YourLib.net
Твоя библиотека
Главная arrow Мировая экономика (В.М. Кудров) arrow 16.3. Прогноз места России в мировой экономике к 2020 г
16.3. Прогноз места России в мировой экономике к 2020 г

16.3. Прогноз места России в мировой экономике к 2020 г

   Цивилизованная рыночная экономика, базирующаяся на разнообразии форм собственности и предпринимательской деятельности, на открытой и честной конкуренции и надежной правовой основе, — главное и непременное условие будущего процветания России. Рыночный механизм с конкуренцией — это механизм творчества миллионов, механизм самоорганизации и постоянного совершенствования. Одновременно это и реальный механизм научно-технического прогресса, формирование инновационной модели экономики.
   Неизбежно формирование в России широкого круга грамотных и профессионально подготовленных предпринимателей и менеджеров, способных к крупным инвестициям в экономику страны. По данным Института социологического анализа, 80% активных россиян уже сегодня рассчитывают на себя и свои силы, что вселяет оптимизм. Необходимо, чтобы Россия стала привлекательной и для западных инвесторов, что будет способствовать активизации инновационной деятельности, обновлению основного капитала, модернизации производственного аппарата, вовлечению в производство огромных незагруженных мощностей на обновленной основе. Важно при этом, чтобы государство всемерно содействовало инвестиционному и инновационному прогрессу не только прямыми государственными инвестициями и затратами на НИОКР, но и экономическими мерами регулирования, включая налоговые льготы, спецсубсидии, амортизационную и промышленную политику.
   Все сказанное дает основание для составления прогноза российской экономики. У экономики свои законы, и политические игры и противостояния не могут их отменить. Конечно, государство способно ускорить или замедлить экономический рост или падение производства, но рост или падение производства в рыночной экономике обычно определяются законами ее циклического развития. Тем не менее общество устало от нерешительности и неопределенности властей в области экономической политики, чему немало способствует замедление и застой в реформах, отсутствие промышленной и структурной политики, проявившие себя после 2003 г.. В этой ситуации, на наш взгляд, возможны два варианта государственной экономической политики на перспективу до 2020 г.: а) частичный возврат к авторитарным методам прямого государственного воздействия на развитие экономики с использованием рыночных механизмов, экономических рычагов и стимулов на базе уже созданных элементов рыночной инфраструктуры; б) более решительное и властное продолжение ранее начатых рыночных реформ с признанием допущенных ошибок, их исправлением и корректировкой рыночного курса, дальнейшим сотрудничеством с передовыми странами Запада, упором на ценности правового государства и гражданского общества, на инновационную модель развития.
   И тот и другой вариант исходит из необходимости отхода от остаточной рыхлости в экономической политике и предусматривает рост российской экономики. Ресурсы для этого в стране есть. Предпочтителен, на наш взгляд, второй вариант.
   Сегодня в стране широко обсуждается вопрос об удвоении объема ВВП в течение ближайших 10 лет, т.е. о достижении среднегодовых темпов прироста этого макроэкономического показателя на уровне 7,2%. Возможно ли такое? Если вновь вернуться к жестким мобилизационным мерам по искусственному стимулированию экономического роста с помощью “административного ресурса”, то возможно. Но этот рост будет показной, без инноваций и неизбежно с затухающими темпами, как уже было. Куда важнее обеспечить ускорение экономического роста за счет расширения и углубления экономических реформ, совершенствования работы рыночных институтов, создать благоприятный деловой (в том числе инвестиционный и инновационный) климат, способствующий развитию частного предпринимательства, обстановки доверия к властным структурам и рыночным институтам. Это требует современной законодательной базы и введения экономического роста в рамки правового государства и гражданского общества, осуществления давно назревшей административной реформы в целях оздоровления всего общества, пресечения деятельности чиновников-бюрократов, вмешивающихся в естественный процесс конкурентной хозяйственной деятельности в корыстных интересах.
   В перспективе до 2020 г. в России можно ожидать нормального и качественно улучшающегося роста ВВП, особенно промышленного производства. При этом среднегодовой темп роста ВВП до 2020 г. составит предположительно не менее 6%, промышленного производства — 4%. Опережающие темпы роста промышленности характерны для стран, находящихся на индустриальной стадии развития, отстающие темпы (по сравнению с ростом ВВП) — для стран, переходящих к постиндустриальной экономике. Россия относится к числу последних стран. Помимо роста капвложений со временем должны заработать такие факторы, как ускорение научнотехнического прогресса, широкомасштабная предпринимательская инициатива, форсированный экспорт готовых изделий, прежде всего продукции машиностроения.
