YourLib.net
Твоя библиотека
Главная arrow Курс трудового права. В 2 томах (А.М. Лушников, М.В. Лушникова) arrow 4.1. Генезис российской науки трудового права (конец XIX — начало XX в.)
4.1. Генезис российской науки трудового права (конец XIX — начало XX в.)

4.1. Генезис российской науки трудового права (конец XIX — начало XX в.)

   Предпосылки формирования российской науки трудового права были в значительной мере схожи с предпосылками аналогичных процессов в других странах. К числу важнейших из них можно отнести в самом широком смысле влияние Запада. Оно осуществлялось через законодательство стран Европы и США, исследования зарубежных ученых, изучение тамошней правоприменительной практики, зарубежные стажировки, общение с иностранными специалистами и др. Можно отметить, что преимущественная ориентация на немецкое законодательство, которая стала доминирующей и в российской науке и законодательной практике, была вполне обоснованной. В России неоднократно публиковались немецкие законы и переводные научные работы. Подчеркнем, что до начала 80-х годов XIX в. весьма активно изучалось законодательство Англии как наиболее прогрессивное для того времени. Продолжалось это и в дальнейшем наравне с законодательством Франции, Бельгии, США и ряда других стран. Во многих общих работах, посвященных рабочему законодательству, также в той или иной мере рассматривается зарубежный опыт. Мощным импульсом, активизирующим научный поиск русских юристов, стали работы немецких ученых Х. Данкварта, В. Эндеманна и особенно Ф. Лотмара.
   Некоторое влияние на российских ученых оказал созданный в 1872 г. германский Союз социальной политики. Его участники выступали за вмешательство государства в экономические и социальные отношения с целью построения «государственного социализма». Они доказывали возможность законодательного решения рабочего вопроса, необходимость социального страхования рабочих за счет предпринимателей, ратовали за создание рабочих корпораций, их социальное партнерство с государством и работодателями. Наиболее яркими его представителями были Л. Брентано (1844—1931), А. Вагнер (1835—1917), Г. Шмоллер (1837—1917) и А. Шеффле (1831—1903). Это во многом объясняет то, что проблемы трудового права на Западе изучали главным образом ученые социалистической ориентации, которые во многом разделяли учение К. Маркса, но делали вывод не в пользу классовой борьбы, а в пользу реформ и социального партнерства. Аналогичная ситуация сложилась и в России. Именно исследования немецких ученых имел в виду Л.С. Таль, утверждая, что человеческая личность, «по воззрениям современных культурных народов, не может быть предметом имущественных сделок».
   Возникновение науки трудового права связано с обоснованием труда как особого объекта правового регулирования, который не укладывается в рамки гражданско-правовой конструкции найма труда, ибо в принципе отличается от любого другого объекта гражданского права. Отдельные проблемы правового регулирования отношений между работодателями и работниками достаточно отчетливо проявились уже в первой половине XIX в. Но говорить о становлении науки трудового права в России ранее 80-х годов XIX в. не приходится. Более того, в конце прошлого века шло количественное накопление обобщений и комментариев законодательства и правоприменительной практики. Качественный уровень, связанный с определением предмета, метода, принципов, выделением основных институтов трудового права, проявился уже скорее в исследованиях начала ХХ в. Таким образом, на рубеже XIX—XX вв. в России явственно обозначились и активно проявили себя предпосылки формирования науки трудового права. Они были связаны с бурным развитием капиталистических отношений, обострением «рабочего вопроса», расширением рынка наемного труда после отмены крепостного права, своеобразным «социальным заказом» политического режима на разработку соответствующего законодательства, появление которого в свою очередь стимулировало научный интерес к правовому регулированию труда. Определенная зрелость общественных отношений и достаточно высокий уровень развития гуманитарных, в том числе юридических, наук привели к тому, что уже в применении к началу XX в. мы можем говорить о существовании новой для России юридической науки. Российских исследователей, стоявших у истоков формирования науки трудового права, можно условно разделить на несколько групп. Во-первых, это представители академической науки и общественные деятели; во-вторых, фабричные инспектора; в-третьих, представители предпринимательских союзов; в-четвертых, государственные деятели и чиновники. Условно говоря, для представителей второй, третьей и четвертой групп исследователей их научный интерес во многом определялся кругом служебных обязанностей. Отметим, что первые ученые-трудовики в узком смысле первоначально относились к одной из этих групп.
   Биографические очерки с указанием наиболее существенных публикации видных отечественных ученых-трудовиков помещены в приложении к настоящему Курсу (т. 2). Это позволяет нам в данном разделе сосредоточиться на общей канве развития отечественной науки трудового права.
   Представители академической науки и общественные деятели — пионеры трудоправовых исследований. В их числе оказались не только профессиональные юристы, но и экономисты, а также специалисты в других областях знания. Наиболее известны из этой группы Р.А. Дистерло, Л.С. Таль, М.И. Туган-Барановский, В.В. Святловский, В.Г. Яроцкий, И.С. Войтинский, М.Г. Лунц, И.А. Трахтенберг, В.М. Догадов и др.
   Р.А. Дистерло (1859 — после 1917) провел первое в российской правовой науке комплексное исследование проблем личного найма. Можно сказать, что он стоял у истоков учения о трудовом договоре. Более подробно о его научном наследии будет сказано в разделе, посвященном трудовому договору.
   В.Г. Яроцкий (1855—1917) стал первым ученым, который рассматривал в комплексе весь спектр проблем правового регулирования отношений между работниками и работодателями. Для него было очевидно, что социальное страхование работников является составной частью более глобального вопроса о правовом регулировании трудовых отношений. Он признавал их наличие и справедливо называл экономическими отношениями. Будучи урегулированными правом, они, по его мнению, приобретали форму «экономического» правоотношения.
   Его перу принадлежит первое в России исследование, где всесторонне рассматривается наемный труд как предмет хозяйственного оборота. При этом В.Г. Яроцкий аргументированно доказывает, что труд не может быть признан товаром и принципиально отличается от любых других объектов гражданских отношений. Даже в настоящее время его аргументация может быть признана обоснованной. Яроцкий однозначно приветствовал появление первых российских фабричных законов в 80-х годах XIX в. и полностью отрицал «патриархальность» в отношениях рабочих и хозяев предприятий. Он выступил сторонником жесткого определения периодичности выплаты зарплаты, ее строго денежной формы, уравнивания прав работников и работодателей на одностороннее расторжение договора личного найма, запрета уголовного преследования за нарушение условий этого договора. Яроцкий значительно раньше Л.С. Таля поставил вопрос об известном господстве над личностью работника в трудовых отношениях, о неотделимости труда от личности его носителя. Он констатировал «непригодность общих юридических законоположений» для обеспечения отношений по договору личного найма, т.е. по сути поставил вопрос о необходимости специального законодательства, совмещающего частные и публичные начала. Он считал, что «нравственная обязанность государства» заключается во вмешательстве «в борьбу интересов фабрикантов и рабочих с целью ее урегулирования». В своих работах он постоянно проводил мысль о необходимости внесения правового начала в отношения между работниками и работодателями. Он справедливо считал, что работники являются более экономически слабой стороной и нуждаются в правовой защите. Особую роль В.Г. Яроцкий отводил государству, прежде всего как законодателю, но также и как организатору эффективного взаимодействия между трудом и капиталом. Государство, по его мнению, должно было осуществлять меры по охране труда работников и их защите от произвола хозяев.
