YourLib.net
Твоя библиотека
Главная arrow Курс трудового права. В 2 томах (А.М. Лушников, М.В. Лушникова) arrow 8.1. Трудовое отношение в структуре предмета трудового права
8.1. Трудовое отношение в структуре предмета трудового права

8.1. Трудовое отношение в структуре предмета трудового права

   Изначально к предмету фабричного (трудового) законодательства относилось регулирование условий найма и работы, т.е. отношения между рабочими и хозяевами, основанные на договоре личного найма (фабричном, рабочем или трудовом договоре). Изучение предмета трудового договора в тот период означало и изучение предмета формирующегося трудового права. Если исходить из ст. 1 и 2 УПТ (изд. 1913 г.), то в качестве предмета можно выделить «должный порядок и благоустройство», а также безопасность на фабриках, заводах и горных промыслах. При этом на фабричную инспекцию возлагалось «наблюдение за исполнением фабрикантами и рабочими правил, определяющих их обязанности и взаимные между ними отношения» (п. 5 ст. 34 УПТ). Л.С. Таль в 1916 г. писал: «Промышленное право - совокупность специальных норм, определяющих внутренний строй промышленного предприятия и взаимоотношения между входящими в его состав лицами. В состав промышленного права входят только нормы, определяющие внутренний порядок промышленного предприятия, коему подчиняются лица, отдающие ему свой труд по договору. Частное промышленное право на наших глазах разрастается в самостоятельный отдел новой научной дисциплины, имеющей большую будущность, дисциплины социального или трудового права». Основными его институтами являлись хозяйская власть, нормативные (тарифные) соглашения и трудовой (рабочий) договор, т.е. в предмет входили общественные отношения, возникающие по поводу использования наемного (несамостоятельного) труда на основе трудового договора.
   В науке трудового права первооткрывателем критериев трудового отношения (трудового договора) является Л.С. Таль. Его позиция затем была конкретизирована советскими учеными, главным образом
   Н.Г. Александровым и Л.Я. Гинцбургом. К характерным признакам трудового договора, а следовательно, и трудового отношения Л.С. Таль относил следующие:
   - нанимающийся по трудовому договору обещает предоставление своей рабочей силы в пользу чужого хозяйства;
   - от нанявшегося по трудовому договору требуется личное исполнение работы; - из трудового договора вытекает обязанность нанимающегося согласовывать свое поведение с порядком, установленным работодателем (хозяином), в свою очередь наниматель должен ограждать личность работника от опасностей, сопряженных с фактическим нахождением его в чужой хозяйской сфере;
   - нанявшийся имеет право на вознаграждение за свой труд, оно не зависит от того, воспользовался ли работодатель его трудами или нет. Позднее в теории советского трудового права названные критерии были обобщены и получили наименование «личностного, организационного и имущественного» признаков трудового отношения, которые рассматривались в неразрывном единстве. Более подробно на этих признаках мы остановимся при анализе трудового правоотношения. Здесь же отметим, что эта конструкция доказала свою состоятельность и в теоретическом и в практическом значении.
   Вместе с тем очевидно, что не во всех случаях применения труда работником прослеживаются «в чистом виде» и полном объеме все три критерия трудового отношения. Но полагаем, что эти исключения не колеблют общего правила и могут быть осмыслены в рамках гибкости и дифференциации трудовых отношений, о чем мы уже писали в третьем разделе данного Курса. Более того, усиление гибкости регулирования трудовых отношений является одной из главных тенденций развития трудового права в ХХ в. Это вызвало появление нетипичных, не укладывающихся в классические рамки трудовых отношений, о которых речь пойдет при рассмотрении трудовых правоотношений.
