YourLib.net
Твоя библиотека
Главная arrow Теория государства и права (Н.М. Чепурнова, А.В. Серёгин) arrow §11.5. Право и религия в современном мире
§11.5. Право и религия в современном мире

§11.5. Право и религия в современном мире

   В любой социальной системе в самых различных исторических условиях религия всегда выполняет в обществе определенные функции. Религия как форма общественного сознания формирует систему человеческих норм и ценностей. Именно в религии общество ищет ответы на вопросы: что такое добро и зло, в чем смысл жизни? Религия тесно связана с моралью общества, развитием культурных ценностей, определяет особый тип духовно-материальной организации, менталитет народа, влияет на экономический уклад общества, религиозное сознание неотделимо от правосознания и морального сознания.
   На первоначальной стадии человеческой истории религия выступает как форма практического и духовного овладения миром, в которой проявилось осознание людьми их зависимости от природных сил. В процессе разложения родового строя на смену родовым и племенным религиям пришли политеистические (религии раннего классового общества). На более поздней стадии исторического развития появляются мировые, или наднациональные, религии - буддизм (VI-V вв. до н. э.), христианство (I в.) и ислам (VII в.). Они объединяют людей общей веры независимо от их этнических, языковых или политических связей.
   На основе религиозных представлений складываются религиозные нормы как одна из разновидностей социальных норм, содержащиеся в различных религиозных книгах (Ветхий завет, Новый завет, Коран, Сунна и др.), в решениях собраний верующих или духовенства, в произведениях авторитетных религиозных писателей. Религия и религиозные нормы возникают позднее первичных мононорм, но быстро проникают во все регулятивные механизмы первобытного общества. В рамках мононорм были тесно переплетены моральные, религиозные, мифологические представления и правила, содержание которых определялось сложными условиями выживания человека того времени. В период распада первобытнообщинного строя происходит дифференциация мононорм на религию, право, мораль. В различных религиях, вероисповеданиях устанавливаются обязательные для верующих правила - религиозные нормы. Множество религиозных норм тесно связано с моралью, нравственностью, что позволяет им быть регулятором отношений не только между отдельными индивидами, но и регулятором внутреннего поведения каждого человека. Нормы религии влияют на сознание личности, формируют в нем определенные взгляды, мотивации, ценности. Так, к примеру, Коран предписывает людям отношение богобоязненности: “О вы, которые уверовали! He поднимайте своих голосов выше голоса пророка и не обращайтесь к нему громко с речью, как обращаетесь друг к другу, чтобы не оказались тщетными ваши дела, а вы и не знаете”.
   При этом важным будет отметить, что по многим морально-нравственным вопросам религии расходятся во мнении, тем самым, формируя различное отношение людей к одному и тому же явлению. Так, сегодня в нашем мире взгляды людей на проблему узаконения эвтаназии напрямую зависят от их религиозных убеждений. Мусульмане верят, что только Аллах решает, сколько человеку жить. “Не убивайте человека, кроме как по праву, ведь это запретил Аллах”, - гласит Коран (17,33). Иудаизм выступает за то, чтобы не продлевать искусственным образом жизнь. В 2005 году в Израиле был даже принят закон, на основании которого разрешается смертельно больным потребовать у врачей прекращения своих мучений. Национальная же конференция католических эпископов в США в 1991 г. приняла резолюцию, провозглашающую: “Жизнь... дар, которым мы можем распоряжаться, но над которым не имеем абсолютного владычества”.
   Свод морально этических установлений - составная часть религиозных вероучений. Религиозные каноны представляют собой регулятивную систему, действующую в обществе с самых ранних этапов развития человечества.
   Применительно к области религиозных норм, проблема взаимосвязей между нормами права и нормами религии оказывается более сложной, чем в том, что касается сфер морали и социальных соглашений. Это, несомненно, объясняется тем, что религия в состоянии формировать общественные и иногда политические силы значительного масштаба, в ряде случаев балансирующие на грани слепого убежденного фанатизма. Она санкционирует определенные взгляды, деятельность, отношения, институты, придает им “ореол святости” или объявляет “нечестивыми”, “отпавшими”, “погрязшими во зле”, “греховными”, противоречащими “закону”, “Слову Божию”. Религиозный фактор влияет на экономику, политику, государство, межнациональные отношения, семью, на область культуры через деятельность верующих индивидов, групп, организаций в этих областях. Происходит “наложение” религиозных отношений на другие общественные отношения.
   Отсюда - наличие правовых систем, полностью отделенных от религиозных норм и даже враждебно настроенных в отношении любого религиозного влияния. Таковы, в частности, марксистские атеистические коллективистские общества, в которых одной из задач права является воспрещение любых религиозных проявлений и рассуждений.