   В то же время не вызывает сомнения то, что первым российским ученым-трудовиком являлся Л.С. Таль (1867-1933), который занимает в истории науки трудового права совершенно уникальное место. Его можно считать основателем трех ведущих российских школ трудового права - московской, санкт-петербургской и ярославской, о чем будет сказано ниже. Его перу принадлежат первые диссертационные и монографические исследования, посвященные проблемам правового регулирования трудовых отношений, а также один из первых учебников по промышленному (трудовому) праву. Именно он разработал концепцию трудового договора в узком смысле, которая нашла отражение и в современном трудовом законодательстве. Л.С. Таль сформулировал практически все основные положения теории трудового договора, которые с некоторой модификацией разделялись как многими советскими, так и современными российскими учеными. Он также стоял у истоков теории коллективного договора, концепции работодательской власти и внутреннего трудового распорядка на предприятии. Л.С. Таль уделял большое внимание историческим аспектам разрабатываемых проблем и зарубежному опыту. По сути он заложил основы российской теории трудового права, о чем речь пойдет далее.
   Младшим современником и учеником Л.С. Таля был И.С. Войтинский (1884-1943), опубликовавший свои первые работы также в начале XX в. и ставший затем наиболее видным советским теоретиком трудового права 20-х - начала 30-х годов XX в. Он был крупным специалистом в сфере зарубежного трудового права и коллективного договора. И.С. Войтинский заложил теоретические основы отечественного учения о трудовых спорах, а также занимался широким спектром проблем, включая вопросы заработной платы и рабочего времени. Его перу принадлежат первые исследования по теории советского трудового права.Научное наследие отечественных исследователей-практиков: фабричных инспекторов, представителей промышленников и предпринимателей, государственных деятелей. Как уже указывалось, для части первых российских исследователей интерес к проблемам правового регулирования труда был связан с их профессиональной деятельностью. К их числу относятся служащие фабричных инспекций, прежде всего фабричные инспектора и ревизоры. Среди них можно выделить Е.Н. Андреева, А.И. Братолюбова, АН. Быкова (Ф. Павлова), В.Е. Варзара, Е.М. Дементьева, Л.Н. Игнатова, А.К. Клепикова (С. Гвоздева), В.П. Литвинова-Фалинского, А.А. Микулина, Я.Т. Михайловского, П.А. Пескова, А.А. Пресса, И.И. Тимофеева, а также академика И.И. Янжула, бывшего одним из первых фабричных инспекторов, и профессора ИХ Озерова.
   Наиболее известным и деятельным инспектором первого призыва был И.И. Янжул (1845-1914). В 1882-1887 гг. он был фабричным инспектором Московского фабричного округа, а до этого - членом комиссии московского генерал-губернатора Долгорукого по рабочему вопросу, автором одной из первых крупных публикаций, посвященных сравнительному анализу положения женщин и детей на фабриках Англии и России. По заданию комиссии он выезжал в Англию и Швейцарию для изучения работы местных фабричных инспекций. В 1884-1885 гг. он принимал участие в работе комиссии В.К. Плеве по рабочему вопросу. В ней он был наиболее деятельным участником наряду с профессором уголовного права Н.С. Таганцевым и государственными чиновниками Н.А. Ермаковым, П.Н. Дурново. Отчеты Янжула в качестве окружного фабричного инспектора были опубликованы и имели большой научный и общественный резонанс. Им были вскрыты многочисленные случаи нарушений фабричного законодательства. Структура его отчетов была строго академична и содержала, по рубрикам, сведения о малолетних рабочих, общие сведения обо всех рабочих, результаты осмотра фабрик, авторские комментарии и предложения по улучшению ситуации. Их можно признать первыми комплексными исследованиями практики применения актов российского фабричного законодательства. За свой первый отчет в 1885 г. Янжул был награжден золотой медалью Географического общества. Он доказывал, что в России существует рабочий вопрос в западноевропейском его понимании. Решение рабочего вопроса виделось ему через создание развитого трудового законодательства, создание сильных профсоюзов и активную деятельность государства по охране труда. В его работах была, по сути, сформулирована идеология социального партнерства. В то же время он предупреждал о том, что гипертрофированное раздувание рабочего вопроса, «рабочепоклонство» тоже имеет негативные последствия. Он ратовал за самодеятельное участие рабочих организаций в установлении условий труда, допускал экономические забастовки, но предупреждал против злоупотребления ими. Как экономист, он видел негативные экономические последствия массовых актов классовой борьбы и предлагал их избегать посредством четкой правовой регламентации взаимоотношений работников и работодателей.
   Если И.И. Янжул мог оказывать только косвенное влияние на разработку актов фабричного законодательства как член государственных комиссий, то В.П. Литвинов-Фалинский (1868-1929) принимал непосредственное участие на всех этапах законотворческого процесса, будучи высокопоставленным государственным чиновником. При этом он не ограничивался казенными отписками или формальным проявлением активности. Он исследовал зарубежное социальное законодательство, правовые аспекты взаимодействия рабочих и хозяев предприятий, промышленную статистику и причины травматизма, проблемы страхования рабочих, историю российского фабричного законодательства. Отсюда комплексный подход к законодательному решению рабочего вопроса. Большая роль при этом отводилась социальному страхованию работников за счет средств предпринимателей и с участием государства. Он был одним из первых российских чиновников, отрицательно относившихся к попечительству в отношении работников, не одобрял «зубатовщины». От большинства чиновников его отличала широта реформаторских замыслов и ориентация на законодательное решение рабочего вопроса. В своей практической деятельности он контактировал не только с предпринимательскими кругами, но и с университетской профессурой, прислушивался к ее мнению. Он выступил сторонником рабочего представительства на предприятиях, законодательного ограничения работодательской власти предпринимателя по установлению условий труда. В.П. Литвинов-Фалинский прямо предлагал опираться на взаимодействие и сотрудничество работников и работодателей при участии государства. Иными словами, он ратовал «за разумное сочетание интересов» работников, работодателей и государства.
   Идейным наследником И.И. Янжула можно в какой-то мере считать ИХ. Озерова (1869-1942). Он являлся фабричным инспектором, сотрудничал с рабочими организациями. Как один из инспекторов первых призывов, он в своих работах большое внимание уделял правовому регулированию отношений работников и работодателей.
