YourLib.net
Твоя библиотека
Главная arrow История государства и права зарубежных стран (Под ред. проф. К.И. Батыра) arrow § 1. Гражданское и торговое право
§ 1. Гражданское и торговое право

§ 1. Гражданское и торговое право

   Главные направления развития. В XX в. сохраняется “множественность” правовых систем, среди которых особое место принадлежит континентальной ветви европейского права (континентальному праву), англосаксонской ветви права, а также мусульманскому праву. Появились и получили развитие новые, в основном локальные правовые системы.
   Вместе с тем усиление интеграционных процессов в современном мире с присущей ему нарастающей взаимозависимостью в экономике стимулирует сближение различных правовых систем, включая тождественность их трансформации. Особенно интенсивно этот процесс проистекает в праве современных экономически развитых стран. Научно-техническая революция и во многом связанные с ней структурные изменения в производственных отношениях этих стран обусловили важные изменения в их праве, особенно в гражданском и торговом — отраслях права, в наибольшей степени связанных с экономикой. Эти взаимосвязанные процессы (преобразования в праве, в свою очередь, оказывают влияние на эволюцию социально-экономических отношений) продолжаются и поныне. Здесь имеют место следующие основные тенденции, общие для всех экономически развитых стран. Соответственно они рассматриваются нами обобщенно.
   Стирается (постепенно) грань между публичным и частным правом. Это наблюдается прежде всего в континентальной ветви права. (В англосаксонской ветви права, как уже известно, четкого размежевания не было и в прошлом.) Такому явлению в немалой степени способствуют меры государственного регулирования производства, финансов и торговли, ставшие по существу важнейшим фактором поддержания относительной стабильности экономики. Во многом в связи с этим наблюдается массированное вторжение императивных норм административного права в область, диспозитивных норм гражданского и торгового права.
   Наметилась межгосударственная унификация национальных норм гражданского и торгового права, обусловленная количественным и качественным расширением международных экономических связей (возникновение Европейского экономического сообщества, ведущего к экономической интеграции, и т. п.). Впрочем, этот процесс еще не прошел своей начальной стадии. Сохраняются многие национальные различия в праве и тем более различия между континентальной и англосаксонской ветвями права.
   Из сферы гражданско-правовой регламентации выделились области, регулируемые оформившимися к этому времени новыми отраслями права, и прежде всего трудовым и социальным правом.
   Трансформируются основные институты гражданского и торгового права в сторону их демократизации, большей степени учета интересов общества в целом, в частности его экологической защиты, создания новых механизмов правового регулирования.
   Источники права. Структурные изменения в праве повлияли на источниковую базу гражданского и торгового права, хотя степень этого воздействия, равно как и соотношение разного рода источников, неодинакова для отдельных стран. В континентальной Европе (Франция, Германия, Италия и др.) по-прежнему доминирующими источниками являются закон и подзаконные акты, а само гражданское и торговое право кодифицировано. В странах англосаксонского права (прежде всего Англия, США) судебный прецедент, как и в прошлом, играет исключительную роль, подчас возвышаясь над законом, хотя последний в принципе считается главным.
   Наметившаяся в настоящее время унификация права отразилась и на системе его источников. В англосаксонских странах возросла роль законов и подзаконных актов. В странах континентальной ветви права важную роль стала играть судебная практика (при формально сохранившемся принципе “решение имеет законную силу только для дела, по которому оно вынесено”; но суды низшей инстанции в большей степени, чем раньше, стали руководствоваться решениями высших судов по аналогичной категории дел).
   Возникновение Общего рынка привело к необходимости единообразного правового регулирования и дало новый стимул к сближению источников права. Их унификация в наибольшей степени конкретизировалась в международных соглашениях, обязательных к исполнению в странах, их подписавших, а также в составляемом на межгосударственном уровне проекте типового нормативного акта, который затем принимается отдельными странами в качестве национального закона.