   В наши дни новый российский президент располагает уникальной возможностью использовать благоприятную экономическую и политическую конъюнктуру, сложившуюся в 2000—2008 гг., в том числе и благодаря усилиям своего предшественника. Он имеет высокий рейтинг, с ним в обществе связывают надежды на коренное обновление и улучшение жизни населения, на экономическое процветание и ускорение НТП. Уровень социальной и политической конфликтности сейчас в обществе низок, а уровень ожиданий, наоборот, высок.
   Впервые после периода 90-х годов у руководителя государства отсутствует организованная и влиятельная оппозиция. “Эпоха Ельцина”, отличавшаяся жестким противостоянием исполнительной и законодательной власти, а также системой сдержек и противовесов в средневековом исполнении, похоже, закончилось. Антипрези- дентские силы деморализованы и рассеяны, хотя не исключено, что левая оппозиция сохраняет готовность перехода в наступление при совершении серьезных ошибок в политике президента. Главное сегодня — обеспечение качественного и стабильного экономического роста.
   Прогнозируя темпы экономического роста стран и регионов Запада, чтобы ориентировочно определить место России в будущей мировой экономике, следует обратиться к соответствующим данным за долговременные периоды в прошлом и за недавние 90-е годы.
   В США долгосрочные, или “исторические”, среднегодовые показатели темпов роста ВВП составляют около 2,7%. Но за 90-е годы экономика США демонстрировала более высокие темпы — 4% в среднем за год и в 2001—2008 гг. — заметное снижение этих темпов. Можно предположить, что на перспективу до 2020 г. среднегодовой прирост ВВП США составит не менее 2,8%. Поскольку темпы роста американской промышленности обычно составляют чуть более 70% темпов роста ВВП, то для промышленности США можно принять на перспективу среднегодовой прирост в размере 2%.
   В Германии долгосрочный ретроспективный среднегодовой прирост ВВП был выше, чем в США. Однако начиная с 70-х годов XX в. Германия стала отставать от США по темпам развития своей экономики. Это четко проявилось в 90-е годы, особенно в последние годы этого десятилетия, когда экономика Германии под влиянием ряда внутренних факторов сделалась чуть ли не самой больной среди стран—членов ЕС. На перспективу до 2020 г. можно принять для этой страны среднегодовой темп роста ВВП в размере до 2,6%, промышленного производства — 1,8%. Во Франции долгосрочный, “исторический”, темп роста ВВП был ниже, чем в Германии и США. В последние годы, однако, Франции удалось несколько приблизиться к США по динамике этого показателя. Вместе с тем на перспективу до 2020 г. вряд ли целесообразно исходить для этой страны из среднегодовых темпов роста ВВП и промышленности, превышающих соответственно 2,5 и 1,2%.
   Весьма необычно положение с показателями экономического роста в Великобритании. В течение многих десятилетий экономика страны развивалась медленнее экономики других главных капиталистических стран. В Европе даже появился термин “английская болезнь”. Однако после либеральных реформ М. Тэтчер страна заметно ускорила свой экономический рост, и в 80-е годы XX в. среднегодовой прирост ВВП Великобритании (2,7%) был выше, чем в США, Германии и Франции. В последние годы XX в. темпы роста экономики Великобритании замедлились и были ниже, чем в США.
   Но они были выше, чем в Германии, Франции, Италии и Японии. В результате Великобритания в последние годы превзошла Францию и Италию по объему ВВП. На перспективу до 2020 г., очевидно, можно исходить из среднегодовых темпов роста ВВП Великобритании в 2,6%, промышленного производства — 1,3%, т.е. более высоких, чем во Франции.
   На основании прогноза по главным западноевропейским странам можно сделать ориентировочные оценки темпов роста ВВП и промышленного производства по всему региону Западной Европы. В видимой перспективе до 2020 г. экономика Западной Европы предположительно будет расти несколько медленнее, чем американская экономика. Экономические позиции Западной Европы после долгого периода их относительного усиления в последние 2—3 десятилетия стали слабеть в сравнении с позициями США. Сегодня нет оснований полагать, что эта тенденция изменится до 2020 г. В США более низкая норма налогообложения, ниже, чем в Западной Европе, норма накопления и норма безработицы, больше приток иностранного капитала, ниже ставка рефинансирования, более высокая конкурентоспособность, в частности, благодаря низкому курсу доллара. У США более сильные позиции в области выпуска высокотехнологичной продукции, инновационной активности и инфраструктуры научно-технического прогресса, что в значительной мере определяет экономический рост и лицо экономики любой развитой страны сейчас и в будущем. Традиционно США имеют превосходство перед Западной Европой по широте и риску предпринимательской активности.
   По нашим оценкам, среднегодовой прирост ВВП Западной Европы до 2020 г. составит 2,5%, промышленного производства — 1,7%.
   На базе приведенных допущений и предпосылок, а также имеющихся соотношений ВВП и объемов промышленного производства всех сравниваемых стран можно рассчитать вероятные примерные соотношения сравниваемых стран по этим показателям в 2020 г. Базовые соотношения по ВВП и промышленному производству за 2005 г. взяты, как уже говорилось, из оценок, произведенных по паритетам реальной покупательской способности валют по расчетам ООН и ИМЭМО РАН. Соответствующий прогноз приведен в табл. 30.