   С этой целью он активно изучал зарубежную законодательную практику, особенно Германии и Великобритании. Следствием этого стала его принципиальная позиция о необходимости законодательного согласования интересов работников и работодателей при активной роли государства. ИХ. Озеров по приглашению рабочих сотрудничал с «зубатовскими» организациями в Москве, участвовал в подготовке их учредительных документов. После этого к нему был приклеен ярлык «предателя интересов рабочего класса, соглашателя». Между тем для него это было попыткой реализовать на практике свою теоретическую модель классового мира.
   В числе первых ученых, занимающихся проблемами правового регулирования труда, было немало врачей. Одним из наиболее ярких представителей этой профессии являлся Е.М. Дементьев (1850-1918?). Он своими исследованиями показал, что рабочий вопрос в России не только существует, но и стоит достаточно остро. На уровне статистического исследования было показано плачевное экономическое и бесправное правовое положение рабочих. Его можно назвать одним из первых ученых, занимавшихся проблемами статистики труда. Большой общественный резонанс имела его публицистически острая работа «Фабрика, что она дает населению и что она у него берет». Из нее следовало, что берет фабрика значительно больше. Дементьев показал, что отсутствие эффективного законодательства об охране труда опасно для государственных интересов. Он установил, что фабричное население дает гораздо больший процент негодных о состоянии здоровья к воинской службе, чем другие слои населения. При этом он активно изучал западное трудовое и ремесленное законодательство, сравнивал западные и российские стандарты норм охраны труда. Дементьев анализировал иностранное законодательство о регулировании рабочего времени и продолжительности работы, об ответственности нанимателей за вред, причиненный жизни и здоровью работника. При рассмотрении организации ремесленной промышленности в западноевропейском законодательстве он особое внимание уделил вопросам найма рабочей силы. Его исследования отличались гуманистической направленностью, показывали необходимость правового регулирования трудовых отношений, особенно охраны труда женщин и детей. Он активно занимался проблемами социального страхования, врачебной помощи рабочим и социальной защиты инвалидов труда. Будучи высококвалифицированным врачом, он занимался проблемами медицинской экспертизы, критериями установления инвалидности по труду и рядом других проблем, находящихся на стыке медицины и права.
   Фабричный инспектор А.Н. Быков (1860-1919) предметом своих научных исследований избрал зарубежное и российское законодательство о социальном страховании рабочих, а также анализировал борьбу с промышленным травматизмом, правовую регламентацию времени отдыха. Быков довольно широко определял фабричное законодательство как специальные законы, которые имеют целью устранить или ослабить тяжелые и вредные для рабочих последствия фабричной, заводской или горной работы, урегулировать отношения между фабрикантами и рабочими или обеспечить рабочим возможность получить и продолжить образование. Он особо выделял социальное назначение фабричного законодательства как законодательства охраны труда. А.Н. Быков выступал за активную борьбу рабочих в защиту своих прав, но эта борьба виделась ему преимущественно в правовых рамках: через легальные экономические забастовки, бойкоты, лебель. Он был сторонником свободы рабочих ассоциаций. Большое внимание в его исследованиях отводилось истории правового регулирования трудовых отношений в России, активной критике патерналистской государственной политики по отношению к рабочим.
   В.Е. Варзар (1851-1940) был основоположником промышленной статистики в России. В 1917 г. он являлся управляющим отдела промышленности Министерства труда Временного правительства, членом комиссии, образованной при этом отделе. Варзар принимал участие во всех государственных комиссиях по разработке актов фабричного законодательства начиная с середины 90-х годов XIX в. В 1900 и 1908 гг. под его руководством проведены два первых статистических обследования промышленных предприятий. Он был одним из первых исследователей статистики забастовок в России. Его труды по этой тематике можно считать классическими. Они заслужили высокую оценку как представителей царской администрации, так и В.И. Ленина.
   Фабричный инспектор А.А. Микулин был участником социал-демократического движения, последователем экономического учения К. Маркса. Уже в первых своих научных работах он показал себя как сторонник расширения сферы применения фабричного законодательства, четко выявил его слабые места и предложил конкретные рекомендации по их устранению. Он считал возникновение фабричного законодательства логичным и неизбежным следствием фабричной системы производства. Это законодательство, по его мнению, должно было ограждать рабочих от негативных последствий капиталистического способа производства и машинной индустрии. Микулин был компетентным специалистом в сфере истории и современного состояния фабричной инспекции. Рабочий вопрос им ставился как один из основных вопросов социальной жизни. Он связывал его с правом каждого пользоваться полностью продуктами своего труда. В круг его научных и профессиональных интересов входили также вопросы социального страхования рабочих и рабочего времени.
   Фабричный инспектор Л.Н. Игнатов (1869-1915) в Германии изучал деятельность тамошних фабричных касс. Он перевел на русский язык сочинения Г. Фрезе «Участие рабочих в прибылях предприятия» и «Конституционный строй на фабрике». Его позиция строилась на том, что трудовой спор лучше предотвратить, чем впоследствии разрешить. Научные исследования Л.Н. Игнатова были посвящены в основном вопросам предупреждения несчастных случаев, охране жизни и здоровья работников. При этом его интересовала не только техническая, но и правовая сторона проблемы. Большой интерес представляет его анализ западного фабричного законодательства.
   В эту же группу исследователей можно включить представителей промышленников и предпринимателей, объединенных впоследствии в общества и союзы (Общество для содействия русской промышленности и торговли (с 1867 г.), Биржевые комитеты, получившие с 1870 г. право выступать в качестве представительных учреждений, Совет торговли и мануфактур (с 1872 г.), Петербургское общество содействия улучшению и развитию фабрично-заводской промышленности (с 1897 г.) и др.). Например, в уставе последнего в качестве задачи выделялось проведение исследований, касающихся в том числе производства, разрешения конфликтов между работодателями и наемными работниками, определения расценок оплаты труда и других условий труда для различных отраслей промышленности. Деятельность союзов работодателей, число которых после 1905 г. стало стремительно расти, строилась по трем основным направлениям: борьба со стачечным движением, формирование и регулирование рынка труда, работа над законопроектами в области трудовых отношений. Изданные Труды Всероссийского торгово-промышленного съезда 1896 г. в Нижнем Новгороде включали в себя более 10 содержательных и обширных публикаций по вопросам социального законодательства. Вполне академические исследования подготовили член Общества для содействия русской промышленности и торговли Л.Б. Скаржинский (1852-?), представитель постоянного совещания конторы железозаводчиков А. Кеппен, инженер Г.Ф. Тигранов, крупный предприниматель В.В. Жуковский (1860-1916) и др. Необходимо сказать и о государственных чиновниках, занимавшихся проблемами правового регулирования труда по долгу службы. Вероятно, первым из них стал экономист Ф.Г. Тернер, бывший впоследствии товарищем министра финансов. К этой группе также можно причислить члена Совета министра финансов В.П. Безобразова, сенатора
   А.М. Нолькена, чиновника по особым поручениям Министерства финансов Е.Е. Савича, члена Совета министра внутренних дел профессора И.Я. Гурлянда, министра финансов профессора Н.Х. Бунге, глав правительственных комиссий по рабочему вопросу А.Ф. Штакельбер- га, П.Н. Игнатьева, П.А. Валуева, М.М. Федорова, Д.А. Философова,
   В.Н. Коковцова, С.О. Загорского, экспертов этих комиссий А.А. Бенкендорфа, А.Ф. Федорова и др.