   Субъекты права. Важные демократические преобразования претерпевает статус физических лиц. В области правоспособности утверждается равенство всех граждан без различия национальности, пола, вероисповедания перед гражданским законом; соответственно отменяются почти все ограничения в гражданских правомочиях замужних женщин. В области дееспособности в большинстве западных стран возраст совершеннолетия снижается с 21 до 18 лет. Продолжается гуманизация института опеки и попечительства.
   Дальнейшее развитие получило законодательство о юридическом лице (ЮЛ) как организационной структуре, имеющей прежде всего собственную. правосубъектность и имущественную обособленность. Сохраняется различие между ЮЛ частного права и ЮЛ публичного права. К. первому виду относятся различные банковско-коммерческие, промышленные и другие структуры (организации), создаваемые частными лицами, которые на основании юридического акта определяют задачи организации, создают ее материальную базу. Их статус фиксируется нормами гражданского права и носит в основном диспозитивный характер. Соответственно они наделены общей правоспособностью, т. е. правом приобретать гражданские права и нести обязанности, как и правоспособные физические лица. Исключение, разумеется, составляют те права и обязанности, необходимым условием реализации которых являются природные свойства человека.
   К ЮЛ публичного права относятся государственные органы, государственные предприятия и организации, государство в целом.
   Они создаются на основе публично-правового акта, имеющего императивный характер. Им присущи публичная природа поставленных перед ними целей, наличие властных правомочий, особый характер членства.
   Наиболее заметные национальные особенности в классификации сводятся к следующему. В США законы федерации и штатов в качестве ЮЛ имеют в виду прежде всего корпорации (компании), которые делятся на публичные (правительственные), предпринимательские, включая закрытые предпринимательские, и непредпринимательские. Законодательство Германии разграничивает ЮЛ на публичные и частные, а последние — на учреждения и союзы (хозяйственные и нехозяйственные). Во Франции к ЮЛ частного права относятся прежде всего товарищества и ассоциации, близкие по юридическому статусу германским хозяйственным и нехозяйственным союзам. Имеют место и другие особенности, но они не являются принципиальными. В главном доминирует тенденция к унификации. Это особенно проявилось в законодательстве относительно наиболее распространенных видах ЮЛ частного права — акционерных обществах и обществах с ограниченной ответственностью. Именуемые в национальных законах по-разному, они тем не менее в главном основываются на идентичных принципах. Характерны в этом отношении закон о предпринимательских корпорациях штата Нью-Йорк 1963 г. и штата Делавэр 1967 г., французский закон 1966 г. о торговых товариществах, в главном посвященный акционерному обществу, германский закон 1965 г.
   Особое внимание, которое уделяется в этих законах акционерному обществу (АО), во многом объясняется тем, что ЮЛ такого рода стали наиболее эффективным инструментом централизации и концентрации капитала. Широкое распространение получила присущая им “система участия”, которая дает возможность крупным транснациональным, многоотраслевым компаниям создавать в различных странах контролируемые дочерние общества, имеющие статус ЮЛ страны пребывания. Эти дочерние предприятия обычно создаются также в форме АО. Общим для большинства национальных законодательств относительно АО является особая организационно-структурная форма объединения, созданного его участниками (акционерами-учредителями), обладающего собственной правосубъектностью, наделенного имущественной обособленностью, несущего исключительную имущественную ответственность по своим обязательствам только в пределах своего имущества. Основной (уставный) капитал АО образуется главным образом за счет продажи выпущенных АО ценных бумаг — акций. Лица, купившие акции, приобретают право на получение прибыли — дивиденда соразмерно вложенным средствам и стабильности основного (уставного) капитала, размер которого определяется учредителями АО и указывается в его уставе. Основной капитал является материальной базой функционирования общества и вместе с тем денежной гарантией, в границах которой АО обязуется нести ответственность по своим обязательствам. Соответственно среди акционеров распределяется только такая прибыль, которая составляет разницу между достигнутым в результате деятельности общества фактическим капиталом, с одной стороны, а с другой — основным капиталом плюс долгами, выплатами по налогам и облигациям, отчислениями в фонды (страховой, экологический, амортизационный и некоторые другие). В случае уменьшения основного капитала в результате понесенных убытков доходы, полученные в следующем финансовом году, направляются в первую очередь на его восстановление до уставных размеров.