   Наряду с этим существуют правовые системы, полностью построенные на той или иной религиозной концепции. Речь идет об особом случае так называемых теократических обществ, в которых принципы и правила общественного поведения одновременно имеют характер божественных установлений и юридических норм. Со времен средневековья до наших дней наиболее яркими примерами теократической организации общества являются исламские страны.
   Во многих обществах сформировались более уравновешенные правовые системы, где право, не отождествляясь с религией, учитывает в то же время религиозные правила, придавая некоторым из них качество юридических норм.
   Например, правовые системы различных государств Западной Европы восприняли значительное количество норм религиозного происхождения. Это количество скромнее в странах с сильным светским фактором, таких как Франция, Германия, и намного внушительнее в странах, где сильно влияние католической церкви, - в Италии и особенно в Испании.
   Даже в странах с сильным светским фактором ряд писаных норм права и судебных решений носят на себе специфический отпечаток религиозных правил. Это находит свое выражение в применении некоторых особых принципов в личных, профессиональных, дисциплинарных, бюджетных, налоговых и иных областях. Так, например, во Франции священник, преподающий в частном колледже или состоящий при государственной больнице, подчиняется не директору колледжа или больницы, а непосредственно епископу, который в любой момент может отозвать его из учреждения; в ходе судебного процесса допускается принесение мусульманином клятвы на Коране. В Германии налогоплательщики сами, в зависимости от их религиозных убеждений - католических или протестантских, распределяют часть своих налогов на прибыль.
   В странах с более сильным религиозным влиянием религиозный фактор в праве может выступать активнее, идет ли речь об установлении особых обязанностей тех или иных индивидов или групп либо о предоставлении им особых привилегий, некоторые из которых многим нашим современникам могут показаться излишними. В частности, в Испании вплоть до 1976 года священник, обвинявшийся в совершении уголовного преступления, представал перед государственным судебным органом только при наличии предварительного согласия на то местного епископа; при этом процесс проходил при закрытых дверях, и в случае осуждения обвиняемого срок заключения отбывался им не в тюрьме, а в монастыре. В той же Испании, в порядке отступления от общих принципов законодательства на основании Кодекса канонического права, до 1979 года все католические священники были освобождены от военной службы; до сих пор, во исполнение соглашений 1979 года, прохождение священниками военной службы регламентировано многочисленными условиями.
   Характер взаимодействия норм права и религиозных норм в системе социальной регуляции того или иного общества определяется связью правовых и религиозных норм с моралью и связью права с государством. Так, государство посредством правовой нормы может определять свои отношения с религиозными организациями и их правовой статус в данном конкретном обществе. Статья 16 Конституции Испании гласит: “Никакое верование не может иметь характера государственной религии. Органы публичной власти должны принимать во внимание религиозные верования испанского общества и поддерживать вытекающие из этого отношения сотрудничества с Католической церковью и другими конфессиями”. В статье 14 Конституции Российской Федерации говорится: “1. Российская Федерация - светское государство. Никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной. 2. Религиозные объединения отделены от государства и равны перед законом”.
   Правовые и религиозные нормы могут совпадать с точки зрения своего моральнонравственного содержания. Например, среди заповедей Нагорной проповеди Христа - “не убий” и “не укради”. При этом нужно также учитывать, что с точки зрения механизма действия религиозные нормы - мощный внутренний регулятор поведения. Поэтому они - необходимый и важный инструмент поддержания и сохранения нравственного и правового порядка в обществе.
   Взаимодействие права и религии в странах Запада
   Как правило, в настоящее время на Западе основы взаимоотношений между церковью и государством в гражданском обществе регулируются нормами конституционного права, провозглашающими отделение церкви от государства. Это означает, что государственные органы и должностные лица не вмешиваются в сферу религиозных отношений, в том числе в деятельность религиозных объединений, и не поручают им выполнение государственных функций. Вместе с тем государство защищает законную деятельность религиозных объединений, занимая в вопросах свободы вероисповеданий и убеждений нейтральную позицию.
   Согласно, например, ст. 13 Конституции Греции, свобода совести ненарушима. Пользование личными и политическими свободами не зависит от религиозных верований. Всякая признаваемая религия свободна, и ее культовые обряды осуществляются беспрепятственно и под охраной закона. Они не могут посягать на публичный порядок и добрые нравы.
   Современное государство, как уже отмечалось, строит свои отношения с церковью, как правило, на основе провозглашения отделения церкви от государства. В то же время, провозглашая невмешательство в ее дела, оно гарантирует равенство всех религиозных конфессий, допускает возможность добровольного религиозного образования.