   Ф.Г. Тернер (1828-1906) совмещал научную работу с государственной службой, причем первая была непосредственно связана с последней. Он правомерно связывал обострение рабочего вопроса с развитием промышленности и появлением нового вида социального риска, ибо для рабочего потеря работы - «потеря всего». Эта идея напрямую выводила ее автора на проблему социального страхования лиц наемного труда, так как «нельзя наказывать людей, не по своей воле потерявших работу». Для борьбы с социальными рисками предлагались меры «регламентированной предусмотрительности», которые имели целью «некоторое обеспечение рабочего класса путем законодательным». Этот путь предусматривал обязательные меры, как-то: разные сборы с рабочего населения для целей социального обеспечения (на устройство госпиталей, приютов, запасных капиталов и др.). При этом государство должно было на себя брать полное финансирование только системы образования. По сути Ф.Г. Тернер предлагал ввести систему обязательного страхования рабочих за счет средств самих рабочих. Тернер заложил своеобразную научную традицию, когда при исследовании рабочего вопроса в России анализировалось фабрично-заводское и социальное законодательство стран Запада. Практически во всех его работах ему уделено особое место. Он подверг критике цеховую организацию производства, но выступил за ассоциации рабочих «на новых началах». В своей научной и практической деятельности Тернер проводил идею о необходимости социальных реформ. Впрочем, они виделись ему крайне умеренными.
   Практически одновременно к проблеме фабричного законодательства обратился другой выдающийся экономист и государственный деятель Н.Х. Бунге (1823-1895). Он также являлся крупным специалистом по полицейскому (административному) и налоговому праву. В части правового решения рабочего вопроса его взгляды были основаны на следующих посылках. Во-первых, при наличии непрочных уз между работниками и работодателями необходимо установить правопорядок, предоставляющий работникам более прочное общественное положение. Во-вторых, государство может и должно контролировать трудовые отношения через соответствующий орган, которым стала впоследствии фабричная инспекция. Характерно, что Н.Х. Бунге сразу же отверг французский вариант, где надзор осуществляли комиссии, составленные из самих владельцев предприятий. По его мнению, в них могли входить только независимые служащие. Все проблемы могли решаться только объединением усилий государства, работодателей и работников. В-третьих, компенсации рабочим за увечья не могут выплачиваться на гражданско-правовой основе с обязательным доказыванием вины предпринимателя. Это должно осуществляться путем страхования трудящихся по меньшей мере с участием государства. В-четвертых, он не отрицал свободы договора в рамках закона, но вслед за А. Смитом обратной стороной этого видел право рабочих на забастовку. Центр тяжести всего рабочего вопроса виделся ему в повышении благосостояния рабочих, в том числе через их участие в прибылях и привлечение рабочих к управлению предприятием. Надо отметить, что Н.Х. Бунге выступал против попечительства в отношении рабочих, как и против административного произвола и открытого давления на работодателей даже во имя достижения благих целей. Именно как административист, он считал, что все трудовые споры должны решаться только в рамках закона, где третьей стороной может и должно стать государство в лице уполномоченных органов, прежде всего фабричной инспекции и судов.
   Он выступал за более жесткий контроль государства в сфере фабричного законодательства, предлагал легализовать права работников на объединение и на экономическую забастовку. Главным направлением достижения «социального мира» он видел улучшение положения рабочих и налаживание диалога рабочих с работодателями. Отсюда вытекали его предложения о социальном страховании рабочих с участием государства, о допуске работников к участию в прибылях и к управлению предприятиями, естественно, в весьма ограниченных масштабах. Его интерес к фабричному законодательству носил вполне прикладной характер. В этом законодательстве он видел один из инструментов достижения внутренней стабильности и экономического процветания. Из всех государственных чиновников Российской империи своего времени это был, вероятно, самый компетентный специалист в сфере правового регулирования труда.
   И.Х. Бунге к мерам, относящимся к упрочению благосостояния рабочих, причислял меры, установленные законами о соблюдении осторожности на фабриках и вознаграждении рабочих за увечья; о кассах пенсий, пособий, взаимной помощи работников, учебных учреждениях и пр. В этой части ученый видел задачу в установлении юридических норм, которые должны облегчить возникновение и деятельность товариществ рабочих. Эти товарищества рассматривались им как средство, которое служит цели достижения рабочим сословием нравственной и хозяйственной самостоятельности, ограждению каждого члена от случайных бедствий. По мнению ученого, все товарищества рабочих могут быть разделены на два вида. Первые - потребительские общества и общества вспомоществования - учреждаются для обеспечения дешевого удовлетворения потребностей товаров, дешевого жилья, для облегчения пользования кредитами. Особая роль отводилась товариществам вспомоществования, которые осуществляют выплату пособий в случае болезни, смерти, пенсий и др. Второй вид товариществ рабочих - производственные (производительные), в которых рабочие являются не только исполнителями работ, но и по преимуществу пайщиками.
   Н.Х. Бунге имел немало единомышленников среди видных российских экономистов, которые считали необходимым принятие относительно широкого фабричного законодательства. Так, известный ученый и одесский городской голова Н.А. Новосельский (1818-1898) признавал актуальность рабочего вопроса в России и предлагал его разрешить на «практической почве». По его мнению, фабричные законы должны были взять под свое покровительство материальные интересы рабочих. Неразрешенность рабочего вопроса угрожала «перспективой социальной революции». Еще один экономист И.Е. Шевченко-Красногорский писал, что фабричное законодательство имеет главной задачей служить некоторым противовесом вредным для государства сторонам фабричной промышленности, призвано «охранять жизнь и здоровье рабочих и, по возможности, устранять поводы к проявлению острых отношений между трудом и капиталом». Он проанализировал зарубежное фабричное законодательство и имевшиеся в то время российские законопроекты о труде. В результате он предложил систему мер, направленных на законодательное решение рабочего вопроса. Среди них назывались такие меры, как: возложение ответственности на предпринимателей за вред, причиненный жизни и здоровью во время работы; усиление института фабричной инспекции и обеспечение ее полной независимости посредством достойного бюджетного финансирования; перенос акцента не на карательные, а на превентивные меры, не допускающие причинение вреда жизни, здоровью и материальным интересам рабочим; активное использование опыта зарубежного фабричного законодательства с учетом российской специфики. А.А. Карелин придерживался схожей позиции по рабочему вопросу. Он определял фабричные законы как ряд законоположений, имеющих целью улучшить положение фабричных, мануфактурных и ремесленных наемных рабочих. Он прямо утверждал, что именно фабричные законы должны регулировать условия личного найма.