   В современном законодательстве все больше внимания уделяется акциям, их правовому режиму. Наделенные по закону свойствами ценных бумаг, акции являются объектом права собственности. Их номинальная стоимость обозначена на самом документе, а реальная продажная цена определяется их биржевым курсом. Курс акций того или иного АО зависит в первую очередь от размеров получаемого дивиденда и особенно прогнозов в этой области на будущее, а также многих других причин (общеэкономических, политических, социально-психологических, спекулятивных, конъюнктурных и т. д.). С учетом названных факторов определяются усредненные курсы акций крупнейших АО, так называемые индексы курсов акций (они не без основания считаются важным показателем состояния экономики). Определение курса акций (котировка) и их публикация осуществляются на фондовых биржах, которые обычно имеют статус частных АО (США, Англия и некоторые другие страны) или государственных учреждений (Франция, Германия). Они управляются, как правило, биржевым комитетом, избираемым членами биржи брокерами (маклерами-посредниками, которые содействуют заключению сделок между сторонами по поручению и за счет клиентов, получая за это вознаграждение) и дилерами (осуществляющими перепродажу ценных бумаг за свой счет и от своего имени, их доходы составляются главным образом за счет разницы от покупки и продажи).
   В настоящее время получили распространение акции самых различных видов. Именные акции — их обладатели занесены в регистрационную книгу АО, их фамилия указана на самой акции, переход права собственности на такую акцию осуществляется путем трансферта, предусматривающего передаточную надпись на акции и запись в регистрационной книге. Акции на предъявителя — для введения таких акций в оборот необходима их полная оплата, а в некоторых странах, например в Великобритании, требуется еще согласие казначейства; переход права собственности на них осуществляется путем передачи документа. Привилегированные акции дают их собственникам определенные преимущества (повышенный размер дивиденда, первоочередность получения дохода, право на фиксированный процент дохода и т. д.). Наконец, акции обыкновенные, которые лишены каких-либо преимуществ.
   Помимо акций широкое распространение получили выпускаемые АО облигации, являющиеся разновидностью ценных бумаг (долговыми обязательствами АО). Доход по ним выплачивается в виде фиксированного процента, их собственники могут и не быть членами АО, по ликвидации общества выплаты по облигациям осуществляются в первую очередь. Ныне сокращаются различия между привилегированными акциями и облигациями.
   В связи с компьютеризацией операций в области ценных бумаг наметилась тенденция к их “дематериализации”. Вместо выпуска акций в их традиционной документированной форме все чаще практикуется их фиксация, равно как и сделки с ними, в памяти компьютера. Одним из пионеров в этой области явилась Франция, где с 1984 г. узаконен выпуск ценных бумаг в “дематериализованной” форме. Это стимулировало усиление контроля за деятельностью АО и движением ценных бумаг. С 1987 г. в этой стране АО получили возможность через специальный расчетный центр и центрального депозитария узнавать, в чьей собственности находятся те или иные акции и облигации. Аналогичное наблюдается и в других странах. В США, например, контроль за всеми акционерными структурами возложен на Федеральную комиссию по ценным бумагам и фондовому рынку. Таким образом, одно из основополагающих начал АО — его “анонимность” — по существу утрачивает былое значение.
   Ныне доминируют две основные структуры АО: в США и Великобритании — правление и общее собрание акционеров, в Германии — правление, наблюдательный совет и общее собрание акционеров; во Франции самим учредителям предоставляется возможность выбора между двумя названными структурами. Правом руководства наделены акционеры, имеющие контрольный пакет акций, т. е. определенную часть всех акций (ее размеры указываются в уставе АО, в среднем около 10—20%). Члены правления обычно передают текущее управление профессионалам — менеджерам.