Таблица 30
Прогноз соотношения ВВП и промышленного производства в России, США, Германии, Франции, Великобритании и Западной Европе на 2020 г. (в %)  

Соотношение показателей
  

ВВП
  

Промышленное производство и строительство
  


  

2005 г.
  

2020 г.
  

2005 г.
  

2020 г.
  

России и США
  

3,7
  

21,7
  

20,9
  

27,9
  

России и Германии
  

67,5
  

110,1
  

77,9
  

107,3
  

России и Франции
  

91,1
  

150,8
  

135,5
  

204,0
  

России и Великобритании
  

89,3
  

145,6
  

109,0
  

161,7
  

России и Западной Европы
  

13,1
  

23,3
  


  


  

   Если сопоставить эти оценки с уровнем, который имелся в России в 1913 г., то можно сделать вывод, что к 2020 г. Россия не достигнет соотношений за 1913 г. по ВВП с США и Францией, но зато достигнет этого соотношения с Германией и превзойдет Великобританию. Отставание от США особенно значительно и таковым сохранится. Соотношения России с главными странами Запада по промышленному производству в 2020 г. будут лучше, чем в 1913 г.
   В 2005 г. доля России в мировом ВВП составляла всего лишь 2,6% (в 1913 г. — 6,2%), соотношение ВВП России к ВВП всего западноевропейского региона — около 12% (в 1913 г. — 18%). В 2020 г. доля России в мировом ВВП предположительно составит более 3%, а соотношение ВВП России и всей Западной Европы — примерно 23%. Доля России в мировом ВВП в 2020 г. будет как минимум вдвое меньше, чем в 1913 г. Будет также меньше доля страны и в мировом промышленном производстве. По оценке ИМЭМО РАН, доля России в мировом промышленном производстве в 1913 г. была равна 8,9%, в 2000 г. — 4,4%, в 2020 г. она вряд ли намного превысит 5% (что заметно меньше, чем в 1913 г.).
   Таким образом, за более чем 100-летний период не следует ожидать повышения доли российской экономики в мировой экономике, улучшения соотношения ее важнейших макроэкономических показателей по сравнению с уровнем США. Такова цена, которую заплатит Россия за сто лет смуты, революций и утопических иллюзий построения “светлого рая” сначала в одной отдельно взятой стране, затем в целом лагере мирового социализма на путях, ведущих в сторону от демократии и рынка, от развития мировой цивилизации. Вместе с тем по объему промышленного производства Россия к 2020 г. поднимется со 2-го места, которое она сейчас занимает в Европе (после Германии) на первое. Но при этом нет никаких надежд сравняться с США по ВВП или объему промышленного производства в течение XXI и, по-видимому, XXII вв. По уровню производительности труда в промышленности Россия, однако, может заметно улучшить свои позиции в мире. По нашим оценкам, соотношения по производительности труда в промышленности России и четырех рассматриваемых западных стран к 2020 г. могут возрасти, возможно, примерно вдвое. Другой аспект прогноза — перспективы включения России в интеграционные процессы, происходящие в Западной Европе, ее участия в едином общеевропейском экономическом пространстве, в образовании так называемой Большой Европы — от Ирландии до Камчатки (с запада на восток) и от Северного Ледовитого океана до Черного и Каспийского морей (с севера на юг).
   Представляется, что в России по мере экономического прогресса, укрепления демократии и ценностей цивилизации процесс вхождения страны в единое общеевропейское пространство должен стать естественным и взаимовыгодным.
   Россия — неотъемлемая часть Европы, вобравшая корни древнеримской и византийской цивилизаций. Но в то же время Россия и Евразия. Однако ее сырьевой и производственный потенциал, рыночные возможности должны эффективно использоваться в интересах всей Европы. Процесс вхождения России в Большую Европу, точнее, процесс образования Большой Европы, будет сложным и долгим. Потребуется адаптация российского законодательства к западноевропейскому, принятие Россией норм и стандартов, ставших правилом в цивилизованном мире. Но все это разрешимо при наличии политической воли с обеих сторон и твердо проводимой политики в направлении экономической интеграции Востока и Запада.
   Сложнее обстоит дело со вступлением России в ЕС, куда так устремились страны Восточной Европы и Балтии.
