват всех детей обучением. Практически приступить к его организации смогли только в 1930 г., когда было принято постановление ЦК ВКП(б) “О всеобщем обязательном начальном обучении”. Введение всеобуча помогло решить и такую социально-политическую проблему, как преодоление культурной отсталости трудящихся национальных окраин. Дети самых отсталых прежде народов получили возможность учиться на своем родном языке. В годы II пятилетки было введено обязательное семилетнее образование.
   Большое значение в осуществлении задач всеобуча имела подготовка учительских кадров. В 1917 г. в России насчитывалось более 250 тыс. учителей. Большая их часть не приняли советскую власть. Учителей надо было привлечь на свою сторону, перевоспитать. Опираться следовало на передовую часть учителей, которые приняли советскую власть. В 1924-1925 г. в настроениях учительской массы произошел поворот в сторону советской власти.
   Система высшего образования подвергалась коренной перестройке. Классовая направленность политики в этой области проявлялась в “чистке” профессорско-преподавательского и студенческого состава, во введении в качестве обязательных таких предметов, как исторический материализм, история пролетарской революции, история Советского государства и права и т.д. Особое внимание уделялось приему в вузы пролетарской молодежи. Каждый человек, достигший 16 лет, мог поступить в любой вуз. Трудность состояла в том, что не все в этом возрасте имели среднее образование. Важную роль в ликвидации такого пробела сыграли рабфаки, первый был открыт в феврале 1919 г. в Москве, где за 3-4 года можно было пройти программу среднего образования. После рабфака можно было поступать в вуз без экзаменов. Расширялась система технических вузов и средних специальных учебных заведений, где готовили инженерно-технические кадры. Только за годы второй пятилетки для различных отраслей государственного управления хозяйством и культуры были подготовлены 370 тыс. специалистов (на 200 тыс. больше, чем в первой). За годы первых пятилеток была создана огромная армия народной интеллигенции (в 1937 г. - 10 млн. человек).
   Повышалась роль науки в развитии народного образования. Уже в марте 1918 г. Российская Академия наук предложила советской власти свои услуги по изучению естественных богатств страны.
   В 20 - 30-е годы советская наука достигла больших успехов. Научные центры были созданы в союзных и автономных республиках. К концу 30-х годов в стране было 1400 НИИ. В 1929 г. была основана Всесоюзная академия сельскохозяйственных наук имени В.И.Ленина (ВАСХНИЛ) с 12 институтами (президент - Н.И.Вавилов), начала работать АН БССР, к концу первой пятилетки организованы филиалы АН СССР в Казахстане, Таджикистане и др. В 1934 г. АН СССР из Ленинграда была переведена в Москву.
   В естественных и ряде гуманитарных дисциплин, в литературе и искусстве коммунистическая партия в 20-е годы еще не сформулировала четкого отношения к тем или иным направлениям с позиции собственного толкования марксизма. Постепенно, начиная с 20-30-х годов, все сферы науки, культуры оказались под жестким контролем идеологии, определявшейся коммунистической партией. Ее руководство выступало высшим арбитром в научных, литературных и искусствоведческих спорах, определяло судьбу направлений в науке и культуре.
   Мировое значение в 20-е годы имели работы С.В.Лебедева (создание синтетического каучука), А.Ф.Иоффе (ядерная физика), Н.Н.Семенова (химическая физика), К.Э.Циолковского и Ф.А.Цандера (космонавтика), Н.И.Вавилова и Н.К.Кольцова (генетика) и др. В 30-е годы в условиях индустриализации растет роль прикладных наук: геологии (академик А.Е.Ферсман), металлургии (академик И.П.Бардин), оптики (академик С.И.Вавилов), энергетики (академики Г.О.Графтио, М.А.Шателен). Особое внимание уделялось созданию боевой техники: самолетов (конструкторы С.В.Ильюшин, А.И.Микоян, Н.Н.Поликарпов, А.А.Туполев, А.С.Яковлев), танков (Ж.Я.Котин, А.А.Морозов), орудий (В.Г.Грабин, И.Т.Клейменов), стрелкового оружия (В.А.Дегтярев, В.Г.Федоров, Г.С.Шпагин).
   Летом 1937 г. летчики В.Чкалов, Г.Байдуков и А.Беляков на отечественном самолете совершили беспосадочный перелет в Америку через Северный полюс. Весь мир поразила смелая высадка на льды Северного полюса отважных исследователей Арктики И.Папанина, П.Ширшова, Э.Кренкеля и Е.Федорова.
   Развивалась историческая наука. Выходили труды Б.Грекова, М.Тихомирова, С.Бахрушина, М.Покровского и др. При АН СССР были созданы Институт истории и Институт философии. Развивалась и советская военная наука. Признание получили труды Б.Шапошникова, М.Тухачевского, Д.Карбышева и др.
   В годы первой и второй пятилеток была расширена сеть клубов, изб-читален, библиотек, начали создаваться Дома и Дворцы культуры, парки труда и отдыха. Крупнейшим архитектурным сооружением 20-х годов стал мавзолей Ленина (авторы В.Щуко и В.Гельфрейх). В 30-е годы началась реконструкция Москвы и Ленинграда, которая привела к сносу многих архитектурных памятников, особенно религиозного назначения (храм Христа Спасителя, Сухарева башня в Москве и др.). Символом эпохи должно было стать сооружение грандиозного Дворца Советов на месте храма Христа Спасителя. В 30-е годы распространялось звуковое кино: “Чапаев” братьев Васильевых, “Броненосец Потемкин”, “Александр Невский” С.Эйзенштейна, “Трилогия о Максиме” Козинцева и Трауберга, “Мать” В.Пудовкина, “Мы из Кронштадта” Е.Дзигана, “Щорс” А.Довженко и др. Огромную популярность у массового зрителя имели артисты эстрады В.Козин и Л.Утесов.
