YourLib.net
Твоя библиотека
Главная arrow Финансовое право и управление публичными финансами в зарубежных странах (А.Н. Козырин) arrow Вместо введения. Сравнительно-правовой метод в финансовом праве
Вместо введения. Сравнительно-правовой метод в финансовом праве

Вместо введения. Сравнительно-правовой метод в финансовом праве

   В последние годы появляется все больше оснований для более активного использования компаративного метода в российской науке финансового права. Среди них - интернационализация хозяйственной жизни, глобализация мировой экономической и финансовой системы, присоединение Российской Федерации к международным договоренностям в финансово-экономической сфере и расширение ее участия в интеграционных процессах.
   Постепенно происходит отход от господствовавшего ранее одномерного взгляда на правовое регулирование публичных финансов сквозь призму исключительно российского финансового законодательства в пользу проведения исследований, которые позволяли бы выявить особенности основных институтов финансового права в различных правовых системах, а также специфические черты, приобретаемые ими через участие в экономических и политических интеграционных процессах.
   Сравнительно-правовой метод позволяет подготовить необходимую эмпирическую базу для изучения процессов унификации и гармонизации правового регулирования финансовых и экономических отношений в целом. С его помощью можно определить влияние финансового права отдельных зарубежных государств и групп стран (экономических, валютных и политических союзов) на современное развитие российского финансового законодательства (например, французского органического закона «О финансовых законах» 2001 года на ход бюджетной реформы в Российской Федерации).
   Сравнительно-правовой (компаративный) метод с самого начала зарождения науки финансового права стал одним из наиболее востребованных приемов исследовательской деятельности. В XIX веке российские ученые много писали о финансовом законодательстве иностранных государств. Иногда это увлечение принимало характер очевидного «перекоса»: «зарубежная тематика» преобладала в исследованиях отечественных юристов, при этом авторы даже не пытались связать свои труды с проблематикой динамично развивавшегося в тот период российского финансового права.
   В этой связи следует вспомнить дискуссию о ценности и задачах сравнительного метода в финансовом праве, разгоревшуюся в российских академических кругах во второй половине XIX века. Известный специалист по финансовому праву того периода В. А. Лебедев (1833 - 1909) считал, что цель сравнительного (компаративного) метода в финансовом праве обязательно должна быть сопряжена с интересами российского государственного хозяйства. Он выступал против «чистого компаративизма» - изучения финансового законодательства иностранных государств исключительно в академических интересах, безотносительно к возможности использования «передового заграничного опыта» в практике российских публичных финансов. В рецензии на книгу М. М. Ковалевского «Опыты по истории юрисдикции налогов во Франции с XIV века до смерти Людовика XIV» (Москва, 1876) В. А. Лебедев писал: «В последнее время в нашей ученой литературе стало замечаться довольно странное явление: некоторые из наших талантливых молодых ученых роются в заграничных библиотеках и архивах - для разработки не каких-либо общих научных или близких сердцу русского ученого вопросов; нет, они трудятся над историческим воссозданием какого-нибудь иностранного учреждения, положим, вполне заслуживающего внимания, - но разрабатывают при этом свою тему в таких подробностях, которые придают их сочинениям слишком много местного колорита, в ущерб их общенаучному значению <...> Мы держимся того убеждения, что русский юрист должен работать в интересах своего отечества, что при исследованиях своих он должен постоянно иметь в виду применимость их выводов в пользу нашего государственного строя, нашего юридического быта, нашего права. Работать для иностранцев нам нет никакой надобности; у них довольно для этого своих талантов, своих ученых сил» [Сборник государственных знаний. Том VI. СПб., 1878. С. 48-49].
   В императорских университетах изучение российского финансового законодательства не мыслилось в отрыве от зарубежных моделей правового регулирования публичных финансов. Неслучайно другой корифей российской науки финансового права - С. И. Иловайский - свою вступительную лекцию, прочитанную в 1887 году при поступлении на службу в Новороссийский императорский университет (г. Одесса), озаглавил так: «Определение, содержание и значение науки финансового права, в связи с кратким очерком финансового положения главнейших государств».