   На гораздо более консервативных позициях находился экономист и государственный деятель В.П. Безобразов (1828-1889). Благодаря его научным работам утвердилось очевидное, но относительно новое для России положение, что благосостояние рабочих является важнейшим фактором промышленного производства и прогресса вообще. Его проповедь «естественного неравенства» при «равенстве свободы» неизбежно предполагала и свободу трудового договора. В.П. Безобразов установил взаимосвязь форм ведения хозяйства и уровня благосостояния рабочих. Он, хотя и очень умеренно, критиковал излишнюю полицейскую регламентацию и надзор за рабочими, ратовал за «самодеятельность» заинтересованных классов. Он был категорическим противником передачи фабричных инспекций из ведения Министерства финансов Министерству внутренних дел. Наконец, В.П. Безобразов выработал модель статистического описания положения рабочих, что позволило будущим исследователям опереться на твердую цифровую базу. Также он принимал участие в разработке первых фабричных законов 80-х годов XIX в., практика применения которых им впоследствии обобщалась. При этом он остался принципиальным противником государственного вмешательства в отношения между работниками и работодателями, либералом рикардианского толка. Но в научных взглядах В.П. Безобразова был целый ряд положений, идущих вразрез с реалиями того времени. Явно устарело его утверждение о самобытности российского рабочего вопроса в отличие от Запада. Отмечая важность создания фабричной инспекции, он предлагал придать ей преимущественно карательный, репрессивный характер. Эта инспекция, по его мнению, не могла являться правительственным органом, который призван «к прямому экономическому улучшению быта рабочего класса (сверх косвенного улучшения его посредством охраны от правонарушений другой стороной) и к возвышению уровня его благосостояния материально и нравственно». Уже многим его современникам позиция видного экономиста казалась устаревшей.
   А.Ф. Федоров (1855 - после 1916), начинавший службу в органах МВД, уже свою магистерскую диссертацию посвятил фабричному законодательству. Его докторская диссертация также была связана с проблемами правового регулирования трудовых отношений. В своей магистерской диссертации он проанализировал фабричное законодательство 14 государств, прежде всего Англии, Германии, Франции и Австро-Венгрии. Фабричному законодательству России со времен царя Алексея Михайловича посвящено почти 100 страниц исследования. Автор выявил девять действующих на 1884 г. нормативных правовых актов, регулирующих отношения между хозяевами фабрик и рабочими, и дал им развернутую характеристику. Более того, Федоров подробно рассмотрел проекты законов, подготовленных комиссиями по рабочему вопросу в 50-80-х годах XIX в. Особого внимания достойны выводы молодого магистра полицейского права. Он предложил ограничить рабочий день взрослых работников примерно восемью часами, ориентируясь на опыт США. Беременные женщины и роженицы на некоторый период вообще не должны были допускаться к работе. Предлагалось создать специальные условия для труда женщин, а малолетних брать на работу только после медицинского освидетельствования и получения начального образования. При этом минимальный возраст, с которого разрешалось заключать договор личного найма, должен был быть повышен. Предлагалось ввести запрет на труд в выходные и праздничные дни, причем для женщин и детей не должно быть исключений из этого правила. Перечень исключительных случаев для мужчин предлагалось определить законодательно. Хозяева фабрик должны были отвечать за несчастные случаи с рабочими на основании самого наличия такого факта. Тяжесть доказывания беспечности или неосторожности рабочего возлагалась на хозяина. Федоров предложил дифференцировать рабочий день детей и подростков с учетом их потребностей в обучении, а также законодательно определить санитарные требования к условиям работы и проживания при фабриках всех категорий рабочих. Все вышеназванные предложения, по мнению Федорова, должны были проводиться постепенно, но неуклонно. А надзор за соблюдением всего фабричного законодательства должна была осуществлять независимая правительственная инспекция. Все эти предложения по совершенствованию фабричного законодательства можно признать вполне реалистичными и прогрессивными. Они явились плодом анализа зарубежного фабричного законодательства, оценки российских правовых реалий и знания внутриполитической и экономической ситуации в стране. Часть из них вскоре была осуществлена, а часть так и осталась нереализованной.
   Более радикальную позицию занимал А.Н. Миклашевский (1864— 1911) - экономист и служащий Министерства финансов, участник подготовки денежной реформы 1897 г. Он полагал, что для разрешения любого социального конфликта мирным путем необходимо учитывать интересы сторон социальных отношений, а превалирование мнения только одной из них неизбежно ведет к насилию. По его мнению, участие рабочих в управлении производством должно быть существенно расширено. «Старый владельческий класс» через правовые механизмы должен мирно уступить место «нарождающейся рабочей демократии». Построение рациональной социальной политики он не видел без учета этических начал и принципа справедливости. Он последовательно рассмотрел все возможные в то время способы «защиты интересов труда» как на Западе, так и в России. При этом основное внимание обращалось не столько на локауты и стачки, необходимость которых не отрицалась, сколько на государственное посредничество в промышленных (трудовых) спорах. Он был сторонником расширения государственного вмешательства в отношения работников и работодателей. Основное внимание в работах Миклашевского концентрируется на экономической составляющей трудовых отношений. Он справедливо полагал, что производство не может быть рассмотрено в отрыве от проблемы распределения, а фактор заработной платы является во многом определяющим для достижения высоких производственных показателей. Также этот фактор, по его мнению, должен быть определяющим в дефиниции трудового договора. В этой части он дискутировал с Л.С. Талем, который, по мнению Миклашевского, не указывал на экономическую зависимость работника, вытекающую из трудового (рабочего) договора. Он отмечал, что «заработная плата, получаемая каждым средним рабочим в виде денег, должна быть достаточна для того, чтобы он, покупая на нее средства существования, прожил известное число лет и дал себе на смену нового работника - своего сына». Таким образом, речь шла о минимальной заработной плате, которая не должна быть ниже прожиточного минимума работника. Определенное место среди ученых и государственных деятелей занимает С.О. Загорский (1884?—1930). Достаточно сказать, что в силу своего служебного положения он координировал всю законотворческую деятельность Министерства труда Временного правительства. Кроме того, он являлся автором законопроекта о профессиональных обществах, одним из соавторов Положения о комитете труда как совещательном органе, созданном впоследствии при Министерстве труда. В своей научной и практической деятельности он ориентировался как на зарубежный опыт, так и на наработки отечественных ученых. Загорский однозначно выступил против самочинных действий рабочих, которые еще более способствовали дезорганизации производства и еще больше ухудшали их положение. Он оставался последовательным сторонником законодательного решения рабочего вопроса и выступал за создание Кодекса труда. Более того, юридическая служба под его руководством предпринимала конкретные шаги по систематизации всего массива трудоправовых нормативных актов. Октябрьскую революцию Загорский не принял и впоследствии эмигрировал, но по-прежнему интересовался проблемами рабочего законодательства России.