   В литературе в 20-е годы писателей делили на пролетарских (Д.Бедный), крестьянских (С.Есенин) и попутчиков (Н.Тихонов, И.Эренбург). В это время существуют различные литературные группы: РАПП (Российская ассоциация пролетарских писателей) с участием А.Серафимовича, А.Фадеева и т.д., ЛЕФ (левый фронт) под руководством В.Маяковского, Н.Асеева и др., “Серапионо-вы братья”, куда входили М.Зощенко, В.Каверин, К.Федин и др. Большой общественный резонанс вызвали произведения М.Булгакова, Б.Пильняка, А.Платонова. В 30-е годы деятели культуры и искусства были объединены в профессиональные союзы: советских писателей (1934 г.), композиторов, художников, архитекторов и т.д. с целью обеспечения полного идеологического контроля. Единственно верным методом литературы был объявлен так называемый “социалистический реализм”.
   Широкую известность получили пьесы А.Корнейчука “Гибель эскадры” и “Платон Кречет”, Н.Погодина “Человек с ружьем” и др. Детская литература была представлена произведениями С.Маршака, А.Гайдара, С.Михалкова. Во весь голос звучали произведения М.Горького, М.Шолохова, А.Толстого, А.Фадеева, В.Маяковского, Я.Купалы, Я.Колоса и др.
   Развивалось изобразительное искусство. Художники М.Нестеров, А.Дейнеко, К.Петров-Водкин, М.Греков, Ю.Пименов, А.Пластов; скульпторы В.Мухина, С.Коненков, Л.Голубкина и др. создали ряд замечательных произведений. Крупными событиями театральной жизни стали рождение театра Е.Вахтангова, постановки В.Мейерхольда, спектакли МХАТа “Бронепоезд 14-69” (автор Вс.Иванов) и “Дни Турбиных” (автор М.Булгаков). В 20 - 30-е годы были созданы музыкальные произведения С.Прокофьева, Д.Шостаковича, песни И.Дунаевского. Но многие настоящие таланты, которые не вписывались в стиль социалистического реализма, подвергались опале. Формалистской объявили музыку Д.Шостаковича, в 1936 г. была запрещена его опера “Екатерина Измайлова”, пачкунами со злостными намерениями были названы художники К.Малевич, М.Шагал. В 30-е годы запрещаются пьесы М.Булгакова “Багровый остров” и “Мольер”.
   Очень сложно решался вопрос становления народной интеллигенции. Как показал исторический опыт, ее формирование осуществлялось двумя путями: привлечением и перевоспитанием старых специалистов и подготовкой в высших и средних специальных учебных заведениях кадров специалистов из рабочих и крестьян. Особые трудности у советской власти были на первом пути. Следует сказать, что в силу ряда объективных и субъективных причин значительная часть дореволюционной интеллигенции не приняли советскую власть (саботировали мероприятия новой власти по коренному переустройству страны, игнорировали призывы к сотрудничеству и т.д.). Значительная часть интеллигенции оказалась вскоре за пределами Отечества. В 1922 г. из Советской России были высланы около 200 видных деятелей интеллигенции с семьями. Местожительством основной массы эмигрантов стали страны Европы (Германия, Франция, Сербия, Польша и др.) и Северо-Восточный Китай (центр - г.Харбин).
   В местах компактного проживания эмигрантов центрами русской культуры стали учебные заведения, библиотеки, газеты, церкви. Была создана собственная система высшего образования: Русский свободный университет в Праге, восемь вузов в Париже. Во всех этих странах выходили русские газеты и журналы: “Возрождение” (редактор П.Струве) и “Последние новости” (редактор П.Милюков) в Париже, “Воля России” в Праге (орган эсеров) и др.
   К началу 30-х годов за рубежом работали 5 академиков и около 150 профессоров российских вузов. По инициативе Н.Бердяева в Берлине была создана Русская религиозно-философская академия. Н.Бердяев написал в эмиграции десятки книг: “Новое средневековье”, “Истоки и смысл русского коммунизма”, “Смысл истории” и др.
   Наряду с Бердяевым в эмиграции активно работали писатели и поэты И.Бунин, К.Бальмонт, В.Набоков, З.Гиппиус, композиторы С.Рахманинов, И.Стравинский, актеры и режиссеры Ф.Шаляпин, А.Павлова, С.Дягилев, художники И.Репин, А.Бенуа, Н.Рерих, В.Кандинский, ученые А.Чичибабин, И.Си-корский, В.Зворыкин и др. Многие тосковали по России и далеко не все выдержали нелегкие испытания на чужбине. Некоторые из эмигрантов по разным причинам вскоре или с “опозданием” вернулись - А.Толстой, А.Куприн, С.Прокофьев, М.Цветаева и др. Образцом умелого подхода к старым специалистам являлось отношение к ним В.И.Ленина, который неустанно подчеркивал их ценность и необходимость использования их знаний.

 
< Пред.   След. >