   О несамостоятельном труде как объекте правового регулирования мы отчасти говорили в первом разделе данного Курса. Напомним, что уже КЗоТ РСФСР 1918 г. (ст. II Введения) регулировал труд всех лиц, «работающих за вознаграждение», т.е. получающих заработную плату на предприятиях, в учреждениях и хозяйствах. Следовательно, в предмет трудового права включались трудовые отношения рабочих и служащих, но не крестьян и ремесленников. КЗоТ РСФСР 1922 г. (ст. 1) распространялся на всех лиц, работающих по найму, в том числе на дому, а его нормы были обязательны для всех организаций, учреждений и хозяйств, а также для всех лиц, применяющих чужой наемный труд за вознаграждение. Следовательно, в качестве предмета отрасли определялись общественные отношения, складывающиеся по поводу применения наемного труда рабочих и служащих. В этой связи дискуссии шли скорее не о предмете отрасли, а о характере регулируемого труда, который первоначально признавался наемным (несамостоятельным), а с 1937 г. это стало «вредительской концепцией Л.С. Таля, А. Розина, Г. Дернбурга и Ф. Лотмара».
   Но поиски универсального критерия трудового отношения не прекратились. Достаточно оригинальную позицию обосновал В.М. Лебедев, который пишет: «Для предмета трудового права системообразующим признаком является обусловленность видов общественных отношений, составляющих предмет регулирования норм трудового права, их содержания технологическим процессом (техпроцессом) неединичного, договорного труда, подчиненного собственнику средств производства (его представителю)». В научном плане такое предложение достаточно интересно, но в практическом - малопродуктивно и малоперспективно. Во-первых, «способы получения и переработки продуктов» (технология) в период преобладающей занятости в сфере обслуживания и при росте информационных технологий постепенно теряют свое значение. Во-вторых, это можно признать характеристикой трудового отношения индустриального общества и массового машинного производства, причем ее значение по мере развития постиндустриального общества будет только падать. Наконец, в-третьих, трудовое право регулирует отношения между людьми и определяет модели поведения субъектов трудового отношения. Если мы дополним, что эти модели зависят от технологических процессов даже в самом широком смысле, то нам это мало что даст. В неменьшей степени важны психология, деловые и личные качества, коммуникабельность и др., которые напрямую не связаны с технологией. Тем не менее они составляют основу готовности к выполнению трудовой функции менеджера, психолога, работника отдела кадров, программиста и др. Технология важна, но претендовать на роль квалифицирующего признака трудовых отношений она едва ли может. Несколько отличную, но смежную позицию занимает О.В. Смирнов, определяющий трудовые отношения как предмет трудового права в качестве звена производственных отношений. Это, на наш взгляд, несколько сужает предмет отрасли и не согласуется с теми тенденциями, о которых мы писали в первой части Курса. В этой связи достаточно удачно универсальные признаки труда как предмета трудового права определил И.Я. Киселев. Это труд наемный, зависимый, коллективный. Вопрос о предмете правового регулирования как объективном критерии деления права на отрасли активно обсуждался в ходе общесоюзной дискуссии о системе права в 1938-1941 гг. К тому времени переносить концепции наемного труда на условия социалистического строя означало «вредительскую установку». В этой связи труд советских рабочих и служащих объявлялся самостоятельным, так как они не подчинялись чужой воле, ибо администрация являлась органом диктатуры самого рабочего класса. Но при этом подчеркивалось, что организация труда лежит на предприятии, трудовой процесс протекает согласно правилам внутреннего трудового распорядка, а имущественные сферы работника и предприятия не смешиваются. В ходе названной дискуссии были высказаны два противоположных мнения. Известный цивилист М.М. Агарков предложил разделить предмет трудового права между гражданским и административным правом. К первому должны были отойти имущественные отношения, складывающиеся в сфере применения труда на государственных предприятиях, в колхозах и промысловой кооперации. К административному праву предлагалось отнести дисциплинарную власть администрации, дисциплинарную ответственность работников и другие организационные отношения. Вывод М.М. Агаркова был однозначен: «Советское социалистическое трудовое право есть часть социалистического гражданского права». Такая позиция имела под собой основание, так как администрация предприятия в условиях огосударствления экономики действительно была низшим звеном государственной администрации. Но такая позиция нарушала принцип единства предмета, разделяя организационные и имущественные элементы трудового отношения, которые составляли неразрывное целое. Между тем М.М. Агарков считал трудовые отношения имущественными, что не нашло поддержки даже у большинства специалистов по гражданскому праву. Специалисты по административному праву не поддержали идею о включении в предмет их отрасли организационных отношений, возникающих в процессе применения труда рабочих и служащих на предприятиях и в организациях. Ученые-трудовики подвергли концепцию М.М. Агаркова обоснованной и аргументированной критике.