   Еще раз подчеркнем, что предложенное нами деление ученых на группы до известной степени условно. Многих из исследователей можно отнести на разных этапах их карьеры к разным группам. Так,
   В.П. Литвинов-Фалинский был преподавателем столичного технологического института, фабричным инспектором, сотрудничал с союзами предпринимателей, а впоследствии возглавлял отдел промышленности в Министерстве торговли и промышленности.
   К. Маркс, марксисты, В.И. Ленин и развитие науки трудового права. Развитие науки трудового права изначально находилось под влиянием идеологических течений различных направлений. Рабочий вопрос и его правовое урегулирование рассматривались как часть более широкой социальной проблематики. В этой ситуации идейная ориентация ученых оказывала существенное, а иногда определяющее влияние на их теоретические положения и практические выводы. Примечательно, что во всем мире проблемами правового регулирования труда сначала занимались преимущественно исследователи социалистической ориентации. Ученые либерального направления зачастую не видели в этом необходимости, считая отношения, связанные с трудом, сугубо гражданско-правовыми. Надо отметить, что исследование рабочего вопроса, в том числе его правовой стороны, в царской России уже считалось определенным проявлением оппозиционности существующему политическому режиму. В конце XIX в. это имело место и в большинстве стран Запада. Нам представляется, что марксистская идеология оказала существенное воздействие на возникновение и развитие науки трудового права. Было бы явным преувеличением, как это делалось в советский период, связывать формирование данной науки только с марксизмом-ленинизмом. Другой крайностью были бы полное отрицание или односторонне негативная оценка влияния данной идеологии на изучение трудоправовой проблематики. На наш взгляд, в настоящее время необходим определенный, по возможности «деидеологизированный» взгляд на научные проблемы трудового права. Начнем с основоположника учения исторического материализма.
   К. Маркс (1818-1883) и его последователи доказывали принципиальную невозможность законодательного решения рабочего вопроса при капитализме и крайне ограниченную возможность рабочего законодательства улучшить положение наемных работников. В то же время основной труд К. Маркса «Капитал» оказал определенное влияние на возникновение трудового права вообще и принципиальное влияние на доктрину советского трудового права в частности. Можно выделить в этом ключе пять основных марксистских положений. Первое: К. Маркс провел одно из первых исследований ключевого для трудового права понятия - трудового отношения. При этом основной упор делался на его эксплуататорский характер в классовом обществе. Второе: им был осуществлен анализ таких понятий, как рабочее время, заработная плата, дисциплина труда. Третье: он выявил и проанализировал основные движущие силы развития законодательства о труде, определив его как следствие классовой борьбы. К. Маркс обоснованно отмечал, что это законодательство было вызвано к жизни конкуренцией между капиталистами и оно, по сути, является необходимым продуктом крупной промышленности. Ограничение эксплуатации рабочих связывалось с потребностью буржуазных государств в здоровых солдатах для ведения империалистических войн. Четвертое: К. Марксом был собран богатый материал по истории регулирования трудовых отношений. При всей своей критичности он отмечал важность фабричного законодательства как средства «физической и интеллектуальной защиты» рабочего класса, высоко оценивал деятельность английских фабричных инспекторов. Но вывод К. Маркса сводился к тому, что даже реформы при капитализме не могут принципиально изменить положение рабочих. Пятое: в «Капитале» содержится немало мыслей о желаемом трудовом праве при социализме, в том числе о всеобщности труда, о необходимости сокращения рабочего времени, об усилении охраны труда и др. К. Маркс рассматривал некоторые частные проблемы правового регулирования отношений работников и работодателей, в том числе проблемы заработной платы, забастовок и локаутов, рабочего представительства и участия работников в управлении производством1. Воззрения Маркса на рабочий вопрос подвергались неоднократной критике уже его современниками. Это касалось прежде всего позиции ученого по абсолютизации классовой борьбы и переносу акцента на политическую составляющую разрешения рабочего вопроса. Наиболее последовательными его оппонентами выступали Ф.А. Ланге и Л. Брентано2. Дискуссию с последним в свою очередь анализировал Ф. Энгельс3.
   Надо отметить, что марксистская теория адекватно отражала правовые и экономические реалии того времени, т.е. эпохи промышленного капитализма. Но К. Маркс ошибся в своем предвидении перспектив развития капитализма, условно говоря, приняв крик «младенца», коим тогда являлся капитализм, за предсмертный «хрип» старика. После создания социальной теории Дж.М. Кейнса и проведения «нового курса» Ф.Д. Рузвельта капитализм стал существенно меняться и в настоящее время он имеет крайне мало общего с той его моделью, современником и исследователем которой являлся К. Маркс. Вместе с тем концепция К. Маркса оказала существенное влияние не только на советскую, но и на российскую дореволюционную концепцию трудового права.
   Друг, единомышленник и соавтор К. Маркса Ф. Энгельс (1820— 1895) также занимался теорией рабочего вопроса. Он хорошо владел практическим материалом, чему способствовал его переезд в 1842 г. в Манчестер, где он работал в конторе фабрики управляющим. Его публикации имели прикладной характер, затрагивали историко-правовую сторону рабочего вопроса. Он приветствовал первые акты английского фабричного законодательства, в том числе акты, ограничивающие рабочий день женщин и детей. Он также ратовал за активизацию профсоюзной борьбы в защиту прав работников, обосновывал необходимость повышения заработной платы и ограничения рабочего дня взрослых рабочих. Как и К. Маркс, Ф. Энгельс крайне критично относился к существующему в его время фабричному законодательству и видел разрешение рабочего вопроса не в его реформировании, а в социальной революции. Он выступал также за международное объединение рабочих в борьбе за свои права, поддерживал идею международной охраны труда.
   Легальные марксисты М.И. Туган-Барановский (1865-1919) и П.Б. Струве (1870-1944) в какой-то степени продолжили критику капитализма, но в более конструктивном ключе. М.И. Туган-Барановский определял труд в духе К. Маркса только как одну из разновидностей товара. Он писал: «В формальном отношении договор о найме рабочего не отличается принципиально от всякого другого договора найма, а является таким же меновым актом, как купля-продажа любого товара». Очевидно, что даже для того времени это было явно упрощенное утверждение. Разделение труда М.И. Туган-Барановским, восходящее к марксистскому, на «низший» (преимущественно мускульный и не требующий особой предварительной подготовки) и «высший» (преимущественно умственный, требующий длительной специальной подготовки) также слишком неконкретна. В этой части вполне уместно критическое отношение к данным положениям со стороны Л.С. Таля.
