YourLib.net
Твоя библиотека
Главная arrow Введение в философию и методологию науки (Е.В. Ушаков) arrow 9.1. Научная картина мира
9.1. Научная картина мира

9.1. Научная картина мира

   В предыдущей главе мы рассмотрели вкратце основные этапы истории научного мышления. В ту или иную эпоху система научных представлений обладает известного рода целостностью, равновесием и согласием ее элементов, что и позволяет говорить о единстве этой эпохи научной истории. Разумеется, это не исключает наличия и конфликтующих элементов, но любые конфликты происходят всегда на почве некоторого базисного согласия относительно более общих воззрений и идей.
   В настоящем параграфе мы займемся проблемой целостности той суммы представлений, которую дает наука того или иного исторического периода, и рассмотрим один из конкретных механизмов (или каналов) взаимодействия культуры и науки в конкретно-исторических контекстах. Речь пойдет о научной картине мира.
   Понятие о научном мировоззрении
   Термин “мировоззрение” (от нем. Weltanschauung) появился в немецкой философской литературе на рубеже XVIII-XIX вв. и вскоре был позаимствован другими языками. Позже, во второй половине XIX в., это понятие стало употребляться вообще как синоним слова “философия”. Термин “мировоззрение” стал тогда весьма популярным. Общество осознало, что в связи с бурным развитием наук назрела необходимость в некоем научном синтезе, в обобщении научных достижений в виде какой-то единой, связной, логически непротиворечивой системы знания — научного мировоззрения. Существовало и другое понимание понятия “Weltanschauung”, внетеоретическое; с этой точки зрения мировоззрение — совокупность ценностных и эмоциональных установок человека, его цельное переживание мира и своего места в нем. Такой трактовки придерживались те, кто не разделял естественно-научные стандарты и идеалы познания. Например, В. Дильтей писал; что “последним корнем” мировоззрения является сама жизнь.
   Сегодня понятие “мировоззрение” включает в себя и ценностно-эмоциональные, и когнитивно-теоретические моменты. Под мировоззрением понимают обобщенную, интегральную систему (или даже просто совокупность) взглядов человека на мир и на свое место в мире, которая включает различные представления — социально-политические, религиозные, этические, эстетические и др. В общем случае мировоззрение представляет собой не только совокупность знаний, но и определенное эмоциональное отношение, а также определенные желания и стремления, т.е. включает и волевую составляющую. Мировоззрение в структуре убеждений человека выполняет интегрально-ориентирующую функцию, выражая представления относительно смысла его жизни, горизонта его возможностей и целей. Считается, что мировоззрение — достаточно цельное образование; однако оно может и не быть цельным, а наоборот, являться фрагментарным, противоречивым, разорванным. Можно говорить о мировоззрении применительно к субъектам различных уровней (например, говорят о мировоззрении той или иной эпохи, социальной группы или политической партии, отдельного человека).
   Что касается соотношения понятий “мировоззрение” и “философия”, то они достаточно близки по смыслу, и их иногда отождествляют. Однако более распространенным является представление о том, что термин “мировоззрение” шире по своему значению, чем “философия”. Философия — не просто мировоззрение, а мировоззрение осознанное, выраженное в рациональной форме и в той или иной степени обоснованное, поддержанное какой-либо системой аргументов.
   Термин “научное мировоззрение”, несмотря на свою широкую употребимость, многозначен. С одной стороны, его можно понимать как мировоззрение самой науки, т.е. как ту систему взглядов, которая изначально присуща самой научной деятельности и является конститутивной, фундаментальной для нее (т.е. теоретический фон науки; см. § 2.1). С другой стороны как мировоззрение, использующее имеющиеся научные результаты, т.е. как систему интерпретации научных данных, как совокупность представлений, основанных на научном знании. Но видно, что и в первом, и во втором смысле термина не существует какого-нибудь единого мировоззрения науки, поскольку сама наука, как мы видели, во-первых, динамична и открыта, и она постоянно трансформирует имеющееся знание; во-вторых, наука полемична, сотрясаема внутренними дискуссиями, она выдвигает различные альтернативные точки зрения, пересматривает даже свои базовые ценности и методологические ориентиры. Кроме того, важно понимать, что знание, общепризнанное в науке, допускает совершенно различные философские интерпретации.