   Большое внимание сравнительному финансовому праву традиционно уделялось и продолжает уделяться на Западе. Авторитетный французский специалист в области публичных финансов и финансового права Поль Мари Годме, работавший во второй половине XX века и хорошо знакомый российскому читателю благодаря переводу на русский язык его книги «Публичные финансы, финансовая политика и казначейство», писал: «Обращение к сравнительному правоведению дает возможность расширения сферы исследования финансовых явлений в пространстве. Сравнение государственных финансов различных стран помогает лучшему пониманию существа различных операций» [Поль Мари Годме. Финансовое право (пер. с франц.). М.: Прогресс, 1978. С. 49]. Более подробно о сравнительном методе он высказался в своей работе «Сравнительное финансовое право: итоги и перспективы», подготовленной для юбилейного издания Общества сравнительного правоведения: «Сегодня задачи сравнительного права сформулированы более точно, чем в тот период, когда первые иссле- дователи-компаративисты ставили перед собой задачу унификации права - задачу, которая применительно к публичным финансам, едва ли будет достигнута в обозримой перспективе. В настоящее время сравнительное право нацелено, прежде всего, на лучшее понимание юридических систем, совершенствование отдельных приемов юридической техники и иногда - на гармонизацию законодательства. Эти задачи представляют особый интерес для современных финансистов. В настоящее время изучение публичных финансов не может сводиться только к изучению сложного и динамичного финансового законодательства. На сегодняшний день сформировалась настоящая наука, которая уже не ограничивается целями излагать нормы и описывать феномены; она старается их объяснить. Для того чтобы уяснить финансовые механизмы, выявить их скрытые пружины, используются экономический анализ, социологические и политические исследования. Компаративный метод также помогает лучше понять налоговые системы или бюджетные процедуры. Нет ни малейшего сомнения в том, что он должен занять в научно-исследовательском инструментарии финансового права такое же место, какое он занял в конституционном и административном праве» [Paul-Marie Gaudemet. Le droit financier compare'. Bilan et perspectives // Livre du Centenaire de la Socide' de legislation comparee. Paris, 1969. Р.221]. В советский период сравнительные финансы и сравнительное финансовое право стали уделом исследователей, выполнявших не столько академические, сколько идеологические задачи. Наука о финансах и финансовом праве капиталистических государств развивалась преимущественно как отрасль знаний об экономическом строе идеологического противника, а от ученых, работавших в этой области, требовалось «неустанно изобличать пороки буржуазного строя и капиталистической экономики».
   Финансам и финансовому праву капитализма противопоставлялись финансы и финансовое законодательство социалистических стран, которые были призваны всячески содействовать совершенствованию организационно-правовых основ валютно-финансового и экономического сотрудничества этих государств в рамках Совета Экономической Взаимопомощи (СЭВ).
   Все тот же идеологический критерий был положен в основу разграничения исследований в области финансов, финансовой политики и финансового законодательства развивающихся стран, как тогда говорили, капиталистической ориентации и развивающихся государств, выбравших социалистический путь развития.
   Результаты научных исследований компаративистов находили отражение в опубликованных научных статьях, различного рода учебной литературе, реже - монографиях. При этом компаративный метод в большей степени оказался востребованным финансистами-экономи- стами. На экономических факультетах читались курсы по финансам, кредиту и денежному обращению в зарубежных странах (как правило, раздельно по буржуазным и социалистическим странам). Были подготовлены выдержавшие многочисленные переиздания учебники: «Финансы капиталистических государств» [под редакцией Б. Г. Болдырева- М.: Финансы, 1975 - 376 с.], «Денежное обращение и кредит при капитализме» [под редакцией Л. Н. Красавиной - М.: Финансы и статистика, 1989 - 365 с.] и учебные пособия: «Денежное обращение и кредит капиталистических государств» [Э. Я. Брегель - М.: Финансы, 1973. - 376с.], «Финансы социалистических государств» [под редакцией Э. А. Вознесенского - М.: Финансы и статистика, 1982 - 296 с.], «Денежно-кредитные системы социалистических стран» [О. И. Лавруишна, Н. И. Валенцевой, И. Д. Мамоновой и др. - М.: Финансы и статистика, 1989 - 208 с.].
