YourLib.net
Твоя библиотека
Главная arrow Зарубежный опыт социальной работы (Р.В. Корнюшина) arrow 4.1.2. Семья в системе социальных служб: проблемы взаимоотношений
4.1.2. Семья в системе социальных служб: проблемы взаимоотношений

4.1.2. Семья в системе социальных служб: проблемы взаимоотношений

   Любой социальный работник знает, что семья, при всей ее автономности, не висит в безвоздушном пространстве, она тысячами нитей связана с внешним миром, с различными организациями и системами. К таким организациям относятся социальные агентства, образовательные учреждения, больницы, система надзора и ухода по месту жительства, геронтологическая помощь т. п.
   Часто семья и социальные агентства объединяются крайне неудачно, образуя, заведомо обреченные, на неуспех системы. Это ведет, с одной стороны, к вспышкам гнева и проявлениям цинизма у социальных работников, а с другой - к разочарованности и озлоблению клиента и его семьи. И эти плохие взаимоотношения затем воспроизводятся на многих уровнях, так что прогресс становится почти невозможным. Семьи жалуются на деспотизм социального помощника и принудительный характер помощи или же плохое качество работы. А профессионалы сетуют на непонимание их добрых намерений со стороны семей.
   Эван Имбер Блек, американская исследовательница этих проблем, пишет, что есть специфические модели, скрытые до поры до времени внутри семей. Они начинают действовать только при вовлечении семьи в сферу действия социальных служб. Аналогичные модели скрыты в недрах самих социальных служб, и они тоже приходят в действие, сталкиваясь с моделью семьи. В таких случаях ситуация заходит в тупик. Рассмотрим наиболее типичные случаи таких тупиковых ситуаций, описываемых автором.
   Многие семьи на протяжении целых поколений бывают связаны с социальными работниками, которые определяют их развитие и руководят их жизнью. Появляются все новые и новые помощники, они приходят в некую давно сложившуюся среду, и с этим связаны их удачи или провалы. Новый помощник заменяет прежнего, но серийная модель поведения семьи остается прежней. Скажем, семья, которая в прежних поколениях воспринимала помощь как принудительную, как насилие, привыкла к вечным конфликтам с социальным работников, нового профессионала, наверняка, встретит с озлоблением и недоверием.
   Может сложиться и обратная ситуация: бабушка с дедушкой прибегали к помощи социального работника при всяком удобном случае. Их дети и внуки делают сейчас то же самое, даже, если оказываемая помощь не всегда была в прошлом действенной и сейчас не сулит особенных надежд.
   В каждой семье существуют определенные правила, в соответствии с которыми семья встречает социального работника. Если это правило гласит: “не вьшоси сор из избы”, то контакт будет весьма затруднительным. Никто этого не скажет специалисту напрямую, но он очень скоро почувствует возрастающее отчуждение. Это может привести к тому, что помощник, работающий с семьей, охарактеризует ее как замкнутую, неподдающуюся влиянию. С этим ярлыком семья будет жить дальше, и каждый новый пришелец из социальной службы будет изначально ориентирован на негатив. А семья будет искренне считать всех социальных работников назойливыми, мешающими жить людьми.
   В иных семьях возникает ситуация еще более запутанная, потому что мать происходит из вышеописанного типа семьи, а отец из семьи, где охотно делились невзгодами с посторонними и искали у них помощи. В этом случае может развернуться настоящая драма с запутанными интригами помощников с контактным отцом против замкнутой в себе матери. В этнически неоднородных семьях такая драма может, даже перерасти в трагедию. К личному опыту каждого родителя примешивается нравственный императив иной этнической культуры. Если вдобавок сам социальный работник является носителем традиционных западных ценностей, то налицо очередной тупик, выйти из которого очень трудно.
   В некоторых семьях существуют неписанные правила относительно разделения по половому признаку: кто может получать помощь и кто обязан обеспечить эту помощь. В западной культуре, как известно, традиционно помощь должна просить женщина. У мужчин это считается проявлением слабости. Но посторонняя помощь будет принята, наоборот, только от женщины или же только от мужчины.
   Здесь важен еще один фактор: кто уважаемый родственник в той или иной семье. Мужчина это или женщина, находится поблизости или отрезан от семьи какими-либо обстоятельствами (развод, конфликт, переезд, эмиграция, смерть). Многие семьи обращаются в социальную службу, чтобы заполнить образовавшийся вакуум, оставшийся после близкого и авторитетного по крови человека. Важно и то, одобряют ли такие родственники обращение за посторонней помощью. Если нет, то семья будет метаться от одного социального работника к другому в поисках “любимой тети”.
   Разрушительные последствия вызывает развод. Тут важно знать точку зрения отсутствующего супруга на профессиональную помощь. Если мать пытается получить такую помощь, а дети уверены, что отец был бы против, то отношения социального работника и членов такой семьи не сложатся.
   Окружение одиноких родителей нередко дает им понять, что их семья ущербна и нуждается в многочисленных помощниках извне. Как правило, социальные работники пытаются восполнить отсутствующего родителя, но, не являясь членами семьи, они в своих действиях обречены на неудачу. Это еще один классический тупик в социальной работе с семьей.
   Некоторые семьи вовлекают в свои проблемы множество профессионалов в попытке отвлечься от семейных распрей. Но самим помощникам об этом не говорят, более того, приглашая нескольких сразу, не сообщают им друг о друге, и те действуют автономно, каждый по своему усмотрению, запутывая ситуацию окончательно.
   Вот несколько моделей семьи, требующих осмотрительного и вдумчивого подхода к работе с ними, в частности, осторожности в навешивании ярлыков и секретности в работе социальных служб. В зарубежной литературе есть мнение, что активное вмешательство рекомендуется только в тех случаях, когда социальный работник помогает снять печать отверженности с семьи или ее отдельных представителей.
   К сожалению, у большинства социальных служб, тем более у столь молодых, какими являются эти службы в России, нет перспективного видения, поскольку они считают само наличие проблем признаком патологии. Ограниченность перспективного видения негативно отражается в работе социальных служб, способствует появлению чувства безнадежности и подавленности у социальных работников. Для них характерны широкие обобщения, огульные суждения о целых категориях населения, упущенные возможности и “зацикленность” на недостатках. К примеру, неполные семьи рассматриваются только с точки зрения недостаточности, а не с позиций внутренних сил и возможностей таких семей. Вероятно, хватило бы мобилизации внутренних ресурсов и финансовой поддержки, но вместо этого отражается целая армия “нянек” и наставников, пока у семьи не возникнет зависимость от посторонней помощи.

 
< Пред.   След. >