   С другой стороны, Д.М. Генкин предложил отнести отношения, вытекающие из договора подряда (заказа), поручения, авторского и изобретательского права, связанные с использованием труда, к предмету трудового права, ссылаясь на то, что труд при социализме имеет единую природу4. Эта позиция также была вполне обоснована, так как все рабочие и служащие, кроме полумифических «некооперированных кустарей», состояли в трудовых отношениях. К тому же эта «широкая концепция» восходила еще к трудам Ф. Лотмара, а ныне получила отражение в понятии «экспансия трудового права». А.Е. Пашерстник обоснованно отмечал, что и Д.М. Генкин, и М.М. Агарков были едины в мнении, что трудовые правоотношения включают в себя отношения по авторскому договору, по изобретательству и по договору индивидуального заказа. Различие их позиций заключалось в том, что Д.М. Генкин относил их к предмету трудового права, а М.М. Агарков - гражданского.
   Примирительную и компромиссную позицию занял видный теоретик советского права М.А. Аржанов, который писал: «Отношения, связанные с применением человеческого труда, регулируются не только трудовым правом, но и колхозным правом, административным правом, авторским и изобретательским правом. Даже в трудовых колониях имеются своеобразные «отношения по труду». Стало быть, не труд вообще составляет предмет регулирования трудового права, а определенный круг общественных отношений, связанных с применением определенного вида труда».
   Позиция Д.М. Генкина также не встретила понимания у большинства ученых-трудовиков. Н.Г. Александров предлагал разграничить две группы общественных отношений, посредством которых совершается труд. К первой относились общественные отношения, составляющие необходимые предпосылки труда, но не выражающие непосредственной связи между людьми в процессе труда. Вторую группу, по его мнению, составляли отношения между людьми непосредственно по поводу применения рабочей силы, т.е. по поводу приведения в действие способности к труду. Эти последние отношения и являются общественно- трудовыми. Под социально-трудовым отношением Н.Г. Александров понимал «отношение товарищеского сотрудничества и социалистической взаимопомощи свободных от эксплуатации работников».
   Дискуссии по проблеме структуры предмета отрасли продолжились. Следующая, начало которой приходится на середину 30-х, а продолжение — на 50—60-е годы, касалась включения в предмет трудового права колхозных трудовых отношений и трудовых отношений в промысловой кооперации, которая была ликвидирована в 1960 г. Сторонников такого включения можно условно назвать приверженцами «широкой» концепции предмета. Тех ученых, кто придерживался позиции законодателя о включении в предмет отрасли только трудовых отношений рабочих и служащих, можно назвать приверженцами «узкой» концепции предмета трудового права.
   В 30-х годах «узкая» концепция была на самом высоком идеологическом уровне объявлена «вредительской», названа «юридическим кретинизмом», а с 1937 г. «широкая» концепция предмета отрасли стала официальной и потому единственно верной. Вследствие этого сложилась парадоксальная ситуация, когда в КЗоТ 1922 г. была закреплена узкая концепция предмета трудового права, а в учебной литературе в предмет отрасли включались и трудовые отношения колхозников и членов промыслово-кооперативных артелей. Одновременно эти отношения включались и в предмет колхозного права, причем такой дуализм получал путаное идеологическое обоснование в духе единства труда при социализме. Воспользовавшись тем, что с 1949 г. в учебных планах юридических вузов появилось «колхозное право», из учебников по трудовому праву авторами стала исключаться специальная глава, посвященная трудовым отношениям в колхозах, которая была неизменным атрибутом всех учебных изданий с 1938 г.