   Ценными источниками по сравнительным финансам остаются до сих пор монографии и научные статьи Б. Г. Болдырева, Э. Я. Брегеля, Ф. П. Быстрова, А. И. Динкевича, JI. А. Дробозиной, JI. Н. Красавиной, H. Н. Любимова, JI. П. Павловой, И. А. Трахтенберга, JI. И. Фрея и др., посвященные проблемам финансов, денежного обращения, кредита и международных валютно-кредитных отношений зарубежных стран.Не ставя перед собой задачу составить подробное библиографическое описание источников финансовой компаративистики в советский период, отметим ЛИШЬ основные особенности ИСТОЧНИКОВОЙ базы того периода. Во-первых, советская финансовая компаративистика, как уже отмечалось ранее, отличалась ярко выраженной идеологизацией исследований. Эта особенность, иногда даже выносившаяся в заглавия самих работ [например: Брегелъ Э. Налоги, займы и инфляция на службе империализма. - М.: Госфиниздат, 1953. - 359 с; Критика современных буржуазных теорий финансов, денег и кредита / Под ред. Г. П. Солюса. - М.: Финансы, 1978 - 288 с.], не означает, что книги той эпохи являются исключительно идеологическим «агитпродуктом» и не могут быть полезны исследователю сегодня. Многие авторы, вынужденно используя соответствующие «риторические приемы» (в противном случае у авторов книг по зарубежной проблематике практически не оставалось шансов увидеть свои работы изданными), проводили анализ, результаты которого до сих пор остаются востребованными современным читателем.
   Во-вторых, в работах советского периода преобладали исследования страноведческого характера. В этой связи следует упомянуть монографии, выходившие в 1970-х гг. в издательстве «Финансы» в серии «Финансовые и денежно-кредитные системы капитализма», авторы которых исследовали публичные финансы и денежно-кредитные системы отдельных промышленно развитых стран: JI. Н. Красавина - Франции, JI. А. Дробозина и О. В. Можайсков - Великобритании, В. Н. Шенаев и В. С. Макаров - ФРГ, В. М. Усоскин - США, А. И. Дин- кевич - Японии и т.д. Уникальная страноведческая информация содержится в трехтомном Финансово-кредитном словаре (первое издание увидело свет в 1961-1964 гг., последующее - в 1984-1988 гг.).
   Иными словами, большинство выходивших в то время работ было посвящено не сравнительным финансам, а публичным финансам отдельных зарубежных стран или регионов (групп стран). Примеры собственно сравнительных исследований были крайне немногочисленны. Компаративный метод мог быть удачно и в полной мере реализован в ходе исследовании отдельных институтов публичных финансов - бюджета, налогов, государственного кредита и т. д. [См., например, работы М. Б. Богачевского: Бюджет капиталистического государства. - М.: Госфиниздат, 1960. -195 с.; Налоги капиталистических государств. - М.: Соцэкгиз, 1961 - 322 с.; Государственный кредит в капиталистических странах. - М.: Финансы, 1966. -191 с.].
   Иногда компаративный анализ финансов удавалось сочетать с исследованием финансовых систем отдельных зарубежных государств. Так, в уже упоминавшемся учебнике «Финансы капиталистических стран» под редакцией Б. Г. Болдырева в общей части содержится сравнительный обзор основных институтов публичных финансов, а в особенной части описываются финансовые системы отдельных государств.
   Указанные особенности были характерны и для работ по финансовому праву зарубежных стран. Последние, заметим, в советский период появлялись значительно реже, чем компаративные исследования финансистов-экономистов.
   Экономисты пытались «привить вкус» юристам к изучению зарубежного финансового законодательства. Сразу же после войны Б. Г. Болдыреву было поручено подготовить программу по финансовому праву для Московского государственного университета, и он разработал курс, который назывался «Финансовое право СССР и зарубежных государств». Программа этого курса, снабженная подробными библиографическими списками, была опубликована, и ее можно найти в ряде публичных библиотек (автор этих строк работал с нею в читальном зале Института научной информации по общественным наукам - ИНИОН РАН).
   Программа профессора Болдырева - беспрецедентная и смелая попытка интегрировать финансовое право СССР в единое научное пространство, в рамках которого исследуются различия и общие черты отдельных национальных законодательств, регулирующих публичные финансы. Однако подход к изучению финансового права, предложенный Б. Г. Болдыревым, не прижился. В юридических вузах и на правовых факультетах университетов стали читать курс «Советское финансовое право», в котором акцент был поставлен на первом слове.
   Практиковалось включение в учебники по советскому финансовому праву отдельной главы по зарубежному финансовому праву. Как правило, такая глава имела яркую идеологическую окраску: финансовое право капиталистических стран анализировалось в ней не столько для сравнения и сопоставления различных моделей финансово-право- вого регулирования, сколько для их противопоставления и выявления принципиальных расхождений, обусловленных различиями в политическом и социально-экономическом строе социалистических и капиталистических государств. Кстати, именно поэтому в главе по зарубежному праву не рассматривалось финансовое право социалистических стран - не было идеологических оснований для такого рода сравнений.