   В последние десятилетия интенсивно развивается и законодательство об обществах с ограниченной ответственностью (ООО). Важными нормативными актами в этой области, послужившими примером для законодательств подобного рода, являются Закон 1981 г. Германии и специальный раздел Закона о торговых товариществах 1966 г. Франции. Поскольку в 000 наличествует почти все присущее АО, то его правовое регулирование в случае пробелов в специальном законодательстве осуществляется на основе акционерного права. Но в Великобритании ООО в известной мере соответствует так называемой частной компании, а в США — закрытой корпорации.
   ООО можно определить как объединение лиц в общую фирму (уставное товарищество), признаваемую ЮЛ и несущую исключительную имущественную ответственность. В некоторых национальных законодательствах ответственность каждого участника распространяется на его пай (вклад) и частично личное имущество, но в одинаковом для всех участников кратном отношении к сумме персонального вклада. Документом, удостоверяющим членство в обществе, является так называемое паевое свидетельство. Оно не считается ценной бумагой. Однако право на членство передается по наследству и отчуждаемо.
   В сравнении с акционерными обществами 000 имеют некоторые преимущества: предусмотрены меньшие размеры минимума основного (уставного) капитала; менее жесткой является требуемая публичная отчетность; больше прав у рядовых пайщиков на информацию о состоянии дел (уставы, которые исключают или ограничивают такое право, считаются недействительными), хотя текущие вопросы решаются советом учредителей; больше свободы в выборе характера и формы ведения дел. Отмеченные условия способствуют росту числа 000 среди мелких и средних предпринимателей.
   Что касается ЮЛ публичного права, то доминирующая тенденция развития их правового статуса — подчинение частному праву, когда они участвуют в имущественном обороте. Это относится прежде всего к государственным предприятиям. Организационно-правовое оформление последних многообразно, но чаще используются формы АО, публичной корпорации (США, Великобритания), казенного предприятия.
   Формы АО и даже 000 в настоящее время оказались наиболее оптимальными для совмещения государственного и частного капиталов, а также их возможной приватизации путем распродажи акций или паевых свидетельств. Государственные предприятия такой формы подлежат обычному налогообложению. Подавляющее большинство лиц, занятых в них, не имеют статуса государственных служащих (исключение составляет директорат).
   Казенные предприятия — полная собственность государства. Эти предприятия выполняют от имени и по поручению государства различные экономические, научные и социальные функции (Британская радиовещательная корпорация Би-би-си, Комиссариат по атомной энергии во Франции и т. д.). Они ответственны за свою деятельность перед государством, непосредственно перед правительством, но располагают обособленным имуществом и в этой связи наделены правами коммерческой организации. Как правило, им предоставляются налоговые льготы.
   Эти предприятия входят в систему государственного управления, находятся полностью на государственном бюджете и лишены какой-либо хозяйственной, финансовой и юридической автономии. К ним относятся прежде всего почта, телеграф, средства телекосмической связи, а также пороховые и гобеленовые предприятия во Франции, пороховые заводы и королевские доки в Великобритании и т. д. В настоящее время расширилась специальная правоспособность ЮЛ такого рода, равно как и присутствие частного капитала в названных сферах.
   Вещное право. Его основная структура, так же как и определение, не претерпела кардинальных изменений. Традиционно, хотя и весьма условно (единого для всех правовых систем определения, разумеется, не существует), оно рассматривается как совокупность правовых норм, регулирующих имущественные отношения, при которых юридически надлежащее лицо может реализовать личные права на свою “вещь”, не нуждаясь в разрешительных действиях других лиц.
   В континентальной ветви права сохраняется идущее еще от римского права его деление на владение, право собственности и сервитута.
   Во всех ветвях права владение по-прежнему рассматривается прежде всего как фактическое обладание вещью. Но юридическая защита владения осуществляется не везде одинаково. Современному французскому праву известны три владельческих иска: о прекращении фактических или юридических действий, не посягающих на само владение, но прямо или косвенно нарушающих его; о предотвращении возможного нарушения в будущем; о возвращении насильственно отобранного имущества. Приблизительно аналогичны владельческие иски в Германии. В англо-американской системе права все имущественные права в главном рассматриваются как различные разновидности собственности, хотя в конечном счете в континентальном правовом понимании их условно можно свести к праву собственности и к праву на чужую вещь. Защита имущественных прав в США и Великобритании обеспечивается общегражданскими исками из причинения вреда.