   Под свободой совести понимается право человека как верить в Бога в соответствии с учением той или иной свободно выбранной им религии, так и быть атеистом, т.е. не верить в Бога. Эта свобода особенно важна в государствах, в которых признана государственная религия и, следовательно, существует определенное давление на человека с целью заставить его принять эту религию. В государствах без государственной религии свобода служит защитой для атеистов, а в тоталитарных атеистических государствах ею прикрывались официальная антирелигиозная пропаганда и гонения на церковь.
   Свобода вероисповедания означает право человека на выбор религиозного учения и беспрепятственное отправление культов и обрядов в соответствии с этим учением. Эта свобода, таким образом, по своему содержанию уже первой. В субъективном смысле, т.е. как право человека, равнозначным является понятие свободы религии, но оно еще означает и право на существование всех религий и возможность каждой их них беспрепятственно проповедовать вероучение. Однако в обиходе очень часто все указанные термины употребляются как идентичные.
   Но тем не менее сегодня наблюдаются нарушения свободы совести, часто завуалированные. В пример можно привести карикатуры на пророка Мухаммеда, опубликованные в датской газете “Юлландс-постен”, которые высмеивают ислам, тем самым нарушая принцип о равенстве всех религий.
   Важным будет отметить, что мировое сообщество не стоит в стороне от такого рода событий. Доказательством того является принятый документ ООН 30 марта 2007 года, запрещающий дискриминацию человека по религиозному признаку. В резолюции утверждается, что “диффамация религий относится к причинам социальной дисгармонии и ведет к нарушениям прав человека”. Именно поэтому свобода выражения мнений “может являться объектом ограничений для обеспечения уважения прав и репутации других людей, защиты национальной безопасности или охраны общественного порядка, охраны здоровья населения или защиты моральных устоев и уважения религий и убеждений”. В этой связи Совет недвусмысленно выразил сожаление в связи со “случаями глумления над религиозной символикой”.
   Международный пакт о гражданских и политических правах свободу совести и религии соединяет со свободой мысли, включая в нее “свободу иметь или принимать религию или убеждения по своему выбору и свободу исповедовать свою религию и убеждения как единолично, так и сообща с другими, публичным или частным порядком, в отправлении культа, выполнении религиозных и ритуальных обрядов и учений. Никто не должен подвергаться принуждению, умаляющему его свободу иметь или принимать религию или убеждения по своему выбору” (ст. 18).
   Конституция РФ провозглашает: “Каждому гарантируется свобода совести, свобода вероисповедания, включая право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними” (ст. 28). Такая формулировка в значительной мере повторяет подходы, свойственные приведенной статье Международного пакта.
   Но в ней в завуалированном виде закрепляется право не только на атеистические убеждения, но и на атеистическую пропаганду (“распространять религиозные и иные убеждения”), что является явным отголоском прошлых лет. С содержательной точки зрения следует признать бесполезным упоминание о праве “не исповедовать никакой” религии, поскольку это заложено в содержании свободы совести. Следует помнить, что данная статья Конституции посвящена только правам человека в области религии, что же касается правового положения самих религиозных объединений, их равенства перед законом, то основанием этого служит ст. 14 Конституции.
   Но тем не менее нельзя говорить о том, что право на Западе абсолютно отделено от религии. Право находит свое отражение во многих религиозных нормах, совпадая с ними по своему содержанию. Так например, в Библии (Ветхий завет, книга Исход):
   “1. Не убивай.
   2. Не прелюбодействуй.
   3. Не кради.
   4. Не произноси ложного свидетельства на ближнего твоего”.
   Религия в странах Запада не столь связана с правом, как, к примеру в мусульманских странах, но все равно мы можем найти ее отражение во многих источниках права западных стран. Не маловажным будет отметить тот факт, что в США показания сторон и свидетелей в судебном процессе начинаются с их клятвы на Библии (мусульмане клянутся, положа руку на Коран). Эта процедура в судопроизводстве подразумевает под собой тот факт, что священная книга есть некий гарант истинности показаний, так как лицо клянется говорить правду не только обществу, но и Богу.
   Связь права и религии в исламских странах
   Наиболее тесная взаимосвязь религии и права на современном этапе человеческого развития наблюдается в странах исламского востока (Саудовская Аравия, Египет, Сирия, Марокко, Судан, Иран, Ирак, Афганистан, Пакистан, Турция и др.). Религия определяет не только религиозный ритуал, догматические и культовые особенности, но и социальные институты, формы собственности, особенности права, политического устройства. Правовые системы данных стран входят в семью так называемого религиозно-традиционного права, а ислам в них провозглашен в качестве государственной религии.