   Так, в учебнике «Советское финансовое право» под редакцией В. В. Бесчеревных и С. Д. Цыпкина [М.: Юридическая литература, 1974
   - 464 с.] применение компаративного метода нашло отражение в главе «Финансовая деятельность и финансовое право капиталистических государств», подготовленной Н. А. Куфаковой. В учебнике под редакцией Е. А. Ровинского [М.: Юридическая литература, 1978 - 344 с.] глава «Общая характеристика буржуазного финансового права», написанная Е. А. Ровинским, состояла из трех параграфов: «Сущность буржуазного финансового права», «Основные институты буржуазного финансового права в период государственно-монополистического капитализма» и «Развитие доктрины финансового права». При этом изучение основ финансового права капиталистических государств было факультативным элементом системы финансового права как учебной дисциплины. В некоторых учебниках такая глава отсутствовала; не было ее, например, в учебнике «Советское финансовое право» под редакцией JI. К. Вороновой и Н. И. Химичевой [М.: Юридическая литература, 1987 - 464 с.]. Еще одним косвенным свидетельством идеологической нацеленности сравнительных исследований в финансовом праве в советский период является преобладание в немногочисленных научных публикациях того времени сюжетов по бюджетно-правовой проблематике, особое внимание в которых уделялось противопоставлению расходных статей бюджетов капиталистических и социалистических стран [Ровинский Е. А. Новые явления в бюджетном праве капиталистических государств // Советское государство и право. 1961. № 5; он же. О критическом освещении вопросов буржуазного финансового права в курсе советского финансового права // Труды ВЮЗИ. Том XIX. М., 1971. С. 3-31].
   Специальные курсы по финансовому праву зарубежных стран в советских вузах не изучались, за одним разве что исключением - в Университете дружбы народов читался курс «Финансовое право развивающихся стран». Разработчик этого курса и бессменный лектор - Н. А. Куфакова - подготовила одноименное учебное пособие, которое небольшим тиражом вышло в университетском издательстве и практически сразу же стало библиографической редкостью [Куфакова Н. А. Финансовое право развивающихся стран. М.: Изд-во УДН, 1988. - 76 с.].
   Остро ощущалась нехватка переводных книг по финансовому праву. В этом отношении финансовое право значительно уступало другим отраслям права. Если по государственному, гражданскому и уголовному праву количество изданных переводных монографий и учебников иностранных авторов исчислялось десятками, то в финансовом праве переводов иностранных источников было совсем немного. Чаще всего цитировались книга Гастона Жеза «Общая теория бюджета», предисловие к которой написал наркомфин Г. Я. Сокольников [М.: Госфиниздат, 1930. - 340 с.], и уже упоминавшаяся работа Поля Мари Годме «Финансовое право» в переводе Р. О. Халфиной [Поль Мари Годме. Финансовое право (пер. с франц). М.: Прогресс, 1978 - 429 с.].
   Особым спросом в тот период у всех, кто интересовался иностранным финансовым правом, пользовались обзоры законодательства зарубежных государств, готовившиеся Всесоюзным институтом советского законодательства (ВНИИСЗ, ныне - Институт законодательства и сравнительного правоведения). В этих выпусках содержалась ценная информация о текущих изменениях в различных отраслях иностранного законодательства, включая финансовое и налоговое право. Трудно переоценить значение публикаций ВНИИСЗ для того времени, когда не существовали Интернет и электронные базы иностранного законодательства, а международные академические контакты были сильно затруднены.
   Сотрудники Института готовили также тематические обзоры иностранного законодательства, в том числе по финансово-правовой проблематике (по органам управления финансами, счетным палатам, налоговым преступлениям и проступкам, пенсионным системам и страховой медицине в зарубежных странах и т.д. ).
   Характеризуя развитие финансового компаративизма в советский период, следует отметить, что финансово-правовой наукой сравнительный метод был востребован в меньшей степени, чем экономической наукой, изучавшей финансы зарубежных стран, а само финансовое право в сравнительно-правовом плане оказалось в тот период менее исследованным, чем другие отрасли юриспруденции, такие как государственное (конституционное), гражданское и уголовное право.
   В 1990-х гг. финансовая компаративистика переживала, как и вся российская наука, не самые лучшие времена. Изучение публичных финансов и финансового законодательства зарубежных стран - весьма затратное и при этом не быстро окупаемое направление научных исследований. Оно предполагает знание нескольких иностранных языков, постоянные контакты с иностранными учеными и исследовательскими центрами, наличие свободного доступа к иностранным базам данных. При этом, «государственный заказ» на эту тематику в 1990-е годы начал буквально таять на глазах. Редкие исследования проводились скорее по инерции - завершались ранее начатые проекты. Все это, в конечном счете, и приводило к тому, что исследователи стали уходить из финансовой компаративистики.