   С середины 50-х годов данная дискуссия снова получила широкое распространение. Ее начало связано с обсуждением книги Н.Г. Александрова «Советское трудовое право» (М., 1954). Примечательно, что сам Н.Г. Александров только декларировал согласие включить труд колхозников в предмет трудового права, но кроме этой констатации в учебник об этом нет ни одной строчки. За это он был подвергнут критике В.М. Догадовым, Ф.М. Левиант, А.С. Пашковым и др. А.Л. Эпштейн на данном обсуждении заявил, что трудовое право «должно конструироваться как право рабочих и служащих, не более того». «Широкая» концепция предмета обосновывалась в работах В.М. Догадова, Л.Я. Гинцбурга, А.Е. Пашерстника, Ф.М. Левиант, А.С. Пашкова, О.В. Смирнова и др. Авторы «узкой» концепции (Н.Г. Александров, К.П. Горшенин,
   B. С. Андреев, В.Н. Толкунова, Г.К. Москаленко и др.) отрицали такую возможность со ссылкой на существование двух форм собственности, а следовательно, и двух самостоятельных форм общественной организации труда: колхозно-кооперативной и государственной. КЗоТ РСФСР 1971 г., разработанный с учетом этой дискуссии, воспринял позицию авторов «узкой» концепции трудового права, и предмет регулирования был сведен к трудовым отношениям рабочих и служащих. Но тем не менее авторов обеих концепций объединяла идея взаимопроникновения и взаимовлияния трудового и колхозного законодательства, а также применения к членам колхозов гарантий по оплате труда, рабочему времени и времени отдыха и т.д., предусмотренных трудовым законодательством. Таким образом, «широкая» сфера трудового права трактовалась обеими сторонами как недалекое будущее, перспективное направление его развития даже в конце 70-80-х годах. Еще одна дискуссия о трудовых отношениях, завязавшаяся на рубеже 70-80-х годов ХХ в., была вызвана появлением теоретической конструкции коллективно-трудового отношения. По мнению авторов этой концепции - С.А. Иванова и Р.З. Лившица, трудовые отношения не сводятся только к индивидуальной связи работника и предприятия, организации, трудовое отношение как родовая категория существует в двух формах: традиционной индивидуальной и коллективной. Выделение второго вида трудового отношения обусловливалось тем, что социалистическая организация труда немыслима без участия трудящихся в управлении производством, да и Конституция СССР (1977 г.) впервые закрепила правовой статус трудового коллектива как самостоятельного субъекта права. Субъектами коллективнотрудовых отношений называли предприятие, организацию, с одной стороны, и трудовой коллектив или его органы - с другой. Содержание такого отношения составляли взаимоотношения сторон по участию в управлении производством, установлению и применению условий труда, локальному регулированию.
   Основной контраргумент противников названной концепции заключался в том, что коллективные трудовые отношения по своей природе не являются трудовыми, поскольку не сопряжены с применением способности к труду, носителем которой всегда является лишь индивид (физическое лицо). Поэтому коллективные отношения - не что иное, как производные отношения по участию работников в управлении предприятием (организационно-управленческие). С этими аргументами можно согласиться, но, на наш взгляд, концепция индивидуально-трудового и коллективно-трудового правоотношений не потеряла своей актуальности в настоящее время. Это связано с существенными различиями этих отношений в субъектном составе, содержании, объекте, нормативной базе их регулирования и др. Это дает основание в структуре отрасли выделить индивидуальное и коллективное трудовое право. К последнему относятся такие закрепленные в ст. 1 ТК РФ непосредственно связанные с трудовыми отношения, как отношения по: организации труда и управлению трудом; социальному партнерству, ведению коллективных переговоров, заключению коллективных договоров и соглашений; участию работников и профессиональных союзов в установлении условий труда и применении трудового законодательства в предусмотренных законам случаях; общественному и профсоюзному контролю за соблюдением трудового законодательства. Отношения по разрешению коллективных трудовых споров также тяготеют к коллективному трудовому праву, но по своей правовой природе они относятся к формирующемуся трудовому процессуальному праву.