   Мусульманское право - это система норм, выраженных в религиозной форме и основанных на мусульманской религии - исламе. Ислам исходит из того, что существующее право произошло от Аллаха, который в определенный момент истории открыл его человеку через своего пророка Мухаммеда. Эта религия содержит теологию, которая устанавливает догмы и уточняет, во что мусульманин должен верить; шар, или шариат, т.е. предписания верующим: что они должны делать и чего не должны. Шариат означает в переводе на русский язык “путь следования” и составляет то, что и называется мусульманским правом. Это право указывает, как мусульманин должен вести себя, не различая обязательств по отношению к себе подобным и по отношению к Богу. Иными словами, шариат основан на идее обязанностей, возложенных на человека, а не на правах, которые он может иметь. Последствием невыполнения обязанностей является грех того, кто их нарушает, поэтому мусульманское право не уделяет много внимания санкциям, установленным самими нормами. Он регулирует отношения только между мусульманами. В исламе государство выполняет роль служителя религии. Ислам по своей сущности, как и иудаизм, - это религия закона. Он охватывает все сферы социальной жизни, а не только те, которые подлежат правовому регулированию. Из всех мировых религий ислам, пожалуй, наиболее тесно соприкасается с государством и правом. Один из исследователей мусульманского права А.А. Авксеньтьев пишет, что в исламе “каждый шаг правоверного рассматривается как юридический акт”. На основе тезиса о неразрывном единстве в исламе “веры и государства”, религии и права, многие исследователи приходят к выводу, что исламу свойственна лишь религиозная теология, мораль и правовая культура, а юридические нормы как таковые, если и имеются, то по существу совпадают с указанными правилами, и не играют самостоятельной роли.
   Но не следует абсолютизировать религиозные нормы. Дело в том, что в мусульманских странах просто никогда не было и нет четкого разграничения между этими нормами. Основным институтом, традиционно применяющим правовые и религиозные категории норм, являлись и являются шариатские суды, которые выступают одновременно религиозными учреждениями и государственными органами. В первом качестве они следят за наблюдением религиозных предписаний, а во втором - обеспечивают осуществление правовых правил поведения возможностью государственного принуждения. Правда, обе указанные стороны в деятельности мусульманских судов не всегда четко различались, в силу чего на практике граница между религиозными и юридическими нормами может быть проведена достаточно условно. Отнесению этих норм к одной из двух групп препятствует и то, что, черпая основания своей обязательности главным образом в религиозном сознании, они во многих случаях осуществляются добровольно и не требуют от суда обращения к принудительным методам исполнения своих решений. Дело в том, что широкий круг отношений регулируется совпадающими по содержанию религиозными и правовыми нормами одновременно, а это нередко исключает необходимость государственного принуждения к соблюдению соответствующих образцов поведения. В этой связи И. Шахт справедливо пишет, что мусульманское право никогда не поддерживалось исключительно организованной силой. Такое положение объясняется и тем, что, несмотря на отделение богословия от правоведения, связь между тем и другим в исламе очень тесна, а право всегда оставалось и остается религиозно санкционированным. Религия освящает не только регулируемые юридическими нормами отношения, но и само мусульманское право. Это порождает особое отношение к нему со стороны мусульман, придает религиозный характер мусульманскому праву, поскольку осуществление его норм становится в глазах правоверных религиозной обязанностью. Наказание за нарушение норм мусульманского права воспринимается как “Божественная кара”, так как важнейшей задачей исламского государства “есть исполнение воли Аллаха на земле”.
   Основными источниками мусульманского права признаются Коран, священная книга ислама, и сунна, сборник традиций, связанных с посланцем Бога, в основе которых лежит “Божественное откровение”, которые закрепляют, прежде всего, основы веры, правила религиозного культа и морали, определяющие в целом содержание мусульманского права в юридическом смысле. Помимо вышеперечисленных источников мусульманского права существует иджма - комментарии ислама, составленные его толкователями и выполняющие функцию восполнения пробелов в религиозных нормах, кияс - рассуждение по аналогии о тех явлениях жизни мусульман, которые не охватываются предыдущими источниками права.
   При этом в странах с мусульманским правом конституция не считается основным законом. Таковыми как раз являются Коран, сунна, принципы консенсуса и аналогии. Шариат определяет все аспекты публичного и частного права. Мусульмане-юристы считают, что нормы, содержащиеся в данных источниках, гораздо сильнее по своему действию, так как они освящены волей Аллаха. Именно как раз по этой причине в Саудовской Аравии нет писаной конституции, ее место занимает Коран.