   Центральным институтом вещного права является право собственности. Его важнейшей отличительной чертой считается абсолютный характер, что предполагает соответствие правомочиям собственника обязанности всех остальных лиц признавать и не нарушать их; определенность объекта права собственности; признание в качестве правомочий собственника только того, что фиксировано нормами соответствующего национального гражданского права. Наряду с этим в континентальной ветви права сохранено понимание права собственности как совокупности исключительных субъективных правомочий собственника — права владения, права пользования, права распоряжения.
   В условиях научно-технической революции, трансформации господствующих производственных отношений претерпевает изменения институт права собственности, и прежде всего объекты права собственности. Они увеличились количественно и во многом изменились качественно.
   При сохранении в большинстве стран континентальной Европы классификационного деления объектов права собственности на “бестелесное” и “телесное имущество”, а последнего на движимое и недвижимое ощутимо расширился перечень “бестелесного имущества”. Так, возросло значение финансовой собственности (различные ценные бумаги — облигации, чеки, векселя, акции и т. п.), а также коммерческой собственности (товарораспределительные документы — накладные, коносаменты и т. д.). Радикально расширилось содержание интеллектуальной собственности, которая включает право на промышленную собственность и право на литературную и художественную собственность.
   Объектом права на промышленную собственность становится определенная часть технических знаний и практического опыта в области производства и некоторых других сферах, представляющих конфиденциальную стоимостную ценность и не обеспеченных патентной защитой. Они получают юридическое оформление типа ноу-хау. Важными частями ноу-хау могут быть различные производственные, реализационные секреты, независимые по отношению к патентам или же необходимые для их использования. Продажа ноу-хау обычно имеет место при различных лицензионных соглашениях. В отношении промышленной собственности получает дальнейшую разработку и законодательство о патентах — документах, выдаваемых специальными государственными органами изобретателю или другим физическим или юридическим лицам, которым он переуступил свое изобретение. Патент предоставляет его владельцу право исключительного использования изобретения в течение определенного времени, в США, Германии, Франции, Великобритании — 20 лет. Впрочем, реальные сроки действия патента ныне обычно значительно короче в силу морального устаревания изобретения и соответственно отказа патентообладателя платить патентные пошлины.
   В области литературной и художественной собственности наблюдается расширение авторского права, регламентирующего порядок использования произведений литературы и искусства. Вместе с тем оно унифицируется. Это относится прежде всего к странам Западной Европы и Северной Америки. Наибольшее влияние в данном направлении оказали Бернская конвенция об охране литературных и художественных произведений 1886 г. и Всемирная (Женевская) конвенция 1952 г., включая новую редакцию (Парижскую) 1971 г.
   Во многом изменилось содержание права собственности на “телесное имущество”. Расширяется перечень его объектов. К нему, в частности, стали причислять различные энергоносители (газ, электроэнергию и некоторые другие).
   Но наиболее значимая трансформация совершается в ином аспекте. Право собственности как право субъективное утрачивает свой абсолютный характер. Исключительные правомочия собственника подвергаются существенным, не соизмеримым с прошлым юридическим ограничениям. Они касаются закрепленных законами принудительного, но соизмеримо компенсируемого отчуждения некоторых видов частной собственности, или обязательного порядка. их эксплуатации, или других ограничительных мер по их гражданско-правовой реализации. Это относится прежде всего к праву собственности на землю. В США все более широкое распространение получает так называемое зонирование, т. е. регулируемое законами или постановлениями местных властей обязательное для земельных собственников размещение жилых, торговых, промышленных зон, зон отдыха и т. д. Зонирование, начавшееся еще в 20-е годы с городских земель, теперь распространилось и на сельскохозяйственные земли и проводится с целью сохранения окружающей среды, борьбы с сельскохозяйственными вредителями и т. д. Образцом в этой области считается законодательство штата Вермонт, где установлен разрешительный порядок не только для землепользования, но и для продажи. По. существу признана конституционной принудительная продажа земли одного лица другому при наличии “справедливой компенсации и общественной необходимости” (решение суда по делу “Берман против Паркера” (1954 г.) о передаче (принудительной продаже) земли с трущобами другому лицу для нового благоустроенного строительства). Аналогичные ограничения в большем или меньшем объеме устанавливаются и в других странах.
