YourLib.net
Твоя библиотека
Главная arrow История социальной работы (Е.Ю. Костина) arrow 4.2. Общественная благотворительность в эпоху средневековья
4.2. Общественная благотворительность в эпоху средневековья

4.2. Общественная благотворительность в эпоху средневековья

   Тема благотворительности, поднимающаяся из глубины веков и воспринимаемая как стремление помочь нуждающимся, как целенаправленное выражение человеколюбия, неоднозначно толкуется в различных философских традициях и школах.
   В большинстве современных работ посвященных исследованию благотворительности исследователи констуируют связь возникновения благотворительности с христианства. Эту точку зрения разделяют и многие дореволюционные исследователи, по их мнению благотворительность появляется только с христианством. “Древнейший мир не мог возвыситься до полного уважения всякой личности, как личности. Это прямо противоречило его духу” . Церкви в средние века переходит очень важная функция — поддерживать социальный мир и сглаживать социальные противоречия. Естественно, что церковь не разделяла открытой враждебности по отношению к обездоленным и нуждающимся, так как эта враждебность была бы несовместима с проповедью смирения, любви к ближнему и равенства всех перед Богом. Поэтому, обращаясь к сильным мира сего, церковь взывала к милосердию.
   Сочувствие к низшим слоям и осуждение их притеснителей в значительной степени проистекали из социального учения церкви, которая формально превозносила бедность, считая ее идеальным состоянием. Программа церкви в этом отношении фактически сводилась к требованию милостыни в пользу бедняков. О способах прекращения бедности и не помышляли. В бедняках в то же время видели не столько несчастных, чью жалкую участь необходимо было облегчить, сколько спасителей богатых. В таком случае нищелюбцем двигала не любовь к ближнему, не человеколюбие, а желание очиститься от своих собственных грехов; нищий же выступал в виде средства к “самоочищению”. Тем самым сложились вполне определенные правила подачи милостыни:
   1) ценна только непосредственная милостыня, подаваемая из рук в руки;
   2) милостыня подавалась тайком, мимоходом;
   3) важна “слепая” милостыня, без выяснения причин нищенства и тех обстоятельств, куда
пойдет милостыня;
   4) нищий должен знать имя нищелюбца, чтобы помолиться за него в церкви, причем
обратная связь здесь необязательна.
   Важным явлением стало возникновение “нищенских” монашеских орденов, возводивших бедность в идеал, таких, как ордена францисканцев, доминиканцев, премонстратов, картезианцев и цистерцианцев. Названные ордена также возникшие в XI-XII вв., противопоставляли себя монахам старых орденов (типа бенедиктинцев)
   Справедливости ради следует заметить, что церковь не ограничивалась лишь проповедями о необходимости милостыни, но стремилась на деле помочь нуждающимся. Так, до четверти церковных доходов употреблялись на культовые или благотворительные цели. Постепенно укрепление церковной системы привело к тому, что раздача хлеба и составление списков нуждающихся в помощи стало прерогативой церкви. В данном случае примечательна благотворительная деятельность св. Василия (329-379), епископа в Кесарии Каппадокийской, организовавшего у ворот города убежище для престарелых, госпиталь, странноприимный дом и богадельню для слабых и увечных. В качестве источников для организации благотворительных заведений служили как церковные доходы, так и частные пожертвования прихожан. Надо заметить, что госпиталь, организованный св. Василием, послужил прототипом для создания монастырских больниц в Западной Европе. Конечно же первые монастырские больницы отличались крайне низким уровнем лечения и ухода за больными людьми: медицинская подготовка монахов была недостаточной, а лечение “постом и молитвой” редко достигало своей цели. Кроме того, в периоды эпидемий больницы, строившиеся в отсутствие санитарно-гигиенических знаний, при скученности больных превращались в рассадники заразных болезней. Не случайно больницы называли “домами страданий”, “юдолью смерти”. Объектом заботы католической церкви стали и бездомные. Так, в 542 г. в Лионе был открыт особый приют, называвшийся “Домом Господа”, где работали как монахи так и добровольцы из горожан.
   Вплоть до XIII в. каждые 3-5 лет недород регулярно вызывал голод. Сложился своеобразный устрашающий цикл: ненастье -> неурожай -> рост цен -> голод -> употребление в пищу суррогатов -> эпидемия -> мор. Вначале плохой урожай. Дорожали продукты, увеличивалась нужда бедняков. Те, кто не умирал от голода, подвергались другим опасностям. Потребление недоброкачественных продуктов (травы, испорченной муки, вообще негодной пищи, иногда даже земли) влекло за собою болезни, часто смертельные, или хроническое недоедание, которое подтачивало организм или убивало. Одной из неукоснительных забот церкви в неурожайные годы становилась обязанность кормить голодающих, одевать их и предоставлять временное прибежище. В каждом крупном аббатстве имелись службы раздачи милостыни и оказания гостеприимства, а также два специальных должностных лица, несших эти послушания. Так, в цистерцианском ордене раздатчик милостыни назывался привратником, и в его келье, расположенной близ монастырских ворот, всегда должны были храниться хлеба, приготовленные для раздачи прохожим и нуждающимся.
   Еще одной напастью средневековой Европы были регулярные эпидемии всевозможных инфекционных заболеваний и ужасающая детская смертность, которая считалась нормальным. Плохое питание и жалкое состояние медицины, частые эпидемии порождали страшные физические страдания и высокую смертность населения. Средняя продолжительность жизни была очень низкой и не превышала тридцати лет. Появление “горячки” (современные исследователи считают, что вызвана она была употреблением в пищу плохого зерна) лежало в основе появления особого культа, который привел к основанию нового монашеского ордена и к появлению, тем самым, нового типа орденов — госпитальеров. Так горячку с “успехом” пытались лечить почитатели св. Антония (антониты). На смену горячечной болезни пришла не менее страшная эпидемия другой болезни — проказы (или лепры), причиной появления которой в Европе считается начавшееся в результате крестовых походов общение с очагами инфекции на Востоке. Следствием распространения проказы стало появление специальных изоляторов для больных — лепрозороев, организованных специально учрежденным католической церковью для призрения прокаженных орденом св. Лазаря (отсюда — лазареты). В середине XIV в. в Европу пришла еще более страшная эпидемическая болезнь, поставившая западный мир на грань жизни и смерти— чума.
   В условиях повторяющихся эпидемий именно монастыри как места относительной стабильности превращаются в центры раздачи милостыни. Роль монастырей в этот период трудно переоценить: помимо раздач милостыни они организовывали постоянную помощь нуждающимся через устройство монастырских госпиталей. Так, в 1403 г. госпиталь Святого Духа в Кельне поддерживал до 400 нищих каждую неделю, и в это число не входили постоянно проживающие в госпитале. Монастырские госпитали также предоставляли ночлег бедствующим паломникам.
   Параллельно отмечаются попытки регламентировать помощь нуждающимся. В 1458 г. в Антверпене была учреждена так называемая Палата бедняков. В Нюрнберге в XV в. вводятся периодические переписи местных нищих (дважды в год), непостоянные нищие (“чужаки”) должны были пребывать в городе не более трех дней. В Аугсбурге в 1475 г. нищие отражены в переписных листах уже как профессиональная группа (а именно — из 4485 налогоплательщиков 107 зарегистрированы как нищие). Они обязаны были платить те же налоги, что и остальные работающие.
   Эпидемии чумы положили также начало становлению санитарного законодательства и городской санитарии. В 1348 г. в Венеции был организован санитарный совет, в ряде итальянских портов появились особые надзиратели — “попечители здоровья”.

 
< Пред.   След. >