   Но тем не менее все идет к тому, что лет через 30—40 (а скорее всего, меньше!) она будет готова к вступлению в ЕС. Не исключено, что именно ЕС пригласит Россию стать его полноправным членом либо членом с особым статусом, что, кстати сказать, было бы весьма разумным шагом. Напомним, что Германия была принята в ЕС в целях придания ей гарантированного в мирном и цивилизованном русле предсказуемого развития, а также налаживания надежных партнерских (и тоже предсказуемо развиваемых) отношений, прежде всего с Францией. Следует признать, что благодаря членству в ЕС Германия стала страной крепкой западной демократии и эффективным экономическим фактором в Европе и мире. Аналогичным образом членство в ЕС помогло стабилизировать демократические институты, предотвратить возврат к авторитарным методам правления и обеспечить здоровый экономический прогресс в Португалии, Испании и Греции. Поэтому в интересах Запада направить развитие России в русло общего цивилизационного пространства.
   Только свободная и сильная Россия может ускорить и укрепить ход долгосрочного развития европейской интеграции, превращения Европы в Большую Европу и выход всего континента на еще более прочные и ведущие позиции в будущем мире.
   Однако уже сейчас появляются признаки возможной изоляции России от Европы, обусловленные как внутренним, так и внешним положением России. Внутреннее положение — это вынужденная реакция на изменившуюся геополитическую роль России, угрозу ее территориального распада и влияния мусульманского фактора и внутриполитической борьбы, хаотичность и противоречивость проводимых в стране реформ, отсутствие программ и стратегии развития на перспективу. Внешнее положение — это настороженное отношение Запада к России, выдвижение все новых требований и претензий к ней, реакция на наш Газпром, растущую военную мощь и т.д.
   В числе российских внешнеполитических и внешнеэкономических интересов на первое место часто ставят ближнее зарубежье — бывшие республики Советского Союза. Это справедливо в какой-то мере в рамках среднесрочного временного горизонта, в ближайшие 3—5 лет, когда необходимо установить и стабилизировать экономические связи между бывшими республиками СССР на новой межгосударственной основе, на базе международных стандартов. Россия должна стать экономическим локомотивом для этих стран, подобно тому как Германия стала таким локомотивом для всей Западной Европы и особенно для ЕС. Но Германия не была донором для других европейских стран. Она мощно и эффективно сотрудничала с ними на взаимовыгодной основе. Перед Россией также должна стоять такая задача — не стать донором своих соседей, “по-братски” отдавая им (как раньше) значительную часть своего национального продукта и дохода.
   В долгосрочной перспективе на переднем плане для России должны стоять интересы экономического партнерства с развитыми капиталистическими странами, особенно с США и с членами ЕС. Рынки этих стран, возможности ускорения научно-технического прогресса, скорейшего вхождения в общемировой цивилизационный процесс представляют исключительную ценность для России, приоритет которой выше многих иных ценностей.
   Конечно, вступление России в ЕС внесет какие-то изменения в эту организацию, да и форма вступления может быть не традиционной, а с особым статусом. Главное — тесное, взаимовыгодное и равноправное партнерство с ЕС в рамках единой Большой Европы. Проявившие себя тенденции экономического развития и научнотехнического прогресса в мире свидетельствуют о том, что интересы взаимосближения и сотрудничества преобладают, что стимулы к интеграции на Западе набирают силу и неизбежно будут оказывать положительное влияние на все посткоммунистические страны. При этом не следует забывать, что многие страны СНГ на деле игнорируют интересы СНГ вообще и России в частности и всецело устремлены к интеграции с Западной Европой, с ЕС. Пример Украины и Грузии отнюдь не единственный.
   В перспективе в глобальной повестке дня Европы и всего мира на передний план будут решительно выдвигаться (и уже выдвигаются) экономика, торговля, научно-технический прогресс, всеобщее благосостояние. Речь, по сути, идет о формировании новой цивилизации, опирающейся не только на новую материальную и духовную культуру, но и на коренные общечеловеческие ценности, о которых забывать нельзя. Уже сегодня необходимо думать о создании глобального сообщества, выходящего за рамки Большой Европы, где общечеловеческие ценности приобретут решающее значение, а свобода и благо человека станут его высшим критерием.