   Продолжается начавшееся еще в XIX в. ограничение прав земельных собственников на недра и воздушное пространство. Детально разработан административно-правовой режим производственной эксплуатации недр, предусматривающий приобретение у государства концессии на разведку и добычу полезных ископаемых.
   Права земельных собственников ограничиваются и в других областях. Собственникам запрещается мешать деятельности находящихся на соседних землях предприятий, не считается противоправным проникновение на их земли “в пределах допустимой для данной местности нормы” дыма и испарений, что, впрочем, не исключает усиления в последние десятилетия борьбы против загрязнения окружающей среды. В этом отношении типичен Закон о чистоте воздуха 1970 г. (США) с дополнением 1990 г., устанавливающий стандарты качества воздуха, контроль за их соблюдением и, главное, судебное преследование с наказанием виновных штрафом до 250 тыс. долл. или тюремным заключением до пяти лет; для корпораций штраф увеличивается до 500 тыс. долл.; граждане, дающие соответствующую информацию, получают 10 тыс. долл. Для реализации закона учреждено агентство по охране окружающей среды. Собственники не должны препятствовать прокладке газопроводов, линий электропередачи и т. п. (при этом компенсация не может превышать нормативно установленные расценки).
   Все эти изменения во многом обусловливаются постоянно усложняющейся производственно-экономической сферой жизни общества, необходимостью поддержания ее нормального функционирования. Защита среды обитания отвечает интересам всех. Вместе с тем в социальном плане наибольшие преимущества получают крупные компании, которые в таких условиях по существу освобождаются от необходимости делиться частью своих прибылей с мелкими и средними собственниками используемых земель.
   Получает распространение и такая крайняя мера вторжения в отношения частной собственности, как национализация. Законодательство большинства стран признает возможность компенсированного изъятия земли у частных лиц в собственность государства, например, для строительства военных или гражданских объектов. При национализации предприятий устанавливается льготное возмещение потерь, понесенных бывшими собственниками, из государственного бюджета, т. е. во многом за счет рядовых налогоплательщиков. В 80—90-е годы происходила массовая реприватизация, предусматривавшая возвращение бывшим собственникам целиком или в части (в акциях) их предприятий, в основном модернизированных за счет государства.
   Ограничение правомочий поземельных собственников во многом реализуется на базе сервитутов, включая получившие развитие в XX в. публично-правовые сервитута. Последние отличаются от гражданско-правовых сервитутов прежде всего тем, что их пользователями являются юридические лица публичного права и их деятельность может распространяться на большие земельные массивы, нередко в границах почти всей национальной территории.
   Обязательственное право. Усложнение современной социально-хозяйственной жизни обусловило важные изменения в обязательственном праве. Отдельные виды обязательств во многом наполнились новым содержанием. Это особенно отчетливо заметно в договоре.
   Появляются новые виды договоров, обусловленные ростом лицензионных соглашений (собственник изобретения или технологических знаний дает своему контрагенту лицензию на использование в определенных пределах своих прав на патенты, ноу-хау), лизинга (особой формы продажи — долгосрочной аренды машин, оборудования, предприятий), дифференциацией банковских операций и т. д. Получают развитие бартерные сделки (безвалютный, но оцененный и сбалансированный обмен товарами, оформленный единым договором).
   Наметился отход от классических принципов договора — свободы договора, равенства сторон в договоре, его юридической незыблемости.