   Туган-Барановский приветствовал появление фабричного законодательства в России и положительно оценивал активную роль государства в регулировании отношений между предпринимателями и рабочими. Анализируя схему эволюции «русской фабрики» от купеческой фабрики петровских времен до капиталистической, основанной на наемном труде, он значительное внимание уделял взаимоотношениям предпринимателей и рабочих. По его мнению, новейшее фабричное законодательство и демократизация российского общества должны привести к социальному сотрудничеству этих классовых групп. М.И. Туган-Барановский доказывал существование в России рабочего вопроса во вполне европейском понимании, но с национальными особенностями. Свое учение он строил, опираясь на идею верховной ценности человеческой личности. Как и все русские интеллигенты-социалисты, он симпатизировал немецкой системе социального страхования, охраны труда и стал редактором специального сборника, посвященного этому вопросу. Сам Туган-Барановский в этом сборнике опубликовал очерк, посвященный законодательной охране труда в России, который начал с анализа первого фабричного закона, принятого 24 мая 1835 г. Туган-Барановский подготовил обзор, посвященный государственному посредничеству в трудовых спорах. Им разделялись индивидуальные трудовые споры, разрешаемые в суде, и коллективные трудовые споры. Последние должны были разрешаться или предотвращаться «методом коллективного договора», через правительственное посредничество и иные примирительно-посреднические процедуры.
   Если для легальных марксистов проблемы правового регулирования труда находились на периферии научного интереса, то для большевиков рабочий вопрос был вообще одним из ключевых. Это вполне обосновано для партии, считавшей себя выразительницей интересов рабочего класса. В этой связи особый интерес представляет оценка теоретического наследия В.И. Ленина (1870-1924) в контексте развития науки трудового права. Разброс мнений по данному вопросу особенно велик и находится в диапазоне от оценки В.И. Ленина едва ли никак первого советского ученого-трудовика до полного умолчания. Нам представляется, что это крайности, связанные с давлением официальной идеологии или личной политической позицией авторов. Характерно, что в 20-е годы ХХ в. подчеркивалось внимание В.И. Ленина к трудовому законодательству, его отрицательное отношение как к левому экстремизму в виде «военно-коммунистического забегания вперед», так и к «буржуазным пережиткам». Вполне можно согласиться с тем, что
   В.И. Ленин проявил выдержку и понимание проблемы там, где многие его товарищи по партии ударились в крайности. Это касается его позитивной роли в принятии КЗоТ 1922 г., его постоянных призывов учитывать иностранный опыт, внимания к подбору руководящих кадров Народного комиссариата труда (НКТ). Большинство его современником писали о В.И. Ленине именно как о государственном деятеле, а не как об ученом. Действительно, роль О. Бисмарка и Ф.Д. Рузвельта в принятии прогрессивного социального законодательства также достаточно велика, но ни одному исследователю в этой связи не пришло в голову назвать их специалистами по данной проблеме.
   Начиная с 30-х годов ХХ в., когда возвеличивание В.И. Ленина стало «подставкой» для утверждения личной власти И.В. Сталина, ситуация принципиально изменилась. Была создана целая трудоправовая «лениниана», а число публикаций, особенно в юбилейные годы, стало исчисляться десятками. При этом многие исследователи «под ленинскую тематику» вполне плодотворно развивали свои научные концепции, а многообразие ленинского наследия позволяло найти нужную цитату практически на все случаи жизни. В то же время В.И. Ленин в определенной степени повлиял на развитие науки советского трудового права, прежде всего через критическое осмысление дореволюционного трудового законодательства. Но в целом он показал себя как последовательный марксист, применяющий основные положения этого учения к современной ему ситуации. Определенная новизна ленинского подхода к изучению проблем правового регулирования трудовых отношений нам видится в следующем. Во-первых, это тщательный, но небеспристрастный анализ основных актов российского дореволюционного трудового законодательства1. Особое место в этом ряду занимает его исследование «Новый фабричный закон», подготовленное в 1897 г. и опубликованное в 1899 г. По мнению С.С. Алексеева, «в этой работе мы находим те теоретические положения обобщающего характера, которые дают нить для понимания социально-политической и юридической природы общих дозволений и общих запретов»2. В.И. Ленин обоснованно утверждал, что фабричный Закон 2 июня 1897 г. предоставляет слишком много нечетко определенных прав администрации, не устанавливает для нее никаких точных и общеобязательных правил, что создает предпосылки для произвола3. При этом В.И. Ленин видел разрешение противоречий между трудом и капиталом вполне в марксовом духе через победу труда и ликвидацию эксплуатации человека человеком. Практические мероприятия для осуществления этого, кроме идеологического обеспечения, не прорабатывались и представлялись достаточно идеалистическими (освобождение труда, всеобщая трудовая повинность, равенство прав трудящихся и ограничение в правах эксплуататоров, подавление сопротивления последних и др.). Но в целом ленинские работы можно признать важным источником при изучении истории трудового права России. Во-вторых, В.И. Ленин комплексно подходил к решению рабочего вопроса, не ограничиваясь его формально-юридической стороной. Он изучал статистику стачечного движения, анализировал настроения рабочих, обращался к материалам социологических и промышленно-статистических исследований. Определенный интерес представляет ленинский подход к изучению трудового законодательства через анализ комплекса разнородных источников. В.И. Ленин стал одним из первых политиков, которые не только следили за исследованиями в сфере трудовых отношений, но и использовали их в идейной борьбе и при формировании политического курса. Ленинские идеи оказали большое влияние на формирование советского законодательства о профсоюзах. Это касается партийного руководства профсоюзами, представления о профсоюзах как о «школе коммунизма», культивирования их производственных задач и стимулирования рабочего энтузиазма, трудовых починов и др. В-третьих, в отличие от большинства радикально настроенных большевистских идеологов В.И. Ленин предлагал учитывать опыт зарубежных стран, хотя узкоклассовый подход изначально делал такую возможность достаточно ограниченной.
   Российские марксисты-ленинцы о трудовом праве. Одним из первых ученых-марксистов к анализу правовой стороны рабочего вопроса обратился В.В. Святловский (1869-1927). В начале ХХ в. он признавался одним из самых крупных российских специалистов по истории и теории профсоюзного движения. Первоначально он выступал за мирное участие профсоюзов в социально-политической борьбе за улучшение положения рабочего класса, был поборником государственного страхования рабочих и усиления государственной охраны труда. Впоследствии занимал более радикальную позицию, хотя большевиками и оценивался как «соглашатель» с буржуазией. В советский период он занимался преимущественно историей профсоюзного движения.
