YourLib.net
Твоя библиотека
Главная arrow История государства и права зарубежных стран (Под ред. проф. К.И. Батыра) arrow § 1. От Германского союза к Германской империи
§ 1. От Германского союза к Германской империи

§ 1. От Германского союза к Германской империи

   Рейнский союз. К началу XIX в. Германия все еще оставалась, хотя и номинально, “Священной Римской империей германской нации”, числившей в своем составе более 300 государств. Большинство из них было и малоземельным и малочисленным по населению, так что путешественник менял “государства” каждый раз, когда ему меняли лошадей.
   Среди германских княжеств выделялись Пруссия, Саксония, Бавария, Вюртемберг и особенно Австрия, господствовавшая на обширном пространстве земель, населенных главным образом славянами — поляками, хорватами, словенцами, чехами, а также венграми.
   Все эти государства считались находящимися в подчинении императора и имперского сейма, но на практике обладали полной независимостью. Дворянство, неоднородное по своему составу, было в ленной зависимости либо от князей, либо от императора. Городское население состояло из так называемых патрицианских семей, возглавлявших городские представительные учреждения, бюргеров и ремесленников — подмастерьев и учеников. Крестьяне были по большей части крепостными. По сравнению с Англией и Францией Германия находилась на более низкой ступени экономического, социального и политического развития.
   Французская революция, “точно громовая стрела, ударила в этот хаос, называемый Германией” (Энгельс). Наполеон не оставил камня на камне от “Священной Римской империи германской нации”. По словам Наполеона, эта империя вследствие многочисленных искажений, переходивших из столетия в столетие, “превратила германскую конституцию в тень ее самой... Все свидетельствовало об упадке столь сильном, что федеративная связь не доставляла никому надежного обеспечения, а для сильных была средством разногласия и раздора”.
   Наполеон перекроил карту Германии: из 51 вольного города он оставил всего пять, остальные передал десятку наиболее сильных государств, положив начало дальнейшим территориальным переделам, произведенным уже после поражения Франции и отречения Наполеона (1815 г.).
   Победа над Наполеоном, в войне с которым (хотя и на вторых ролях) принимали участие Австрия и Пруссия, дала Германии новый шанс создать единое государство, тем более вероятный, что “Священная Римская империя германской нации” была ликвидирована французским завоевателем.
   Германский союз. Поражение Франции не восстановило архаической Германской империи. Вместо нее Парижским трактатом 1814 г. был образован так называемый Германский союз, состоявший из 34 государств — королевств, княжеств, герцогств и четырех вольных городов — Франкфурта, Гамбурга, Бремена и Любека. Каждое из вошедших в Союз государств сохраняло свою независимость. Главенство в Союзе принадлежало Австрии.
   Правящий орган Германского союза — Союзный сейм, метко названный “коллекцией мумий” (из-за своего состава), состоял из уполномоченных от всех германских государств (включая Австрию) и вольных городов. Сейм, как и действительный глава Союза всесильный австрийский министр Меттерних — одна из самых мрачных фигур политической реакции своего времени, заботился только о том, чтобы в Германии ничего не менялось.
   Для понимания ситуации следует сказать, что Германский союз не был ни унитарным ни федеративным государством. Единственным связующим органом Союза был Союзный сейм, но уполномоченные строго придерживались инструкций своих правительств, тогда как для решения вопросов, касавшихся Германского союза, требовалось единогласие членов Сейма. Он заседал (редко) в полном составе (на так называемом пленуме — 69 голосов) или в узком (17 голосов). Все действительно важные вопросы решались, разумеется, узким составом. Председательствовала в Сейме Австрия — в то время самое крупное государство Германского союза.
   Каждое из вошедших в Союз государств было суверенным и управлялось по-разному. В одних удерживалось самодержавие, в других были созданы подобия парламентов (земские собрания) и лишь в немногих писаные конституции фиксируют приближение к ограниченной монархии (Баден, Бавария, Вюртемберг и др.).
   Дворянство вернуло себе отобранную Наполеоном власть над крестьянством, барщину, “кровавую десятину” (налог на забитый скот), феодальный суд и пр. Абсолютизм сохранил свои позиции в полном объеме везде, за исключением Баварии, Бадена и немногих других государств, входивших в Рейнский союз.
   Либеральные выступления ограничивались рамками студенческих корпораций, когда на шумных собраниях сжигали “капральскую палку” — символ ненавистного полицейского режима. В Германии, по словам историка Блосса, воцарилась кладбищенская тишина, нарушавшаяся лишь хвалебными завываниями сверху в честь правителей-временщиков. После убийства студентом Зандом в 1819 г. реакционного публициста Коцебу в германских государствах по инициативе Меттерниха были созданы межгосударственные следственные комиссии, пресекавшие малейшие проявления либерализма.