   Отход от принципа свободы договора отмечался еще в XIX в., например в связи с введением на транспорте твердых тарифных ставок на перевозку грузов и пассажиров. Но доминирующим это явление стало в XX в., когда крупные компании получили от государства в лице министерств или других уполномоченных на то ведомств право односторонне составить формуляр или договор присоединения (различия между ними незначительны), который не может быть изменен контрагентом. Появление таких договоров было обусловлено в конечном счете требованиями хозяйственной жизни, в частности необходимостью совершенствования, интенсификации значительной части рынка товаров и услуг. Но подобные договоры в основном сводили на нет юридическое равенство сторон в договоре. Они ставили составителя формуляра в привилегированное положение, позволяли ему включить в договор все возможные для него выгоды. Стремление предотвратить чрезмерное злоупотребление этим правом вызвало к жизни нормативные акты, запрещающие включение в договоры присоединения некоторых наиболее одиозных условий, например исключение ответственности продавца или поставщика за ненадлежащее исполнение обязательств. В этом отношении характерен британский Закон о “несправедливых условиях договора” 1977 г.
   Ныне составление формуляров в ряде случаев поручается торговым палатам или биржам. Однако это не смогло в полной мере нейтрализовать те очевидные преимущества, которые получает компания — составитель формуляра. Под давлением рядовых граждан-избирателей были приняты законы, призванные защитить интересы лиц, приобретающих товары и услуги для личного, семейного использования. Диапазон действия нормативных актов такого рода весьма широк. Он выходит за рамки законодательства о формулярах и, разумеется, неодинаков в разных странах, но главное — он везде сосредоточен на защите интересов рядовых потребителей товаров и услуг от недобросовестной практики. Здесь следует упомянуть законодательство США, как общефедеральное, так и отдельных штатов (только в штате Нью-Йорк сейчас действует не менее ста законов такого рода). Общефедеральный закон Магнуссона — Мосса 1975 г. предусматривает меры, затрудняющие экономически сильной стороне включать в договор односторонне выгодные ей условия. Покупатель получает дополнительные гарантии против возможных злоупотреблений, включая право на полную информацию о произведенном товаре. Усиливается ответственность за недобросовестное выполнение договора. Французские законы от 10 января 1978 г. № 78-23 и от 21 июля 1983 г. № 83-660 “О защите информации потребителей продуктов и услуг” предусматривают контроль за содержанием договоров с участием рядовых граждан. Объявляются недействительными договорные условия, если они дают неоправданные преимущества поставщику или продавцу в розничной торговле. Запрещаются недобросовестные формы рекламы. И самое главное — продукты и услуги не должны причинять вреда здоровью людей.
   Подобное законодательство функционирует и в других странах. Существенные изменения претерпевают договорные отношения при введении государственного регулирования, особенно масштабного во времена мировых войн и экономических кризисов. Лимитирование и распределение многих видов сырья, полуфабрикатов особенно повлияло на порядок заключения и содержание договоров, в первую очередь договоров поставки. Они могли совершаться лишь в соответствии со специальными разрешениями уполномоченных на то государственных органов. Аналогичным образом изменились внешнеторговые договоры, банковские операции и т. д. Напомним, государственное регулирование экономики при всем различии степени его интенсивности в отдельных странах стимулировало вторжение административного права в область, где ранее почти безраздельно господствовало гражданское право, т. е. в сферу диспозитивных норм проникли подчас как доминирующие императивные нормы государственного регулирования. Подобное наблюдается в обеих ветвях права, хотя в англосаксонской не столь отчетливо, поскольку ей неизвестно деление на публичное и частное право.
   Важным аспектом этого процесса явилось регулирование цен. Во время мировых войн вводился определенный, приемлемый для рядовых граждан уровень цен на товары первой необходимости при соответствующем их лимитировании. Так, устанавливались пределы роста квартирной платы. После окончания войн меры такого рода отменялись.
   В настоящее время формы государственного регулирования претерпевают важные изменения: все большее значение приобретают меры денежно-кредитного регулирования. Важнейшими средствами такого воздействия становятся бюджет, налоговая политика, регулирование уровня банковского ссудного процента и многое другое. Соответствует этому и новое нормативное закрепление такого курса.