   По оценкам специалистов, из 6219 стихов, содержащихся в Коране, около 80 содержат в себе законодательные положения. Положения же Корана имеют казуистичную форму изложения и, исходя из этого, можно сделать вывод, что мусульманское право архаично.
   В шариате широкое распространение получили институты гражданского права: право собственности, договорное право, семейное и наследственное право. По мусульманскому праву обязательства подразделяются на возмездные и безвозмездные, а также двусторонние, многосторонние, срочные и бессрочные. Договор рассматривается как правовая и одновременно божественная связь. Наследованию подлежат только имущественные права. Обязанности умершего не могут переходить на наследников. Наследство открывается только после покрытия расходов, связанных с погребением умершего и уплаты всех долгов.
   Все граждане исламских стран имеют одинаковые права и обязанности в выборах правителя. Однако основным принципом выборов является принцип “достойных представителей”, иначе говоря, выборы есть прерогатива “особо одаренных”. Только особая категория знатных вправе советовать правителям и решать, является ли их политика законной по отношению к шариату. Законотворческая функция этих лиц заключается в том, что они выносят решения о соответствии законов главы государства, постановлений правительства и иных нормативных актов принципам шариата. В некоторой мере здесь можно провести аналогию с Конституционным Судом РФ.
   Все преступления в шариате подразделяются на три группы. К первой относятся посягательства на права мусульманской общины: отступничество от ислама; преступления против управления; кражи; употребление спиртных напитков; прелюбодеяние или ложное обвинение в этом.
   Вторую группу составляют противоправные действия, посягающие на права отдельных лиц. Структура регулятивных норм носит бланкетный характер. Шариат допускает кровную месть, которая может быть заменена денежным выкупом при условии прощения со стороны родственников убитого. За нанесение телесных повреждений наступает ответственность по принципу талиона.
   Третью группу составляют такие действия, как: оскорбления, хулиганство, растрата государственных средств, азартные игры и т.п.
   Наказания по шариату носят публичный и устрашающий характер. Существует несколько видов смертной казни: четвертование, утопление, забрасывание камнями, повешение. Ворам отсекают конечности.
   Правда, с начала XIX века в положении мусульманского права произошли существенные изменения. В наиболее развитых странах оно уступило главенствующие позиции законодательству, основанному на заимствовании буржуазных правовых моделей. Принимаемые торговые кодексы, кодексы торгового мореплавания, гражданско-процессуальные кодексы формируются по модели французского гражданского законодательства. Это связано, прежде всего, с колониальным типом отношений того времени.
   Но, тем не менее, до сих пор во многих странах сохранились шариатские суды. До середины 90-х они функционировали и в Чеченской республике. В ряде стран Центральной и Восточной Африки мусульманское право используется как обычное право.
   На современном же этапе развития ни в одной стране исламского мира мусульманское право не является единственным действующим правом - применяются так называемые “двойные стандарты”. Но и нельзя говорить о том, что мусульманское право уступило свои позиции. Лишь в Турции в начале двадцатого века мусульманское право во всех отраслях было заменено законодательством буржуазного типа, составленным на основе буржуазных моделей.
   В принципе по степени применения и влияния норм мусульманского права страны исламского востока можно разделить на четыре группы:
   1) страны, где мусульманское право применяется максимально широко. Все законы, принимаемые в данных странах, должны соответствовать нормам шариата (Саудовская Аравия, Иран, ОАЭ);
   2) государства, где мусульманское право не столь всеобъемлюще, но продолжает регулировать отношения “личного статуса” (Ливия, Пакистан, Судан);
   3) страны, конституционное право которых закрепляет особые положения ислама и мусульманского права. Так, конституции многих из них предусматривают, что главой государства может быть только мусульманин, а мусульманское право - источник законодательства (Сирия, Ирак, Сомали, Мавритания);
   4) страны, где брачно-семейные законодательства отказываются от ряда основополагающих институтов мусульманского права. Так, в Тунисе законодательно запрещена полигамия, а семейный кодекс республики Йемен 1974 г. наделил женщину равными с мужчинами правами в семейных отношениях.
   Еврейское право
   Древнейшее право еврейского народа заслуженно занимает достойное место в мировой истории права. Общие законы и конкретные правила, отраженные в священных книгах, получили свое распространение практически по всему миру. Одной из характерных особенностей еврейского права является то, что, несмотря на значительный исторический срок, в течение которого государство Израиль не существовало, право было сохранено.