   В 2000-е годы ситуация начинает меняться к лучшему благодаря, как нам кажется, двум основным причинам. Во-первых, этому способствовал курс на более активное вовлечение России в международные и региональные интеграционные процессы: создание Шанхайской организации сотрудничества (ШОС ) и формирование на постсоветском пространстве Таможенного союза с участием Российской Федерации. Во-вторых, восстановление академического интереса к сравнительным исследованиям было связано с созданием магистерских программ по финансам и финансовому праву, в которых появились компаративные курсы. Не последнюю роль в этом отношении сыграли вхождение России в Болонский процесс, активизация академической мобильности и открытие в ряде российских вузов программ «двойных дипломов», совместных с ведущими зарубежными университетами.
   Кроме образовавшегося за два минувших десятилетия кадрового голода, компаративистика в финансовом праве сталкивается сегодня с рядом проблем, которые были «унаследованы» от тех времен, когда велись дискуссии о сути и задачах сравнительно-правового метода в отечественной юридической науке, о предмете сравнительного правоведения [подробнее см.: Зивс С. Л. О методике сравнительного правоведения //Советское государство и право. 1964. № 3; Тилле А. А. Социалистическое сравнительное правоведение. М.: Юрид. лит., 1975 - 207 с.; Сравнительное правоведение: сборник статей / под ред. В. А. Туманова. М.: Прогресс, 1978 - 247 с.; Тилле А. А., Швеков Г. В. Сравнительный метод в юридических дисциплинах. М.: Высшая школа, 1978 - 199 с.].
   Исходя из преобладающего в настоящее время мнения о том, что сравнительное правоведение представляет собой такой метод изучения права, который, во-первых, характеризуется исследованием «институтов не одной правовой системы (системы права одного государства), а двух или более систем», а во-вторых, в качестве непосредственной цель исследования определяет «выявление соответственно общего или различного и противоположного» [Зивс С. Л. О методике сравнительного правоведения // Советское государство и право. 1964. № 3. С. 25], сформулируем основные задачи компаративных исследований в финансовом праве, которые, на наш взгляд, являются наиболее актуальными на сегодняшний день.
   1. Следует более активно использовать приемы диахронического компаративизма, то есть сравнения объектов в разное время. В настоящее время господствующим подходом является синхронический анализ, предполагающий одновременное сравнение объектов: например, Бюджетного кодекса Российской Федерации с действующим во Франции органическим законом «О финансовых законах» 2001 года. Диахроническое сравнение в данном случае предполагает расширить границы объекта исследования и проанализировать, наряду с органическим законом 2001 года, действовавший до этого ордонанс 1959 года о финансовых законах. Такой подход позволяет выявить суть бюджетной реформы, произошедшей во Франции на рубеже веков и оказавшей существенное влияние на концепцию реформирования государственного управления и бюджетной системы в Российской Федерации.
   2. Неосвоенным пластом отечественной финансовой компаративистики до сих пор остается субфедеральный уровень. Едва ли стоит пояснять, какое значение приобретают сегодня проблемы правового регулирования бюджетного федерализма (в ряде стран - бюджетного регионализма). Зарубежный опыт решения аналогичных проблем позволяет не только обогатить отечественных реформаторов ценным знанием, облегчить поиски оптимальной финансово-правовой модели, но и избежать возможных серьезных ошибок, способных перерасти в политические потрясения. Вот почему федеральный уровень сравнения финансового, бюджетного и налогового законодательства следует дополнять субфедеральным анализом, предусматривающим сравнительный анализ соответствующих отраслей законодательства различных субъектов одной или нескольких федераций. Применительно к «усложненным» унитарным государствам (Испания, Италия, Великобритания, Китай и др.) стоит задача проведения исследований по «региональной» финансовой компаративистике. Заметим, что субфедераль- ная компаративистика уже давно и весьма успешно применяется при исследовании, например, уголовного и гражданского права США и Канады.
   3. Финансовая компаративистика должна оперативно реагировать на новые ориентиры российской внешней политики. В первую очередь это касается таких направлений, как ШОС и БРИК (Бразилия, Россия, Индия, Китай). Не секрет, что у нас отсутствует самая элементарная информация о современном состоянии правовой системы новых флагманов мировой экономики - Китая, Индии и Бразилии, не говоря уже об исследованиях финансового и экономического законодательства этих стран, так необходимых для успешного участия Российской Федерации в интеграционных процессах на этих направлениях.