* * *

   Все, что происходит с нами в последние 20 лет, особенно связанное с падением производства, — это не только расплата за советское прошлое и неудачи рыночной трансформации, но и реальный процесс возвращения на круги своя. По-видимому, в начале нового столетия страна возвращается на то естественное место, которое она занимала в мире в начале XX в. Это место страны со средним уровнем экономического развития, но имеющей огромные природные ресурсы, с достаточно высоким образовательным уровнем населения и неплохим научно-техническим потенциалом, с естественно-историческими темпами экономического роста.
   Но, к сожалению, XX век страна потеряла и развалилась, большевистский эксперимент себя не оправдал. Сегодня, как и 100 лет назад, перед Россией вновь стоит задача создания эффективной экономики на базе расширения товарно-денежных отношений, формирования современной рыночной инфраструктуры. На протяжении всего XX в. в основе действий правителей страны лежал экстремистский принцип “цель оправдывает средства”. Поэтому, как и 100 лет назад, перед страной вновь стоит проблема выбора: либо влиться в широкий поток развития глобальной мировой экономики и цивилизации и получать в этом контексте не только поддержку, но и право на достойное и равноправное сотрудничество и партнерство, либо опять войти в изоляцию и где-то на окраине или на периферии мировой экономики и цивилизации благоговеть перед своей “самобытностью” или, еще хуже, перед своими “преимуществами”, уповая на “национальные особенности”. Раньше в это многие искренне верили, теперь не поверят. Сегодня много говорят об “евразийстве”, особом пути России, вспоминают известную триаду “православие, самодержавие, народность”. На деле это старое славянофильство, скрытая альтернатива российскому западничеству, призыв к уходу с цивилизованного пути исторического и экономического прогресса, к возврату “прежних ценностей”. К сожалению, сей феномен весьма устойчив в стране.
   Как пишет А. Солженицын, “русский народ в целом потерпел в долготе XX века историческое поражение — и духовное, и материальное. Десятилетиями мы платили за национальную катастрофу 1917 г., теперь платим за выход из нее — и тоже катастрофически”1. Конечно, чтобы облегчить себе движение к цивилизованному рынку, правовому обществу и развитой демократии, нужно принести покаяние, честно признать ошибки большевизма, сталинизма и недавние ошибки российских младореформаторов (равно как и нынешние неизбежные ошибки), очиститься, а затем с легким сердцем и трезвым разумом, не замутненным прошлыми “ценностями”, формировать новую экономику и новое общество, адекватные требованиям нового века.
   Грустно сознавать, что в начале XXI в. Россия останется неизбежно второстепенной или периферийной экономической державой. В этих условиях следует выбрать правильную стратегию экономического развития, внешней и оборонной политики, взаимодействия с окружающим миром. Важно сотрудничать и конструктивно работать как с США и ЕС, так и с Японией и Китаем. Встречающиеся в печати противопоставления важности наших связей с ЕС и США в пользу ЕС несерьезны. Позиции США по сравнению с позициями ЕС в мире в ближайшие 20 лет не ослабнут. Поэтому необходимо грамотно, с учетом национальных интересов страны крепить партнерство и взаимодействие и с США, и с ЕС. Не менее важно укрепление военной мощи страны, ибо со слабым партнером на равных разговаривать не будут.
   Япония сохранит свои ключевые позиции на Дальнем Востоке и не перестанет быть нашим соседом. Крепить взаимовыгодные связи и сотрудничать в расширяющихся масштабах с таким соседом тоже крайне необходимо. Но не приходится забывать, что на Дальнем Востоке поднимается и Китай, экономическая мощь (а военная тем более) которого уже превосходит японскую. Кроме того, Китай имеет территориальные претензии к своим соседям.