   Но капиталистические отношения пробивали себе дорогу и в этих неблагоприятных условиях. В Вюртемберге, Гессене, Кобурге была отменена крепостная зависимость, барщину вытеснял более производительный труд наемных батраков и пр. Медленно, но неуклонно развивается буржуазное промышленное производство, особенно в Рейнской области, долее других испытавшей на себе благоприятные экономические и правовые нововведения Наполеона. В 1834 г. образовался Таможенный союз, в состав которого вошли Бавария, Пруссия и еще 16 германских государств. Руководство в Союзе принадлежало Пруссии, претендовавшей вместо Австрии на роль объединительной силы в Германии. Выдвижению Пруссии способствовала ее промышленная мощь, увеличивавшаяся с каждым годом. Пруссия по уровню экономического развития сильно отставала от Англии и Франции, однако и там уже в 30-х годах XIX в. началось активное железнодорожное строительство, относительно быстро увеличивались выплавка чугуна, добыча каменного угля и т. д., а следовательно, возрастала численность рабочих и повышалось его самосознание.
   Все это, вместе взятое, подготовило буржуазную революцию в Германии, хотя успех ее был проблематичным ввиду сильных консервативных позиций в Пруссии и Австрии. Идеологической базой консерватизма была возникшая в это время так называемая историческая школа права (Гуго, Савиньи, Пухта), выступавшая против как кодификации права, так и либеральной законотворческой деятельности вообще. Вместе с тем не отрицались в принципе (особенно Эйхгорном) и прогрессивное развитие культуры, и связанность права материальными и духовными условиями национального существования, а значит, и правовое развитие каждой данной нации вообще.
   Для общей политической ситуации в Германии не прошли бесследно наполеоновские войны; влияние Кодекса Наполеона с очевидностью проявилось в ряде реформ.
   Так, реформа 1808—1810 гг., связанная с именем Штейна, упорядочила государственное управление в Пруссии. Место старых неуправляемых “коллегий” заняли пять министерств во главе с министрами (дела военные, иностранные, финансовые, внутренние, юстиция). Совет министров возглавил канцлер. В городах были созданы органы местного самоуправления (муниципальные советы), избираемые узким кругом крупных налогоплательщиков. Крепостное право было отменено, но освободиться крестьянин мог только с потерей земли в пользу помещика. При этом полицейская и судебная власть помещиков над крестьянами полностью сохранилась.
   Другой реформой — Шарнхорста была введена всеобщая воинская повинность. Эта реформа имела далеко идущие планы и последствия.
   Революция 1848 г. Поводом для революционного выступления в Германии стала Французская революция 1848 г. Уже в марте 1848 г. столица Пруссии (Берлин) поднялась на вооруженную борьбу: возникали баррикады, завязалась вооруженная борьба с войсками. Воспользовавшись обстоятельствами, либеральная часть прусской буржуазии вырвала у короля и его правительства некоторые уступки: уничтожение помещичьих судов над крестьянами и полицейской власти помещиков над зависимым от них крестьянством, распространение суда присяжных на политические преступления, выборы в Учредительный ландтаг (национальное собрание) и т. д.
   Помимо Пруссии буржуазно-демократическое движение захватило и многие другие германские государства. Чтобы выиграть время для его подавления, короли и князья дали свое согласие на созыв во Франкфурте-на-Майне всегерманского Учредительного собрания. Составленное из депутатов от всех германских государств, оно должно было дать единой Германии новую, по меньшей мере федеральную конституцию.
   Однако Собрание не оправдало надежд германской демократии, стремившейся к тому, чтобы ее представители приняли, наконец, участие в управлении Германией. Оно и не могло быть сколько-нибудь эффективным, ибо не обладало ни силой, ни согласованной программой действий. После долгих споров франкфуртский парламент выработал проект демократической для своего времени конституции, но он так и остался проектом, ибо значительная часть членов Национального (Учредительного) собрания разъехалась по домам, а те, кто еще оставались, были разогнаны (в июне 1849 г.) правительством Вюртемберга.