   Религия в Израиле не отделена от государства и сохраняет определенное влияние в правовой сфере. В частности, семейное право, особенно вопросы брака и развода, в основном остаются прерогативой раввинских судов, которые решают их в строгом соответствии с Галахой (законодательная часть раввинистической литературы, а также вся нормативная сфера в иудаизме). Согласно требованиям Галахи обеспечивается также установленное законом обязательное соблюдение кашрута в Армии Обороны Израиля, статус субботы в качестве общегосударственного выходного дня и главных религиозных праздников как нерабочих дней. Поскольку возведение через принятую юридическую процедуру некоторых религиозных установлений в ранг государственных законов не создает никакого специфического светского еврейского права, а представляет собой легитимацию в определенных пределах прямого влияния религии на государственную и общественную жизнь, вопрос о месте религии в Государстве Израиль в целом был и остается предметом острых разногласий. Ортодоксальные религиозные круги (харедим), составляющие не более 15% населения, требуют абсолютного приоритета Галахи над государственным законодательством, а самые крайние их представители открыто стремятся превратить страну в теократическое “государство Галахи”.
   Особенности избирательной системы в Израиле, которые делают необходимым создание после парламентских выборов правительственных коалиций, обладающих весьма незначительным, как правило, большинством, позволяет ортодоксальным религиозным кругам через свои политические партии (Агуддат Исраэль, Шас, Дегел ха-Тора), хотя их представительство в Кнессете почти никогда не достигало и 15%, добиваться определенных уступок в этом направлении. Так, в 1990 г. Агуддат Исраэль за согласие войти в правительственную коалицию потребовала и получила от Ликкуда обязательство провести через Кнессет законы, запрещающие производство и продажу свинины в стране и рекламу, в которой используется даже частичное изображение обнаженного женского тела, а также законы, ставящие почти под полный запрет аборты и еще более ограничивающие движение общественного транспорта по субботам (немалые уступки удавалось получить этим партиям в прошлом и от Ма'араха). Выступающая с противоположных позиций группа населения, чьи требования полной секуляризации законодательства касаются и семейного права, также относительно невелика. Значительное же большинство еврейского населения Израиля отвергает обе эти крайности; решительно выступая против попыток превратить страну в теократическое государство, оно, однако, считает, что для еврейского государства необходимо сохранение ряда идущих от иудаизма традиций, но уже в качестве не столько религиозных, сколько национальных.
   В уголовном праве религия также тесно связана с правом. Это касается не только десяти заповедей. Достаточным будет упомянуть принцип зеркального талиона (око за око), объективного вменения, применяемый в Израиле и нашедший отражение в Ветхом завете (книга Исход, 21, 24).
   Реальная роль современного еврейского права в системе израильского законодательства определяется в процессе законотворческой деятельности Кнессета. В целом, позиция правительства сводится к следующим требованиям. Закон, прежде всего, должен учитывать существующие в стране отношения. Он должен базироваться на положениях существующих в стране юрисдикционных норм, еврейском праве и международном праве. При возникающих юридических коллизиях предпочтение в большей степени отдается положениям еврейского права.
   Индусское право
   Индусское право - это право общины, которая в Индии и других странах ЮгоВосточной Азии исповедует индуизм. Так же, как ислам, индуизм обязывает своих последователей, помимо принятия на веру определенных догм, и к определенному пониманию мира. Это понимание предлагает особую общественную структуру и особый образ жизни; таким образом, религиозные предписания в огромной степени играют ту же роль, которая в других типах обществ принадлежит праву. Подавляющее большинство жителей Индии исповедуют эту доктрину, которая, таким образом, играет важную роль в отношениях, связанных с “личным статусом”. Вместе с тем сегодня в Индии значительный круг общественных отношений регламентирован общенациональными нормами, основанными на английских понятиях.
   Индусское право в наши дни приобрело в Индии совершенно новые черты. Оно остается правом, применяемым только к индусской части населения Индии. Однако отпало много обычаев, нарушавших его единообразие. Это первое значительное изменение по сравнению с прошлым. Значительны и изменения по существу, причем такие, которые не являются безупречными с ортодоксальной точки зрения. Дхарма должна приспособиться к социальным группам, находящимся на разных стадиях цивилизации. Она никогда не претендовала на то, чтобы быть чем-то большим, чем сводом идеалов, призванных направлять поведение людей. По своей природе она допускает различные временные уступки, если того требуют обычаи или законодательство. Все это отличается от ситуации с мусульманским правом. Нынешние руководители Индии могут существенно отходить от дхармы как модели права. Они не упускают возможности подтверждать свою приверженность принципам индусской цивилизации. Стремление быть верным традиции прослеживается сквозь все трансформации, и поэтому индусское право остается одной из фундаментальных существующих сегодня концепций социального строя.