   Иными словами, не следует забывать, что ответ на вопрос “какую картину мира дают нам современные научные результаты?” является философским. Ответ на него предполагает ту или иную интерпретацию, причем разные интерпретации в зависимости от исходных позиций могут порой значительно расходиться между собой. Уже И. Кант показал, что научная деятельность — это постоянно расширяющийся, незаконченный опыт, и экстраполяция этого опыта на мир в целом, обобщение и унифицирующее оформление данных этого опыта представляют собой деятельность, принципиально выходящую за пределы достигнутого знания. Приведем пример. Когда говорят нечто вроде “как показывает наука, в мире нет сверхъестественных явлений”, то на самом деле ведь рассуждают так, как будто наука уже изучила весь мир и расширение опыта закончено. На самом деле наука не показывает это, а лишь предполагает в качестве условия своей деятельности; ведь ее регулятивом является стремление объяснить как можно больше в терминах естественных явлений. Поэтому одни и те же научные результаты могут быть философски истолкованы по-разному. Так, успешное продвижение науки можно рассматривать как постоянное доказательство того, что мир исчерпывается естественными процессами; но и как то, что наука умеет изучать только естественные процессы, систематически игнорируя или дискредитируя свидетельства о надприродном бытии; и как то, что на сегодняшний день наука изучила лишь некоторые (но далеко не все) естественные процессы, так что она пока не может судить о началах мира как о естественных или сверхъестественных; и как то, что вопрос о началах мира в строгом смысле слова вненаучен, относится к сугубо метафизической проблематике.
   Типичная для современного человека незамысловатая вера в научные истины забывает то, что, как было подчеркнуто И. Кантом, наука не говорит о мире в целом. Мировоззрение, которое пытаются строго обосновать научными результатами, на самом деле является одной из возможных интерпретативных позиций. Скажем, типичное для XVIII-XIX вв. механистическое мировоззрение, казавшееся самоочевидно подкрепленным научными данными, было именно общефилософской концепцией, далеко выходящей за пределы возможного опыта, что вскоре и показали дальнейшие научные достижения, несовместимые с метафизическими допущениями научно-исследовательской программы механицизма.
   Что такое научная картина мира!
   1. Под научной картиной мира обычно понимают связную совокупность представлений о мире, которая получена в ходе продвижения науки. Однако это не просто сумма научных знаний. На самом деле не существует единой науки, единого корпуса общепризнанных и неизменных научных знаний. Научные представления являются подвижным, постоянно трансформирующимся массивом, вдобавок рассредоточенным по различным дисциплинам, направлениям и научным школам. Разумеется, существует некое общепринятое, или фоновое, знание, разделяемое учеными данной эпохи. Но, во-первых, для того чтобы его артикулировать, необходимо специальное теоретическое (в т.ч. существенно философское) усилие, во-вторых, фоновое знание совместимо с различными интерпретациями, в-третьих, оно не может быть выделено в чисто научном виде, а уходит корнями (так же, как и всевозможные его интерпретации) в необозримую совокупность базовых знаний и установок социокультурного характера.
   Таким образом, научная картина мира — это всегда какая-либо интерпретация суммы научных знаний, характерных для данного исторического периода. Можно сказать, что научная картина мира строится совместным усилием философов и ученых. Построение научной картины мира должно привести к целостному и даже максимально наглядному образу универсума. При осмыслении научных результатов, увязывании их в стройную и, как правило, нарративно организованную концепцию происходит додумывание и экстраполяция результатов науки на еще не изведанное, а также существенная интерполяция — сглаживание различных теоретических неувязок, спорных моментов, конфликтов. Например, говоря о системе современных научных представлений и подчеркивая успехи науки, мы деликатно обходим проблему возникновения жизни на Земле, молчаливо предполагая, что это тоже некий естественный процесс, о котором наука уже имеет достаточно представлений, так что скоро окончательно разрешит этот вопрос, в то время как проблема возникновения жизни на самом деле является крупнейшим “белым пятном” для науки, нарушающим респектабельную картину; и подобных пятен немало.