   То же случилось и с прусским Национальным собранием, несмотря на выработанную им конституцию страны, составленную в сдержанных, но либеральных по содержанию статьях: двухпалатный парламент, ответственное правительство, конституционный король (что должно было означать учреждение ограниченной монархии взамен абсолютной). После некоторых коренных поправок, внесенных в конституцию королем и его советниками, было созвано Собрание, которое, по их мнению, должно быть сговорчивым и удобным. Для этого была создана новая система выборов, которая получила название куриальной. Суть ее состояла в следующем. Избиратели-мужчины, достигшие определенного возраста, были поделены на три курии. Первые две курии составили крупные налогоплательщики, в третью курию входили все прочие избиратели. Несмотря на свой внешний демократизм, избирательная система, изобретенная в Пруссии, давала явное, несомненное преимущество богатым и оставляла крохи бедным, поскольку число выборщиков было одинаковым во всех трех куриях. Таким образом, две первые курии — незначительная кучка людей — выбирали 2/3 выборщиков. Этим и определялся социальный состав депутатов.
   Выборы дали прусскому правительству ожидаемый результат: из 350 депутатов 250 были чиновниками. Выработанная в 1850 г. новая Конституция оказалась, как и ожидалось, конституцией торжествующей контрреволюции. Уступки, сделанные буржуазии, были ничтожными. О “простом народе” не шло и речи.
   Конституция 1850 г. Прусская Конституция создавала две палаты с законодательной властью. Нижняя палата была выборной (именно о ней и говорилось выше), верхняя формировалась по королевскому указу из принцев крови, князей и других назначенных короной пэров (ст. 62—78).
   Сначала верхняя палата, названная палатой господ, была наполовину выборной, наполовину назначенной. В 1852 г. король задумал превратить ее в полностью назначаемую. По требованию короля министр Отто фон Бисмарк отстаивал этот план перед палатами и добился их согласия. Много позже он понял, что был не прав. Палата, справедливо замечал Бисмарк в своих мемуарах, в составе которой есть какое-то число выборных членов, имеет в глазах народа гораздо больший престиж, нежели палата, целиком назначенная А престиж очень важен, если палата хочет играть отведенную ей роль исполнителя оборонительных задач (в своей конкуренции с нижней палатой). Когда палата становится простым орудием королевской политики и даже просто исполнителем королевских приказов, это свидетельствует о дефекте конституции. Иногда необходимо, продолжает свои размышления Бисмарк, чтобы ничтожная и безопасная палата демонстрировала некоторую видимость независимости в своих суждениях: правительству порой на руку побуждать верхнюю палату к некоторой оппозиции, чтобы была не очень заметной ее действительная роль “дублера правительственной власти”. Отнюдь не устаревшие истины!
   Законодательная власть палат парализовалась правом абсолютного вето короля (ст. 62). По его мнению, сущность Конституции 1850 г. состояла не в том, чтобы в данный момент или когда-либо в дальнейшем создать новую правительственную систему, а в том, чтобы благодаря трем вето — обеих палат и решающему королевскому — помешать “произвольным изменениям существующего положения”.
   Статья 64 Конституции 1850 г. наделяла короля правом законодательной инициативы, а также ничем не ограниченного роспуска парламента (ландтага), и, конечно, король оставался непререкаемым главой исполнительной власти.
   Важно и то, что министры короны не были подотчетны ландтагу и не зависели от него. Они не несли коллективной ответственности за свои действия, и их непременным главой оставался, как и ранее, король. Он же обладал правом абсолютного вето на решения ландтага, которому в силу этой причины отводилась не законодательная, а законосовещательная функция.
   Прусская Конституция не была лишена таких “украшений”, какими стали к середине XIX в. свобода собраний и союзов, свобода слова и неприкосновенность личности. Но свобода собраний, например, ограничивалась одним важным условием, касавшимся лишь “низших слоев общества”: собрания разрешалось проводить только в помещении — под крышей (ст. 29). Недостает денег на то, чтобы арендовать помещение, нет и права на собрания!
   В 1863 г. в ходе острой избирательной борьбы за нижнюю палату парламента Бисмарк, озлобленный нападками оппозиционной прессы, издал собственной властью абсолютно беззаконное распоряжение о введении последующей цензуры, согласно которому печатный орган, получивший три предупреждения правительства, подлежал закрытию. Когда выборы были выиграны, Бисмарк представил свое распоряжение на утверждение новой палаты (то самое распоряжение, которое помогло депутатам выиграть выборы).
   Еще большим беззаконием было то, что наперекор ландтагу Бисмарк в течение четырех лет тратил огромные деньги на вооружение армии, но ему все простилось, когда Пруссия в 1866 г. выиграла войну с Австрией (то, что обеспечило объединение Германии под главенством Пруссии).

 
< Пред.   След. >