YourLib.net
Твоя библиотека
Главная arrow Теория государства и права (Н.М. Чепурнова, А.В. Серёгин) arrow §5.7. Неомонархическая идеология в России на рубеже XX - XXI веков
§5.7. Неомонархическая идеология в России на рубеже XX - XXI веков

§5.7. Неомонархическая идеология в России на рубеже XX - XXI веков

   На рубеже ХХ-ХХI веков “форма правления в России, - как справедливо отмечает И.А. Иванников, - по Конституции 1993 года приобрела монархические черты”. Безусловно, данное явление имеет свои истоки в монархическом правосознании русского народа, воспринимавшего даже вождей революции и Генеральных секретарей ЦК КПСС как единоличных носителей власти в государстве.
   Полномочия Президента РФ в соответствии с Конституцией РФ (ст.ст. 80, 83-89) во многом напоминают императорские, закрепленные в “Основных законах Российской Империи 1906 г.” (ст.ст. 11-14).
   Положения ст. 90 Конституции РФ, говорящие о возможности издания Президентом РФ указов и распоряжений, которые должны соответствовать Конституции РФ и федеральным законам, ничего не говорят о случае отсутствия закона по тому или иному вопросу. Это дает возможность главе государства по неурегулированным законодателем сферам общественной жизни применять “указное право”, т.е. принимать подзаконные, нормативные акты. Такое же правило было закреплено в ст. 87 “Основных законов Российской Империи”, как прерогатива Императора, но дореволюционная норма характеризовалась большим демократизмом, потому что Самодержец Всероссийский мог ее использовать лишь во время “прекращений занятий Государственной Думы, если чрезвычайные обстоятельства вызовут необходимость в такой мере...”. Более того, “действие такой меры прекращается, если надлежащим Министром или Главноуправляющим отдельной частью не будет внесен в Государственную Думу в течение первых двух месяцев после возобновления занятий Думы соответствующий принятой мере законопроект или его не примут Государственная Дума или Государственный Совет”. Конституционное право РФ таких ограничений не имеет.
   Наряду с этим Президент России представляет кандидатуры законодательным (представительным) органам субъектов РФ для наделения их полномочиями высшего должностного лица субъекта РФ. Если законодательные (представительные органы) субъектов РФ не согласны утвердить предложенную им кандидатуру, отклоняя ее дважды, то глава государства распускает их и назначает временно исполняющего обязанности руководителя высшего исполнительного органа государственной власти субъекта РФ. После избрания нового состава законодательного (представительного) органа субъекта РФ вышеизложенная процедура повторяется.
   Порядок отстранения Президента от должности по ст. 93 Конституции РФ попросту нереален из-за слишком сложной процедуры импичмента.
   Принцип разделения властей, закрепленный в ст. 10 Конституции РФ, доведен до абсурда, т.к. Президент не входит ни в одну из них.
   Кроме того, первый Президент РФ Б.Н. Ельцин перед сложением с себя полномочий объявил о назначении своим приемником В.В. Путина, который сразу же после того, как приступил к исполнению возложенных на него обязанностей главы государства, оформил для экс-президента особый статус, с монархическими признаками.
   Так, в соответствии с Указом Президента РФ “О гарантиях Президенту РФ, прекратившему исполнение своих полномочий, и членам его семьи” от 31 декабря 1999 г. в п. “б”, ч. 1 предусматривается предоставление экс-президенту РФ, пожизненно государственной охраны в местах его постоянного или временного пребывания, включая предоставление специальной связи и транспортное обслуживание, государственная охрана предоставляется также членам семьи президента, проживающим совместно с ним или его сопровождающим, а п. “д”, ч. 1 говорит о неприкосновенности экс-президента, указывая, что он не может быть привлечен к уголовной или административной ответственности, задержан, арестован, подвергнут обыску, допросу либо личному досмотру. Более того, этот иммунитет распространяется на занимаемые им жилые и служебные помещения, используемые им транспортные средства, средства связи, принадлежащие ему документы и багаж, на его переписку. В 2001 г. Государственная Дума РФ приняла аналогичный закон.
   Атрибуты самодержавной власти проявились и в геральдическом символе государства - Г осударственном гербе РФ, который, в соответствии с ФКЗ “О Государственном гербе Российской Федерации” от 25 декабря 2000 г., представляет собой четырехугольный, с закругленными нижними углами, заостренный в оконечностях красный геральдический щит с золотым двуглавым орлом, поднявшим вверх крылья. Орел увенчан двумя малыми коронами и - над ними - одной большой короной, соединенными лентой. В правой лапе орла - скипетр, в левой - держава. На груди орла, в красном щите, - серебряный всадник в синем плаще на серебряном коне, поражающий серебряным копьем черного опрокинутого навзничь и попранного конем дракона.
   Все вышеперечисленное свидетельствует о синтезе монархических и республиканских начал в форме правления Российского государства. Такие “диффузии” известны Франции, принявшей Учредительным собранием 30 января 1875 г. Конституцию Третьей республики с перевесом в один голос, а в 1884 г. установившей запрет пересмотра республиканской формы правления.
   Очевидно, России необходимо разрешить эту проблему аналогичным образом. Похожий вариант предлагал Михаил Романов (брат Николая II). Отвергая решение государя о передаче ему престола 3 марта 1917 года, он написал: “Одушевленный единою со всем народом мыслию, что выше всего благо Родины нашей, принял я твердое решение в том случае воспринять верховную власть, если такова будет воля великого народа нашего, которому надлежит всенародным голосованием через представителей своих в Учредительном собрании установить образ правления и новые основные законы государства Российского”.