   2. В принципе, термины “научное мировоззрение” и “научная картина мира” являются синонимами. Однако, используя слово “картина”, мы несколько ярче подчеркиваем, что мир может быть рассмотрен по-разному. Ведь равновозможны совершенно различные точки зрения на мир, отражающие те или иные его существенные стороны. Каждая область человеческой деятельности, человеческого духа (повседневность, искусство, религия, мифология и др.) как бы рисуют, выстраивают различные картины мира. Попытка взглянуть на мир в целом в сугубо научном ракурсе и приводит в итоге к построению научной картины мира. При этом интерпретирующей системой является сам исходный объемлющий науку культурный контекст, а точнее, те или иные конкретные социальнокультурные установки. Важно понимать, что т.н. научная картина мира является не очищенным экстрактом научного знания, а пересечением представлений, идущих из науки, с обширным полем общекультурных смыслов, приходящих, например, из базовой метафизики, области художественно-эстетических интуиций и других сфер культурной деятельности.
   Здесь уместно привести замечание В. И. Вернадского, что “научное мировоззрение развивается в тесном общении и широком взаимодействими с другими сторонами духовной жизни человечества. Отделение научного мировоззрения и науки от одновременно или ранее происходившей деятельности человека в области религии, философии, общественной жизни или искусства невозможно. Все эти проявления человеческой жизни тесно сплетены между собой и могут быть разделены между собой только в воображении”.
   3. Научная картина мира является не только осмыслением результатов научного познания. Она одновременно является и концептуальной средой, поддерживающей само научное продвижение. В одних ситуациях научная картина мира подлежит проверке (скажем, действительно ли существует такая базовая сущность, как эфир), в других она же предоставляет принимаемые без доказательства исходные допущения, опираясь на которые, ученый может развернуть свою научно-исследовательскую программу (НИП); в этом случае научная картина мира предлагает ученому те метафизические принципы, которые войдут в ядро его НИП.
   Итак, научная картина мира — достаточно стойкое и консервативное образование. Она остается относительно стабильной на фоне конкурирующих и быстровытесняющих друг друга теорий.
   Научные картины мира в новоевропейской науке
   О научных картинах мира говорят, как правило, применительно лишь к новоевропейской науке, когда существенно возросла роль науки в культуре, произошел прорыв в научном продвижении.
   На каждом этапе исторического развития новоевропейской науки какая-либо частная научная область занимала авангардное положение, приковывала к себе внимание интеллектуальных кругов и создавала фундамент для построения картины мира. Так, после появления ньютоновской теории сформировалась механическая картина мироздания. Согласно ей материя находится в абсолютном пространстве и времени, состоит из корпускул, подчиняется основным законам механики (закону инерции, закону всемирного тяготения и др.). В XIX в., не устраняя основных положений механики, формируются и другие научные картины мира. Например, статистически-термодинамическая и электродинамическая. Важную роль играли в XIX в. также эволюционные воззрения, ставшие междисциплинарным инвариантом многих естественных и гуманитарных наук и вошедшие в общую научную картину XIX в.
   Аналогичным образом можно говорить о неклассической картине мира, получившей импульс к своему формированию с начала XX в. Неклассическая картина мира отбросила представления об абсолютном пространстве и времени и об абсолютном наблюдателе, ввела понятие о корпускулярноволновых свойствах материи, о предельных скоростях распространения взаимодействий, о вероятностных процессах и т.п. Построение квантоворелятивистской картины мира еще не завершено, но уже сейчас в своих основных чертах она существенно опосредует современный, отвергающий допущения классической науки стиль мышления. В § 8.4 говорилось и о некоторых чертах постнеклассической науки, которые, возможно, в будущем тоже будут организованы в более связную картину.
   Картина мира, сформировавшаяся под влиянием авангардной научной дисциплины, может оказаться несовместимой в каких-то элементах с представлениями, разрабатываемыми в других науках, или не учитывающей их фундаментальные интуиции. Даже наиболее общепринятая и проработанная научная картина мира далека от совершенства.
   Сейчас признанным лидером естествознания является физика. Ее техническая и теоретико-математическая мощь являются образцом для естественных наук. Благодаря глубоким разработкам в ее передовых областях (космологии, астрофизике, физике микромира и др.) появилась теоретическая возможность глобального синтеза физических представлений. Например, известный космолог С. Хокинг считает, что современная физика явно движется к единой фундаментальной теории природы; разумеется, это не означает конца физики вообще, т.к. подавляющее большинство ученых не останутся при этом без работы, а будут продолжать решать собственные конкретные проблемы.