   Если право из рамок индусской общины перенести в границы географической территории страны, то это будет означать радикальную трансформацию. Она уже произошла в ряде сфер, и здесь мы видим уже не индусское, а индийское право.
   Статья 44 Конституции Индии предусматривает издание единого Гражданского кодекса для всех граждан Индии. Однако, как известно, до сих пор применяется другой метод: все усилия направлены на модернизацию и унификацию индусского права. Тем не менее вполне возможно, что положения Конституции в Индии будут частично осуществлены путем реформ, которые по частным вопросам отменят или изменят право личного статуса, чтобы заменить его правом, одинаковым для всех.
   Может быть, некоторые законы и выражают это движение, предусматривая и регулируя отношения между гражданами Индии, исповедующими разные религии. Так, специальный Закон о браке 1954 года объявляет действительными с точки зрения закона браки между индусами и мусульманами (или другими неиндусами). Принятие этого закона хорошо показывает революцию идей, происшедшую в течение века. Проект такого закона был создан еще в 1850-х гг. Генри Мэном, но не был осуществлен в связи с вызванной им единогласной оппозицией: “.Епископы, пандиты, раввины, мобеди и муллы - все были полностью единодушны на этот раз”. Возможно, что право лиц будет развиваться таким образом, чтобы создать своего рода новое jus gentium (право народов), применяемое в областях, в которых ранее действовали различные личные статусы.
   Каким бы ни было будущее развитие, в настоящее время индусское право остается для огромного большинства индусов единственным важным корпусом права. Оно регламентирует их личный статус, который понимается весьма широко. Личный статус не только включает неимущественные отношения, но и распространяется на важные имущественные права, каковыми считают право наследования или статус общности семейного имущества. Индусское право проникает через этот канал и в предпринимательское право. Например, если какое-либо предприятие эксплуатируется членами одной семьи без участия посторонних лиц - а это бывает очень часто, - нормы торгового права, содержащиеся в законе о товариществе, не применяются. Отношения между участниками будут регулироваться в этом случае индусским правом, так как эти отношения вытекают из личного статуса и считается, что они не имеют отношения к договору. Нет нужды подчеркивать важность института общности семейного имущества в вопросах кредита в стране, где только семья может, в принципе, быть собственником. Впрочем, совместная семейная собственность становится как будто более редкой.
   Встает вопрос о соотношении законодательства и социологической реальности в стране. Законодатель может росчерком пера ликвидировать режим каст, разрешить браки между лицами, принадлежащими к разным кастам, заменить традиционные собрания каст собраниями деревень. Эта деятельность, необходимая для развития страны, заслуживает одобрения. Но законодатель не может за один день изменить привычки и мировоззрения, имеющие вековые корни и связанные с религиозными верованиями. 80% индусов, живущих в деревнях, вовсе не следуют новым законам, они продолжают жить так, как жили их предки; управление ими и правосудие осуществляются помимо официальных органов на основании традиционных и хорошо знакомых им институтов. Деятельности законодателя здесь недостаточно, нужна терпеливая работа по перевоспитанию. Успех ее связан с развитием современной экономики в Индии. Трудно, конечно, выйти из этого порочного круга, так как это развитие в значительной степени тормозится структурой, верованиями и поведением, выкованными очень уважаемой традицией с незапамятных времен.
   Право и религиозные нормы в Российской Федерации
   В истории права были целые эпохи, когда многие религиозные нормы носили юридический характер, регулировали некоторые политические, государственные, гражданско- правовые, процессуальные, брачно-семейные и иные отношения. В ряде современных исламских стран Коран (“арабский судебник”) и Сунна - основа религиозных, правовых и моральных норм, регулирующих все стороны жизни мусульманина, определяющих “правильный путь к цели” (шариат).
   В нашей стране до Октябрьского вооруженного восстания 1917 г. ряд брачно-семейных и некоторых иных норм, признаваемых и установленных православной церковью (“каноническое право”), был составной частью правовой системы. После отделения церкви от государства эти нормы утратили юридический характер.
   В первые годы советской власти допускалось применение норм мусульманского права (шариат) в некоторых районах Средней Азии и Кавказа.
   В настоящее время нормы, установленные религиозными организациями, соприкасаются с действующим правом в ряде отношений.