   Приватизация государственных и муниципальных предприятий с начала 90-х годов ХХ в. заложила основы многоукладной экономики, породила плюрализм форм собственности и организационно-правовых форм предприятий и организаций. И вновь встала проблема определения предмета отрасли в условиях формирования рыночных механизмов. На страницах периодической печати и в специальной литературе разворачивается новая дискуссия в ключе реформы трудового законодательства и подготовки сначала проекта Основ трудового законодательства, а позднее Трудового кодекса РФ. Взгляды ученых-трудовиков варьировались от обоснования «широкой» концепции предмета отрасли до «узкой». Так, П.Р. Стависский, выдвинувший «широкую» концепцию предмета трудового права, полагал, что трудовое законодательство должно стать универсальным регулятором общественных отношений, связанных с трудом, где бы они ни возникли и что бы ни являлось основанием их возникновения: трудовой договор, членство, назначение, административный акт. Таким образом, трудовое право должно регулировать труд колхозников, членов кооперативов, сотрудников милиции и других военизированных подразделений, адвокатов, граждан, занимающихся индивидуальной трудовой деятельностью или работающих на основе гражданско-правовых договоров подряда, поручения, авторского договора. О необходимости включения в сферу действия трудового права договоров подряда и поручения, а также любых соглашений о труде, предусматривающих выполнение работ независимо от их срока и формы оплаты, писал и А.С. Пашков.
   По мнению сторонников так называемой узкой концепции предмета отрасли, в сферу действия трудового законодательства включаются все формы коллективного труда и предмет трудового права составляют трудовые отношения работников предприятий независимо от формы собственности и хозяйствования. При этом основания возникновения трудовых правоотношений с работниками зависят от вида, организационно-правовых форм предприятия. Так, одни авторы настаивали на том, что в хозяйственных товариществах и обществах трудовые отношения «работающих собственников» возникают из сложного фактического состава, включающего трудовой договор и договор о членстве или акт приема в члены организации. Однако трудовые отношения граждан, основанные на членстве, имеют свои особенности, но они не влияют на сущность этих отношений, они остаются по своей природе трудовыми. Другие авторы утверждали, что в указанных случаях достаточно учредительного договора о совместной деятельности, если он содержит необходимые условия труда члена организации. Третьи авторы полагали, что плюрализм форм собственности порождает различные специальные основания возникновения трудовых отношений: традиционный трудовой договор на государственных предприятиях, договор трудового найма на частных и договор о труде на корпоративных предприятиях. При этом стоит обратить внимание на некорректность выражения «работающий собственник». Это понятие в определенной степени применимо только к индивидуальному предпринимателю, работающему на собственном оборудовании. Это оставляет его за пределами предмета трудового права. Ни акционеры, ни члены производственных кооперативов, ни участники хозяйственных товариществ и обществ собственниками имущества данных организаций, естественно, не являются. Собственником имущества организации является юридическое лицо, а названные участники как субъекты гражданского права наделены обязательственными правами.
   Верховный Суд РФ в постановлении от 22 декабря 1992 г. № 16 «О некоторых вопросах применения судами РФ законодательства при разрешении трудовых споров» сформулировал предмет регулирования трудового законодательства следующим образом: «КЗоТ регулирует трудовые отношения лиц, работающих по трудовому договору на любых предприятиях, учреждениях, организациях независимо от форм собственности и организационно-правовых форм, в том числе трудовые отношения работников, являющихся акционерами, участниками хозяйственных товариществ и обществ, с которыми они заключили трудовой договор, с учетом особенностей в регулировании труда таких лиц, предусмотренных законами об этих товариществах и обществах». Между тем в научной литературе до сих пор выдвигаются предложения разделить правовое регулирование трудовых отношений «лиц, работающих по найму, и работников - участников негосударственных коммерческих организаций.». В целом дискуссия о «работающих собственниках» оказалась бесплодной, основанной на смешении отраслевых статусов, и не нашла отражение ни в трудовом, ни в гражданском законодательстве.
   В настоящее время общепризнанным является утверждение о том, что предмет трудового права составляют трудовые (социально-трудовые) отношения между работниками и работодателями, т.е. отношения, складывающиеся в процессе применения наемного (несамостоятельного) труда, опосредованные трудовым договором, а также иные непосредственно связанные с трудовыми отношения.