   Заметно изменился взгляд на принцип незыблемости договора. Уже в ходе первой мировой войны стала очевидной невозможность соблюдения многих договоров, и прежде всего о крупных и длительных поставках. Удорожание сырья, его транспортировки и обработки предполагало резкий скачок цен и увеличение сроков поставки. В таких условиях неизбежными стали отказ от принципа незыблемости первоначально закрепленных в договоре статей или даже расторжение договора.
   Объективную значимость приобрели и другие причины, стимулирующие отказ, точнее, заметное отступление от принципа обязательного выполнения договора. Причем проявление этого в континентальной и англосаксонской ветвях права не всегда однозначно. В континентальной ветви права, в частности во французском праве, в соответствии с классическими римскими образцами допускалось освобождение должника от исполнения обязательства в случае невозможности его выполнения в результате действия “непреодолимой силы” и т. п. Таким образом, суды имели определенное юридическое основание для соответствующих решений. Проблема заключалась в ином: дела такого рода количественно и качественно были несоизмеримы с тем, что имело место в прошлом. Требовалась более гибкая и емкая юридическая формула. Наиболее приемлемым явилось учение “о непредвиденных обстоятельствах”, обосновывающее правомерность расторжения или изменения договора, если обстоятельства ко времени исполнения договора изменились радикально по сравнению с тем, какими они были в момент его заключения. Это учение, возникшее еще в средние века, было адаптировано к новым условиям и нашло особенно широкое применение в судебной практике периода мировых войн и экономических кризисов.
   Движение к признанию положений “о непредвиденных обстоятельствах” в договоре в гражданском праве Великобритании и США начиналось почти с диаметрально противоположной установки: последующая невозможность исполнения не освобождает должника от ответственности. Немалую роль в этом играл традиционный для “общего права” тезис: невозможность исполнения договора не освобождает должника от ответственности, но при действительной невозможности реального исполнения договора обязательна замена обязательства, чаще всего денежная компенсация. Вместе с тем реалии XX в. вынуждали искать иные решения, допускающие освобождение должника от исполнения договора при наличии определенных обстоятельств. Они воплотились в новых судебных прецедентах. В праве получило признание учение о “бесплодности” договора, обосновывающее освобождение от договорных обязательств должника в случае гибели объекта договора, или утраты значимости цели, ради которой договор был заключен, или резкого, радикального изменения условий к моменту исполнения договора, которое объективно не могло быть предусмотрено сторонами и которое делает невозможным его реальное исполнение. Впрочем, по-прежнему сохраняют законную силу и прецеденты, обязывающие к исполнению договора. В итоге судам предоставляется возможность при решении такого рода дел в большей степени учитывать конкретную ситуацию и аналогичные дела решать по-разному.
   В настоящее время Верховный суд США в решении подобных дел достаточно определенно следует учению о “подразумеваемых условиях”, согласно которому предполагается, что стороны, заключая договор, якобы условились: должник не будет нести ответственности за обстоятельства, возникшие ко времени исполнения договора и сделавшие его исполнение невозможным. Решение главного вопроса о том, реальна ли возможность предвидеть возникновение такого рода обстоятельств, а соответственно и сама проблема исполнения договора целиком вверяется усмотрению суда.
   Впрочем, прекращение договора не всегда устраивало стороны, которые чаще стремились лишь к изменению его условий. Поскольку суды не занимаются внесением изменений в договоры (исключением являются суды Германии, за которыми на основании § 242 Германского гражданского уложения признается в определенной мере право на пересмотр условий договора в соответствии с изменившимися обстоятельствами), стороны стали сами включать в договоры условия, по которым уже начавшие выполняться договоры могли быть изменены в случае наступления непредвиденных обстоятельств. В основном это касается долгосрочных, сложных договоров (строительство заводов и иных крупных объектов с участием многих субподрядчиков и т. д.).
   Отмеченные изменения в гражданском праве, разумеется, не вели к исчезновению норм, основанных на классических принципах права XIX в. Они по-прежнему доминируют в правовом регулировании мелкого, среднего предпринимательства и особенно бытовых имущественных отношений. Аналогичные тенденции, но в рамках национальных правовых особенностей наблюдаются и в англосаксонских странах.

 
< Пред.   След. >