   После 2020 г. можно ожидать смены ориентиров и даже стратегии экономического развития России. После восстановительного периода наступит пора широкомасштабной опоры на НТП, на ускорение внедрения новой техники и технологии в производство, на инновационную модель экономического развития. Не исключен и мощный бросок России в этом направлении, смена курса с опоры на нефть и газ на опору на высокие технологии, инновационный процесс. Исследовательская база для этого в стране есть.
   В любом случае в перспективе для экономики России необходима ориентация на высокие технологии и ускорение научно-технического прогресса. Сохранение в экономическом развитии направленности на сырье и его экспорт приведет лишь к закреплению технологического отставания России от Запада и не отвечает национальным интересам страны. Опираясь на отечественный научно-технический потенциал, страна должна совершить прорыв в технологиях и занять одно из ведущих мест в мире.
   Сегодня Россия, как и неоднократно в прошлом, вновь стоит на распутье. Новая модель возрождения страны неизбежно будет носить переходный характер. Однако, несмотря на пораженческие настроения, которые еще бытуют в определенной части общества, Россия в отдаленной перспективе будет великим государством с эффективной рыночной экономикой, развивающейся в русле важнейших мировых процессов.
   Мировому сообществу нужна не пассивная и угрюмая Россия, недовольная Западом или желающая вставить ему палки в колеса, не великодержавная империя, думающая о своих приоритетах, а новая, творческая и энергичная страна с прогрессивной экономикой, глубоко интегрированная в современный мир. Россия должна рассеять подозрения Запада и определить себя в качестве наследницы не СССР, а дореволюционной, исторической России.
   Однажды В. Путин сказал, что Россия готова пойти навстречу Западу настолько, насколько это приемлемо для самого Запада, но на деле общество не отказалось от конфронтационного мышления, в нем еще сильны не только антизападные и антиамериканские, но и имперские настроения. Стратегические ракеты запускаются на учениях не в сотрудничестве с Западом, а “против врага”. Наши генералы часто говорят о противостоянии и НАТО, и ЕС. Россия еще не сказала, готова ли она решать стратегические проблемы современности (исключая борьбу с международным терроризмом) в партнерстве с Западом, активно сотрудничает с диктаторскими режимами Ирана и Венесуэлы, возобновила присутствие своей авиации и флота на просторах мирового океана и т.д.
   В то же время Запад призывает нас к партнерству и сотрудничеству, наблюдая, как медленно и противоречиво Россия идет по пути своей модернизации. Известный германский эксперт по России А. Рар писал: “На Западе привыкли вести диалог с российскими либералами, которые со времен Ельцина не покидали правительство и парламент. С державниками Запад говорить не умеет, да и не хочет... Трудно себе представить негативные последствия развития, если вторая попытка интеграции России в мировое демократическое сообщество после первой неудачи начала 1990-х годов окончательно провалится. От этого проиграют обе стороны — и Россия, и Запад”.
   С государственностью и авторитаризмом можно и переборщить. Укрепление политической стабильности в стране и обеспечение нормального, здорового экономического роста — это те импульсы, которые должны быть использованы для усиления демократических и рыночных институтов, отбросив авторитаризм как временную необходимость. Это даст и власти, и обществу надежную опору на долгосрочную перспективу. Следует признать, что нынешние авторитарные тенденции нашей власти не поворачивают Россию в советское прошлое, как это многие считают на Западе, не делают из В. Путина и Д. Медеведева “маленького Сталина”.
   Россияне стали независимыми, свободными, научились рассчитывать на себя, менталитет общества меняется, в стране заработали рыночные и демократические институты. Этого уже не отменить. У россиян нет иного пути, кроме общеевропейской, западной цивилизации, к которой они принадлежат по праву своего рождения с незапамятных времен. А революционная встряска, которую они пережили в 90-х годах прошлого столетия, осталась уже позади.