   Несколько отличную позицию занимал В.Н. Скобелкин, который разделял предмет отрасли трудового права, давая ему традиционную трактовку, и предмет правового регулирования. Последний, по мнению В.Н. Скобелкина, имеет две составляющие: поведение субъектов и возникающие в связи с ним отношения. Отсюда его утверждение о том, что нормы права могут регулировать не только общественные отношения, но в ряде случаев и правоотношения, что является «вторичным регулированием». Нам такая позиция не кажется безупречной. Поскольку право - один из основных социальных регуляторов, постольку разделение предмета права и предмета правового регулирования в практическом плане малоперспективно, хотя в контексте углубления теоретико-правовых исследований возможно. К тому же общественные отношения формируются во внеправовой сфере, хотя и при косвенном воздействии права. Что касается поведения субъектов, то их можно отнести либо к фактическому содержанию правоотношений, либо к их предмету. Мы не будем касаться «монистической» или «плюралистической» трактовки, но подчеркнем, что в качестве предмета отрасли права следует выделять именно общественные отношения, которые, будучи урегулированными нормами права, становятся правоотношениями. Это позволяет констатировать, что нормы права регулировать правоотношения не могут. В.Н. Скобелкин полагал, что существует не одно единое трудовое отношение, а комплекс самостоятельных, но связанных между собой трудовых отношений. К ним он причислял «основные трудовые отношения», дополняющие «трудовые отношения» (по оплате труда, рабочему времени и времени отдыха и т.д.), и «сопутствующие трудовые отношения» (по материальной и дисциплинарной ответственности и др.). Дополняющие и сопутствующие отношения автор признавал трудовыми, поскольку эти отношения устанавливаются между работником и предприятием в связи с применением труда работников. В плане детального, углубленного анализа отдельных правовых связей по оплате труда, по юридической ответственности и т.п. предложенный подход с точки зрения методики исследования может быть оправдан. Но еще раз подчеркнем, что именно с точки зрения методики исследования, а не характеристики сущности правового явления. В предмет трудового права автором также включались смежные отношения: по организации труда и производства с участием представителей трудового коллектива, профсоюзного комитета; по трудоустройству; по контролю и надзору; по рассмотрению трудовых споров; по обучению непосредственно на производстве; по социально-культурному и жилищно-бытовому обслуживанию работников на предприятии; по социальному партнерству; по организации соревнования.
   В.И. Попов предлагает выделять в предмете трудового права четыре блока отношений: 1) трудовые, 2) организационно-трудовые, 3) имущественно-трудовые и 4) процедурно-процессуально-трудовые. Данная классификация носит умозрительный характер и не имеет практического значения. Очевидно, что единство личностного, организационного и имущественного признаков трудового отношения практически невозможно разделить, а искусственное разделение не упрощает, а только усложняет теоретические конструкции. Отметим, что диссертационные исследования по данной проблеме отличаются новаторской терминологией, но по содержанию являются вполне традиционными.
   В заключение отметим следующее.
   1. В ТК РФ (ст. 1) определена сложная структура предмета правового регулирования, согласно которой ТК регулирует трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения. Впервые в кодифицированном акте о труде даны легальное определение трудовых отношений и перечень непосредственно связанных с трудовыми отношений. Данное законодателем определение трудовых отношений содержит необходимые критерии (элементы), определяющие природу этих отношений (личностный, организационный, имущественный).
   2. Под трудовыми отношениями понимаются отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессией, специальностью с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (ст. 15 ТК РФ). При этом трудовые отношения могут возникать не только между работником и работодателем-организацией, но и между физическими лицами: работником и работодателем - физическим лицом.
   3. Легальное определение трудовых отношений имеет практическую направленность. Оно позволяет отграничить трудовые отношения от гражданско-правовых, основанных на гражданско-правовых договорах подряда, поручения, об оказании услуг и др. В тех случаях, когда в судебном порядке установлено, что договором гражданско- правового характера фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (ч. 4 ст. 11 ТК РФ).

 
< Пред.   След. >