   Что же касается положения дел в других науках, то необходимо признать, что физическая картина мира не учитывает специфики, скажем, биологических или социальных наук. Между тем влияние таких наук, как биология или информатика, на современные общенаучные представления огромно. Например, базисные интуиции, повлиявшие на становление кибернетики и теории систем, в свое время пришли именно из биологии. Но можно ли говорить, к примеру, о биологической картине мира? Вопрос о существовании других научных картин мира, отличных от физической, остается спорным. Ясно, что биология и другие науки существенно уступают физике по своей универсальности, способности осмыслить все бытие целиком. Тем не менее ряд важных идей, формирующих современное научное мировоззрение, наличие импульсов, постоянно идущих из этих наук в физику и математику, а также первостепенная важность социальных и медико-биологических наук для человека позволяют говорить о существенном вкладе, производимом этими науками в общую современную научную картину мира.
   Кроме того, вполне допустимо говорить о частных картинах, создаваемых этими науками относительно познаваемых ими срезов действительности — биологической, химической, социологической и др. Путем изучения истории частных наук можно реконструировать содержание и трансформации систем представлений, которые составляют философско-онтологический базис той или иной научной дисциплины. Например, Л.Ф. Кузнецова выявляет системы конструктов, характерных для биологической и химической картин; есть также исследования, посвященные картине мира в исторической науке и других дисциплинах.
   Роль научной картины мира в научном и философском познании
   Как функционирует научная картина мира в общем рациональном проекте познания действительности?
   Прежде всего научная картина мира (НКМ) не является застывшим слепком, моментальной фотографией состояния научных знаний. Она больше похожа на совокупность сосуществующих вариаций в некотором допустимом диапазоне. Она реагирует на те или иные изменения в массиве научных и философских представлений. НКМ постоянно воссоздается в различных интерпретативных системах, обсуждается и корректируется с различных точек зрения. Несмотря на известную консервативность, НКМ тоже подвержена изменениям, и под влиянием научных достижений (а также, хотя и в меньшей степени, философских разработок) она может постепенно видоизменяться, корректироваться и пересматриваться. Можно даже предположить, что она всегда находится в режиме непрерывного, очень медленного изменения. В периоды больших революционных изменений (§ 4.6) НКМ претерпевает более интенсивную и радикальную модификацию.
   НКМ не представляет второстепенный интерес для науки. Наоборот, она является действительно работающим теоретическим образованием. Следует отметить, что большой вклад в выяснение роли и функции картины мира в научном познании внесла отечественная школа философии науки (П.С. Дышлевый, Л.Ф. Кузнецова, М.В. Мостепаненко, B.C. Степин, В.Ф. Черноволенко и многие другие). В дальнейшем изложении настоящего параграфа мы будем существенно опираться на концепцию B.C. Степина.
   Напомним, что ряд аспектов, касающихся роли НКМ в генезисе теоретического знания, уже разбирался в § 4.1.
   Место НКМ среди прочих концептуальных систем можно указать следующим образом (см, рис. 9). Исходным контекстом, или объемлющей средой любых теоретических построений, является общее мировоззрение той или иной эпохи (М). Наиболее проработанная и оформленная рациональными средствами часть мировоззрения — это область философских систем и концепций (Ф). В концептуальном поле философствования разрабатывается и общая научная картина мира (НКМ).

 Рис. 9. Место научной картины мира в структуре концептуальных систем

Рис. 9. Место научной картины мира в структуре концептуальных систем

   В научных исследованиях задействуется, как правило, не вся НКМ (тем более что она, как говорилось выше, может включать различные несогласованные между собой области знания). Всякая научная область использует преимущественно свою собственную картину, имеющую максимально приближенный к специфике научной дисциплины характер, — специальную картину мира (СКМ), или дисциплинарную онтологию. Например, существует более или менее определенная физическая СКМ, в которой при желании можно увидеть и такие образования более детализированного характера, как термодинамическая СКМ, оптическая СКМ, СКМ механики сплошных сред и т.п. Именно из ресурсов той или иной СКМ исследователь черпает в первую очередь исходные идеи при построении теоретической схемы (ТС) для конкретных теоретических нужд. Напомним, что теоретическая схема (см, § 4.1) — это внутренне согласованная система абстрактных объектов, непосредственно входящих в основание научной теории. В отличие от представлений из области СКМ,. имеющих широкий масштаб охвата явлений и носящих не очень строгий характер, абстрактные объекты, входящие в ТС, подлежат максимальному уточнению, становятся полноценными научными понятиями теории.