Выводы

   1. В конце XX в. Россия впервые за многие годы оказалась экономически и политически ослабленной в результате процесса трудной перестройки и трансформации, который далек от своего завершения и в наши дни. Но перестройка и трансформация объективно необходимы, чтобы выйти из исторического тупика советского тоталитаризма и встать на путь нормального, цивилизованного развития.
   2. Удельный вес России в сводных макроэкономических показателях мировой экономики в конце XX в. был существенно ниже, чем в начале века. К 2020 г., даже с учетом экономического роста, позиции страны также будут слабее, чем в начале XX в. Тем не менее Россия встала на правильный путь, ее прогресс в этом направлении может оказаться весьма существенным. Вполне вероятно, что во второй половине XXI в. Россия станет одной из крупнейших экономических держав мира, уступающей по объемам ВВП лишь США, Китаю, Японии и Индии, однако имеющей высококачественный экономический рост и вполне конкурентоспособное производство на базе инновационной экономики.
   3. Идущая в стране дискуссия об удвоении ВВП за ближайшие 10 лет и принимаемые государством меры для решения этой задачи способствуют ускорению экономического роста страны. Однако важно иметь не просто высокие экономические темпы, а темпы, базирующиеся на современной зрелой рыночной инфраструктуре и развитом предпринимательстве. В этом случае годовой прирост в 5—6% будет лучше прироста в 10%, основанного на мобилизационном или административном ресурсе.
   4. Перспективы экономического развития России до 2020 г. в решающей мере будут определяться курсом экономических реформ и модернизации ее производственного аппарата. Огромную роль будут играть и необходимые социально-политические преобразования в российском обществе, а также позитивные изменения в самосознании и национальном менталитете.

Вопросы и задания для самопроверки

   1. Почему СССР не сумел “догнать и перегнать” США?
   2. Каким было соотношение основных макроэкономических показателей России и главных капиталистических стран в конце XX в.?
   3. Какие трудности и проблемы возникают в наши дни в процессе трансформации российской экономики?
   4. Какими могут быть среднегодовые темпы экономического роста в России на период до 2020 г.?
   5. Как вы относитесь к идее удвоения российского ВВП за ближайшие 10 лет?
   6. Какими могут быть среднегодовые темпы экономического роста в главных капиталистических странах на период до 2020 г.?
   7. Какими могут быть соотношения ВВП и промышленного производства в России и главных капиталистических странах в 2020 г.?

Литература

   Европа: вчера, сегодня, завтра. М., 2002.
   Кудров В. Место России в мировой экономике в начале XXI века // Мировая экономика и международные отношения. 2007. № 5.
   Кудров В. Производительность труда в промышленности России, США, Германии, Франции и Великобритании // Вопросы экономики. 1999.
   № 8. Мировая экономика: глобальные тенденции за 100 лет. М., 2003.
   Солженицын А. Россия в обвале. М., 1998.

 
< Пред.