   Правоотношения в области реализации религиозных прав и свобод регулируются нормативными правовыми актами, принадлежащими к различным отраслям права. Особая роль принадлежит Конституции Российской Федерации. К числу концептуальных конституционных гарантий относятся следующие:
   - в Российской Федерации признается идеологическое многообразие (ст. 13);
   - Российская Федерация - светское государство (ст. 14);
   - никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной (ст. 14);
   - религиозные объединения отделены от государства и равны перед законом (ст. 14);
   - государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от отношения к религии, запрещает любые формы ограничения прав граждан по признакам религиозной принадлежности (ч. 2 ст. 19);
   - каждому гарантируется свобода совести, свобода вероисповедания, включая право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними (ст. 28);
   - не допускается пропаганда или агитация, возбуждающая религиозную ненависть и вражду, запрещается пропаганда религиозного превосходства (ч. 2 ст. 29);
   - каждый имеет право на объединение, никто не может быть принужден к вступлению в какое-либо объединение или пребыванию в нем (ст. 30);
   - гражданин Российской Федерации в случае, если его убеждениям или вероисповеданию противоречит несение военной службы, а также в иных установленных федеральным законом случаях имеет право на замену ее альтернативной гражданской службой (ч. 3 ст. 59).
   Одной из важнейших составляющих российского законодательства в области свободы совести являются общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации.
   Положения Конституции Российской Федерации и норм международного права в области свободы совести получили развитие во многих нормативных правовых актах.
   К числу важнейших базовых законов относится Федеральный закон “О свободе совести и о религиозных объединениях”, вступивший в силу 1 октября 1997 года. Он принципиально отличается от действовавшего ранее Закона РСФСР “О свободе вероисповеданий”, принятого еще в 1990 году.
   В частности, в законе от 1997 года существенным образом был изменен порядок создания религиозных организаций, сокращен круг лиц, способных быть учредителями и участниками местной религиозной организации. Право на учреждение местной религиозной организации было признано только за российскими гражданами. Иностранные граждане и лица без гражданства могут являться только участниками религиозной организации, причем при условии их постоянного проживания на территории Российской Федерации.
   Законом также введено новое понятие - религиозная группа, которой признается добровольное объединение граждан, образованное в целях совместного исповедания и распространения веры, осуществляющее деятельность без государственной регистрации и приобретения правоспособности юридического лица. С одной стороны, это положение закона дало возможность религиозным объединениям легально действовать без государственной регистрации.
   Однако законодателем были установлены также, как представляется, неоправданные условия для преобразования религиозной группы в религиозную организацию - пятнадцатилетний срок деятельности на соответствующей территории либо подтверждение о вхождении в структуру уже действующей централизованной религиозной организации. Закон существенно ограничил права религиозных организаций, созданных до его вступления в силу, но не имеющих документа, подтверждающего их существование на соответствующей территории на протяжении не менее пятнадцати лет.
   Кроме того, Федеральный закон содержит ряд внутренних противоречий, что на практике приводит к расширительному толкованию отдельных его положений и, как следствие, нарушению прав граждан и религиозных объединений. Например, в тексте преамбулы закона указывается “особая роль” одной конфессии и дан перечень “уважаемых” государством религий, что нарушает конституционный принцип равенства религиозных объединений перед законом и вызвало немало недоразумений и конфликтных ситуаций.
   Помимо Федерального закона “О свободе совести и о религиозных объединениях”, на федеральном уровне в общей сложности действует свыше 100 нормативных правовых актов, в которых в том или ином аспекте упоминаются вопросы свободы совести и деятельности религиозных объединений.
   Наряду с федеральным законодательством более чем в 10 субъектах Российской Федерации действуют собственные законы о реализации свободы совести и вероисповедания. Все они в разное время приводились в соответствие с федеральным законодательством. Однако сделано это было во многом формально и непоследовательно.
   Между тем, согласно пункту “в” статьи 71 Конституции РФ, регулирование отношений, возникающих в сфере прав и свобод человека, находится в ведении Российской Федерации. Следовательно, субъекты Российской Федерации своими законами и другими нормативными актами не вправе сужать и ограничивать свободу совести и деятельности религиозных объединений, установленные Конституцией и федеральным законодательством. В их компетенции могут быть вопросы защиты прав и свобод человека, находящиеся, согласно пункту “б” ст. 72 Конституции РФ, в совместном ведении Российской Федерации и ее субъектов.
   Важно помнить, что в современной России гражданский мир может и должен быть устроен на принципах, отвечающих религиозным представлениям и традициям всех людей и всех народов, обеспечивающих их подлинное равенство. Ибо невозможно создать стабильный мир, базируясь на одной религии, одной системе ценностей, в ущерб всем остальным.

 
< Пред.   След. >