   Также с марксистских позиций подходил к решению рабочего вопроса В.Я. Канель (1873-1918). В круг его научных интересов входили вопросы фабричной медицины, страхования рабочих, правового регулирования отношений работников и работодателя. Из числа большевиков это был наиболее объективный, однако далеко не беспристрастный исследователь. В его работах абсолютно преобладает критика современного ему положения рабочих в царской России. В большинстве своем эта критика была вполне обоснованной. Особое внимание он обращал на несоответствие конструкции договора личного найма опосредуемым им общественным отношениям. Он справедливо полагал, что патриархальные отношения между трудом и капиталом остались в прошлом, а гармония интересов предпринимателей и рабочих отсутствует. Выводом из этого стало предложение о необходимости специального правового регулирования отношений между трудом и капиталом. Канель обосновывал необходимость особого рабочего договора, который бы учитывал личностный момент в трудовых отношениях. Для него была очевидна неприменимость к рабочему договору цивилистических конструкций, аналогичных задатку. Он полагал, что заработная плата должна выплачиваться в полном объеме, поскольку является единственным источником существования для рабочих. По сути Канель, как и Л.С. Таль, писал об алиментарном характере вознаграждения за наемный труд.
   Самым известным ученым-марксистом, занимавшимся проблемами правового регулирования труда до 1917 г., был М.Г. Лунц (1872— 1907). В своих работах он резко выступал против «классового мира» и отрицал идею компромисса работников с работодателями и правительством, последовательно критиковал так называемый полицейский социализм. Большинство его работ были связаны с изучением истории российского фабричного законодательства и фабричной инспекции. Его критика современного ему законодательства была не всегда взвешенной. Вместе с тем он правильно отметил возрастающую роль профсоюзов в борьбе за улучшение положения работников, бесперспективность государственной политики попечительства над рабочими. На тираж его посмертного сборника статей «Из истории фабричного законодательства, фабричной инспекции и рабочего движения в России» (М., 1909) по распоряжению властей был наложен арест, однако значительная часть этого тиража успела разойтись. В названном сборнике был дан глубокий анализ фабричного законодательства. Он был построен на сопоставлении прав и интересов работника и работодателя в рамках договора найма, применения санкций, наказаний к сторонам этого договора. Констатировалось неравноправное положение работника в договоре найма. М.Г. Лунц дискутировал с И.Х. Озеровым и В.П. Литвиновым-Фалинским, упрекая их за приверженность идее классового мира и переоценку желания фабрикантов идти на компромисс с рабочими. В этом случае в качестве аргументов он привлекал работы западных ученых социалистического направления (А. Менгер, Г. Шульце-Геверниц и др.) и материалы западного законодательства. По его мнению, дальнейшее развитие фабричных законов могло происходить только под давлением рабочих, вследствие чего делался вывод о необходимости давления на законодателя «снизу». Лунц резонно отмечал неразрывную связь общего политического курса и развитие фабричного законодательства, нестабильность, а зачастую временный характер российских нормативных правовых актов о труде. Проблемами фабричного законодательства занималась одна из наиболее ярких личностей в большевистской партии, впоследствии первая женщина - нарком государственного призрения и первая женщина-посол А.М. Коллонтай (1872-1952). Она стала автором одного из первых исследований наравне с Х. Ренваллом, посвященных фабричному законодательству Финляндии, которая являлась в то время автономной частью Российской империи. А.М. Коллонтай отмечала «половинчатый и полумерный» характер финского фабричного законодательства. Она писала о деятельности финской фабричной (промысловой) инспекции. Она предложила перечень конкретных мероприятий по реформе фабричного законодательства, которые включали в себя: установление восьмичасового рабочего дня; ограничение ночного труда только теми случаями, когда он неизбежен; введение обязательного непрерывного еженедельного отдыха не менее 36 часов подряд; предоставление женщинам декретного отпуска с сохранением заработной платы; запрет детского труда до 16 лет; увеличение численности фабричных инспекторов и привлечение к контролю за соблюдением фабричного законодательства рабочих организаций; распространение фабричного законодательства на все категории наемных работников; установление более строгих взысканий, налагаемых на фабрикантов за нарушение фабричного законодательства. Эти законодательные предложения были достаточно умеренными и реалистичными. После революции Коллонтай обратилась к вопросам трудового законодательства в контексте проблемы женской эмансипации. Она последовательно отстаивала равенство трудовых прав мужчин и женщин.
   После 1917 г. марксизм стал идеологической основой развития советской юридической науки. Его догматизация и упрощение самым пагубным образом сказались на развитии трудоправовой теории. Но это связано не только и не столько с самим марксизмом, сколько с его предвзятым и однобоким толкованием. В настоящее время марксизм остается в инструментарии науки трудового права, но не как «единственно верное учение», а как один из научно обоснованных методологических подходов.
   В заключение можно сделать следующие выводы:
   1. Российская наука трудового права начала формироваться в конце ХГХ - начале ХХ в. При этом проблемы частного трудового права (трудовой договор, работодательская власть, оплата труда и др.) изучались первоначально в рамках цивилистики. Напротив, проблемы публичного трудового права (охрана труда, контроль и надзор за соблюдением трудового законодательства и др.) изучались первоначально в рамках полицейского (административного) права. Таким образом, наука трудового права также формировалась на стыке частного и публичного права.
   2. Первыми российскими учеными-трудовиками были как представители академической науки, так и фабричные инспектора, государственные чиновники, представители предпринимательских кругов. Это были не только юристы, но и экономисты, инженеры, врачи. В их исследованиях был затронут широкий спектр вопросов теории формирующейся отрасли трудового права, причем как индивидуального (трудовой договор, дисциплина труда, рабочее время и время отдыха), так и коллективного (коллективные договоры, коллективные трудовые споры и забастовки, статус профессиональных союзов и объединений работодателей).
   3. Политические воззрения оказывали существенное влияние на научные исследования первых специалистов по трудовому праву. В подавляющем большинстве они по меньшей мере сочувствовали социалистическим убеждениям. Исследователи марксистского направления внесли весомый, но противоречивый вклад в рассмотрение «рабочего вопроса». Правовая сторона решения этого вопроса была рассмотрена марксистами недостаточно подробно в силу присущего им правового нигилизма, радикализма и излишней веры в благотворность насилия.
   4. Дореволюционная научная традиция изучения правового регулирования труда только начала формироваться и была прервана революционными событиями 1917 г. Советской юридической наукой она оказалась во многом не востребована, а в отдельные периоды демонстративно отторгалась. Своеобразный ренессанс произошел только в конце прошлого века.

 
< Пред.   След. >