   Следует отличать составляющие СКМ от составляющих ТС. Так, по B.C. Степину, помимо различия в широте и характере охвата явлений, они отличаются еще и тем, что принадлежат к разным типам идеальных объектов: относительно объектов теоретической схемы формулируются законы, относительно объектов картины мира — принципы. Абстрактные объекты ТС — идеализации, их нетождественность действительности очевидна; конструкты же СКМ, тоже будучи идеализациями, онтологизируются, отождествляются с действительностью. Но ТС, всегда отличаясь от СКМ, обязательно связана с ней. Эти связи обеспечиваются особыми процедурами отображения. Благодаря имеющимся взаимосвязям абстрактные объекты ТС и конструкты КМ могут обозначаться одним и тем же термином, который в разных контекстах обретает разный смысл (например, то, что в ТС является вектором электрической напряженности поля, в НКМ является электрическим полем как состоянием мирового эфира и т.п.). Процедуры отображения теоретических схем на НКМ обязательны в развертывании теории, т.к. с их помощью обеспечивается функционирование научной теории, ее применение для объяснений и предсказаний. Если законы теории сформулированы на языке математики, то их семантическая интерпретация — это отображение на НКМ, а эмпирическая интерпретация — это отображение ТС на ситуации реального опыта.
   Итак, исследователь, работая в рамках какой-либо ТС, наделяет ее онтологическим статусом, т.е. приписывает самой реальности существенные признаки ТС, или, по выражению B.C. Степина, “проецирует” свою рабочую ТС на внешнюю концептуальную систему — на СКМ. Иными словами, СКМ является для исследователя ближайшим образом самой реальности. Кроме того, СКМ неявно конденсирует в себе и методологические возможности исследователя, т.е. отражает представления об операционально доступных онтологических характеристиках мира — о том, что и каким способом может быть измерено, вычислено, подтверждено экспериментом или наблюдением.
   Таким образом, задействованная в исследовании научная картина мира является для ученого важным концептуальным образованием, которое играет роль посредника как между различными научными областями, так и между специальным теоретическим ракурсом и представлениями из более обширного, социально-культурного контекста. НКМ оказывается своеобразным каналом, по которому происходит взаимодействие сугубо научного и широкого социокультурного контекстов, достигается их резонанс в сознании ученого. Так, в первую очередь именно на материале НКМ (который отсылает к более общим представлениям общенаучного, метафизического и фундаментально-мировоззренческого характера) формируется ядро работающей научно-исследовательской программы (НИП). Напомним, что ядро НИП содержит базовые метафизические и методологические положения, которые используются исследователями в ходе научного продвижения, в серии сменяющих друг друга теорий (§ 3.5).
   Заметим также, что, с другой стороны, в философских исследованиях НКМ становится тем каналом, который подводит научное знание к уровню философских рассуждений. Ведь в основном философы знакомятся с научными данными не непосредственно, а уже в их некоторой обработке, т.е. в интерпретации, пригодной для метафизического осмысления. Дело в том, что сегодня усложнение и специализация знаний достигли такой степени, что уже невозможно сочетать в себе на достаточно профессиональном уровне, как это было в прошлые века (на примере Р. Декарта и Г.В. Лейбница), роли и ученого, и метафизика. Поскольку воздействие науки на современную жизнь огромно, то НКМ выступает весьма существенным элементом философствования. Представления, относящиеся к НКМ, расцениваются широкими кругами интеллектуалов как знания, имеющие особо важный статус. Поэтому на НКМ приходится равняться в той или иной степени представителям практически любых философских направлений.
   Резюме. Итак, научная картина мира — определенная интерпретация суммы научных, знаний, имеющихся в данный момент времени; она строится совместным усилием ученых и философов. Картина мира стремится дать целостный, максимально наглядный образ универсума. Она находится на пересечении представлений, идущих из науки, с обширным полем общекультурных смыслов. Картина мира представляет собой некую совокупность вариаций в допустимом диапазоне, она находится в режиме непрерывного медленного изменения. Она является не только осмыслением научных результатов, но и концептуальной средой, поддерживающей научное продвижение; для научного познания она выступает в качестве работающего теоретического образования. Прежде всего она является для ученого ближайшим образом самой реальности, а также характеризует его методологические возможности. Картина мира играет роль посредника как между дисциплинами, подсказывая, откуда черпать материал для создания схем, так и между наукой и широким социокультурным контекстом. На основе ее содержания формируются ядра научно-исследовательских программ. Для философов научная картина мира является каналом доступа к научным знаниям.

 
< Пред.   След. >