   4. Стоит задача уточнения понятийного аппарата компаративистики. Прежде всего, в этой связи следует обратить внимание на то, что нередко авторы неправомерно отождествляют сравнительно-правовые исследования с исследованием финансового законодательства конкретного государства. Очень тактично на эту проблему обратил внимание А. С. Автономов, издавший в один и тот же год две книги - «Сравнительное избирательное право» и «Избирательное право зарубежных стран». Практически одновременное появление этих двух книг заставило еще раз задуматься о различии соответствующих подходов к научным исследованиям.Еще одна проблема, обозначившаяся в последнее время, связана с попытками выдать опыт одной, пусть даже очень крупной и экономически развитой страны, за «международный опыт». «Зарубежный опыт» и «международный опыт» никогда не отождествлялись в отечественной юридической науке (и авторы, сегодня занимающиеся в России исследованиями «международного опыта» финансово-правового регулирования отдельных зарубежных государств и хорошо знакомые с отличием между международным и национальным (государственным) регулированием, не могут этого не знать). Справедливости ради отметим, что в научной литературе отдельных зарубежных стран, действительно, встречается использование понятие «международный» применительно к национальному регулированию (например, об international taxation говорят, когда речь заходит о существующем в данном государстве порядке налогообложения нерезидентов). Верно и то, что в некоторых странах существует весьма «специфический» взгляд на международное право и ценность международно-правового регулирования. Подходы национального законодательства в этих странах нередко выдаются за «международные стандарты». Однако представляется, что едва ли целесообразна рецепция таких понятий как «международный опыт отдельного государства» в российскую юридическую науку, которая всегда четко разводила понятия национально-правового (или государственно-правового) и международно-правового регулирования. Решить задачи, стоящие сегодня перед российской компаративистикой, можно лишь одним путем - мобилизовав сохранившийся на данный момент интеллектуальный потенциал и определив сравнитель- но-правовые исследования в качестве одного из приоритетов развития российской юридической науки.
   Сравнительное правоведение - сфера фундаментальных исследований, и без государственной поддержки вывести российскую компаративистику на достойный уровень будет невозможно.

***

   В заключение хотелось бы остановиться на том, как возник замысел этой книги.
   ... Первые шаги автора в направлении исследования зарубежного финансового права были поддержаны профессором доктором юридических наук И. П. Ильинским, сделавшим многое для изучения в нашей стране иностранного публичного права. Однако, когда автор отмечал массовый «исход» компаративистов экономистов и юристов в 1990-е гг., он имел в виду в том числе и свой конкретный случай. После старта, обозначившегося рядом публикаций по конституционному, административному и финансовому праву зарубежных стран, ему пришлось на несколько лет оставить это направление исследовательской работы. В 2000-е гг. удалось лишь обозначить свой интерес к этой теме немногочисленными публикациями, сюжеты которых были, как правило, связаны с грантовыми исследовательскими проектами.
   Сегодня, когда при сохранившемся интересе к компаративным исследованиям появилась возможность ими заниматься, возникла необходимость подвести некоторый итог тому, что удалось сделать за минувшие двадцать лет, провести своеобразную инвентаризацию научного задела в финансовой компаративистике, результатами которой могли бы воспользоваться и те, кто только начинает свое знакомство с финансовым правом зарубежных стран.

Выражение благодарности

   Автор считает своим приятным долгом поблагодарить за содействие при подготовке книги:
   Министерство иностранных дел Канады и Международный совет по изучению Канады (International Council for Canadian Studies), оказавших содействие при подготовке п. 5.2 «Государственный долг Канады: проблемы правового регулирования и п. 5.5 «Управление генерального аудитора в Канаде: организационно-правовые основы деятельности»;В. Нижнянского, уполномоченного Правительства Словакии по децентрализации, а также руководство Ассоциации городов и сел Словакии (Zdruzenia miest a obci Slovenska, ZMOS), оказавших содействие в подготовке п. 6.1 «Современные финансовые модели децентрализации публичной администрации: опыт Словакии». Материал по Словакии подготовлен по результатам исследовательского визита в офис Программы развития ООН (ПРООН) в Братиславе, организованного в рамках Инновационной программы Государственного университета - Высшей школы экономики.

 
< Пред.   След. >