   По мнению профессора М.П. Рачкова, “начатый по инициативе президента процесс укрепления “вертикали” власти, создания федеральных округов и активного противодействия центробежным тенденциям со стороны субъектов Российской Федерации может быть логично завершен переходом к цивилизованной конституционной монархии”, с избираемым гражданами Государем сроком на 15 лет, обладающим правами единоначалия в назначении губернаторов, формирования правительства и государственного совета, а также представления кандидатур Генерального прокурора, Председателей Верховного Суда и Высшего Арбитражного Суда, Главы Центробанка для утверждения Государственной Думой. В случае досрочного прекращения своих полномочий, государь самостоятельно определяет преемника престола, полномочия которого должны быть подтверждены всенародным голосованием. В целях избежания дворцовых переворотов, Рачков предлагает установить правило, в соответствии с которым, если монарх скоропостижно умирает или не может исполнять обязанностей главы государства вследствие тяжелой, неизлечимой болезни или отрешения его от престола, избирается новый Государь из числа кандидатов, предложенных официально зарегистрированными политическими партиями, но сам он должен быть беспартийным. Такая конституционная монархия предполагает существование еще двух выборных органов государственной власти - Государственной Думы (всероссийского законодательного собрания) и Конституционного Суда, наделяемого правом решать вопросы о соответствии или несоответствии законов, указов царя, а также отдельных их статей Конституции России. “Конституционный Суд наделяется также правом возбуждать процедуру отрешения государя от престола в случае систематического неисполнения им своих конституционных обязанностей или совершения преступных деяний, доказанных Верховным судом по представлению Следственной комиссии, формируемой Государственной Думой. Решение об отрешении Государя от престола принимается квалифицированным большинством голосов (не менее 4/5 от общего состава депутатов)”. Данная схема организации единоличной власти предусматривает избрание гражданами России членов Конституционного Суда сроком на десять лет, а депутатов Государственной Думы на пять лет, на основе всеобщего, равного, прямого избирательного права при тайном голосовании. Причем кандидатуры членов Конституционного Суда выдвигаются Государственной Думой и Государем на паритетных началах и голосуются общим списком. Образовавшиеся в течение срока полномочий Конституционного Суда вакансии заполняются решением (соответственно) монарха или Государственной Думы при взаимном согласовании сторонами рекомендованных кандидатур. Депутаты Государственной Думы избираются по одномандатным округам. “Конституционно-монархическое устройство допускает самое широкое развитие местного самоуправления”.
   Более того, Рачков пишет, что конституционная монархия, в отличие от республиканских форм организации власти, позволяет: 1) осуществлять демократическую процедуру избрания высшего должностного лица государства; 2) сочетать единоначалие в управлении государством на всей территории страны с политическим плюрализмом и местным самоуправлением и гарантировать поддержание баланса между различными ветвями государственной власти; 3) обеспечивает преемственность при передаче власти и возможность выработки и реализации долгосрочной стратегии развития государства; 4) гарантирует сохранение единства и суверенитета страны, поскольку означает принципиальный отказ от непрочного федеративного устройства и переход к эффективному управлению государством.
   Вместе с тем “важнейшим преимуществом конституционной монархии является естественное в ее рамках решение многовекового вопроса о земле. В такой стране, как Россия, земля, по большому счету, должна принадлежать Государю. Это то, чем он реально может и должен распоряжаться, заботясь о ней как об основе жизни и процветания всех наций и народностей, а также награждая ею достойных мужей и жен за заслуги перед Отечеством. Земельная рента должна стать главным источником пополнения государевой казны, используемой во благо всего народа. Современная земельная реформа в России должна быть концептуально увязана с идеей перехода к конституционной монархии”. В своих идеях реставрации царской власти в России Рачков не одинок: за восстановление венценосного правления выступают исследователи отечественного государства Л. Афонский, А.М. Величко, В.Н. Катасонов и М.Б. Смолин, с тем лишь исключением, что новая монархия должна быть православной и самодержавной. Концепцию эволюционного перехода современной Российской Федерации к конституционной монархии поддерживает М. Краснов, считая ее “оптимальной моделью для России”. “Только наивные люди и те, которые борются с Россией, пытаются поднять на смех эту идею, - утверждает российский кинорежиссер Н.С. Михалков. Дело в том, что они не чувствуют страны, не чувствуют ее огромности. Не понимают, что невозможно раз в четыре года кидать страну на “орла-решку”, что выпадет. Слишком велика страна. И государь в России был гарантом своего государственного отношения к народу, потому что он, уходя из жизни или с трона, оставлял его не чужому дяде, а своему наследнику. Он отвечал перед ним за то, в каком состоянии он оставляет ему страну. И уже одно это говорит в пользу монархии”.
   Но следует помнить, что создать монархию искусственно невозможно, ибо она выродится, так как трудность возникновения и поддержания монаршей власти состоит в необходимости постоянного присутствия живого, общенационального, отчасти сакрального идеала в национальном правосознании. Ведь главной проблемой самодержавия, по справедливому замечанию И.А. Ильина и И.Н. Зернова, является соответствие правосознания государя - правосознанию его народа. Поэтому на современном этапе развития российского государства восстановление монархии в чистом виде проблематично, хотя возрождение ее элементов вполне закономерно.

 
< Пред.   След. >